крик в пустоту

Проснулась Морган ближе к вечеру. В поисках чем унять жуткий голод. Можно было бы проспать жизнь ещё пару часов, но тошнотворное урчание живота вселяло мыслью только о еде. —Уже не помню когда в последний раз нормально ела. —Закатила глаза Эмир. Не в силах поднять голову с подушки — обратно плюхнулась на диван. Найдя в себе силы встать, девушка поплелась в кафе-бар «Три метлы» мадам Розмерте. Там она взяла себе сливочное пиво и отбивное. Конечно же, не обошлось без слухов о чемпионах турнира. Особенно обсуждаемыми были Гарри Поттер и сама Морган-Мэрфи. В плохие слова в свой адрес она еле сдерживала кулаки. Фото чемпионов ещё не опубликовали,  а что если всё же им предоставиться профиль такой шумной на сегодняшний день Морган-Мэрфи? Она перестанет баловать себя ассортиментами алкогольных напитков? Эмир, уже почти забыла о завтрашнем интервью с Ритой Скитер. —Та ещё язва. —Подумала Эмир разлежавшись на диване. —Они попросят интервью. И что мне говорить там? Этот интервью будет на газетах по всему магическому миру. Эмир столкнулась с первыми минусами обычной жизни: следование правил. Но и раньше она особо и не следовала по ним. Она удивилась в том, что внимательно запомнила слова профессора Макгоногалл. —Быть в школьной форме на интервью обязательно! —Сказала она, подправляя очки на переносице. Эмир уже давно не надевала белую рубашку. И вообще она не любила светлые и яркие оттенки. Но тут, буквально «заставляют». Поверх белой рубашки девушка нацепила черный костюм и фирменный галстук слизерина. Девушке стало грустно. Ведь последний раз она вышвырнула почетный галстук, в ярости и злости покидая Хогвартс. Тогда, она думала что никогда обратно не натянет зеленый галстук в белые полоски. Белая рубашка неприятно оселась на теле. Эмир была неуверена нравиться ли ей быть в школе снова или нет. Скорее ей не нравятся правила, которые произносить Минерва Макгоногалл. Ходячая сборница правил. Так и тянет нарушить их. Всматриваясь в свое отражение, она не могла сдерживать свою высокомерность. Она всматривалась в себя с ног до головы. Поднявшись выше она увидела у себя грязную ухмылку матери, с которой она без сожаления убила свою родную мать . Улыбка упала с лица, переменившись на глухую ненависть. Мыщцы лица окаменели, а высокомерность свелась ненавистью. —Ненавижу! —Произнесла Эмир, поджав губы. Стараясь не смотреть в зеркало. Но малахитовые глаза поплыли по отображению, снова. Теперь девушка видела не себя, а образ своей матери на отблеске зеркала. Не удержав гнев, Эмир направила кулак прямо по образу матери. По руке пронеслась волна дрожи. Девушка почувствовала как неприятное стекло пронизывает плоть. Будто электрический разряд прошелся по всему телу. На разбитых костяшках выступили капли крови. Одного удара хватило чтобы чуть не разбить себе тело и чтобы пошатнуть зеркало вдребезги. Эмир всмотрелась в разбитые осколки материала и кедами темного оттенка отодвинула их подальше от себя. Во множество частей зеркала она видела себя и как капли крови стекают на пол. Костяшки заныли. Эмир не сразу почувствовала боль. Физическая боль такого рода казалось чем-то смешным. Девушка грохнула на холодный пол и всматриваясь в осколки застрявших на ранах, ухмылнулась. —Хех. Было. Больно. —Раскиснула она и не заметила как испачкала белую рубашку. —Вот черт. —Вывалила она и аккуратно сняла пиджак, понимая что рубашку уже ничто не спасет. Девушка вытащила все осколки, обработав руку прижала к ней кусок ткани, в надежде остоновить кровь. Кровь остоновилась, но выглядела опухшая рука с ранами не очень и даже пугающе. Рука, спустя некоторое время, накрылась синяками и девушка решила прикрыть всё пластерами. Ситуацию пластеры не особо спасли, но с ними было лучше, чем без них. —Ненавижу. —Снова произнесла Эмир, расстегивая пуговицы рубашки. Вместо белой рубашки она натянула черную. Ей черная атласовая рубашка определенно нравилась больше чем белая измазанная кровью. Если подумать, Минерве не понравилась бы рубашка испачканная кровью, так что, Эмир додумала за двоих. Застегнув все пуговицы, отдумалась и освободила пару пуговиц сверху. Теперь, девушка чувствовала себя более менее в своей тарелке, нежели чем пару минут назад. И ей нравился её образ целиком. Пролился дождь. Не совсем утренний. Время было всего лишь 04:21. Солнце даже не задумывалось пройтись по земле раньше на час. Интервью с Ритой Скитер назначался в 09:00. Эмир сказали стоять с чемоданом у фойе в 08:00. У нее было куча времени провести в одиночестве. Одиночество девушки заняли сигареты «мальборо», её любимые и крепкое кофе, цветом напоминающий ночь. Темноту в кухне освещали лишь несколько ароматных свеч. Эмир сомкнув глаза на миг услышала гул сов, шелест листьев и как капли дожля медленно стекают по крыше. «Кто-нибудь, когда-то будет делить со мной такое одиночество?», —Спрашивала она себя. «Но, вряд ли», —Отмахнулась Эмир и осушила стакан кофе. «Сигареты, кофе и алкоголь всегда будут делить мое одиночество», —Уверила себя шатенка и выдохнула острый дым. В темноте дым сигарет напомнил волны за решеткой Азкабана. Также темно и холодно. Эмир откинулась на спинку кресла и снова выдохнула дым, так похожий на волны полных надежд. Тогда шатенка даже не мечтала о Хогвартсе. Ей было не до того, чтобы думать о таком невозможном. Всё о чем она мечтала тогда это оказаться рядом с матерью. А сейчас она даже рада что та, мертва. Она не представляет как смотрела бы в те синие глаза, после осознания какой тиронью была Вивьен. —Да и черт с ней. —Процедила Эмир. Поглаживая разбитую руку. У Хогвартса в 08:00 утра её ожидал сквиб Аргус Филч. Он осуждающе засмотрелся на девушку, после чего взял чемодан и поплелся в другую сторону замка. Старый завхоз был неприятен для Эмир, но свою работу он выполнял верно, поэтому она и доверила ему свой ценный чемодан. Стоя посреди центрального двора, она заметила как к ней кто-то приближается. И эта высокая фигуру вселило в Эмир чувство уюта. Она невольно улыбнулась увидев Седрика Диггори, сверкающего улыбкой. Седрика Диггори Эмир могла бы назвать верным другом. Честный, добрый и смелый. Он раскрыл руки и уняв смущение обнял Эмир. —Ещё раз обнимешь меня и я вырою тебе могилу. —Улыбчиво пригрозила Эмир. —Извини. —Тихо раскаился он. Его щеки покрылись румянцем. То ли от холода, то ли из-за стыда. —Я даже не знаю что сказать. —Ты кому-то рассказал что знаешь меня? —Серьезно начала девушка. —Нет. —Вот и хорошо. Не рассказывай никому какие круги нас связывают. Я не хочу подвергать вас опасности. —Хорошо. —После недолгого молчания, он всё же, набравшись силами, осмелился. —Скажи честно, Эмир. Как ты это сделала? —Сложно объяснить. —Эмир замешкалась придумывая как найти подходящие слова. —Я шантажировала Барти Крауча. —Выдавила она, будто это обычное дело. —Что?! —Да. Я же говорила что Барти Крауч-младший на свободе? —Седрик понимающе кивнул. —Так вот. Барти-старший подменил жену и сына оборотным зельем, перед его казнью. И последующие несколько месяцев держал его под заклинанием «империо». Кажется, его сыну удалось сбежать и натворить дел в лагере болельщиков. —Глаза волшебника округлились, он оглянулся по сторонам, после чего спросил: —А как ты об этом узнала? —Эмир прикусила губу. —Проследила за ним. —Ты что сделала?! —Прищурил глаза волшебник. —Ага. —Сам Седрик никогда не нарушал правила. Проследить за шишкой в министерстве для него казалось хуже непрочтительного заклятия. —Во первых, он подкупил тюремщиков в Азкабане, участвовал в побеге опасного преступника, —Седрик загибал пальцы, считая сколько правил нарушил Барти Крауч, —и использовал непростительное заклинание! —Я обещала никому не говорить. Мне удалось добиться свободы. И ты тоже держи рот на замке. —Пригрозила Эмир, после чего Седрик мирно приподнял руки, выражая свою беспомощность. —Я могила. —Хорошо. А теперь идем, пока мне не влетело от Минервы Макгоногалл. У Гарри как всегда волосы были взъерошенными. Так и торчали в разные стороны. Гермиона надула губки поправляя волосы другу. Он до сих пор ходить в недоумений что происходить. Ему неприятно слышать грязные слова в свой адрес, даже Рон отвернулся от него, друг который должен был поддержать в сложную ситуацию. —Ну, как я выгляжу? —Замешкался Гарри, когда рядом ветром прошел Виктор Крам. По сравнению с ним он казался более хрупким. —Отлично. Главное не волнуйся, это просто интервью. —Сказала Гермиона, поддерживая друга. —Ага. —Грустно добавил Гарри. —Думаю у меня даже шансов нет. —Гермиона отогнала его от таких мыслей дотронувшись до локтя. —Главное не победа, а процесс, помнишь? —Улыбчиво произнесла она и развеселила друга. Её настроение упало, когда увидела по той стороне мрачного коридора приближение двух высоких фигур. Сердце дрогнуло в поисках утешения. Её приближение казалось слишком быстрым. Каштановолосая скрестила руки на груди и снова направила взгляд вдаль. Былая злость пропала, переменившись восхищением. Она увидела Эмир, одетую во всё черное. Костюм добавил в её былой суровый образ — серьезность. На её лице красовалась улыбка, стрелки на брюках были идеально сглажены. Волосы уложены в андеркат, а слизеринский галстук красиво завязан у воротника черной рубашки. Гермиона никогда не видела чтобы Эмир ходила с измазанными очками, как это обычное явление у Гарри и она не так часто подправляет их обратно на переносицу. В голову ударил тот вечер. Буря эмоций и поцелуй. Теперь, смотреть в глаза Эмир казалось невыполнимой задачей. Но, Гермиона знала что рано или поздно их глаза, взгляды обязательно, немениуемо встретятся. И что ей тогда делать? Что сказать? «Вот бы закопаться. Исчезнуть», —Подумала каштановолосая. Поцелуй был нежным. Пропитанный эмоциями. Такие чувства были чем-то новым. Не как то, что Гермиона испытывала к Рону Уизли. Сердце не признавало его. А Эмир впилась в жизнь девушки так сильно, что забыть было уже невозможно. Такие чувства до жути пугали Гермиону. То, что Эмир «использовала» её в своих целях как какую-то неживую вещь без чувств и эмоций — глубоко засело в сердце Гермионы. Она уже устала быть для кого-то вещью для использования. Грейнджер надеялась что с Эмир всё будет по-другому, но нет, она оказалась такой же как Рон и Гарри, которые приходять только тогда, когда им нужна помощь. Эмир облизнула нижнюю губу и подправила пиджак, после чего её взгляд упал на Гермионе и застыл. Грейнджер заметила почти синие руки, обклеенные пластерами. Местами красная, местами синяя рука поддрагивала. —Седрик, ты иди, я сейчас подойду. —Бархатным тоном произнесла Эмир и высокомерно уставилась на Поттера. Призывая его не мешать. —Я тоже пойду. Спасибо, Гермиона. —Каштановолосая криво улыбнулась и помахала рукой Поттеру. —Удачи. —Провалила Грейнджер. Эмир вспомнила всё что произошло между ними. Тот поцелуй. И вспомнила как она смотрела на нее в день отбора. Она сжала руки, забыв о разбитой руке и невольно поморщила глаза. Гарри ушел вглубь коридора как и Седрик. Они с Гермионой остались одни. —Привет. —Тихо произнесла Эмир. Ожидая что в ответ Гермиона хотя бы улыбнется. Но она будто, не заметила Морган, собиралась уйти. Такая картина не устраивало шатенку. Такую грубость в свою сторону она вряд ли потерпить. Она схватила Грейнджер за запястье разбитой рукой и вежливо спросила: —Что-то случилось? —Ничего. —Добавила она и собиралась снова удрать. —Как «ничего», Грейнджер, не томи, говори всё как есть. —Грейнджер моментально залилась алой краской и строго уставилась на Эмир. —Отпусти. Я не намерена вести с тобой беседу. —Хват шатенки был слишком крепкий чтобы просто так выбраться из него. —А ты будешь. —Холодно пробормотала Эмир, после чего обиженные глазки Гермионы без сопротивления упали в сторону окна. —Больно. —Тихо произнесла Гермиона. Сердце Эмир сжалось из-за своей же грубости. Она не заметила как сильно сжала запястье девушки. Она моментально ослабила хватку и опустила руку каштановолосой. —Извини. —Замешкалась Эмир. —Твоя рука. —Пробормотала Грейнджер и дотронулась до разбитой руки. Она подняла её и принялась детально рассматривать. —Больно? —Эмир уже забыла о руке когда увидела Грейнджер. —Всё нормально. Временами, привыкаешь к боли. —Выдавила из себя девушка. —Кто сказал что «нормально»? Это ты сама себе напридумывала. —Утвердила Грейнджер и отпустила руку. —Сходи к мадам Помфри. —Она ведь Макгоногалл расскажет? А я не хочу находиться к ней ближе даже на метр. Увидев разбитую руку Эмир, сердце Грейнджер сжалось. Внутри проснулось чувство тревоги и вины. Она больше не могла обижаться и дала волю своей светлой стороне. —Тогда. Приходи ко мне. —Ты уже не обижена на меня? —Гермиона надула губы и увидев застветившуюся вдали образ строгого профессора Снегга. —Что вы тут делаете, мисс Грейнджер? И объясните мне, мисс Морган-Мэрфи, почему вы ещё не на интервью? —Сквозь зубы, требовательно произнес Северус. —Пришла поддержать Гарри. —Ответила Грейнджер. —А вы? —Эмир непонимающе зажмурилась. Посмотрела по сторонам и остоновила взгляд на профессоре. После чего осмотрела его с ног до головы. Он как обычно был в своей черной мантий. —А я? А что я? Я просто болтаю с мисс, —придержала голос девушка и продолжила:— Грейнджер. —Издевательский произнесла Эмир и махнув рукой кариеглазой направилась на интервью. Кариеглазая была удивлена спасобностью Эмир общаться с людьми. В диалоге с Седриком Диггори она казалась общительным, деловым собеседником. Гермиона осталась наедине с Эмир недолго, но та казалась немного подавленной и грустной, отчаянно старалась поддерживать беседу. При присутствий профессора Снегга она стала веселой и радостной, вполне в приподнятом настроений. Так какие эмоций у нее на самом деле? —Какой харизматичный квинтет. —Процедила Рита Скитер, окинув чемпионов рассудительным взглядом. Она привлекательна блондинка сорока трёх лет. Цепляет своим ярким имиджом. —Ещё бы. —Закатила глаза Эмир. К счастью, её никто не услышал. —Здраствуйте. Я — Рита Скитер, специальный корреспондент «Ежедневного пророка». —Женщина и чемпионы приветственно обменялись рукопожатиями. —Но вам это, конечно,  известно. —Продолжила она и отошла на два шага назад. —Это о вас мы ничего не знаем. Вы — наша главная новость. Рита Скитер вызывала у Морган только недоверие. Конечно, ей нравилась эта харизматичная и привлекательная женщина. Но чутьё подсказывало ей не приближаться к корреспонденту. Морган-Мэрфи стояла между Крамом и Поттером. Седрик находился по той стороне. А на кресле почетно уселась Флёр Делакур. Вблизи Крам казался не таким уж грозным. А Флёр не так уж и нежной. Чувствовалось неуимоверное соперничество, перемешанное с уважением друг к другу. Какие причуды кроются за этими розовыми щечками. —Заметила Скитер сначала поглаживая щечку Флёр, после чего одоряя её легкой пощечиной. Флёр конечно была немного удивлена такой дерзости. —Какие тайны прячутся за этими мускулами? —Взъерошивая волосы Седрика, женщина встала между ним и Поттером. —Неужели смелость скрывается за этой шевелюрой? В общем, чем дышать наши чемпионы? —Рита окинула взглядом сначала Гарри, а затем и Седрика. —Мне всё интересно о вас знать, а уж моим читателям тем более! В голову лезли самые разные мысли. А ведь сейчас ей придется говорить на публику? Её интервью опубликуют на «Ежедневном Пороке»? Что ей придется сказать? —Ну? Кто будет первым? —Рита окинула взглядом всех, будто хищник, ищя свою жертву. Никто не желал давать интервью первым, они лишь уставились друг на друга. —Начнем с самого младшего. Отлично! —После того как она не нашла добровольца, решила последовать по интуиций. Рита взяла Гарри за локоть и поташила подальше. —С ним всё будет в порядке? —Уставился на соперников Седрик. —Меня зовут Флёр Делакур! —Флёр протянула руку в сторону Морган. Та, тихо пожала и недолго смотрела на улыбчивое выражение лица Делакур. —Эмир Морган-Мэрфи. —Холодно выдавила Эмир. —Виктор Крам. —Решился болгарец и тоже пожал руку Мэрфи. —Приятно познокомиться. Смотрела матч, я за вас болела. —Сквозь ухмылку добавила она. Но, на самом деле поставила все свои галлеоны на ирландцев. Выражение лица Седрика непонимающе посинело, выражая недовольство. —Спасибо. —Английский язык с уст болгарца был с ярким акцентом. Виктор был одет в меховой плащ и шапку, соответственно школьной форме студентов Дурмстранга. Он был выше Седрика, квадратное тело вселяло защиту, а для девушек с Хогвартса он был «идеалом». Больше всего Эмир заинтересовал золотистый посох в его руке. Она чувствовала магия исходящию от этого артефакта. —Это волшебный посох? —Спросила Морган. —Можно? —Конечно. —Виктор передал посох в руки Эмир, а она заинтересованно рассматривала волшебный артефакт. Пару раз она постучала по бетону. С каждым стуком, по земле разлетались искры. —А как оно работает? —Ещё раз спросила Эмир. —Волшебный посох — магический артефакт, используемый для колдовства вместо волшебной палочки, или в дополнение к ней. Для колдовства достаточно задумать заклинание и ударить посохом о землю.—Даже с кривым английским Крама, Морган-Мэрфи поняла как это работает. «Аларте Аскендаре» —Загадала Эмир и ударила посохом о землю, после чего Седрик подбросился вверх и чуть не упал. —Круто. —Восхищенно произнес Седрик. —Ага. Седрик,  вытащи палочку и произнеси какое-то заклинание? —Эмир хотела проверить один эксперимент. —Ты чего? Мы же в не на улице? —Седрик окинул взглядом помещение переполненное наградами Хогвартса. —Ой, ничего страшного! Всё равно никому этот хлам не нужен! —Думаю, не стоит. Не хочу лишаться звание старосты. —Да брось, скажи лучше что не хочешь опозориться перед ловцом болгарской сборной и ученицой французской школы? —Седрик закатил глаза и безвыходно вытащил палочку. —Ваддивази! —В Эмир полетел чей-то кубок. Одним стуком она остоновила предмет в воздухе. А после ещё одного удара об землю, кубок полетел в сторону Седрика. Тот, не успел увернуться и получил удар. —Ты ещё ловцом называешься? —Издевалась Эмир. Седрик взял кубок в руку и кинул в Морган. Та, не успев среагировать тоже получила удар. —Что вы тут творите?!! —Прибежала Макгоногалл услышав шум. «Вот мне сейчас влетить», —Подумала Эмир и как ни в чем не бывало поставила кубок на место, а посох вернула Краму. —Безобразричаете, мисс Морган-Мэрфи? —Шатенка не смотрела в глаза строгой дамы. —А вам-то Диггори, как не стыдно? —Извините. —Тихо выдавил Седрик. —Вы представляете нашу школу и должны вести себя подобающе! —Макгоногалл оглянула Виктора и Флёр. —Как это подобающе? Кому подобающе? —Спросила в возмущений Эмир. —Пройдемте со мной. —Минерва повела Морган-Мэрфи с собой. Всё веселье упало с лица Эмир. Она всё ещё помнить как от нее все отвернулись и не собирается ходить как в ни чем не бывало. —Думала за три года вы повзрослели. —Добавила Макгоногалл. Шатенка закатила глаза. —Эти три года были сущим мучением. —Вас снова отстранят от школы! Отдумайте и будьте серьезны! —Девушка пришла в ярость. —Как вы можете так говорить?!! Вы хоть задумывались где я? Как я? Что я делаю? —Макгоногалл лишь промолчала. В выражений лица Эмир появилась грустная улыбка. —И не надо меня тут учить. Что вы сделаете? Выгоните меня с школы? Хоть попробуйте. Вы понимаете о чем я. Барти Крауч сделает всё что угодно. —Я слышала что ваша мама, Вивьен Морган погибла. Очень сожалею. —Раскаилась Минерва, думая что напоминание о покойной матери повлияет на её дочь. —Я рада. —Что? —Оборвала Минерва. —Что бы она сказала если была жива? Подумайте об этом. —Эмир гортанно рассмеялась, положив руки в карман и стеной стоя перед Макгоногалл. —Мертвецы ничего не хотят. Не говорите так о ней. Вы не знаете о моей матери, буквально — ничего. —Выделяя последнее слово процедила девушка. И тут Макгоногалл пришло осознание того что эти три года изменили Эмир. Заставили повзрослеть. —Так. —Цокнула Рита и взяв Эмир за локоть повела в каморку для швабр. —Ты у нас самая интересная личность. О тебе почти ничего не известно, кроме того, что ты раньше училась в Хогвартсе. Но тебя отсюда вышвырнули. —Жалостно выдавила Рита. Эмир молчала, смотря как корреспондент прижимается к ней. —Начнем. Как отреагировали бы твои родители, если были бы живы? —Эмир прикусила губу. Прытко Пищущие Перо начало что-то заинтересованно настрочивать в блакноте. —Думаю, они были бы рады. —Их дочь совершила такое дело, конечно они были бы рады. —Тебя не задевает эта тема? Всё же, они умерли, когда ты была совсем ещё ребенком? —Когда умер папа, мне было 12. Через два года умерла мама. А вас не задевают разговоры о «ваших родителей, которые мертвецы»? —Рита окинула девушку сомнительныи взглядом, после чего проигнорировав слова шатенки продолжила: —Не злись ты так. Морщинки же появятся. Не хотелось бы чтобы такое прекрасное личко было испорчено морщинами? —Похлопав ресничками Рита провела рукой по щекам девушки. Её рука казалось необычайно приятной. Эмир проскользнула между её глаз и заметила что её взгляд становиться более серьезным. Значить последует вопросы. —Кто является твоим опекуном на данный момент? —Если не считать мою супер-няню Минерву Макгоногалл, то никто. Я сама по себе. —Сама по себе уже три года? Так ведь? —Эмир молчаливо кивнула. —Где ты была три года? —Везде. —Морган старалась сохранять спокойствие. От каждого слова всё внутри кипело и хотелось провалиться под землю, дабы Рита только не нашла её. —В каком смысле? —Заинтересовалась Рита как и её Прытко Пищущее Перо. —А как вы думаете? Я одиночка.За мной гонялись авроры за то, что я не делала. Мне естественно приходилось прятаться. —В голосе девушки явно присутствовало раздражение.  —Так ты презираешь авроров за то, что они не выполняют свою работу? Раз они смогли поймать, какую-то девочку-беглянку? —Эмир закатила глаза. —Думаю мы слишком отошли от темы. —Я тоже так думаю. Моим читателям не будет интересна такая сторона твоей жизни. —Криво улыбнулась Скитер присаживаясь на деревянный стул. Морган решительно села напротив. —Бывают ли моменты что тебе бывает грустно? Из-за того, что ты, как ты говоришь «одиночка»? —Не хочу отвечать на этот вопрос. —Почему? Я заметила ты пользуешься маггловским «мальборо»? —Эмир непонимающе зажмурилась.  —Это способ пережить волнения? Или ты иногда запиваешься? «Откуда она узнала о маггловских сигаретах?» —Откуда вы, черт побери, знаете о «мальборо»? —Тут на вопросы отвечаю не я, а — ты. —Эмир закатила глаза. Она наклонилась к Рите и раздраженно выдавила: —Я ничего не чувствую. —Ты не пробывала сходить к психиологу? Я могу дать один адрес? —Насмешливо откинулась на спинку стула Рита. —Мне мозгоправ не нужен. —Хорошо. —Закрыла тему Скитер. Зная что достойные ответы для её статьи она вряд ли получить. —Что тебя побудило стать участником Турнира? —Заинтересовалась женщина. Девушке совсем не хотелось отвечать на такие вопросы. —Честно говоря, я многое упустила и хочу повеселиться пока душа на месте. —Повеселиться? Турнир для тебя равен временному аттракциону? —Не в таком смысле. —Ладно. А кто для тебя является главным соперником? Как ты уже знаешь твои соперники не самые слабые волшебники. Для той кто пропадала три года не будет ли эта задача сложной? —Кто сказал что будет легко хоть кому-то? В конце-концов победить силнейший. —Как тебе удалось провернуть такое дело? —Так же как и другим. Кубок Огня избрал меня. После нескольких скользких вопросов, Рита Скитер всё же оставила девушку в покое. Она принялась мучить Флёр. Эти двадцать минут в коморке были сущим мучением для Эмир. Она и вправду убедилась что стоит быть осторожнее с корреспондентом. К счастью ей пришлось болтать с ней недолго. Девушка уселась у арки и просто кидала камушки в стену. Она знала что кто нибудь за ней придет. Вряд ли Макгоногалл или Снегг умудряться оставить Эмир без присмотра. Макгоногалл будет посылать за ней пару тройку студентов, чтобы она не натворила дела. Девушке было обидно и весело одновременно. Долго не общаясь с людьми, шатенка успела подзабыть как здорово потрепать чьи-то нервы. Она принялась ждать её сегодняшнюю няню. Как и ожидалось, несколько минут в одиночестве и за ней пришли. Над ней настала высокая фигура. Тень прикрывала всё лицо девушки от солнечного света, давая возможность рассмотреть личико. —Меня заставил профессор Снегг. —Тяжело вздохнула она. —Но пришла сюда ты своими ногами? Молчаливая прогулка от одного конца Хогвартса до другого показалось утомительной после недавних событий. При виде Морган студенты шарахтались, шептались и доносили сплети до другого конца школы. Весь коридор её провожали такие слова как «обманщица» и «врунья». Гостиная Слизерина и все другие комнаты факультета находятся в подземельях Хогвартса. В эти подземелья редко спускались ученики, кроме как занятия по зельеварению. Но даже если кому-нибудь захотелось там прогуляться, то они не смогли бы попасть на факультет: коридор был тупиковым. Но за этим тупиком есть потайная дверь, которая и вела в гостиную Слизерина. Чтобы туда попасть, нужно было знать пароль. Этот двухнедельный пароль звучал как «Бог обмана». Как и ожидалось от высокомерных слизеринцев. Эмир сразу почувствовала нахлыв холода. Холода не физический, а душевного. В этой, со вкусом обставленной гостиной она повидала как её так называемые «друзья» без капли сожаления бросили её с чемоданом и разбежались по комнатам. Девушка впервые почувствовала себя жалкой и пообещала себе что никогда больше этого не повториться. Её бросили как ненужный мусор. Она была только временным развлечением. Все комнаты находятся под Черным озером, поэтому свет в помещениях зеленоватый. Комнаты с низким потолком, а оформление сделано в зеленых тонах, потому что это один из цветов факультета. Стены украшают гобелены, на которых изображены подвиги слизеринцев, совершенные в средние века. У стен находятся буфеты, сделанные из темного дерева. Но несмотря на на то, что в гостиной Слизерина поставлены камины, сама атмосфера в ней холодная и неуютная. Волшебные светильники освещают комнату холодным зеленоватым светом. Вся мебель в гостиной Слизерина обита зеленой тканью. Диваны же черные кожаные. Чувствуется вкус аристократичности и элегантности. По коже пробежалось напоминание о чистоте своей крови и то, какую боль она может сделать. Морган-Мэрфи обошла гостиную, а Октавия шаг за шагом плетлась за ней. Девушка провела рукой по дорогой мебели и в голову ударили воспоминания. Большая их часть была радостной и веселой, только последняя оставалась грустной. Сердце Эмир ещё больше сжалось увидев перед собой рояль. На черном лакированном дереве не было ни одной пылинки. Значить кто-то тщательно следить за инсрументом. —Она не звучить. —Подала голос Октавия. Шатенка приподняла бровь и положила руки в карман, отгоняя себя от мысли прикоснуться к инструменту. —С тех пор как ты ушла. —Вот и дальше стоит, беззвучная. Шатенка знала что Октавия попросить. Пианино навсегда останется в душе девушки как воспоминание, любовь и радость. Эмир даже не знает будут ли сейчас шевелиться пальцы на инструменте. Но раньше они сами по себе воспроизводили музыку. Каждая нота давалось с трепетом. —Кто бы на нем не играл, она не звучить. Слышен лишь стук клавиш об каменные струны. —Девушка оторвала взгляд от лакированной крышки рояли и озадаченно уставилась на Октавию. —Сказали что инструмент слишком упрям чтобы подчиняться другому. Эмир посмотрела на свои руки, когда-то ловко скользущим по клавишам. Душевно размазывающим ноты. Сейчас они были по локоть в крови. Они умели только держать палочку в руках и делать боль. —Неважно. —Отрезала Эмир и последовала в коридор. Подземелья были огромными и могли позволить каждому ученику по комнате. А студентов в слизерине было не много. Коридоры пустовали. Кто-то решил провести выходные в Хогсмиде, кое-кто в библиотеке, а некоторые вообще решили не выходить из своих комнат. Комната Эмир была под номером 142. Октавия передала ей ключ и та, открыла дверь. Первое что увидела Эмир это свое отражение в зеркале. На стене, противоположной двери образовалось большое зеркало. Девушка моментально отвела взгляд от своего отражение. Произошедшее утром до сих пор крутилось в голове. Если не смотреть на зеркало, перед глазами красовалась обычная комната слизеринца. Двухспальная кровать расположенная в горизонтальном положений в верхнем левом углу. Рабочий стол и шкаф с книжными полками. А также панорамное окно с видом на подземное озеро замка. Девушке не нравилось находиться в таком мрачном месте и она не понимала как раньше жила в таких подземельях. Виднелось для черной вороны подземелья уже не подходят. Октавия давно покинула комнату, а Эмир осталась одна, и начала распологать комнату под себя. —Нам придеться сменить интерьер. —Подумала Эмир, вешая пиджак на спинку стула. Первым делом она убрала зеркало подальше от своих глаз. Лучше сегодня ей не смотреть на свое отражение. После чего девушка разожгла камин. Комнаты всегда были холодными, если не воспользоваться камином. Комната была небольшая, шесть метров на шесть. Но этого вполне хватало для одинокой девушки. Серый каменный потолок непонятным образом начинал согревать душу. Мрачные мысли начали отходить, а голову заполняли думы о учебе. Эмир сдалась сигаретам и помещение забилось запахом никотина. Сердце просто пустовало. Она не понимала что делать. Засматриваясь в потолок, девушка решила скромно отдохнуть. Она уже сделала всё что было задумано. Завтра первый, беззаботный выходной для девушки. Эмир чувствовала некую защиту находясь за стенами Хогвартса. Абсолютная тишина даровала спокойный сон. Девушка впервые спала бездумно, не задумываясь и не малодушничивать от каждого шороха. В доме Диггори было тепло, уютно и там заботились о Эмир. Но всё равно было тяжко думать что из-за оплошности девушки у Диггори могут быть проблемы. А в доме за Хогсмидом было неприятно находиться. Он не согревался вообще, везде была пыль. Но в Хогвартсе, в подземельях, в комнате под озером было защищенно. Просто Эмир и одиночество. Те, кому она доверяла больше всего. Наступило утро. Эмир узнала это по шумным студентам, которые разбушевались с утра. Девушка нацепила на себя ту одежду, в которой она заявилась на отборе. Она знала что вечно бегать от любопытных глаз нельзя. И то, что голодать вечно тоже нельзя. Она бесшумно открыла дверь. Хотела незаметно выбраться из подземелий. Эмир было уже закрывала дверь, как услышала чье-то равномерное дыхание. Девушка тяжело вздохнула и заперла дверь. Обернувшись она увидела сопящию на холодном полу Октавию. Она дрыхла прижимая колени к груди прямо рядом с дверью комнаты Морган-Мэрфи. Морган посмотрела на часы. Стрелки указывали на время 10:05. Она присела на корточки перед Октавией и недолго думала булить или нет. Спящей она казалась не менее выразительной чем когда на ногах. Особую разницу Эмир не заметила. Её пряди волос небрежно спадали на лицо. Дыхание было тихое, равномерное. Такая беззаботность пугало Морган, так как себе она не позволила бы уснуть в людном коридоре. —Проснись и пой, дорогая. Наступило утро. —Морган провела рукой по русым волосам девушки, что заставило её вздрогнуть. —Извини. —Октавия опустила голову и погладила себя по голове, вспоминая трепетное касание руки Эмир. —Ты что здесь забыла? —Серьезным тоном спросила шатенка. Плечи Октавий напряглись, она виновато поглядывала в сторону, не зная что ответить. —Ничего. Просто... —Замешкалась русоволосая. —Что? —Перебила её зеленоглазая. —Ждала тебя. —Выдавила Октавия. Её стальные глаза искали в глазах Эмир хоть какие-то эмоций. —На фига? —Глаза Октавий ещё стремительнее разбежались по коридору. Её выражение лица было грустным, будто вот вот она удариться в слезы. —Хэй. —Эмир прикоснулась пальцами к подбородку девушки и повернула её голову на себя. —Смотри мне в глаза и отвечай. —Думала, ты не захочешь выйти туда одна. На самом деле душу бросало в дрожь при мыслях о неудачной стычке с другими студентами. Больше всего Морган-Мэрфи боялась опозориться перед всеми. Снова показаться жалостной как тогда, в последний день в Хогвартсе. Мороз застывал на коже при мыслях о том, что она не справиться с толпой одна. —Я три года была одна. Не думаешь что запоздала с поддержкой? —Октавия умолкла. Даже дышать перестала. Эмир взъерошила свои волосы, думая что делать и выдавила: —Неважно. Девушка поднялась на ноги и положив руки в карман направилась выше по коридору. Прямо в сторону гостиной. Октавия подоспела за ней буквально за несколько секунд. —И как долго ты там ждала меня? —С утра. —Шатенка тяжело вздохнула. —Со скольких утра? —С шести. —Скованно ответила Октавия. Морган-Мэрфи и Гринграсс вышли на гостиную. Там их ждали десятко студентов. Увидев девушек, те поднялись с кожаных диванов и высокомерно усмехались над Эмир. Только один из них, молча сидел позади. Не шевелясь с места. —Вот и наша главная икона за этот месяц. —Недооценивающе добавил парень в костюме. Он был худощавого телосложения. Высокомерности ему не занимать. Точно чистокровный. Эмир осмотрела его с ног до головы и заметила что его одежда опрятная, хорошего качества. Костюм на нем, точно прямиком из Италий. «Наверно папаша влиятелен», —подумала Эмир и попала не в бровь, а в глаз. —О тебе ходят много слухов. —Надменно добавил другой парень. Эмир на лицо их не знает, но знает то, что они младше и являются теми, кто держить в этом бардаке под названием «слизерин» порядок. —Твои невольники, Драко? —Спросила Эмир, поглядывая за диван. Тот, просто промолчал. —Чего? Знай свое место, обманщица. —Эмир безвыходно покачала головой и хотела убраться из гостиной побыстрее. В таком цирке она участвовать не собиралась. —Ты куда? Мы ещё не закончили? —Худощавый парень встал на пути у Эмир. Кровь уже кипело в жилах. Девушка хотела разобраться с малышней тем методом, которым поймут быстрее чем простыми словами. —Ты казалась более уверенной тогда, в зале? Что случилось? —Блейз. Тео. Хватить. Не надо. —Промолвила Октавия. —Ты вообще заткнись. —Отрезал другой парень, более крупный. —Защищаешь подружку? Отойди и не вмешивайся, кикимора. —Последнее слово взбесило шатенку. Такое обращение к Октавие было невозмутимым. —Эй. —Рука девушки оказалось на плече темнокожего парня. —Извинись перед ней. —Морган-Мэрфи тихо попросила темнокожего парня. Но, тот естественно обычных слов не понимает. —Перед, кикиморой? —Усмехнулся  парень закрывавщий дорогу Эмир, после чего ему влетело кулаком по роже. Кровь разлетелась по полу. Парень, не сумев удержаться на ногах рухнул на холодный паркет. Эмир знала что сейчас не нее налетят с разных сторон и предупредительно вытащила палочку. Парень в костюме прижимал нахлыв крови с носа и искосо с злобой смотрел на Эмир. —Ещё раз произнесешь такое слово в её адрес, влетить больше, обещаю. —Студенты насторожились и наставили свои палочки. Драко, не желая участвовать в такой потасовке удалился с гостиной. —Что ты себе позволяешь??! —Вывалил Блейз и кинул заклинанием в сторону Эмир. Девушке не составило труда отбить заклинание, но она опасалась что это перейдет в драку. Но, к счастью, раздались звуки томных шагов декана факультета, а студенты могли услышать ауру Снейпа за пару километров. Все убрали палочки и как ни в чем не бывало принялись расходиться по комнатам. Ребята подняли парня в крови на полу и потащили в другую сторону. Профессора Снейпа сложно обмануть и трюк с ребятами не сработал. По крайней мере декан окинул девушку предупредительным взглядом. Строго стоял над головой, рассматривая непоколебимое выражение лица. —У вас кровь на руке. —Лицо Эмир озадачилось. Она приподняла руку и увидела как с костяшек хлыщет кровь. Осколки стекла глубоко изрезали костяшки, поэтому остоновить кровотечение было сложно. —Черт. —Раскиснула Мэрфи. —Боже, может сходим к мадам Помфри? —Предложила Октавия, но Эмир тяжко отвергла её предложение. —Миссис Морган-Мэрфи, зайдите ко мне в кабинет в 12:00. —Процедил Северус Снегг и шатенка послушно кивнула. По пути в Большой зал, Эмир заметила на себе несколько взглядов и неприятных слов в свой адрес. Не подав на них виду она села за слизеринский стол, подальше от всех, а Октавия расположилась рядом с ней. Морган-Мэрфи положила себе в тарелку много чего. Все блюда приготовленные эльфами были вкусными. На несколько моментов девушка даже ощутила себя дома как в Диггори, где всегда также вкусно. Она даже не обратила внимание на пару любопытных глаз. —Расскажи что случилось. —Спросила Октавия, смотря на то, как Эмир поедает пирог. —Ничего не случилось. —Я о другом. —Мой папа умер, моя мама умерла. Все они умерли. Осталась только я. —Октавия и без разъяснений знала это. —Извини что спрашиваю, но как умерла твоя мама? —Эмир закатила глаза. Положила кусок пирога обратно в тарелку и запила соком. Она подняла руки и пальцем провела по предплечью. Глаза русоволосой округлились, а плечи напряглись. —Больше ничего не спрашивай. Я не буду отвечать на подобные вопросы и не ходи за мной, если не хочешь проблем. Где я, там и проблемы. —Выдавила Эмир и вскочила с места. Морган спустилась в кабинет профессора по зельеварению. Двери мрачного кабинета ожидаемо были закрыты и девушке пришлось стучаться, прежде чем зайти в помещение. Северус Снегг сидел у своего рабочего стола за толстыми книгами, перебирая ингредиенты. Когда зашла шатенка, он отодвинул книги и ингредиенты в сторону и внимательно рассматривал Эмир. Затем достал листок пергамента и передал в руки девушки. —Запишите какие дополнительные предметы вы выберите. Как минимум два. —В конце второго учебного года студенты обязаны выбрать как минимум два дополнительных предмета. В то время Эмир выбрала такие предметы как «Уход за магическими существами», «Прорицание»  и «Магловедение». Раньше Морган ничего не смыслела в маглах и об их жизни. Ей было интересно как они живут без магий. Со временем, она поняла что их жизнь более беззаботна и неинтересна. Они умные, местами мудрые и способные. Их технологий развитые и вселяют доверие. Но теперь вряд ли «магловедение» ей пригодиться. Живя среди, скрываясь среди них она познала всё общество маглов. Она выбрала все предметы кроме «Магловедения»: «Уход за магическими существами»,  «Прорицание»,  «Древние Руны» и «Нумерология». В противном случае она может прогуливать гадание на чашках и нахождение связей между цифрами и буквами. —Слишком много знаете о мире маглов? —Просматривая выбранные предметы, задал вопросы профессор. —Достаточно. —Сухо ответила девушка. Позже, после нескольких некомпетентных и издевательских вопросов Эмир, Северус выставил её за дверью кабинета.