Грызуны в винном погребе

Дилюк спокойно дежурил на ночной смене, разливая алкоголь праздным ночным гостям. Ничего не предвещало беды, разве что отсутствие двух привычных алконафтов напрягало, неужели и у них наконец то появились дела? И по закону подлости, вдруг, он услышал шум со стороны винного погреба. Подумав что то всего лишь крысы, он берёт лопату и спускается, дабы уничтожить «вредителей» Какого было его удивление, когда вместо привычного писка он услышал злополучное: -Хзхапз. Прэветт братецц… Хрр… Едва сдерживая лопату в своих руках, дабы не уебать эту бухущую крысу, стиснув зубы Дилюк ответил: -Блять… Ну и как ты чёрт возьми сюда забрался? Стоило ему только это сказать, как из другого угла помещения раздался, словно мышиный писк, еле слышный голос: -Уахзва, Кейааа, я же просил тебя быть по тише, в отличие от тебя, меня он жалеть не станет. Ой! -Идиот… Красные глаза злобно взирали на «мышонка», который всем своим телом пытался скрыть что то на стене. Кажется, это был туннель?.. В конец, терпение рыжей бестии лопнуло. И он было уже замахнулся для удара лопатой, как крепкие руки сжали его со спины. -Браааатиик~ -Чт… Отпусти меня шалопай! -Братик я люблю-ю-ю тебя-я-я. Венти: 😲😯😏 Взглядом Кейа всеми силами же пытался намекнуть, что бы тот бежал оттуда, но бард лишь ехидно усмехнулся: -Оо, да ты у нас романтик! Дилюк всеми силами пытался вырваться из цепких лап, но в итоге они оба потеряли равновесие, и его придавило к земле заспиртованной крысиной тушей. Бедный — бедный Дилюк, из-за того что Кейа выпил чуть ли не бочку вина, он весил так много что ему лишь оставалось жалобно ругаться под его весом: -Да что тут чёрт возьми происходит! Вы идиоты! Кто будет заделывать эту дыру?! И слезь с меня, грязный свин! Когда Венти планировал это «ограбление века», он и не думал, что наткнётся на такое шоу, так что уходить он уже точно не собирался. Кейа понимал, что если сейчас отпустит его, то в живых уже не останется, поэтому ещё крепче сжал своего брата. То ли от злости, то ли от того, что его сейчас раздавят, лицо Дилюка залилось румянцем. Наблюдая эту картину, из озорных глаз барда полетели искры, он уже предвкушал продолжение. Изначально у Кейи не было подобных мыслей, но раскрасневшееся лицо брата, алкоголь в крови и взгляд анемо архонта заставили его обратить внимание на то, как филейная часть братца, который во всю извивался в ничтожных попытках освободиться, очень точно билась об его пах. В следующую же секунду его член стоял колом.