Души Тейвата и Темный Странник

Исчезновение резчика Танзина повлекло за собой череду темных дней, медленно погружающих Тейват в мягкие объятия сумерек. Многое переменилось, и ключевым оборотом стало сошествие Гео Архонта. Моракс, Властелин Камня, решился на шаги, которые многие осудили, поскольку не понимали. Он перенял власть Цисин и стремительными действиями стал закрывать Ли Юэ от внешнего мира как политически, так и ... Физически. Торговый союз, заключенный со Снежной, был расторгнут, а все представители Фатуи были отосланы на свою родину. Сама природа также встала на защиту людей Ли Юэ: все поселения, что поклонялись Гео Архонту, оказались под "агрессивной защитой" каменных массивов, что стали расти стеной вокруг городов и деревень, подобно живым защитникам. Следующим шагом Моракса стало создание Совета Адептов - новой силы, взявшей под свой контроль осуществление защиты каменных равнин. Ли Юэ стало неприступной крепостью, и жители его до конца не понимали: для чего? Неужели величественный и древний Властелин Камня сошел с ума? Лишь спустя недели стали проявляться те ростки зла, заставившие мудрое божество принять столь жесткие меры. Бездна стала куда голодней. Твари, что подчинялись этой скверной силе, будто бы обрели цель. И цель эта походила на... Завоевание. Скитальцев и торговцев, что не успели прознать об опасности или не придали им большого значения, стали похищать. Еще более тревожным стал факт того, что оставленные людьми селения были заняты целыми отрядами слуг бездны. Они не слонялись без цели: они патрулировали окрестности, они оставляли караулы, выслеживали и занимали все больше территорий. Это стало первоочередной проблемой, с которой решил разобраться Моракс. Обосновавшись в бывшей резиденции Цисин, Нефритовом дворце, Властелин Камня кропотливо изучал десятки карт, что были составлены за последние недели. Каждый день ситуация ухудшалась, и каждый день на его столе появлялась новая карта, на которой было явно отражено продвижение врага. Сцепив руки в прочный замок, Гео Архонт откинулся на спинку стула и тяжело выдохнул, уставив взгляд в никуда. Он был напряжен в каждой частичке своего тела и разума, как стальная пружина, натянутая до предела. Из мгновения тяжелых размышлений его выудил голос госпожи Нин Гуан, взявшей на себя роль правой руки Властилина Камня. Встав в проходе, она едва заметно кивнула, после чего спокойным и ровным голосом обратилась к Мораксу. -Представитель из Снежной просит о переговорах. -С каких пор слова стали так вяло достигать их ушей? Я уже говорил, что Ли Юэ не будет иметь никаких дел с государством, подрывающим безопасность нашего народа. Гео Архонт был непреклонен. Но Синьора, тот самый представитель, не собиралась отступать. Выглянув из-за плеча главы Цисин, Она едва заметно сжала кулаки, набравшись своего развеянного по ветру величия, после чего подала голос. -Многоуважаемый Властелин Камня, я не смею противиться вашей воле, но извольте мне занять минуту вашего драгоценного времени, дабы мы могли добиться взаимопонимания в решении наших общих проблем... Моракс на мгновение замолчал. Медленно встав со своего места, он очертил глазами дугу по сводам дворца, после чего остановил взгляд на проходе, в котором стояли девушки. Нин Гуан косилась на Предвестника с особо уловимым холодом, покуда сама госпожа Розалина продолжала концентрировать невозмутимость на своем прекрасном лице. Но подрагивающие от напряжения кончики губ и сжатые в кулаки руки выдавали настроение посланницы. -Вы разочаровали меня. Разочаровали своим вероломством. Я всегда стремился к тому, чтобы мой народ достиг самостоятельности, выверенности своих действий. Мудрость, с которой человек должен подходить к решениям в своей жизни, необъятна. За столь короткий срок, что отведен человеческому сердцу, люди могут свершить невозможное. Они могут создать нечто великолепное, новое. Или могут разрушить то, что строили жизни других многие века. Потому каждый человек должен иметь непоколебимую смелость отвечать за свои действия, руководствуясь мудростью в решениях. Мудростью, но не вероломством. Моракс медленно шел по залу, переведя взгляд на пол. Его босые стопы касались гладких плит, но не издавали ни звука. Архонт будто бы плыл по дворцу, изрекая свои мысли, похожие на предисловие приговора. С каждой секундой Нин Гуан отдалялась от проема, пропуская вестницу из Снежной вперед, не желая вставать на пути марша обвиняющих слов. -Главная болезнь вашей организации в том, что вы имеете слишком много власти. Получив возможность распоряжаться не только своей судьбой, но и судьбами других народов, вы сменили расчет на азарт. Выставив свою цель и решаясь на рискованные шаги, вы жертвуете фигурами без счета. И далеко не своими. Моракс остановился спиной к выходу. Смолк. Тяжело вздохнул и расправил плечи, будто желая их размять. Неуверенно, но с присущей дерзостью, Синьора сделала шаг вперед. -Господин Моракс, я приношу извинения за неудобства, принесенные нашим человеком, мы не... -Неудобства? Неудобство - это зудящая заноза, впившиеся в руку при работе резчика с деревом. Это покраснение и боль, медленно нарастающая от попадания в рану древесной пыли. Вы - это неудобство. Заноза, которую так долго не удалось выудить из пальца, что она зарылась в глубь. И рана начала гноиться. Из-за этого рука мастера перестала его слушаться, и с новым движением резака отсекла не часть материала, а палец. Гноящийся палец. Моракс обернулся к девушке. Понимая, что несмотря на удачную провокацию, благодаря которой Гео Архонт пошел на диалог, этот самый диалог стремительно перерастал в конфликт. Но госпожа Лоефальтер не успела даже разомкнуть своих искусанных губ, как Властелин Камня оборвал всякую надежду. -В связи с невыполнением обязанностей с вашей стороны, я разрываю контракт. Передайте моему дорогому товарищу, что я не собираюсь оставлять своих людей за щитом тех, кто еще до свершения всех условий сделки нарушает главное условие. Остальное я оставляю на нее. Уверен, что она поймет мое решение. Не смею задерживать. Разговор был жестко окончен без намека на возможность продолжения. Предвестница была вынуждена стремительно уйти, сжимая зубы до скрипа. Как только звонкое цоканье каблуков растворились в стенах дворца, глава Цисин вернулась в зал, уставив взгляд на Гео Архонта. -Недостаток терпения и желания понять все же довершил начатое, обратив все в катастрофу... Крайне неприятный исход, верно? Что вы думаете, госпожа Нин Гуан? -Осмелюсь заявить, что ожидала такого развития событий. Пусть я и не догадывалась, что Властелин Камня все это время был рядом и даже взял эту ситуацию под свой контроль... -Не догадывались?- Моракс улыбнулся. -Уверен, что это была лесть в сторону моей не самой удачной конспирации. -Возможно, господин. -Девушка кивнула, после чего вздохнула. -Так или иначе, все были удивлены вашем появлением и... Вашими решениями. -То вынужденная мера. Осторожность, с которой я подошел к решению вопроса, позволила снующим без стыда непрошенным гостям вмешаться и загубить все на корню. -Прошу прощения за любопытство, но вам удалось что-то узнать об этом... Существе? -Нин Гуан попыталась заглянуть в глаза Гео Архонта, явно не скрывая своего желания быть посвященной в детали. -Он человек. Или похож на него, насколько это возможно. Но.. природа его мне не понятна. -Мужчина медленно вернулся к своему рабочему месту, устало опустившись на стул и расправляя края своих одежд. -Природа эта достаточно опасна, чтобы попытаться сдержать и скрыть ее, нежели противостоять. Однако, наши чуткие друзья лишили нас возможности решить все таким способом. -Значит, такой способ все же был возможен...- Задумчиво проговорила девушка, массируя виски и кривясь от головной боли. -Что же до Мондштадта... -Тот же недостаток терпения и желания понять. Люди Свободного Города неимоверно добры, а сердце их радушно и мягко. Но Именно эти качества заставляют жителей Мондштадта видеть угрозу в радикальных решениях. -Странная реакция для народа, что дважды брал судьбу в свои руки и шел на бунт, дабы защитить свою свободу. -Радикальные действия могут быть оправданы лишь теми, кто их совершает. Остальным же проще осудить. -Моракс взял в руки свежую карту, вновь уставив взор на округ Минлин. -Моя осторожность не позволила выступить с помощью нашим соседям, что... -Вашей вины здесь нет. Заявления, которые принесла с собой исполняющая обязанностей действующего магистра Ордо Фавониус были достаточно ужасающими, чтобы принять их на веру. Однако теперь нам точно следует связаться с Вольным Городом, дабы сузить круг бедствия. Другие регионы также следует оповестить. За правдивость информации теперь ручаюсь лично я. Поняв поручение, Воля Небес кивнула и покинула зал, оставив Гео Архонта, как она думала, в одиночестве. Однако тень, что до сих пор оставалась незаметной, наконец-то показала себя, представ перед Владыкой Камня. -Я прибыл по Вашему зову. -Тихо произнес Адепт. -Времени осталось не так много, Сяо. Минлин, а точнее руины в этой области, стали твердыней для наступления Бездны. Поручаю это тебе. -Будет исполнено... *** Тьма пульсировала, разрасталась, дышала. Ее голодная пасть разверзлась не только лишь на землях Ли Юэ. Пострадавшие первыми от появления Негорящего Свободные земли стенали от боли и лишений. Дабы обезопасить жителей, Джинн прибегла к выставлению патрулей. Более того: все жители близлежащих селений стали стягиваться за стены города, дабы переждать надвигающуюся бурю. Каждую ночь некогда беззаботный город стал закрывать свои врата и поднимать мост, превращаясь в неприступную крепость. Мир стремительно менялся, и Исполняющая обязанности действующего магистра чувствовала нутром, что виной тому то ужасающее чудовище. Злоба и ужас затаились в ее сердце: почему правительство Ли Юэ так безынтересно отнеслось к предупреждению об нависшей угрозе? Почему лишь сейчас приняли меры? Джинн объяснила это для себя появлением Архонта: лишь мудрость бога могла исправить недоверчивых торгашей. Народ Мондштадта тоже ждал своего спасителя, свой свежий порыв ветра, даже не подозревая, что тот приходил в себя в соборе, построенном в свою же честь. Однако, больше не было времени на отдых. Люди нуждались в защите. И Барбатос это понимал. Именно мысль об этом заставила его как можно быстрее подняться на ноги, но что-то явно было не так. В момент потери дорогого друга он будто бы позволил ярости утопить свою силу в потоке эмоций. Бог, что поклялся биться за свободу своего народа, проиграл в битве какому-то ожившему кошмару. Эта мысль угнетала его. С трудом поднявшись с постели, Анемо Архонт осмотрел другие кровати. Капитан Кавалерии все еще приходил в себя: его раны были тяжелыми, но он пережил их, пусть и был простым человеком. Люди стремились защитить то, что им дорого... Несмотря на хрупкость своей жизни. Другая кровать же была пуста. Дилюк покинул собор сразу, как его ноги позволили ему встать, но говорил он по прежнему с большим трудом. Барбатос двинулся в штаб Ордо Фавониус. Рыцари пустили его, поскольку тот заявил, что хочет поделиться информацией о чудовище. Стражники переживали за покалеченного барда, но не могли не пустить его. Пройдя в кабинет Магистра, Анемо Архонт застал Джин в тяжелом диалоге с мастером Дилюком и Библиотекарем Лизой. Винодел почти всегда молчал, общаясь короткими словами, записками на бумаге и указаниями на карте. Лиза же, погруженная в свои мысли, участвовала в собрании достаточно отрешенно. Джин стремилась добиться полного понимания положения и максимальной отдачи от каждого, кто мог встать на защиту горожан, пусть и понимала, что даже этого может не хватить. Появление раненого барда сильно удивило всех присутствующих. -Венти, верно? Что ты здесь делаешь, ты же еще не пришел в себя! -Обеспокоенно и даже немного раздраженно процедила Джинн, подняв удивленный взгляд. -Не думаю, что есть время объясняться... -Угрюмо пробормотал Барбатос, закрывая за собой дверь. -Дальнейшее должно быть сокрыто от горажан. Дилюк уставил недоверчивый и пристальный взгляд на юношу, в то время как Лиза лишь медленно покосилась на источник невнятного бормотания. Какие либо объяснения быстро перестали быть необходимыми, как только облик барда стал медленно преображаться. Ветер, ворвавшийся в кабинет через окно, принес с собой завесу из пожелтевших листьев, что закружилась вокруг силуэта бродяги. Лишь бирюзовое сияние тускло пробивалось сквозь танец листвы, покуда вместо Венти не оказался Бог Свободы, Анемо Архонт Барбатос.