autumnus

Что произошло? Увы, вопрос остается открытым. Медленно поднимаясь на ноги, Юнги осмотрел помещение на наличие опасности. Пусто. Абсолютно пусто. Темная комната, больше напоминающая тюрьму, расположилась в тревожном взгляде юноши. «Сколько сейчас времени? Сколько я тут валялся?» - первые мысли после томительного сна молодого человека, – «твою мать». В углу своей клетки, где он оказался, заточенный как жалкая маленькая пташка, Юнги обнаружил свой рюкзак; некоторые вещи все же вернули. «Голова кружится… Дойти бы.» - ненароком пронеслось в голове Мина. Действительно, ему стоило действовать быстро и без лишних временных затрат, ведь обидчик здесь, он рядом. Казалось бы, как родной отец может так поступать со своим родным и единственным сыном? В том-то и загвоздка – единственным. Все, что требовал отец от Юнги – наследовать банду якудза. Вспыльчивый характер, невероятная харизма и физическое превосходство над любым человеком: Мин младший был идеальным лидером по мнению отца и его приближенных. Но хочет ли сам Юнги этого? Мерзкие разборки каждый день, убийства, выбивание денег с должников каких-то крупных компаний, торговля людьми – хочет ли он этого? Каждый день, с самого детства, проживая в этой безумной агонии, маленький Юн хотел лишь одного – сбежать со своей матерью туда, где их не найдет жестокий тиран Ке Гван, который был помешан на деньгах и безумной власти, что губила его человечность каждую минуту. Просыпаясь от криков матери и отца, Мин начинал плакать от ужасного чувства вины, которое пожирало всякую живую клеточку детского тельца. Знаете, иногда так хочется провалиться в небытие. Разве маленький ребенок должен был это всё проходить? Определенно нет. «Мама всегда защищала меня, я ей так благодарен…» - вороша прошлое, юноша пришел к единому выводу, - «нужно её навестить». Забирая рюкзак с вещами, и поспешно рыская в нем, выискивая телефон, он начал покидать здание, прежде, звавший его своим домом. Грубо выругавшись, глянув на экран телефона, Юнги поплелся по длинному коридору, сверля взглядом заветную дверь. Пора снова убежать. - Эй, Юнги, - кто-то окликнул юношу. – Ты в курсе, что это было последнее предупреждение? - Меня не волнует. – Резко бросил молодой человек. - Господин Мин больше не станет ждать, а я больше не буду покрывать тебя. Прости, мне тоже влетает по полной программе. – Нагоняя прилично отдалившегося от крыльца Юна, начал мужчина. - Спасибо тебе, Чхёль. Спасибо за твою заботу, но я больше не появлюсь здесь. - Он найдет тебя везде, ты ведь знаешь. - Больше нет. – Нахлынувший в кровь адреналин заставил юношу растянуться в довольной, но больной улыбке. Приятные черты лица были изуродованы огромными синяками, а разбитая губа вновь начала кровоточить. И эта печальная улыбка, казалось, она никогда не покидала его. Юнги выглядел ужасно, да и чувствовал себя точно также. - Чхёль, одолжи сигарету. – Сломленный пристальный взор подростка заставил мужчину сжать кулаки от жалости и своего трусливого бездействия. На пару мгновений перед глазами Чхёля мелькнул тот самый образ счастливого мальчишки, чьи глаза сверкали так ярко, что заряжали всех окружающих случайным умилением и минуткой наслаждения. Одного взгляда было достаточно и при упоминании имени этого ребенка любой бы начал невольно улыбаться. Но что же с ним сейчас? Абсолютно пустые прогоревшие глаза, натянутая гримаса решительного счастья и губительная привычка. - Юнги, с каких пор ты начал курить? – Порицательно бросил статный мужчина. Его рука скользнула в карман брюк, чуть приподнимая край черного пиджака. Быстро доставая пачку сигарет, он протянул содержимое юноше, не забыв про себя. Также стремительно человек управился с зажигалкой. - С тех самых. – Едкий нервный смешок вырвался из его уст. Вдыхая ядовитый дым и прикрывая глаза от удовольствия, кинул Юн. – Знаешь, я думал, что всё это закончилось. Думал, он оставит меня в покое. – Дым, томительно дожидавшийся своего освобождения из легких юноши, спешно был выдохнут. - К сожалению, это еще не конец. - Понял, не хворай. – Давя язвительную лыбу, молодой человек начал отдаляться от стоящего перед ним мужчины. Приятные воспоминания из детства вновь нахлынули на Юнги, но их мигом поглотила волна крови, пролитой здесь, в его былом доме. Дом – место, куда ты всегда можешь вернуться, там, где тебя всегда ждут и поймут. Но не в этом случае. Тремор рук преследовал юношу ежедневно, но сейчас он усилился в сотни раз. Докурив свою дозу единственного наслаждения в этом жалком мире, Мин отправился прочь от грязных мыслей. «Только и убегать можешь. Такой жалкий» - не стирая улыбку с лица, пронеслось в его голове. Проходя мимо сотен, а то и тысяч могил, Юнги остановился у одной заросшей и грязной. Его печальные до безумия очи стали более печальными: накатили слезы. Его отчаяние имело внушительный размер – было больно, очень больно. Тьма затмила последнюю надежду на былое счастье. - Мам, прости… Я ужасный сын, я не смог ничего сделать, прости… - Дыхание сбилось, а ноги подкосились: Юн упал на колени, слезы нахлынули так, будто с каждого жителя убогой планеты собрали по горсти несчастия и поместили в хрупкое тело абсолютно сломленного человека. – Прости, что я такой слабый… Вы, наверное, задаетесь множеством вопросов. Пожалуй, настало время ответить на один из них. /////////////////////////////////////////////////////////// Прекрасная особа в искусном кимоно: её волосы и глаза цвета самого чистого угля на всей планете поражали каждого. Мягкие черты лица безумно зачаровывали и сводили с ума. Рядом с ней статный мужчина, который только-только стал главой самой известной преступной группировки в Японии. На его руках красовались части, относительно свежей татуировки, которые были прикрыты элегантным пиджаком. Держа обеих особ за руки, расположившись между ними, стоял маленький мальчик, очень похожий на мать. Его взгляд был притуплен и тревожен – он боялся нынешней обстановки, и, похоже, не зря, ведь после этого вся жизнь этой семьи пошла под откос. Так было сделано последнее счастливое общее фото Юнги с его родителями. Спустя несколько лет бандитской жизни отец будто обезумел. Мужчину не интересовало ничего кроме денег и собственного сына, которого он желал видеть только наследником клана. С самого детства старший Мин морально изничтожал маленького Юнги, буквально наслаждаясь этим занятием. А мать, в свою очередь, не могла терпеть такого отношения к ребенку из-за сумасшествия мужа. Каждый раз, когда она хотела помочь своему малышу, Ке Гван вмешивался, не оставляя в покое даже свою жену. В один из таких дней переменилось абсолютно всё. Юнги был сломлен окончательно.