Соната жаркого пламени.

— Кэйа? Ты разве не должен был уже вернуться домой? Ноэлль по привычке заходит в кабинет капитана под конец рабочего дня, чтобы навести порядок, и с удивлением замечает хозяина на месте. Кэйа поднимает глаза и неловко улыбается — это был уже который раз, когда он не замечал, что задерживался на работе, и вспоминал об этом, только когда Ноэлль приходила делать уборку. — У Дилюка сегодня свидание, я не хотел мешаться под ногами и решил встретиться с ним уже утром. — Понятно. Так ты… Собираешься в особняке ночевать? Кэйа кивает, с улыбкой поднимаясь из-за стола и потягиваясь. Капитан спокойно подходит к горничной и нежно заправляет за ухо прядку, замечая, что Ноэлль расплывается в мягкой улыбке и охотно льнет к ладони Альбериха. Кэйа резко подхватывает девушку на руки, заставляя ее взвизгнуть от неожиданности и уцепиться за его шею. — Кэйа, я тяжелая, поставь. — Милая, ты пушинка. Капитану кавалерии уж точно по силам поднять маленькую куколку. Альберих смеется, нежно прижимая девушку к себе. Ноэлль смущается от такого отношения к себе — она все еще с трудом верила в то, что ее чувства действительно взаимны и все это — не просто сон, который приснился ей где-то под утро. С Кэйей рядом было действительно хорошо. Он внушал чувство полной надежности, словно ей стоит лишь позвать его, и он даже из бездны ее достанет. Ноэлль чувствовала бесконечную любовь и нежность с его стороны, и ни разу он не давал повода усомниться. Он всегда отвечал за свои слова и поступки перед ней. — Раз уж ты сегодня здесь… — Что такое? Кэйа аккуратно ставит девушку на ноги и с улыбкой смотрит на задумчивое лицо горничной. Даже по ее лицу можно было понять, что она о чем-то напряженно думала и взвешивала все за и против, перед тем, как рассказать об этом капитану. Ноэлль неловко поднимает глаза и чуть краснеет. — В одной книге… В общем, не важно. Забудь. — Ноэлль, о чем ты хочешь сказать? — Я… Мы… Тот поцелуй… — Погоди, я кажется понял. Кэйа тихо смеется, аккуратно усаживает девушку на диван, опускаясь на корточки перед ней, а затем аккуратно берет ее ладони в свои руки. Ноэлль немного растерянно смотрит на парня, не понимая, что конкретно он понял, и правильно ли понял вообще. — Нам нужно поставить четкое представление о наших…отношениях. Ноэлль, я хочу, чтобы ты была моей девушкой. Ты… хочешь этого? — Хочу. Кэйа, я хочу быть с тобой. Ноэлль смущенно улыбается, капитан видит, как румянец вспыхивает на ее щеках, и невольно улыбается шире. Он аккуратно тянется к девушке и целует ее, нежно коснувшись пальцами щеки. Ноэлль аккуратно отвечает на поцелуй, а потом аккуратно отстраняет парня за плечи и смотрит уже более смело. — Я что-то не так понял? — Нет, не совсем. Я слышала, что пары часто проводят время вместе, но не как на свиданиях. Как бы объяснить… Ноэлль неловко заправляет за ухо прядь волос и смотрит на Кэйю, не понимая, как ему объяснить так, чтобы не сгореть от смущения. Альберих вздыхает, задумчиво смотря на лицо девушки, а когда до него доходит, о чем пытается сказать Ноэлль, то заливается смехом, а потом мягко смотрит на девушку. — Ноэлль, ты хочешь сегодня ночевать вместе? Ты об этом мне пытаешься сказать? — Д-да. — Боже мой. Конечно, я только за. Но если только ты сама хочешь. Ноэлль неловко улыбается и кивает, удобно устроив ладони на плечах капитана. Кэйа улыбается в ответ, и нежно целует запястье девушки, заставляя ее смутиться и еще гуще покраснеть. Каждый раз, когда Ноэлль смущалась, Альберих чувствовал, как его сердце наливается нежностью, отчего становилось даже немного жарко. — Я хочу. — Значит так и сделаем. Только, будем в моей комнате, хорошо? Если горничная заходит в другие комнаты, то в этом ничего странного нет, а если капитан появится в крыле горничной, то могут возникнуть нехорошие слухи. Я хочу тебя от них уберечь. Мне сейчас нужно будет отнести документы Джинн, а потом в семь я буду ждать тебя. Хорошо, милая?

***

— А вот и ты. Кэйа открывает дверь, позволяя девушке войти внутрь, пока в коридоре никого нет. Ноэлль быстро заходит, и невольно осматривается по сторонам, немного растерянно смотря на то, что по комнате были расставлены свечи. Альберих быстро закрывает дверь на защелку, чтобы их тайна оставалась только их. — Перебор? Я подумал, что это романтично. Кэйа смеётся, видя взгляд девушки, и скользит по ней взглядом, невольно замечая на ней форму, но какие-то вещи были в небольшой сумке на плече. Ноэлль продолжает рассматривать просторную комнату капитана. Несмотря на то, что она уже была здесь, теперь она рассматривала ее немного под другим углом. — Ты можешь переодеться в гардеробной. Думаю, в форме неудобно после работы. — Спасибо. Ноэлль улыбается и проскальзывает в дверь в дальнем углу комнаты. Кэйа потягивается и собирается было прилечь, как слышит растерянное и нервное бормотание девушки где-то за дверью. Он оборачивается в сторону звука, но не двигается — все-таки будет неловко, если он войдет. — Ноэлль, все хорошо? — Я...Я кажется забыла взять кофту. — Возьми любую из моих, это не проблема. — Х-хорошо, спасибо. Кэйа поднимает глаза, когда девушка выходит из гардеробной, и невольно засматривается на красивую фигуру девушки. Короткие, черные, пижамные шорты красиво подчеркивали стройные бедра, а его кофта, с круглым вырезом, открывала бледную кожу ключиц и плеч. Ноэлль замечает этот взгляд, и касается рукой предплечья, смущаясь. — Тебе…не нравится? — Милая, ты очаровательна. Иди ко мне. Кэйа разводит руки для объятий и улыбается. Ноэлль охотно идет в руки капитана, а обняв его, невольно расплывается в улыбке. Альберих нежно целует девушку в макушку, а потом аккуратно отстраняется и переводит глаза куда-то в сторону. — Ты голодна? Я сообразил небольшой ужин. — Я бы поела. Ноэль заливисто смеется, а потом следует за Кэйей к импровизированному столику. Кэйа галантно придвигает стул девушке, а потом садится сам. Пара приступает к ужину в тишине, лишь под конец начиная говорить — они предпочитали съесть еду прежде, чем она остынет.

***

— До сих пор не могу поверить, что все это не сон. Ноэлль улыбается, удобно устроившись на плече капитана на кровати и нежно водит пальцами по его шее и груди, выводя какие-то невидимые узоры. Кэйа тихо смеется, позволяя девушке делать то, что она хочет, а свободной рукой касается ее спины, обводя позвоночник подушками пальцев. Он и сам с трудом в это верил. Ему было слишком хорошо, чтобы это было правдой. Ноэлль казалась ему действительно нереальной — слишком хорошая, слишком добрая, слишком красивая. Он, что для него непривычно, боялся тронуть ее лишний раз, словно если он прикоснется — и она растает, а он вновь проснется в своей комнате один. — Я вполне настоящий, можешь потрогать. Кэйа заливисто смеется, звук его смеха эхом отскакивает от стен, а Ноэлль невольно улыбается. Она аккуратно заставляет его повернуть голову к себе, а потом мягко целует. Альберих чувствует, как по нему проходит будто электрический разряд. Кэйа безумно любит ее целовать, но когда она сама прикасается к нему, ему кажется, что он в эту же секунду сгорает, как спичка, и возрождается снова. — Тебе не страшно наедине со мной? — Мне спокойно и безопасно. Я ведь знаю, что ты никогда не причинишь мне вреда. — Верно. Я защищу тебя от всех. Кэйа аккуратно нависает над девушкой и с нежностью смотрит в ее глаза, после чего вдруг расплывается в хитрой улыбке. Ноэлль видит эту перемену настроения парня, но никак не реагирует — ей было интересно просто смотреть на него, наслаждаясь тем, какой он наедине с ней. Девушка практически с восхищением смотрит в пронзительные синие глаза напротив — без повязки на глазу Кэйа выглядел более…красивым? Ноэлль не могла описать это чувство словами, но ей нравился он в любом виде. — Маленькая птичка попалась в капкан. Кэйа легко ухмыляется, касаясь пальцами щеки девушки, а потом смело скользит ладонью по талии. Ноэлль поджимает губы, глубоко вдыхая, и чуть прикрывает глаза. Альберих склоняется ниже и покрывает поцелуями шею, открытые ключицы и плечи. Ноэлль вплетает пальцы волосы капитана и прикусывает губу. Кэйа поднимается, смотря на лицо девушки, он смотрит в глаза Ноэлль и видит в них… Доверие. Настолько бесконечное, что Кэйа чувствует, как его сердце больно ударяется о ребра. Она доверяла каждому его слову и жесту. Каждому его действию. Ему самому. Она была уверена в нем настолько, насколько он сам в себе не был. Это подкупало, заставляло сердце бешено стучать в груди при одном лишь только взгляде на нее. Только она пробуждала в нем такой спектр эмоций, от которого Кэйе казалось, что он вот-вот сгорит от переизбытка чувств. — Ты заставляешь меня чувствовать себя живым. Кэйа нежно целует девушку, а потом ложится рядом и молча смотрит в ее глаза. Ноэлль смущается, краснеет, но расплывается в нежной улыбке, касаясь щеки парня. Альберих мягко берет ее ладонь и покрывает поцелуями до самого запястья. Ноэлль аккуратно толкает парня на спину, и удобно устраивается на его груди. Кэйа обнимает девушку, и вздыхает, чувствуя себя невероятно счастливым. Ноэлль лежала практически неподвижно, обнимая парня, и слушая, как часто стучит сердце в его груди. Она не могла сдержать улыбки — только она слышала этот стук, только ей было позволено. Это была их небольшая тайна, которая никогда не станет достоянием общественности. Это было что-то большее, нежели влюбленность. Их встреча… Их судьбы… Они были переплетены. Им было суждено встретиться, ведь переплетающимся судьбам это было предначертано откуда-то свыше. Кэйа нежно обнимает Ноэлль одной рукой, а второй мягко гладит ее по волосам, вслушиваясь в размеренное дыхание девушки. Сейчас он был действительно счастлив, словно все так и должно быть, словно вся его жизнь складывалась так, чтобы привести все именно к этому моменту. Им не нужно постоянно говорить, чтобы понимать друг друга. За них все говорили их сердца, их взгляды и действия. Кэйа знал, что одним лишь взглядом Ноэлль могла уничтожить его, сжечь дотла, вырвать сердце из груди и забрать его душу. Но она не сделала этого. Она согрела его сердце, и вернула скитающейся душе дом. Теперь Кэйа знал, с кем он будет, если тот самый день однажды придет. Теперь Кэйа был уверен в том, что чтобы не случилось, Ноэлль всегда примет его, всегда встанет на его сторону. — Кэйа? — М-м? — Я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, Ноэлль.