крик в пустоту

Наступило утро понедельника. Время 05:45. Колоколы должны сообщить о начале учебного дня только в 09:00. Но Морган-Мэрфи почему-то не спиться. Наверное, из-за необходимости в сигаретах, или же в свежем воздухе. Усевшись у арки центрального двора, девушка с сигаретой в руке наблюдала за утренной зарёй. Косяк неровно залежал между указательными и средними пальцами правой, разбитой руки. Шатенка усмехалась над тем как трудно и больно ей давались движение пальцами. Она сжала кулак и застывшие раны приоткрылись. Было больно, но приятно. Может быть — это самая мелкая рана которую девушка получала. Незначительная боль смешила, заставляла улыбаться. Посмотрев на вторую руку. Тоже порезанную, Эмир негромко усмехнулась. Она была вынуждена была порезать свою ладонь ради ритуала. Для некоторых это была бы задача непростой. А для девушки было сложнее заклинание произносить, чем резать свою руку. Боль, которая чувствуется при порезе отрезвляет и будет служить напоминанием пока полностью не затянется. Эмир помнить лица каждого из них. Их последние слова, последние эмоций и выражений лица. Она помнить о чем они умоляли, что хотели дать взамен, о чем думали перед смертью и ком думали. Все они были разными. Молодые, старые, среднего возраста. Они раскаивались, жалели свои поступки. Некоторые ушли в тот свет с гордой головой. Некоторые из них твердили о своем влияний, богатстве и силе. Но даже такие незначительные вещи не спасли их от гибели. Всё равно нашелся тот, кто сильнее. На дворе стоял густой туман. Сквозь серую мантию блестели последние звезды. Рождается седое утро в сумеречной тишине. Девушка спала под озером две ночи выслушивая шум волн и прочих чудищ. А теперь, блаженное покойство вселяло умиротворение и спокойствие. В ушах непривычно застрял гул воды сверху и цоканье часов. Шатенка совсем потеряла счет времени и просидела в центральном дворе до онемения конечностей из-за холода. В надежде что Минерва Макгоногалл не застукает её, девушка стремительно уронила окурок и затушив его ботинком о землю, направилась обратно в замок. Она приближалась к фойе как услышала звонкий звон колоколов, предупреждающих о том, что первый урок начнется через пять минут. В глазах девушки появилась доля паники. Она достала из кармана расписание. Увидев первый урок за этот день, приложила руку к голове и тяжело вздохнула. —Черт возьми, как можно опоздать в первый же день уроков? —Девушка в спешке положила помятую бумажку в кожаный портфель и полным ходом неслась вверх по лестнице. Гермиона Грейнджер в своем репертуаре пришла на урок даже на пять минут раньше. Последние события заставили студентов вздрогнуть и отойти от школьных тем. Гарри каждую минуту сталкивался с издевательствами со стороны друзей. Даже Рон отвернулся от него. Рон прибыл как раз кстати. Рядом с ним шатался Симус, трепля свою пустую болтавню. Уизли как обычно сел на последнюю парту, сонный и обиженный. Он не желал слушать Симуса. Рядом с Гермионой уселся Невилл Долгопупс. К счастью, он был единственный с кем каштановолосая могла вести обычную беседу. Попытки заговорить с Роном приводили к ссоре, а Гарри лишь кивал и всё ещё думал о чемпионате. В кабинет толпой ворвались слизеринцы. Сегодня группа Малфоя выглядела поникшим. Каштановолосая заметила огромный синяк у Теодора Нотта. Синяк выглядел свежим. Интересно было с кем он мог поссориться? Может с Драко? Но нет. Они не разлей вода. Наверное старшекурсники? Кто мог так ударить его? Остальных Гермиона рассмотреть не успела. В кабинет наведался профессор и одним взглядом вселил тишину в класс. Он сел за свой рабочий стол и начал что-то записывать в блакноте. Это было его ежедневной традицией. Класс сидел в абсолютной тишине, пока умиротворение не прервал забористый стук в дверь. Дверь распахнулась и за ней образовалась Эмир Морган-Мэрфи. Черный костюм идеально подчеркивал её плечи. Стрелки на брюках были идеально сглаженны. Она поправила воротник водолазки и долго усматривалась на студентов. —Опаздаете ещё раз, будете наказаны на неделю. —Эмир безвыходно раскинула руки и закатила глаза. Она села за последнюю парту и разложила свой портфель. За её действиями наблюдал весь класс, пока она не накинула на них оглушительный взгляд. «Она ведь в возрасте шестикурсников? Какого черта она забыла на четвертом?», —задавалась Грейнджер. Но спустя нескольких мгновений ответ оброзовался в голове. «Подумать только. Теперь мы будем учиться вместе», —такая идея не устраивала Гермиону. Она знала что с характером Морган трудно ужиться. Во-первых её присутствие окончательно взбесило Рона. А Гарри лишь мельком оглянулся, переваривая данную ситуацию. Во-вторых, как никак, она бывшая заключенная Азкабана. Это будет сказываться на её отношениях с студентами. Она ещё и чемпион турнира, которая будет привлекать на себя взгляды положительные, так и негативные. И Гермиона заметила что нападки уже начались. Тео не может сам себя ударить и вполне вероятно что это была Эмир. «В одном классе с Грейнджер? Будет весело», —ухмылялась Эмир. Она на первых пяти минутах успела рассмотреть и изучить всех присутствующих в этом кабинете. И новый состав вполне её устраивал. Девушка провела пальцем по сухим губам. Она ещё чувствовала теплые губы Грейнджер на своих. Её нежные руки на талий и на плечах. Её горячее дыхание на шее. Лучезарная улыбка. Волосы, ровномерно расплывающиеся на ветру. Она достала учебник по зельеварению и начала активно просматривать одну страницу за другой, пока она не дошла до нужного. Её взгляд упал на Малфоя, нервно тресущего коленом. Он не сводил глаз с профессора. А рядом с ним сидел тот, который вчера получил по морде от девушки. —Эй. —Шатенка помяла бумагу и кинула на соседнюю парту. Драко и Тео сразу недовольно обратили на это внимание. Жуткая улыбка на лице Эмир, заставило их вздрогнуть. —Тебе с фингалом лучше идет. —Ярость появилась на выражений лица Тео. Наблюдавшая за данным представлением Грейнджер пропустила мимо ушей несколько вопросов. То, что Грейнджер умолкла Северус Снейп заметил сразу и повысил голос. —Мисс Грейнджер, ответьте на озвученный вопрос. —Каштановолосая вздрогнула. —Можете заново озвучить вопрос? —Неловко спросила Грейнджер. —Вот поэтому нужно было слушать «меня», а не «задние парты». —Злобно провырчал Северус выделяя последнее словосочетание и устремил взгляд на Эмир. —Зелье которое вылечивает от яда докси и других ядов магического происхождения? —Гермиона умолкла. Ответ на этот вопрос она не знала. —Может ответите вы, мисс Морган-Мэрфи? —Северус надменно подошел к задним партам. «Думает не отвечу?», —на лице девушки появился ехидный оскал. —Антидотум про вененсис? —Только предположила девушка. —Правильно. —Провырчал Северус и отошел от задних парт. Далее профессор вел самую скучную в мире лекцию. Сначала, шатенка с усердием старалась записывать информацию, которую она считала важной. Спустя нескольких слов, девушка сложила свои старания и силилась пристально слушать непонятные слова из уст профессора. Но и это казалось сущим мучением. Эмир засыпала сидя. Она совсем не интересовалась зельем «гербицид». Зачем им уничтожать растения? Пока в голове крутились всевозможные ответы на данный вопрос, профессор Снейп уже озвучил как приготовить зелье. Невольно, самое важное она пропустила мимо ушей. Столы раздвинулись и студентам предоставились котлы. Северус, непривычно для себя, обещал 10 очков факультету, если зелье получиться. Шатенка тяжело вздохнула. Давно она не занималась зельями. Открыв нужную страницу, она приступила к отчаянной попытке хоть чем-то себя занять. Сначала пропорций получались не очень. Все студенты безвыходно углубились в свои книги. Северус же надменно наблюдал и наслаждался тем, как его студенты мучаются. Зелье в котле девушки проварилось и выглядела непригодной для употребления человека, а для растений уж тем более. Значить, Эмир сделала всё правильно. Она взяла пару капель зелья в баночку и полила поверх растения. Затаив дыхание весь класс наблюдал как растение начинает подсыхать и преобретать безжизненный вид. —10 очков факультету Слизерин. —Снейп скорее хотел чтобы ни у кого не получилось, чтобы не ставить очки. Но, показаться перед шатенкой слабым, профессор не мог. «Но в любом случае выиграла я», —ухмылнулась на зло учителю. Прозвенел звонок. Эти 120 минут были сущим мучением. Секунды длились как минуты, а минуты растягивались в часы. Сквозь всё тело девушка чувствовала ненависть с разных сторон. После такого стресса ей как никак нужен был алкоголь. Тем более следующий урок — «ЗОТИ». А в этот кабинет трезвой лучше не идти. Но, не хочется навлечься на слухи о том, что чемпион турнира отчаянно пытается перебороть стресс. Между уроками у Эмир было 15-и минутное окошко. Она удивительно для себя, направилась в кабинет Грюма. Ей не нравилась мысль о том, что над ней будут насмехаться. Провести 15 минут в кабинете «ЗОТИ» показалось заманчивой идеей. Кабинет был открыт на распах и внутри никого не было. Партя тоже пустовали. Усевшись на последние парты, она достала блакнот и заточенный карандаш. Порылась в кармане и нашла листок алихоций, которую стащила из кабинета Северуса. Профессор даже не заметил. Листья алихоции — один из известных ингредиентов Зелья смеха. Необычный листок фиолетового оттенка. Девушка положила листок между страницами. И громко захлопнула блакнотом, услышав чьи-то шустрые шаги. В кабинет с недовольной мордашкой зашла Грейджер. Она прижимала к груди учебник по ЗОТИ. Каштановолосая остоновилась у входа, увидев Эмир хотела сдать назад, но шатенка успела прежде чем Гермиона смогла убежать. Эмир схватила Гермиону за запястье, потянула внутрь кабинета и закрыла дверь. Кабинет отдавался приятными теплыми оттенками. Здесь пахло мокрым асфальтом и отдавало старыми книгами. Лучи солнца пробирались сквозь окна, одоряя теплом. Но было холодно, на душе, из-за поведения Гермионы. —Ты меня избегаешь. —Утвердила Эмир, прижимая дверь кабинета всем телом. Каштановолосая смотрела на девушку с обиженными глазами, умоляя ничего не спрашивать. —Нет. —Отрицала Гермиона. —Да. —Перебила её Эмир. —Может поговорим? Мне не нравиться что ты избегаешь меня. Меня это не устраивает. Я требую ответа. —Всё в порядке. Непривычно видеть тебя за учебниками. —Отмахнулась Гермиона. Морган-Мэрфи ухмылнулась и медленными, короткими шагами приближалась к Грейнджер. Дыхание перехватывало от каждого шага Морган. Широкие плечи, серьезное выражение лица и высокий рост было преимуществом шатенки. За каждым шагом расстояние между ними сокращалось. А сердце вскакивало от привычного пульса. Гермиона сделала шаг назад, но вместо того чтобы выйти из ситуаций, наоборот забрела в тупик. Сзади оказалась парта. Эмир прижала Гермиону к парте, уперевшись руками об край дерева. Их лица снова оказались в паре сантиметров друг от друга. Каштановолосая слышала равномерное, спокойное дыхание Морган. Её сводила с ума такая близость. Эмир была настойчивой, почти грубой, но всё же держала расстояние. Грейнджер не хотела снова оказаться в неприятном положений. Книга улеглась на мебели, освобождая руки, после чего Грейнджер остоновила шатенку прикосновением к плечам. Эмир ощутила как легкие руки улеглись на плечах. Они упорно отталкивали её. Но, если бы у шатенки была какая-то четкая мысль, тонкие руки не помешали бы ей достичь своей цели. Зеленоглазая краем глаза посмотрела на руку Грейнджер и устремила взгляд обратно на нее. Грейнджер не сводила глаза с черного свитера, отказываясь снова смотреть Эмир в глаза. Взгляд Эмир заставлял её вспоминать о поцелуе в лесу и что могло последовать потом. Руки каштановолосой как и голос поддрагивали. —Не надо. Не делай то, о чем будешь жалеть. —Выдавила наконец Гермиона, залившись румянцем. —Я никогда не жалею. Не избегай меня. —Я не избегаю. —Обиженно процедила кариеглазая. —Я тебе так и поверила. —Ухмыльнулась Морган. —Подними голову. —Бархатным тоном произнесла она и Гермиона безвыходно, но послушно посмотрела на нее. —Чего ты добиваешься? —Дрожащим голосом спросила каштановолосая. Малахитовые глаза под теплым оттенком солнца, напоминали о природе. О лесе, где они впервые поцеловались. Ту библиотеку где они впервые встретились и тот день, когда Морган чуть не влетела в Грейнджер на метле. Опущенные веки настаивали на невозможные вещи. Твердое выражение лица говорило о серьезности её тона. Гермиона будто таила под этими глазами. Трудно было удержаться от нее. Руки Гермионы спали с плеч и опустились на предлечья шатенки, крепко сжимая их. То, с какой силой Морган держиться между мебелью и самой Грейнджер, было заметно по напряженным плечам и предплечьям. Внутри шатенки всё сжималось. Невозможное желание прикоснуться к Грейнджер затуманивали мысли. Рядом с ней Морган вообще не могла рассудительно думать. Грейнджер сводила её с ума. Её запах, напоминающий уютную атмосферу. Глаза, двигающийся от волнения в разные стороны. Слегка дрожащий голос и волнистые волосы. —Можно тебя поцеловать? «Она слишком близко», —прозвучало в голове Грейнджер. «С чего вдруг Эмир потребовалось разрешение?», —задавалась она. Гермиона должна была отказать, оттолкнуть, сказать что это неправильно. По крайней мере она так думала. Но оттолкнуть — казалось сущим преступлением в этот момент.  Гермиона отчетливо помнила каждый миг того поцелуя и ей хотелось ещё немного Эмир. Тот поцелуй был волшебством, которое нельзя повторить. Сердце начало колотиться с неимоверной быстротой. —Да. —Тихо ответила Грейнджер, не в силах отказать. Эмир как и прежде была нежной. Она прикоснулась к теплым губам Грейнджер своими. Руки всё ещё держались за края парты. Она и сама не заметила как сильно прижала Гермиону. Приподняв её за бедра, Эмир позволила ей усестся на парте. Точнее, заставила. Разница в росте на 15 сантиметров знатно сказывалось в этой ситуаций. Руки Эмир находились на бедрах Грейнджер, постепенно взбираясь выше. Каждое прикосновение сводило с ума. Грейнджер закрыла глаза и дала волю своим эмоциям. Хотелось чтобы этот миг длился дольше. От приятного ощущения губ зеленоглазой, внизу живота оброзовался непонятный камок. А мозг перестал функционировать. Глубокого умысла в этом поцелуе не было, но он был прекрасным. Рука Грейнджер приподнялась на плечи Эмир. Она давно хотела почувствовать изгибы её плеч. Под костюмом тело на ощубь казалось едва уловимым. В отличий от тонкой рубашки на Грейнджер. Гермиона неожиданно вздрогнула, когда Эмир добавила в поцелуй язык. Это было приятно и непонятно одновременно. Девушка отстранилась и приоткрыла глаза. Она уставилась на темный свитер. Неожиданная потеря контроля над собой отозвалась паникой где-то внутри. Губы и щеки пылали. Внутри всё скрутилось и отчасти, каштановолосая расстроилась что поцелуй так рано закончился. —Что случилось? —Обеспокоенно спросила Эмир, заботливым, бархатным голосом. Гермиона была не в состояний ответить. Ей не хотелось чтобы поцелуй закончился вот так. Заметив едва уловимое согласие в карих глазах, Морган-Мэрфи провела рукой по щеке опускаясь к шее. Гермиона испугалась когда первые две пуговицы рубашки были расстегнуты рукой шатенки. К счастью обошлось лишь пару пуговицами. Эмир наклонила голову к шее девушки и оставила несколько поцелуев. С уст Гермионы послышался еле уловимый стон. Шатенка заметив это, не остонавливаясь продолжила. —Мхм. —Прорвалось с уст Гермионы. Добившись своего Морган-Мэрфи поднялась к губам. Теперь Эмир целовала с языком и это было даже нежнее обычного поцелуя. Гермионе не оставалось ничего кроме того, как просто отдаваться её поцелуям. Горячие, изящные руки поплыли по телу, а губы и язык скользили по рту. Грейнджер хотелось прижаться к Морган-Мэрфи сильнее не отпускать и рассказать о всех вещах которые беспокоют её. Терпение уже было на пределе. А когда руки Эмир проскользнули к бедрам, пробираясь под юбку. Гермиона, казалось уже потеряет над собой власть и полностью будет в воле шатенки. Грейнджер чувствовала еле заметный запах сигарет. Именно то, что напоминало ей о жизни в обычном мире. То, от чего трудно было сдерживаться. Сама Грейнджер никогда не прикасалась к сигаретам, но каждый раз когда отец прикуривал «мальборо» в отсутствий жены, дочь всегда смотрела на это с восхищением. И не думала что будет скучать по дыму, расплывающегося по комнате. —Теряешь контроль, Грейнджер? —Отстранилась Эмир, хватая ртом воздух. Её лицо стало расслабленным. Шатенка снова наклонилась к шее и оставила что-то, что совсем не похожее на поцелуй. —Хочешь чтобы я остоновилась? —Ответ не последовал. —Поцелуй меня. —Гермиона вздрогнула не в силах связать и пару звуков. Руки не сдвигались с плеч, а губы ещё пылали. Шатенка держалась в паре сантиметров от губов девушки, повзоляя ей сделать выбор. Грейнджер была упряма, чтобы просто так взять и поцеловать. И слишком гордиливой чтобы признать что ей нравится. Суровый, холодный взгляд шатенки переменился на расслабленный. Грейнджер никогда не видела её такой. Она была кем угодно, только не собой. В разговоре с другими она надевала совсем другую маску. Даже с Гермионой она наигрывала чувства. Сейчас же её уши невольно покраснели, зрачки были расширенными, голос стал бархатным и мягким. Грейнджер хотела увидеть её искренние эмоций. И сейчас, Эмир явно не фальшивила свои их. —В следующий раз инициатива за тобой. —Выдавила Морган и снова вцепилась в припухщие губы. В кабинете стало непомерно тесно для двоих девушек. Кожа как и губы пылали. Обе боялись потерять контроль. Эмир старалась сдерживаться, но каждое движение Грейнджер заводило её. Она начала дразнить кариеглазую оттягивая губы от поцелуя, но Грейнджер жадно притягивала их снова. И так. Будто целую вечность, но одновременно время пролетело опрометью-бегло. Морган-Мэрфи отстранилась от поцелуя, прижимая свою щеку к щеке Грейнджер и тяжело дыша. По телу пробежалась колкая дрожь. Шатенка не представляла как дальше будет сидеть на 120-и минутном уроке. Они целовались недолго, каких-то пятнадцать минут было совсем мало. Шатенка прервала поцелуй только потому, что по той стороне коридора услышала несколько неровных шагов идущих в этот кабинет. Она цокнула, пребывая в ярости. Но ничего поделать с этим не могла. —Кто-то идет. —Выдавила Эмир и сняв свой пиджак направилась в коридор. —Ты куда? —Спросила Грейнджер. Нежелая оставаться в кабинете одна среди студентов. —Курить. —Сказала Эмир и вышла из кабинета. По той стороне коридора она увидела Долгопопупса и Финнигана. Те, окинули Эмир недоверительным взглядом и поспешили удалиться. «Родителей Долгопупса жестоко мучили, они не выдержали и сошли ума. Остались калеками до конца их дней. Не представляю какого это, быть между двумя мирами», —раскаилась Эмир, заходя в уборную на том же этаже. Послышался громкий звон колоков, сообщающих о начале урока. Эмир цокнула не желая думать о том, как Грозный Глаз Грюм будет на нее ворчать. На нем шантаж вряд ли сработает, поэтому она о увиденном несколько дней назад будет лучше помолчать. Девушка достала сигарету и хотела прикурить, но оторвалась от этой мысли. Вскоре она всё-таки зажгла сигарету, но не приподнясла её ко рту. Вместо этого она смотрела на тылающий кончик косяка. Пепел накапливался и сам по себе исчезал по воздуху. —Неправильно это. —Выдавила девушка и зажгла следующию сигарету, также не касаясь к нему ртом. На губах всё ещё чувствовались губы Гермионы. Ей не хотелось портить это чувство дымом сигареты. Поэтому она просто смотрела как тлеет никотин, превращаясь в пепел. —О чем я думаю? —Спросила себя Эмир. После второй сигареты наступила мысль о первом дне учебы и она поспешила в кабинет. Этот кабинет, расставленный книжными полками и магическими сооружениями в воспоминаниях Морган запечетлиться не как «просто кабинет», а кабинет в котором они сделали шаг друг к другу. Но всё же, для Эмир это было глупо. Грозный Глаз пришел сразу же после звонка. Все успели усестся и открыть свои учебники. Кроме Эмир. Только она в группе отсутствовала в этот момент. Но никто не задавался вопросом где она. Грейнджер сидела на передних партах и выучивала тему, хотя сосредоточиться на учебе уже не могла. Грейнджер пыталась не думать обо всём этом, но воспоминания упорно подбрасывали ей ощущение прикосновений губ Эмир, и от этого волосы буквально становились дыбом. Было жарко чем обычно, щеки покраснели, а тяжесть внизу совместно с бабочками в животе заставляли Грейнджер улыбаться. Грозный глаз пару раз сделал замечание отличнице и был уже решителен оставить её после уроков. Грейнджер впервые получила наказание за этот учебный год. В горле застрял неприятный камок, а мозг отказывался думать об учебе. —Извините за опаздание. —Выдавила Эмир, мирно заходя в кабинет. Все взгляды знакомые и незнакомые устремились на шатенку. —Опаздываете в первый же день уроков?! —Эмир надменно, высокомерно всмотрелась в Грюма. —Неужто слишком умны для четвертого курса? Что ж, проверим ваши знания на деле. Раздвигните парты! Живо! —Скомандовал Грюм всему классу. Парты ушли в разные стороны, оставляя уйму места посередине класса. Студенты собрались в круг и ждали следующие указания профессора. Эмир безвыходно покачала головой и тяжело вздохнула. Второй раз подряд за день её хотят унизить. Она никогда не чувствовала себя так ничтожно. —Устроим дуэль? —Ухмыльнулся профессор и обошел всех рассудительным взглядом. —Можете выйти вперед, мисс Мэрфи. —Я Морган-Мэрфи. —Раздраженно поправила шатенка. —Но вы так похожи на своего отца, чем на мать. —Злость кипела в крови. Морган-Мэрфи хотела вырвать глотку этому бывшему мракоборцу. «Значить, он знает моих родителей?», —задумалась девушка. —Для вас, мы должны выбрать достойного соперника. —Аластор рассматривал студентов одного за другим. Оценивал их по суровому взгляду. Аластор скрестил руки на груди и медленно обходил каждого студента. Первыми отошли «слизеринцы», они не хотели участвовать в таком. Они уж, наслышаны о девушке и вполне догадываются на что она спасобна. Но один из них, всё же, был более чем бессмертным. —Я. —Выдавил кто-то из толпы студентов. Суровый мужской голос пронзился по всему кабинету и среди студентов вышел слизеринец. Увидев знакомое мордашко, Эмир поправляя очки тяжело вздохнула. —Теодор Нотт? —Задумался Грюм и махнул рукой, приглашая его в центр кабинета. «Теодор Нотт?», —задалась Эмир. Не имя её интересовало, а фамилия. «Его отец верный сторонник Волан-де-Морта. Какой дуэт. Малфой и Нотт», —Эмир в нечаянной улыбке качнула головой. —Я возьму свой реванш. —Выдавил он. Морган-Мэрфи была слишком ошарашенна услышанной фамилией, чтобы ответить на его слова. —Победить сильнейший. —Теодор Нотт снял пиджак и закатил рукава. На удивление его левое предплечье было чистым. Грейнджер просто стояла рядом с Гарри, наблюдая за поединком. Она уже знала кто выиграет, но это было не главное. Эмир просто не позволить кому-то обыграть себя. Она слишком гордиливая чтобы проиграть Нотту. Оба студента встали друг напротив друга и сделали друг другу поклон. После чего отошли на пару метров и встали в готовую позу. —Только не убейте друг друга. —Выдавил Аластор, заметив напряженную атмосферу между слизеринцами. —Играем до трех. —Ещё чего. —Процедил Тео в злости и первым взмахнул палочкой. —Экспиллиармус! —Эмир отбила заклинание.—Остолбеней! —Продолжил Тео. —Морган оставалось просто отбивать заклинания. Она боялась что может поколечить Тео или кого-то из других студентов. Она привыкла использовать заклинания в лесах, в трудных ситуациях, где не надо бояться кого-то задеть. И теперь среди студентов, толпой окруживших её она чувствовала себя не в своей тарелке. Она старалась отбивать заклинания мягко, не так резко чтобы оно отлетело. Тео волной осыпал Эмир всевозможными заклинаниями, а она до сих не произнесла ни одного заклинания. —Надо кончать с этим. —Произнесла Эмир и махнула палочкой. —Сентире Долорем. «Сентире Долорем» означало «боль». После произнесенного заклинания Тео скрутился в дугу. Заклинания вызвало у него сильные галлюцинаций, головокружение и головные боли. Сначала он не осозновал что с ним происходить, вгляделся в руки и в окружающих его людей. Палочка стремительно упала вниз. После нескольких секунд он спустился на колени и скрутился в дугу, придерживая голову. —Что ты, черт побери, с ним сделала?!! —Грозный глаз не на шутку испугался. Его глаза округлились. А глаз протез начал дергаться как у ненормального. —Ничего. Длиться всего 10 секунд. Через минуту будет как новый. —Добавила Эмир и отошла назад, чтобы Грозный глаз привел мальчика в чувства. С другой стороны сразу подбежали Драко, Блейз и Пэнси. Они выглядели не менее обеспокоенно чем Аластор. —Я сказал не убивать друг друга! —Грозный глаз похлопал Тео по щекам. Тот, огромными глазами уставился на профессора и на своих друзей. С высока наблюдая за ними, Эмир почувствовала жалость. Слизеринский квартет отчаянно сплотились. Девушка с квартета бросила в Эмир оглушающий взгляд и наставила на нее палочку. —Что за заклинания ты используешь?!? Темные исскуства запрещены в школе! —Эмир закатила глаза. —Ты не умеешь различать обычные заклинания от темных? Нахрена ты тут учишься, если заклинания отличать не умеешь? —Выглядело это заклинание как «темное», но на самом деле это было заклинание влияющая на психику. —Остыньте! —Призвал всех к миру Финниган. —А ты вообще молчи! —Пригозила Эмир, как тот, заткнулся. Тео пришел в нормальное состояние. Его отвезли к мадам Помфри. Таким образом урок закончился и студенты направились на обед. Эмир тяжело вздохнула. Что заставило её использовать то заклинание? Может гордость? Может безвыходность? Или же даже самлюбие? Но она жалеет. Она не решилась пойти на обед. Ей нужно было расслабиться. Морган-Мэрфи зашла в свою комнату, заперлась внутри и начала рыться в чемодане. Спустя нескольких моментов она нашло то, что искала. Бутылка магловского виски. Даже если от нее будет исходить алкоголем, терпеть такое уже невозможно. Налив алкоголь в стакан, только ради приличия и меры, она залпом оглушила его. Её ждал мучительный урок «Травология» и она решила туда трезвой не ходить. Она быстро собралась с мыслями и направилась в кабинет Помоны Стебль. Уж она то, не будет её ругать. На её урок Эмир опаздывать не хотела. —Мисс Морган-Мэрфи, профессор Макгоногалл ожидает вас вместе с профессором Дамблдором в кабинете директора. —Сообщил Северус. Такое сообщение ничуть не понравилось девушке. Оно означало только то, что её будут заставлять слушать нравоучения Макгоногалл. Она многое сотворила всего лишь за день. Эмир вполне ожидала что проведет вечер в кабинете директора. —Звали, директор? —Зашла Эмир в кабинет. У рабочего стола хмуро сидел Дамблдор. У окна стояла Макгоногалл, сверля взглядом магловскую одежду девушки. Северус же тихонько следовал за Эмир. —Присаживайтесь. —Пригласила Макгоногалл. —Я вас слушаю. —Отозвалась шатенка, закинув одну ногу на другую и внимательно сконцентрировавшись на профессорах. Дальше Макгоногалл отчитывала Эмир за проделки дня. Опаздание на уроки, проделанное на уроке Аластора Грюма и многое другое. Северус добавил пару неуклюжих слов. Дамблдор молчал, подпирая подбородок ладонью. —Обещайте что больше не будете делать то, что вам вздумается. —Эмир отрицательно покачала головой. Она не будет повиноваться кому-то, уж точно не Макгоногалл. —Тогда, ответьте, что вам Нотт сделал? Почему вы так жестоко с ним обошлись? —Жестоко? —Эмир вроде не пытала его «круцио». —Это заклинание никак не повредило его. —Это — «темные исскуства», и играть с ними ни к чему хорошому вас не приведет. —Северус прижал руку к плече Эмир, призывая её не дерзить. —Чья бы корова мычала. —Ухмыльнулась Эмир. Выслушав нравоучения с уст Макгоногалл, Эмир направилась не в подземелья, а в дом у Хогсмида. Сейчас самое последнее место где она хочет находиться были подземельями. Наступило утро. Эмир после вчерашних нотаций должна была придти на урок в белой рубашке. Она тяжело вздохнула и не всматриваясь на свое лицо, взглянула на зеркало. Белая рубашка пикантно уложилась на теле и даже была приятна на ощупь. Хотелось закатить рукава, но девушка ещё не придумала заклинание, которое может навремя скрыть метку. С Гермионой они за три дня не пересеклись, ибо каштановолосая слишком стеснительная и поменяла свое расписание. Эти дни прошли тяжелее чем вся жизнь девушки. Оскорбления, учителя, учебники и дурацкие конспекты совместно с длинными эссе заставляли девушку ненавидеть этот мир всё больше. Она старалась сохранять спокойствие, умалчивать и просто вести пассивную агрессию. Эмир больше не заходила в свою комнату в подземельях. Встречаться с слизеринцами ей не хотелось совсем. Она знала, что если кто-нибудь удостоиться сказать ей что-то неприятное, а они ищут только случайное пересечение. Её нервы натянутые как струна —  взорвутся, и кому-то будет очень неприятно стирать свою кровь с паркета. Первым уроком на четверг по расписанию было «прорицание», где Морган-Мэрфи спрятавшись за книгой тихо дремала, пока другие из кожи вон лезли выслушивая Трелони. Профессор была рада присутствию Морган, но почти не заметила её духовное отстутсвие на этом уроке. На зельеварений Эмир отчитывалась за отсутствие домашней работы. Всей душой ненавидящая эссе и конспекты, девушка лишь закатила глаза. Следующий урок задался самым трудным и кропотливым за день. ЗОТИ. Во-первых, Эмир опоздала на урок на 5 минут, за что Аластор Грюм начал ворчать про её неответственность. Во-вторых, у девушки не было ничего кроме учебника. И естественно домашнего задания, тоже. В третьих шатенка постоянно, назло, прерывала урок издеваясь над студентами. И последний пункт добил профессора до состояния бешенства. Сейчас был последний урок, Аластор Грюм приказал Морган-Мэрфи остаться после уроков. —Спина... —Жаловалась Эмир, которая просидела в одном положений несколько уроков. —Стул, жесткий. —Зазевала девушка и открыла свой дневник. Аластор Грюм оставил её одну в кабинете, пообещав вернуться через некоторое время. За время его отсутствия девушка успела дорисовать эскиз и записать важные информаций о некоторых учениках. Со стороны казалось что Эмир самая безответственная девушка, которая вечно недовольна учителями или студентами окружающих её. Но на деле она своим образом выкапывает информацию и учиться в один момент. Все равно школьная программа приходилась ей очень легкой. В кабинете помрачнело. Тучи накрыли солнце. Небо за окном было покрыто серыми тучами. Казалось, вот-вот, прольется дождь. Предчувствия у нее были только плохие. На душе помрачнело, по ощущению былой теплый кабинет превратился в холодную заброшку. Девушка провела рукой по метке на предплечье. Она заметила что со временем она начинает зудеть. До сих пор, зеленоглазая не обращала на это внимание. Стрелки часов указывали на время: 17:22. Цифры виднелись для девушки неприятными. Ей буквально ничего не нравилось, вплоть до самой корявой надписи на доске. Она насторожилась. По телу прошлась дрожь. Девушка вытащила палочку и отодвинула свой портфель дальше. Внезапно, двери класса отперлись. Шатенка моментально нагнулась под парту и увидела как книжние полки начали сыпаться из-за заклинания. Она прикусила губу. Она находилась в самом неприятном положений. Было ясно что это Аластор Грюм сошел с ума, напав на студентку. Эмир привстала на ноги и швырнула в профессора заклинанием. Нарушив ещё одно правило школы. Но кто-то уже их нарушил. Грюм отразил заклинание. Он выглядел довольным. Веселым и сумашедшим. Эмир знала что с этим профессором что-то не так, но не думала что настолько. —Что вы делаете??! —Грюм безжалостно окинул на девушку заклинание, а та увернулась. —То, что давно должен был сделать. Империо! Девушка и сама не заметила как попала в знакомую бездну. Разум наполнился отрицательными мыслями. Она чувствовала то, что ей не знакомо и не привычно. В далекой темноте она видела еле уловимый свет. Она уже поняла что её пытаются приструнить. «Я не могу позволить ему сделать это так легко» Старые эмоций исчезали, переменялись к новым. Эмир отчаянно пыталась их вернуть. Раз за разом промелкали события произошедшие в прошлом. Но оставалась лишь одно воспоминание, которое могло бы сохранить её волю. Неприятная дрожь снова прошлась по телу. Шатенка снова ощутила прикосновения её нежных рук, запах её волос и нежный голос, такой приятный слуху. Она снова вспомнила мать, как бы ей не хотелось. В бездне всё вокруг вернулось на свое обычное место. —Остолбеней! —Аластор Грюм легко отмахнулся от заклятия. —Что? Ты спасобна противостоять «империо»? Интересно. Даже очень занимательно. —Чертов псих. —Эмир отошла на пару метров. —Круцио! —По телу прошлась невыносимая боль. Это было уже слишком даже для Аластора Грюма. Эмир отчаянно боролась с болью. Но всё тело проламывало. Она была не спасобна даже на малейшее движение. Особенно боль прожигала спину, место второй метки. Девушка потеряла контроль. Она чувствовала воздействие заклятия, но не управляла своим телом. Она встала на ноги и направила палочку на Аластора Грюма. С уст вылетали невнятные заклинания, она уничтожали всё на своем пути. Аластор замешкался. Он вылетел в коридор, где продолжил осыпать Эмир заклинаниями. А она в ответ контратаковала. Грюм думал что после «круцио» у нее вряд ли будет сил двигаться, не то что атаковать на уровне опытной волшебницы. Гнев смешанный с разочарованием управляли над разумом девушки. Эмир чувствовала их присутствие. Присутствие других опытных волшебниц в её крови. Они, прямо как Морган были слишком гордиливы чтобы сдаться просто так. На лице девушки появился пугающий оскал. Пока они добрались до фойе вся школа уже была на ушах. Но в бою одна другому не уступала. Ухмылка с лица Аластора спала, переменившись к гневу. —Что, силенок не хватает? —Ухмыльнулась Эмир, что привело Аластора в бешенство. Профессор отчаянно отбивался от бесчиленных заклинаний шатенка. Прибывая в ужасе от того, на что спасобна девушка. Грейнджер проводила время в гостиной, за стопкой книг и кучой домашних работ. Несмотря на то что она трудолюбиво старалась, в мысли лезли не совсем уроки. Впрочем как и вчерашний день и сегодняшняя ночь, вплоть до нынешнего момента. Кариеглазая облизнула губы, вспоминая ощущение губ Эмир на своих. Казалось, это было абсолютно немыслемо. Но тот факт что Грейнджер сама этого хотела, она отрицать не могла. Ход мыслей девушки прервал Финниган, который влетел в гостиную с огромной скоростью и чуть не врезался в настороженного Долгопупса. —Симус, ты чего? —Грейнджер оставила книги и вскочила с дивана. —Что я? А я ничего! Там профессор Грюм и Морган-Мэрфи убить друг друга пытаются! —Грейнджер вздрогнула услышав имена и немедленно отправилась за Финниганом. Звуки взрывов доносились со стороны внутренного двора. Студенты гриффиндора добравшись туда, увидели как бывший мракоборец и чемпионка турнира отчаянно сражаются. Назло шел ливень. Студенты не осмелились подойти к внутренному двору ближе даже на 10 метров, поэтому наблюдали издалека. Грейнджер не понимала что происходить, но видела наслаждение в глазах Эмир. И её довольный оскал на лице. Белая рубашка промокла, после чего прилипла к телу подчеркивая её плечи и рельефное тело. Грейнджер отчетливо видела большое черное пятно на спине шатенки. Впрочем было сложно заметить — и шрамы, но не невозможно. На фоне остального что происходить, Грейнджер смотрела только на тело Эмир.  Аластор швырнул заклинанием в девушку, как та, отлетела и врезалась в стену. Девушка не растерялась и быстро встала на ноги, контратакуя профессора. Её промокшая белая рубашка, в области плечя окрасилась в алый оттенок. Аластор уже выдохся, но не уступал полной сил Морган-Мэрфи. Её атаки были бешанными, но профессор терпеливо выжидал момент чтобы атаковать. Но всё же броня профессора не выдержала. Он пропустил сквозь себя несколько заклинаний. —Уже слишком стар для битв? Ну же покажи на что ты спасобен! —Требовала Эмир раскинув руки. Профессор был в бешенстве из-за её слов и швырнул в нее заклинанием. Девушка снова отлетела на несколько метров и упала прямо под ноги студентов. Она чувствовала как тело начинает ломить. Но сдаться таким образом она не могла. Морган увидела обеспокоенные выражение лиц студентов и встала обратно, направив на Грюма свою палочку. Она уже хотела произнести заклинание, но рука невольно опустилась вниз. Её движения сковали. Издалека она видела как Снейп удерживает обеих нарушителей правил. За его спиной выгляделась Макгоногалл, а из толпы вышел Дамблдор. —Всем студентам по комнатам! Живо! —После угрожающего приказа Дамблдора студенты быстро разошлись по комнатам. Кроме Грейнджер. Она стояла в ступоре наблюдая как Эмир истекает кровью. Она сидела на коленях, опустошенная и промокшая насквозь. К ней подошла Макгоногалл, но та резко привстала не желая чтобы её кто-то трогал. В конечном итоге она потерялп равновесие и грохнулась обратно на землю. Снейп увел профессора Грюма чтобы они с Эмир не сцепились ещё раз. Грейнджер спряталась за колонной чтобы никто её присутствие не заметил. —Вы знаете что вы нарушили ещё одно правило Хогвартса?! —Макгоногалл громким голосом стояла над Эмир. Дождь так и лил. Обесиленная девушка гортанно рассмеялась, внушая преподователям только свое безумие. —Почему виновата, так сразу я? Я его не трогала. —Дыхание Эмир было скованным. Её голос дрожал, то ли от холода или от неожиданной ситуаций. —Вы хотите сказать профессор что Грюм сам напал на вас? —Сарказмом спросила Минерва, после чего Эмир рассмеялась и поправила мокрые волосы. Эмир разглядывала свои рук,  в надежде найти Минерве правильные ответы. Но даже небо не подсказало ей путь. Ей не хотелось снова выгоняться из школы. Но ввязывать в такие дела Макгоногалл, тоже. Морган-Мэрфи и сама не знает что послужило причиной нападения Аластора. То, что он использовал одно из непростительных заклятий на студентке. А студентка 17-и смогла противостоять ему приводило их обеих в тупик. Но Эмир не хотела лишаться своей более-менее нормальной жизни. —Вот именно. —Ответила в ухмылке она. «Я разберусь с ним сама», —прозвучало в голове Эмир.