Соната жаркого пламени.

— Кэйа, я дома. А в ответ тишина. Дилюк с интересом осматривается вокруг, не понимая, почему брат не отзывается — обычно он появлялся сам, как черт из табакерки, а сегодня вдруг пропал. Дилюк вздохнул, подумав, что брат просто спит у себя, и поднялся наверх, аккуратно заглянув в его комнату. Кэйа оказался в ней, но не спал. Он сосредоточенно смотрел в одну точку пустым, даже стеклянным взглядом. Что-то точно случилось — это Дилюк понял сразу, ведь любые неприятности проявлялись у Кэйи в виде проблем со сном. — Кэйа, что случилось? — Всё нормально. — Не лги мне. Дилюк закрывает за собой дверь и подходит к брату, аккуратно садясь рядом на кровати и, тем самым, перекрывая ту невидимую точку, куда смотрел Альберих. Парень вздохнул, отводя глаза, и поджал губы. — Я чуть было не поцеловал Ноэлль. — Чего? Дилюк удивлённо смотрит на брата, не понимая, шутит он или нет. А повод для такой реакции был — являясь дамским угодником, Кэйа не раз болтал о своих любовных похождениях налево и направо. Но Ноэлль. Эта маленькая горничная… — Ты в своём уме? Ноэлль? — Я знаю, просто… Это вышло… Случайно. Дилюк вздыхает, проводя рукой по лицу. Вот что у Кэйи отлично получалось всегда и при любом раскладе — так это влипать в неприятности. Это вот действительно был его талант. — Кэйа, случайно можно врезаться в столб, а не поцеловать девушку. Объясни мне, что произошло. — Ну…

***

«Опять она одна» — мелькает мысль в голове Кэйи, когда он видит Ноэлль, стоящую в тени большой площадки фестиваля. Он знает, насколько ей важен этот праздник — она всегда помогала с его организацией больше всего. Но после всего этого она сама оставалась в тени, Кэйа ни разу не видел её на танцполе вместе с остальными. Как правило, она обычно продолжала выполнять роль «подай-принеси», несмотря на то, что её никто об этом не просил, но непременно воспринимал, как должное. Кэйа видит, что сегодня она даже выглядит совершенно иначе — никакой формы горничной и доспехов. Видеть её в обычной одежде было непривычно. Но, тем не менее, ей все было к лицу. Кэйа с интересом рассматривает платье, с белым верхом и лентами, и чёрной лёгкой юбкой, отзывающейся колыханием на любое движение девушки. — Ноэлль, потанцуй со мной! Парень резко втягивает Ноэлль в быстрый танец, отчего девушка теряется, схватившись за плечи капитана, и испуганно смотрит ему в глаза. Кэйа ободряюще улыбается, помогая Ноэлль освоиться. — К-капитан. — Просто Кэйа, Ноэлль. Альберих улыбается, смотря девушке в глаза, а та смущается и краснеет от такого отношения к себе. Ей было неловко до ужаса — она, горничная, танцевала с самим капитаном кавалерии. Почему-то ее первой мыслью было именно несоответствие их статусов. — Нас же увидят… Вы не должны… — Какая разница? Я просто хочу потанцевать и повеселиться с тобой. Кэйа улыбается так мягко, насколько вообще способен, чем вновь смущает Ноэлль. В этот момент он подумал о том, насколько эта девушка милая. Она смущалась от любого жеста, который был ближе, чем обычные рабочие отношения. Но это совсем не портило ее, скорее наоборот — это была её изюминка. Кэйа чувствует, что напряжение Ноэлль сходит на нет и она начинает улыбаться, позволяя парню вести себя в танце. Альберих невольно любуется светящимся от веселья лицом девушки и тоже проникается этой атмосферой праздника. Это веселье пьянило. Во время таких празднеств Кэйа просто отдавался моменту, позволяя своим эмоциям взять над собой верх. В этом плане он отличался от своего брата, который предпочитал все-таки контролировать ситуацию вокруг себя. — Ты очень красивая, Ноэлль. — Спасибо. Лицо девушки вновь вспыхивает алыми красками, но она улыбается. Кэйа впервые в жизни видит ее такой — как правило, во время работы на ее лице была спокойная улыбка, а эта… Она была радостной? Словно в этот момент у нее исполнилась какая-то сокровенная мечта, о которой знала только она одна. Кэйа признает — Ноэлль ему нравится. Нравится до дрожи в коленях. Он сам вызывается помогать ей, он учит её всему, что умеет сам, как рыцарь. Он так хочет, чтобы ее наконец-то перевели в ранг рыцаря. Он знает, насколько эта девушка сильная, знает на что она способна. У Кэйи рука не поднимается загружать ее работой — он лишь даёт ей мелкие поручения и следит за ней, чтобы она не бралась за опасные миссии — было несколько случаев, когда она подвергала себя опасности ради спасения других. Ноэлль улыбается, смотря на Кэйю, и не отводит глаза. Ей нравилось танцевать, а если ты танцуешь с человеком, который умеет это делать, то это был уже далеко не просто танец, а настоящее удовольствие. Кэйа слышит, как замедляется мелодия, а затем аккуратно кладёт руку Ноэлль себе на плечо, а вторую берет и перекрещивает пальцы, с улыбкой смотря, как девушка вновь смущается. — Кэйа, тут одни пары танцуют, возможно я не очень подходящий вариант и… — Идеальный. — Что? Ноэлль растерянно смотрит на Кэйю, невольно сжимая его плечо ладонью. Он вздыхает, на секунду отводя глаза, а затем серьёзно смотрит на девушку. — Ты идеальный вариант, Ноэлль. Даже не вариант, а приоритет. Я хочу, чтобы ты понимала — я сейчас с тобой не по какой-то причине. А просто так. Просто потому, что я хочу танцевать именно с тобой. Я не хочу рассматривать кого-то ещё, когда есть ты, Ноэлль. Ноэлль смущается, а Кэйа улыбается и мягко прижимает ее к себе, неотрывно смотря в пронзительные зелёные глаза напротив. Девушка не знает, что ответить, но Альберих и не ждёт его — он молча наслаждается моментом. Он незаметно сокращает расстояние между ними, приближая девушку к себе до тех пор, пока они не были на расстоянии считанных миллиметров друг от друга. Ноэлль сжимает плечо парня, чувствуя приятную мягкую ткань рубашки под ладонью, а затем поднимает взгляд на глаза Альбериха. Кэйа улыбается нежно и так мягко, что девушка перестаёт беспокоиться о чем либо, но в тот тот момент, когда он склоняется к ней ниже и практически касается ее губ, она останавливает его, накрыв его губы ладонью. — Кэйа… Мне нужно идти. Это все как-то неправильно. Ноэлль вырывается из тёплых объятий парня, и теряется в толпе танцующих. Кэйа хлопает себя по лбу и бежит за ней, но Ноэлль была слишком быстрой — она уже успела спрятаться где-то. Кэйа обошёл все, что только можно, но девушки нигде не было, поэтому ему пришлось вернуться домой, чтобы осознать то, что он сейчас хотел сделать, но, слава архонтам, не сделал.

***

— Кэйа, скажи мне честно, ты идиот? Зачем ты полез к Ноэлль? — Я… Я сам не знаю. Меня тянет к ней. Я влюбился, как самый настоящий идиот. И я не знаю, что мне делать с этими чувствами! Дилюк замирает на месте. Слышать подобное от Кэйи было не просто непривычно, а даже пугающе странно. Он, в отличие от Рагнвиндра, всегда знал, как понравиться девушке и что им говорить. — Ты ведь уже встречался с девушками. — Она другая. Она робкая, утонченная, нежная. Я так боюсь того, что все испортил. Я не хочу, чтобы она отдалялась от меня, но вчера она буквально сбежала! Я боюсь напугать ее. Кэйа проводит ладонью по лицу и вздыхает, смотря куда-то в сторону. Дилюк вздыхает, понимая, что вляпался брат конкретно. Но почему он раньше не замечал этой влюблённости? Был так сильно увлечён своими проблемами, что не смог уследить за братом? — Ну, ты старше ее по званию и по возрасту. Ей девятнадцать, тебе двадцать два. Ты запросто мог ее напугать. Лучший вариант в этом случае поговорить с ней об этом. Но учти, ты действительно можешь спугнуть ее. Кэйа задумчиво провел рукой по покрывалу, а затем вдруг резко просиял и так неожиданно, что Дилюк даже немного напрягся от идеи в глазах брата. — Вы же с Джинн хорошо общаетесь, поговори с ней. Может быть она скажет тебе что-то, что слышала обо мне от Ноэлль. — Ты не думаешь, что ты должен сам с ней поговорить? Дилюк хмурится, совершенно не понимая, в чем суть плана брата. Он был максимально нелогичным, настолько, что у парня появилось больше вопросов. Кэйа вздыхает. — Возможно, ты прав. Но что я ей скажу? Прости, что попытался тебя поцеловать? Это ужасно. — Ну, всяко лучше, чем сидеть здесь и думать о том, что все решится само собой. Разберись с тем, что ты чувствуешь к Ноэлль. И если ты действительно хочешь большего, то стоит с ней поговорить и начать нормально общаться снова. Дилюк пожимает плечами, а потом вздыхает и понимает, что он не может оставить брата сейчас просто так. Он натворит ещё больше глупостей, если его сейчас не направить в нужное русло. — Слушай, ну, я могу поспрашивать про Ноэлль что-то, если тебе это чем-то поможет. — Я контролировал ее тренировки. Я все о ней знаю. Вплоть до любимой еды. И я даже не пытался узнать это намеренно. Кэйа фыркает, а потом вздыхает и смотрит куда-то сквозь брата. Дилюк был прав — прежде, чем идти к Ноэлль, он должен разобраться со своими чувствами. Но, что он на самом деле чувствовал? Чего так сильно жаждало его сердце каждый раз, когда он находил себе одноразовые отношения, не приводящие абсолютно ни к чему? Кэйа хотел любить. И быть любимым. Чтобы его чувства не заканчивались за одну ночь. Он хотел что-то долгое и стабильное, но при этом не хотел себя ничем обременять… Стоп. Дилюк действительно был прав — он сам не понимает, чего он хочет, а уже собрался идти к Ноэлль. Так не пойдёт. Ему нужен перерыв, буквально пара часов, чтобы хотя бы немного осознать всю эту ситуацию. — Кэйа, хочешь знать моё мнение — не стоит лезть к Ноэлль с чем-то несерьёзным. Она слишком чиста и нежна для того, чтобы пользоваться ей.