Incoming

Чонгук себя ревнивым придурком никогда в жизни не считал. Логично — в отношениях никогда и не был. Насмотрелся на своих ебантяев-друзей, которые охраняли задницы своих девушек как золотой снич, блять, спасибо, хватило. Аж тошнит. Его блевать тянуло каждый раз, когда парни петушились и заводили порой истерики хуже своих девок. Ревность, он считал следствием неуверенности в себе, в первую очередь. Уже потом: в партнёре, в отношениях. А так как человек он дохуя уверенный, и прекрасно знает, что дро-очный, что девочки каждый вечер ломают пальчики под бельём, представляя как он их трахает; плюс — и человека как-бы не было, который бы нравился, так и ревновать некого? Поэтому это чувство ебантяев он в принципе не знал. До этого времени. Пока ебантяем не стал он сам. Если не хуже. — Сука. — Шипит, нервно, прожигая взглядом весело смеющегося Тэхена, танцующего с Миной из параллельного. — Ты полегче давай. Они просто репетируют брат, остынь. — Усмехается Югем, сидящий рядом. А у Чонгука трясётся правая нога, и от смятой бутылки уже ничего не осталось. Чонгук кивает мелко, прикрывая глаза. Трясёт мокрой чёлкой и снова мелко кивает. Верно-верно. Они просто репетируют, ничего такого. Просто… Глаза снова цепляют чужие запястья на его шее, его широкую улыбку и взгляд его на ней… На ней. Блять. Блять. Бля-ять! — Хули он блять смотрит так на нее? На что там сука можно смотреть? На ее прыщи на полметра вперед? — Борцовка от пота липнет к спине, а Чонгук еле держит свое красное, клацающее пастью бешенство на цепи. — Надеюсь, у нее просто застряла еда меж зубов. — Смеётся друг, а Чону что-то не до смеха. А когда Мина откидывается задирая голую ногу, и Тэхен чисто механически хватает её под колено, уменьшая расстояние меж их лицами, у Чонгука тормоза скрипят и срываются нахуй к ебеням. — Бро, спокойствие… — Паникует Гем, опасливо поворачивая голову к Чонгуку. — Я её нахер урою. — Шипит и срывается с места. — Кан Мина, сука! — Чон! *** Тэхен валится спиной на поверхность пола и не успевает подняться, как на него садятся всей своей тушей. Садятся прямо на грудь, почти на шею. Ну вообще-то, ему не жалко — хоть куда, только воздуха бы не помешало… — Чонгук… — Хрипит, сжимая чужие накаченные ляжки душащие его шею. — Чонгук, какого черта… — Какого черта? Я у тебя хотел спросить. Какого нахуй черта? — Шипит брюнет, приподнимаясь и доставая из-под резинки треников свой влажный член. — Это просто репетиция. Я не хотеть её трогать, она чуть не упасть… Это просто сработать рефлекс. — Хрипит парень и снимает запотевшие очки. — Рефлекс сработал говоришь. Джентльмен херов. Пусть бы она грохнулась, не померла бы. А ты рыцарь в цветочных доспехах, так и ждал падения Рапунцель, блять. Понравилась сучка? Я видел твой взгляд. Даже не пытайся увиливать. — Большой истекающий смазкой член, оказывается прямо у рта Тэхена, доходя до начала чёлки. Чонгук трется, водит им вокруг контура его губ и носа, размазывая выделения по его лицу. — Мне… не совсем удобно отвечать на твои вопросы, с твоим… микрофоном у моего рта. — Мычит Ким, проводя языком по яйцам. Чонгук резко выдыхает, и встаёт позволяя вдохнуть кислород, а потом задирает рубашку Тэхена до груди и просовывает под неё член, сидя жопой на груди и подсовывая головку члена прямо к чужому рту. Идеальный угол. — Привыкнешь. — Откидывает голову, когда головка проникает в горячий влажный рот. — Сначала отсос, потом разборки. Тэхен подтягивает его за бедра к себе ближе и не отрывая взгляда от напряжённого кадыка Чона, берет настолько глубоко, насколько может, сильно сжимая ягодицы и просовывая руки под его треники. Чонгук кусает губы и открывает глаза, встречаясь с тёмным взглядом Тэхена. Стонет надрывно, не отрываясь и двигается жёстче, быстрее, садясь практически на шею. Темп наращивается, а Тэхен охуенно берет до горлового, засасывая щеки. Чонгук ускоряется и кончает ему на подбородок, додрачивая рукой. Тэхен устало откидывает голову и облизывает губы. Отдышавшись, Чон упирается руками по обе его стороны от головы и нагинается, с силой кусая чужие губы, и больно оттягивая нижнюю. Тэхен отвечает с такой же дикостью, не убирая руки из-под треников на заднице. Когда они перестают терзать губы друг друга, улыбаются и Чонгук размашисто лижет скулу парня, целуя в челюсть. Приподнимается, смотрит, восседая ещё на его груди и хватает его за щеки, фиксируя. — Если я ещё хоть раз, замечу что ты палишь девчонок, смотришь в их блядскую сторону, касаешься их не там где надо… Я любую вышвырну нахуй из этой школы. И это касается не только их. Замечу, любой твой заинтересованный взгляд на кого-то, тем более блять, на парня — житья ему здесь не будет. — Говорит вкрадчиво мягким тоном, водя пальцем по красным губам. Тэхен закатывает глаза, кивая. Он свою любовь и верность доказывать устал за эти годы. Но попытается ещё раз… — Я тебя любить. Захочу — не смогу предать. — Пожимает плечами. Чонгук кивает, целуя его ещё раз. — Я тоже не смогу… … Без тебя.