Вокруг болезни, яды, порча, на дне же лишь надежда, иль ожидания обман.

       — Ты точно ничего не помнишь? — спросила Эллисон, с сомнением глядя на Лидию. Начало учебного дня, на дворе февраль, но уже сейчас солнце начинает по-весеннему ярко светить. Укус зажил, так что поэтому Лидия может спокойно посещать школу, чем тут же взбудоражила своего брата.        — Они сказали, что это импульсивное влечение к перемене мест. Проще говоря: "Мы без понятия почему ты не помнишь, как два дня шлялась по лесу голой". — с черным юморком ответила она. — Но. Лично мне все равно. — улыбка озарила ее лицо, и Лидия демонстративно показала, как хорошо ее платье сидит на ней. — Я похудела на девять фунтов.        — А я потолстел, причем вряд ли лишь на девять фунтов. — поморщился Уилл, разминая свое левое плечо.        — Не потолстел, а начал прибавлять в росте и весе. — поправила его сестра, на что тот закатил глаза. — Ты теперь не метр шестьдесят пять, а уже все метр семьдесят. Да и в плечах ты слегка расширился.        — Ты-то этому рада, теперь тебе доступны каблуки выше трех сантиметров. — фыркнул он. — А мне теперь страдать от изменившейся комплекции тела и новой одежды, которая скоро вновь станет мне маленькой. Знаешь, как тяжело заново привыкать ко всему этому? Особенно на плавании?        — Ты хотя бы не только в талии расширяешься, да и то в ней на сантиметров один-два. — издала смешок Лидия. — Ты вчера съел два двойных чизбургера!        — А ты все также застряла на брокколи. — сострил в ответ Уилл, и они вошли в здание школы, сразу же натыкаясь на взгляды учеников в коридоре.        Сзади захлопнулась дверь, громким щелчком нарушая резкую тишину. Впрочем, мелкие перешептывания, слетающие с губ школьников, смешанными волнами отражались от стен, наслаиваясь друг на друга и превращаясь в раздражающий шелест.        — Хм. — прищурил глаза парень, замечая слегка зажатую реакцию сестры. Что это с ней? Обычно ее этим не смутить.        — Может это из-за девяти фунтов? — подбодрила ее Эллисон, на что Лидия уверенно подняла подбородок, поправила янтарные волосы и гордой походкой ознаменовала свое возвращение. Королева пришла.

***

       Заканчивался урок истории. Уилл спокойно сидел сидел в классе и слушал про промышленную революцию в Европе, как в дверь кабинета постучали и полицейский позвал учительницу. Под любопытными взглядами школьников они о чем-то тихо переговорились, и учительница посмотрела на него.        — Мистер Мартин, прошу вас пройти в кабинет директора.        В непонятках от того, что понадобилось от него полицейским и что они вообще тут делают, Уильям послушно собрал свои вещи и вышел из класса, после следуя за мужчиной. В коридорах было не многолюдно, но, когда они уже добрались до кабинета директора, прозвенел звонок, и ученики стали уже выходить из классов. Войдя в открытую дверь, он увидел сначала шерифа Стилински и нового директора, незнакомого старика, а после и Джексона.        — Привет, Уильям. — кивнул мистер Стилински, взглянув на него добрыми глазами. — Мне известно, что ты общаешься с Айзеком Лейхи.        — Айзеком? — непонимающе переспросил Уилл. — Ну, я иногда помогаю ему с уроками, но на этом вроде бы все. А что с ним?        — Было найдено тело его отца, рядом с его машиной, в которой был найден труп, также лежал велосипед Айзека.        — И вы подозреваете Айзека? — еле сдержал свой тон Уильям. — Он же безобидный!        Сколько он общался с Айзеком, от него ни разу не было слышно каких-либо ругательств или хотя бы повышенного тона, несмотря на более мощную фигуру по сравнению с лилипутом-им. И даже это как-то не придавало парню уверенности. Легкая сутулость, определенная зажатость в плечах да и вообще во всех движениях, не говоря уже об опущенном в пол взгляде.        — Поэтому здесь и мистер Уиттмор. — написал что-то в блокноте и поджал губы шериф, взглянув на другого парня. — Есть добавить что-нибудь важное?        — Его отец избивал его. — как обыденную вещь сказал Джексон, тут же словив удивленные взгляды. — Лет так два-три точно.        — Погоди, то есть ты хочешь сказать, что все время знал об этом? О том, что отец Айзека избивал его? — озвучил мысленный вопрос шериф Стилински.        — Даже не избивал. Он ногами выбивал из него дурь. — равнодушно пояснил парень, на что Уилл посмотрел на него как на... как на омерзительное явление.        — И ты об этом никому не говорил? Учителям, родителям, друзьям? — пытался найти хотя бы оправдание такому равнодушию мужчина, но Джексон лишь пожал плечами.        — Не-а, это не моя проблема.        — Ну конечно же. — фыркнул Уилл. — Все страдают, но тебе наплевать.        — Тебе-то какое дело?        — Так, ладно, успокойтесь. — вздохнул шериф Стилински. — Забавно, что бьют тех детей, которые меньше всего этого заслуживают. — как бы невзначай сказал он, и Уилл издал едкий смешок.        — Ага. — сразу не понял Джексон. — Подождите, что?        — Думаю, мы закончили. — поджал губы шериф Стилински, и парни вышли из кабинета директора. И если Джексон пошел как ни в чем не бывало, то Уилл же в своих размышлениях не замечал ничего и никого. Ни Стайлза, ни даже Скотта.        Синяки на лице, иногда даже кровоточащие царапины. Неровные ногти на пальцах, как будто они часто ломались от скребущих движений. Да и общее поведение Айзека. Гордился своим умом? Ну, молодец, гордись и дальше, пока у других очевидные признаки проблем.        Тихий вздох сорвался с губ. Ладно, лучше поздно, чем никогда. Может стоит подарить ему мягкую игрушку? Завтра на перемене, например. Поверить в то, что Айзек убил своего отца? Пф, не смешно.        Хм, сегодня полнолуние, так что тренировками стоит заняться пораньше. И покушать надо поплотнее, иначе опять будет тот приступ. Насколько Уилл понял, его организм из-за новоприобретенных сил просто невзлюбил голод и стремится к адаптации, из-за чего такой физический скачок. И причем если суставы сразу же достигли небывалой гибкости, то мышцы и кости развивались уже именно от тренировок и питания. На вторую неделю пришло осознание, что у него появилась потребность к физическим нагрузкам, и если за день их не было или они были минимальны, то к вечеру Уиллу чуть ли не хотелось выть от переизбытка энергии. Может быть даже не потребность, а инстинкт, стремление к... чему? Фаза подготовки? Или может это от того, что подсознательно он не хочет быть слабым на фоне всей этой сверхъестественной чертовщины?        Конечно, столь резкие перемены в росте и мышечной массе не могли не побеспокоить маму и сестру, из-за чего его не раз возили в больницу, на обследование к ортопеду. Тот впрочем сказал, что еще один подростковый скачок, причем качественный, не сулящий проблем с костями и тому подобное.        Правда были еще и прочие бытовые минусы. Тело быстро выходило из одежды, личные затраты на еду выросли чуть ли не в два раза, а в тренажерный зал он стал ходить чуть ли не чаще, чем в музыкальный класс. И подколы Лидии.        Все уроки Уилл был мыслями где-то вдалеке, размышляя над всей этой ситуацией. Видимо затишье перед бурей уже закончилось, с одной стороны Ардженты, с другой – Дерек, а посередине обычные подростки. Надо будет сказать сестре быть сегодня осторожнее.        — Лидия! — наконец-таки нашел ее в коридоре Уилл после учебного дня.        — Уильям. Опять на фитнес? — выгнула она изящно бровь.        — Ага. — кивнул Уилл, посмотрев время на телефоне. — Не хочешь сегодня вечерком испечь печеньки вдвоем? С шоколадом.        — Тебя опять потянуло на сладкое? — вздохнула Лидия. — Ммм. — все же призадумалась она, кончиком пальца коснувшись нижней губы. — Да, но ингредиенты покупаешь ты. А если печенки получатся ужасными, то съешь их также ты.        — Отлично. — улыбнулся Уильям. — Тогда я побежал.        — Поосторожнее на улице вечером. Сегодня полнолуние. — сказала Лидия, чем очень побеспокоила брата. Полнолуние? Она же за ними не следит. Взглянув на нее еще один раз, он тем не менее не заметил ничего странного в беспечном выражении ее лица. Паранойя, это просто паранойя.        Вечером печенье подгорело.