Суперзвезда

— Грег, ты это слышал? — Хлоя махнула своим пшеничным хвостиком, оборачиваясь к парню. Тот лежал за ее спиной на незаправленной постели и закрывал дедлайны по учёбе. — Что? — «Мега пиццаплекс Фредди Фазбера» прикрыли. Наконец-то, — девушка расслаблено выдохнула, вытирая со лба несуществующий пот. Несмотря на то, что жест этот был сугубо шуточный, вздохи облегчения бесшумно проносились по всему штату. Дети пропадали, руководство вводило новые модели охранных ботов, аниматроники проходили тщательную проверку, а сотрудников, особенно охрану, проверяли на уровень квалификации. Всё затихало, пиццаплекс вновь приносил детям радость, родителям спокойствие, а магнатам их деньги, но потом происшествие повторялось, и порочный круг начинался сначала. — Интересно, почему именно сейчас? — Грегори отложил прикрытый ноутбук на край постели, подтягивая затекшие ноги ближе к груди. — Не знаю, но кажется весь хлам оттуда выкинули на городскую помойку. Я бы себе что-нибудь прикарманила. — Я тебя понял. Если хочешь, так и быть, я съезжу с тобой, но говорю сразу, в хламе рыться не буду, — Грегори улыбнулся, видя, как счастливо засияли у девушки два ясных голубых глаза. — Я и не прошу. Всего лишь одолжи мне пикап и немного своего свободного времени. Сумерки опустились на город темным полотном, прихватив с собой густой туман. Через дорогу от дома Грегори стояли такие же ровненькие кукольные домики, как и у него, но из-за пыльной дымки разглядеть можно было лишь свет в окнах тех домов. Хлоя лежала рядом, на уютном диване, примостившись к самому подлокотнику. Она уже давно заснула, а вот Грегу её сладкое сопение так и не помогло провалиться в мир снов. Он продолжал разглядывать узоры на потолке, которые создавал свет горящих фонарей, пробивающийся сквозь полузакрытые жалюзи. Прошло уже шесть лет с того дня, когда Грегори, как бродяжка, зашёл лишь одним глазком поглядеть на пиццаплекс изнутри, а в итоге оказался втянут невесть во что, да ещё и в полном одиночестве. Поначалу ему было до безумия страшно. Грегори тогда плохо понимал, почему аниматроники, которые недавно играли на сцене свой «гламурный рок» и выглядели так потрясно, теперь гонялись за ним по всему комплексу, норовя разорвать на куски. Лишь спустя четверть часа он всё же собрал все силы в свой маленький кулачок и во что бы то ни стало решил дожить до шести утра, какой бы сложной не выдалась эта ночь. И, вероятно, если бы не Фредди, который жертвовал собой, прикрывая его от Ванессы, Грег не протянул бы и часа в этом богом забытом месте. Парень поднялся с постели и осторожно оглянулся на Хлою. Она, как ни в чём не бывало, спокойно спала, видя наверняка при этом очередной красочный сон. Ноги сами понесли Грегори к комоду у окна, в котором лежало всё то, чем юноша уже давно не пользовался или просто кинул в ящик и благополучно забыл. Колесо от его первого скейта, которое было стерто чуть ли не до мяса, фантики от жвачек с разными женщинами в развратных позах, которые приходилось когда-то прятать от родителей и старые фотоснимки с ребятами из школьного лагеря, с их школьной футбольной командой и с ещё темненькой Хлоей. Всё это стоило давно выкинуть, избавиться от хлама, но всё это хранило в себе воспоминания. Приятные и тёплые воспоминания. Грегори расстроено закусил губу и захлопнул ящик комода. Фаз-часы давно уже стали ему малы, и хоть это было до глупого очевидно, менее обидно ему не стало. Время шло, часы вышли из строя, шипели, трещали, а по ночам могли запищать такой высокой тональностью, что это вызывало у парня кровь из носа. Но несмотря на это, иногда Грегори сосредоточенно вслушивался в тишину, надеясь услышать из комода знакомый роботический голос, который снова даст ему подсказку, задание. Просто подбодрит. Он был уже достаточно взрослым для подобных вещей, но у него просто не получалось забыть всё то, что случилось в комплексе. Парень до сих пор скучал, продолжая надеяться. Но часы упорно молчали и, стоя перед окном, Грегори с горечью осознавал, что теперь он никогда и никого не услышит среди ночного шума древесных листьев. — Ну что, ковбой, нам пора на свалку, — Хлоя радостно хлопнула дверью пикапа, повязывая на голове васильковый платок. Жара на улице стояла сумасшедшая, термометры чудом не лопались от таких температур, но девушка всё равно была воодушевлена, как никогда. Грег же был замотивирован на успех чуть меньше своей подруги, не переставая проводить ладонями по взмокшему лицу и подпекаемой макушке. Этот день он уже пометил эмодзи солнца у себя в статусе, как наихудший день, чтобы куда-то выбираться. — Может завтра? Дома хотя бы есть кондиционер. — Никаких «завтра»! Мы бы были уже там, если бы ты не плелся как черепаха. Я завожу машину, забирайся, — Хлоя уселась на водительское сиденье, поворачивая ключ зажигания и почти сразу включая старенький кондиционер. Он хоть и дребезжал, как груда ржавых гвоздей, но работал, что уже делало этот день на один процент лучше. Грегори сел рядом с ней, тут же прилипая к сиденью из искусственной кожи. Более отвратительное ощущение сложно себе представить. — Кстати, говорят там какой-то мужчина нашёл детали от Чики. Руку или ногу, точно не скажу, но состояние у этих частей удручающее. Раз там есть её конечности, то и сама Чика наверняка спрятана где-то под горой мусора. Может, там и другие лежат? — девушка стучала малиновыми ноготками по обцарапанному рулю, не замечая, как в глазах её друга пронеслась искорка интереса. Хоть Грегори и заявил, что лазать по помойным горкам он не собирается, но ведь никто не запрещал взглянуть на эти горки одним глазом. — Может и лежат. Поехали уже, — Хлоя включила заднюю передачу и выехала с дорожки гаража на проезжую часть. Вдавив педаль газа в пол, девушка понеслась по безлюдной улице, скрываясь за первым поворотом. — Смотри, что я нашла, ковбой! — Хлоя чуть не расшиблась, пока бежала к Грегори, размахивая рукой с зажатым в ней мешочком. — Что это? — Магнитики! Тут даже коллекционные есть, они стоили безумных денег! Надо просто копаться глубже, там столько интересного. Попробуй, наверняка ты что-нибудь найдёшь, — блондинка указала пальцем себе за спину, куда несколько дней назад десятки грузовиков выгружали тонны отработанного хлама. Среди серых и зловонных куч разноцветная гора из пластиковых стаканчиков, колпачков и кусков неоновых вывесок выглядела по-странному притягательно. — Ладно, давай найдём что-нибудь крутое, — Грегори шутливо ударил девушку в плечо кулаком и сорвался с места, слыша, как Хлоя что-то кричит ему вслед и звонко смеётся. Прокапывать себе путь сквозь железки и торчащие пластмассовые перекладины было сложно, но Хлоя своим безостановочным трещанием словно снимала напряжение, витавшее над Грегом, и тот продолжал рыться в помойке, откидывая в стороны рваные плакаты и грязные плюшевые игрушки. — Знаешь, я думаю если продать всё полезное, что тут есть, можно обеспечить себе безбедную старость. Жаль только мы так затянули, все самое лучшее уже растащили. Хотя… Голос девушки становился всё тише и тише, до тех пор пока полностью не растворился в стуке сердца, будто на голову Грегори надели вакуумную банку. Из-под пласта ржавого железа с логотипом «Мега пиццаплекса Фредди Фазбера» торчала знакомая рука с синими когтями. Ему тут же вспомнились слова Хлои о мужчине, что нашёл здесь несколько деталей от Чики, хотя самого аниматроника там не оказалось. Быть может, это тоже лишь оторванная рука? Грегори потянул её на себя, в ожидании увидеть торчащие из плечевого сустава провода или шарнир в локте, но там, под его ногами, лежало что-то большое и достаточно тяжелое. — Хлоя, помоги. Девушка оторвалась от небольшой кучки, которую насобирала около себя из тех безделушек, что собиралась оставить как небольшие сувениры. Увидев, кого пытается вытащить её друг, она тут же подползла к парню, с восторгом рассматривая покрытие роботической лапы. — О боги! Ты его нашёл! — Мы этого пока не узнали. Надо раскапывать. Грегори уже успел порезать себе руку о торчащую острую проволоку, а Хлоя вся измазалась в каком-то масле, которое покрывало буквально всё под завалами. Первые десять минут парень даже не тешил себя надеждой найти аниматроника целым, думая, что если и найдет что-то, то кусок от его головы и шеи или обломок эндоскелета. Но спустя ещё пятнадцать минут из-под мусора показалась голубая молния, аккуратно нарисованная на массивной груди. — Смотри, это ухо! — крикнула девушка ещё через пару минут, с новой силой и вторым дыханием выгребая сокровище из-под детских игрушек. Следом показалась голова, вторая рука, а потом Грегори и Хлоя резко дернули туловище Фредди на себя, вытаскивая его ноги на поверхность. Несмотря на все юношеские сомнения аниматроник был целый, хоть и выглядел ниже среднего. Выступающие плечики отвалились, по всей поверхности были видны глубокие царапины и вмятины, Фредди с ног до головы был залит машинным маслом, запах от которого разносился по всех помойке. — На счёт три берём его и тащим к пикапу. — Есть, сэр, — Хлоя ухватилась за железные ступни и, отсчитав три, приготовилась поднимать многокилограммовую махину, но когда Грегори с вопросом в глазах посмотрел сначала на Фредди, а потом уже на неё, то девушка наконец поняла, что что-то не так. Фредди не весил почти ничего. — Это пустой каркас? — Да это же не железо, ковбой. Это алюминий! — Хлоя широко заулыбалась, радуясь, что ей выпала очередная возможность блеснуть своими знаниями в области биохимической инженерии, — и эндоскелет у него из алюминиевого сплава. — Химия не моё, — Грег быстрым шагом начал выбираться на дорожку, чтобы поскорее погрузить потрёпанного жизнью бота в кузов машины и дать по газам. — Я знаю, — перехватив ноги Фредди поудобней, девушка перескочила через пригорок из грязной стекловаты и, щебеча что-то о химических свойствах металлов, поспевала за Грегори. — Выходи, Грегори, мы просто хотим тебе помочь, — Рокси была все ближе и ближе к ненадежному убежищу мальчика. Она вынюхивала его среди колясок, заглядывала за стойки администратора и отзывалась воем на любой шорох. Грега колотило от страха, пот градом бежал по вискам и лицу, но он продолжал сидеть в просторном ящике под столом, надеясь, что Роксана лишь разыгрывает из себя волка и на самом деле не может почувствовать, как сильно мальчик потеет. Фаз-часы давно отключились от камер видеонаблюдения, но Грег продолжал судорожно тыкать на маленький экранчик, в надежде на то, что хоть какая-нибудь камера подключится к нему хотя бы на несколько секунд. Шаги раздались в нескольких сантиметрах от крышки ящика и Грегори заткнул рот рукой, начиная дышать медленно и тихо. Рокси снова вынюхивала его, и казалось будто она дышит ровно через замочную скважину, чует его страх, его панику. Но, постояв ещё секунду, аниматроник развернулся и направился влево, ближе к выходу в другой зал. Сердце снова забилось реже. Грегори оторвал руки от лица и протяжно выдохнул, чего делать явно не стоило. Хлипкая дверца со скрипом сорвалась с петель, оказываясь за ветровым окном, которое из-за удара разлетелось на сотни осколков, и Роксана кинулась прямо под стол к кричащему ребёнку. Последнее, что он видел, это совсем неострые зубы в сильной механической пасти. — Твою мать! — Грегори подскочил на месте, ощущая как бегут по спине мурашки и катятся капельки пота. Ему давненько не снились такие реалистичные сны, особенно с участием глэмрок аниматроников. Лет с четырнадцати. На запястье не было фаз-часов, а футболка не оказалась мокрой, всего лишь грязной. Все руки у юноши были обожжены паяльником, а голова болела от неслабой выпивки и короткого сна после долгого недосыпа. Парень провёл две бессонные ночи, борясь с аккумулятором, который он поставил Фредди взамен старого. Сам же бот, как груда металла лежал около Грега, накренив свою голову к груди. — Кусок говна, какого хрена ты не просыпаешься? — Грегори протянул свою ладонь к морде аниматроника и в сердцах ударил по левой стороне. Голова неуклюже сдвинулась в бок, но признаков жизни Фредди так и не подал. Ровно три недели назад Грегори задним ходом припарковал свой пикап в гараже, оставляя металлолом в его кузове. Он всячески избегал дверь, ведущую в гараж, старался себя сдерживать и не прислушиваться к звукам изнутри, но на третий день позорно сдался. Грег размышлял о том, что возможно сама судьба заставила его пойти на электромонтёра, благодаря чему он мог выполнить наибольший фронт работы в одиночку. Он неделю ковырялся в проводках, паял их, менял старые и сгоревшие на новые, скручивал, заклеивал и вскоре самое сложное осталось позади. Несмотря на желание побыстрее воскресить старого знакомого, Грегори решил не торопить события. Он бережно отмывал раскуроченный каркас от грязи и ржавчины, замазывал трещины и потёртости, затер все сколы, а самые глубокие вмятины исчезли, словно их не бывало. Заниматься такой рутиной парню нравилось, но ещё больше ему нравилось прикасаться к прохладному боту, разглядывать его со всех углов, молча вспоминать мгновения, когда им вдвоём было хотя бы чуть-чуть весело. Грегу оставалось только вставить в эндоскелет Фредди новый аккумулятор и, в теории, после небольшой задержки тот должен был проснуться. И спустя несколько часов он запустился на одно короткое мгновение. Тогда его глаза снова загорелись белым светом, а Грегори был готов взорваться от переизбытка чувств, но вместо желанного приветствия бот, словно чужой, кинулся на Грегори и тут же вырубился вновь. Парень едва успел отползти на пару метров, как аниматроник зашумел и плашмя рухнул на пол. Два последующих дня и ночи Грег занимался только лишь аккумулятором. Он переделывал его, ставил на место, видел, что он не работает и снова принимался за работу. Осознание, что Фредди его не узнал, сводило с ума. Каждый новый взгляд на него расковыривал старую рану всё больше и больше. Так могло продолжаться много дней, если бы Грегори не напился и не приполз в гараж, засыпая рядом с большой лапой Фредди, крепко её обняв. Пробуждение после кошмара не принесло ничего, кроме трезвости и Грегори, пошатываясь, вернулся на кухню, где его ждала открытая бутылка мартини. Сделав залпом несколько глотков, юноша опрокинул бутылку об стол и та разлетелась по полу сотнями стеклянных черепков. Перед глазами от крепкого алкоголя привычно поплыло, и Грегори снова вернулся в гараж, падая уже не рядом с Фредди на бетонный пол, а в старое кресло, стоящее напротив него. И именно в тот момент, когда Грег мутными глазами разглядывал спящего бота, в пьяную голову пришла чертовски грязная мысль. Грегори чувствовал себя абсолютно отвратительно. В голове закладывались мысли, что он просто извращенец, но всё это исчезало при взгляде на чистую, хоть и помятую металлическую морду аниматроника. Руки сами потянулись к застёжке на джинсовых шортах, расстёгивая её и спуская шорты вместе с бельём. Грег бросил все ненужное в угол гаража, садясь поудобнее в потрепанном кресле и укладывая ноги коленями на подлокотники. Он знал, что будь его разум не замутнён крепким алкоголем, на подобное бы парень просто не рискнул. Фредди всё ещё пребывал в каком-то своём забвении, но осознание, что бот может очнуться в любой момент пускали по телу отрезвляющие мурашки. Пальцами Грегори нежно огладил свой пах, зарываясь в темные кудрявые волоски, но почти сразу его ладонь двинулась снизу вверх по члену и парня захлестнула волна удовольствия. Напротив, ровно на уровне его достоинства, всего в паре метров от кресла сидел, наклонив железную голову, предмет юношеского обожания. И смотря на него, Грегу хотелось дрочить не мягко и невинно, как он делал всегда, а с максимальной отдачей, жестко, может быть даже немного больно. И он делал это, кусая губы и цепляясь белыми пальцами в порванную обивку спинки. Глаза были закрыты, но запах сожжённых проводов, смазки для металлических суставов и прилипший запах помойки ощущались так ярко, словно он сам всем этим пропах. — Грегори? Холодный голос, скрипучий, как детские качели, вырвал Грегори из сладостных грёз, и он тут же сдвинул ноги, испуганно таращась на Фредди, который сидел теперь в нескольких сантиметрах от него, почти что утыкаясь черным носом ему в ноги. Сознание аниматроника всё ещё пыталось понять, что делали руки человека, и было ли ему больно или наоборот хорошо. Грегори же перебирал варианты, почему бот всё ещё не кинулся на него, как в первый раз, и делать это ему не мешала даже пьяная голова, так как весь алкоголь выветрился мгновенно. Да и чёрт с ним, Фредди его вспомнил. Долго тишина между ними не продлилась. Она была прервана испуганным стоном, в котором читалось неуверенное желание. Фредди быстро, но очень бережно отвел левую ногу Грегори в сторону, чтобы прикоснуться к стоящему члену парня. Искусственный интеллект как будто знал, как именно нужно двигать механической рукой, с какой силой давить, чтобы было приятно, насколько быстро или медленно совершать одно и то же движение. Фредди чувствовал, как микросхемы в нем плавятся, хотя ни один проводок не пострадал. — Тебе хорошо, Грегори? Вместо ответа юноша закинул одну ногу обратно на подлокотник, а вторую на плечо аниматроника. Его голова оказалась запрокинута, а глаза снова прикрыты. Касания холодного металла к члену были обжигающими, но вскоре мёртвая лапа Фредди приняла на себя тепло человеческой плоти и нагрелась. И, чёрт возьми, Грегу было до безумия хорошо. В голове иногда проскальзывала мысль, что стоило бы закусить губу, чтобы стонать чуть тише, но она исчезала так же быстро, как двигалась широкая лапа Фредди. Толчки выходили рваные, и до плавности им было далеко, но это именно то, чего в тот момент желало тело Грегори. Он знал, что долго не продержится, всё-таки в душе он спринтер, а не марафонец, но даже так парень не рассчитывал кончить настолько быстро. Белесые капли запачкали впалый живот и густые волоски на блядской дорожке. — Грегори. — Да тебя заело что ли? Я Грегори, что дальше? — Грег слегка оттолкнул ногой Фредди, и тот неуклюже завалился на спину. Второпях подняв брошенные недавно шорты и трусы, парень натянул их обратно, после чего хотел сказать ещё что-то, но крепкие ледяные объятия выбили из груди весь воздух. — Я скучал по тебе, Грегори. Тебя не было так долго, и я думал что кошмар никогда не закончится. Мне было страшно и очень тоскливо, — чёрный бантик давил на затылок, скрип ржавых болтов, разносящийся прямо над ухом раздражал слух, но это были лучшие объятия парня в его такой недолгой жизни. Даже Хлоя не обнимала его так, как это делал поломанный аниматроник. — Забудь об этом. Тебя выкинули и теперь ты мой. Я починил, что смог, но не обещаю тебе вечной жизни. Нужно ещё немного тебя подлатать, — Грег обернулся в кольце чужих лап и снова с любопытством взглянул в глаза напротив. Он подозревал, что не увидит там, как лишь для него взрываются звезды, горящий огонь любви или безграничную нежность. Но там было осмысление слов, понимание сказанного. Фредди всё знал, всё чувствовал, хотя бы теми же проводами, с которыми Грегори провозился целую неделю. — Мне нравится быть живым. И я буду жить для тебя. Спасибо, суперзвезда, — тяжелая голова оказалась на худощавом плече, и Грег неосознанно обнял аниматроника в ответ, невесомо проходясь пальцами по обшивке его головы. Уши Фредди дёрнулись. Вздрогнули от переполнившей изнутри привязанности к одиноко стоящему мальчишке, что без билета пробрался на концерт и поломал написанный умелыми программистами код. За эти шесть лет поломку устранили, Фредди словил ещё сотни таких же поломок, но привязанность никуда не делась. Он постоянно вспоминал свою маленькую суперзвезду, которая пряталась в его отсеке для тортов и пиньят. Сейчас Грегори туда уже не поместится. — Тебе нужна зарядка, да? Это конечно не зарядная станция, но должно подойти, — Грегори выскочил из чужих рук, поднимая с пола чёрный шнур и втыкая его в спину Фредди, ровно в то место, где у человека находится ложбинка между лопатками. — Питание подключено. Через пару часов я буду как новенький, — аниматроник поднял большой палец вверх, вызывая у юноши улыбку, которую тот всё же скрыл. — Точно. Тогда оставляю тебя здесь, отдыхай, накапливай энергию, а я займусь своими делами. Мне удалось найти для тебя отличный аккумулятор, поэтому зарядки будет хватать надолго. Часов на десять-двенадцать. — Ещё раз спасибо, Грегори. Я очень тебе благодарен. — Ага. Ну, я пошёл, — парень отсалютовал Фредди и вышел, бесшумно прикрывая за собой дверь. Щёки его тут же зарделись, и он осел на пол, закрывая лицо руками. Он помнит меня… Он благодарен мне… Я снова суперзвезда…