Dirty dancing

      Свет софитов отражался в черном блестящем полу. В зале оглушающая тишина.       Его партнерша в коротком красном платье, а ее волосы пахли чем-то сладким, волнующим. Непривычно.       Кончики пальцев покалывали от волнения, тело пробила мелкая дрожь. Опять.       Вдох-выдох. Поза.       Первый аккорд.

***

За два месяца до этого

      Снег в Нью-Йорке редкость. Но вот если с небес все-таки начинают падать светлые безвкусные хлопья, то завалит от души. Шумные улицы сразу парализует: машины сигналят друг другу, автобусам, которые пытаются протиснуться сквозь этот жуткий затор из металлолома, и пешеходам, опаздывающим по своим делам. Последние, кстати, предпочитают пересаживаться в метро, от чего в подземке просто тьма народу. Все толкаются, гудят, шуршат куртками и тычут рюкзаками с заснеженными лямками. Щеки красные, очки запотевшие, а настроение более чем отстойное. Особенно, если учитывать час пик. Днем еще и студентов пруд пруди, а школьники гуськом возвращаются по домам или напихиваются в желтые фургоны, которые обязательно довезут голодное и уставшее малолетнее население до теплых крылечек. Единственные, кому наверняка весело, — это собаки. Псам же нравится зарываться мокрыми лохматыми мордами в сугробы, а хозяевам приходится потом их мыть и мыть. Да и мелких собачонок выпускать в холод не стоит, а то утонут еще в белых холодных морях и ищи потом по перепуганному лаю.       У Питера Паркера собаки вроде не было, ну, он абсолютно точно был бы в курсе, потому что не заметить волосатое животное в квартирке, которую парень делил в течение последней недели со своей любимой тетушкой Мэй, было практически невозможно. Молодому человеку не нужно было мчаться через весь мегаполис, но он все равно опаздывал, причем безбожно и ужасно нагло. Питер опаздывает редко, честно, но тут прямо звезды сошлись. Сначала он проспал будильник, потому что у него каникулы, а потом не мог найти теплые ботинки, которые куда-то запрятала Мэй. Чудесная женщина. Только вот она еще больше задержала и без того торопившегося племянника. Пока тетушка воевала за то, чтобы Паркер надел шарф и взял перчатки, от остановки ушел автобус, а потому Питеру пришлось добираться по сугробам едва-ли не ползком.       Но молодой человек был рад вернуться в любимый Нью-Йорк. Он скучал по родным местам: по тому уютному парку с удобными скамейками, по огонькам вывесок и по тому кафе, где был афигенный безалкогольный глинтвейн с корицей, кардамоном и цедрой апельсина. Рождественская акция — еще один повод обожать зиму. Особенно после тяжелых экзаменов и самостоятельной жизни в университете. В Кембридже хорошо, то есть в MIT хорошо: удобный кампус, довольно неплохие общежития, но дома, конечно же, лучше. Питер даже неохотно признавался в том, что соскучился по неумелой стряпне Мэй, а именно по финиковому пирогу. Так Паркер перебивался сэндвичами и бейглами со сливочным сыром. На большее не то, чтобы денег, а скорее времени не хватало. Познавать кулинарные вершины не давали формулы и задачи. Требования высокие, а вылететь прямо на первом курсе очень не хотелось. Радовало в этом калейдоскопе трудностей, поглотившем еще вчерашнего школьника, наличие друзей.       Питер с улыбкой вспоминал тот день, когда они с ЭмДжей и Недом собрались в кондитерской, где подрабатывала девушка. Запах кофе и свежих пончиков, хруст бумаги, а следом восторженные вопли. Их взяли, всех троих. Красота! Мечтать о том, чтобы жить с Лидсом в одной комнате, Паркер не смел. И хорошо, потому что с другом его не поселили. Сосед Питера, кстати, был нормальным парнем, только тихим каким-то. Он был то ли из Техаса, то ли местный, из Массачусетса (юноша еще не выучил, что довольно стыдно, хоть с сожителем он почти не общался). Еще он лучше всех знал химию и постоянно грыз имбирные леденцы. Питер однажды попробовал эти конфеты и не выплюнул только из вежливости к соседу — слишком горько.       Горько ему будет и сейчас, если он не поторопится на встречу с Недом и ЭмДжей. Они тоже приехали в Нью-Йорк на рождественские каникулы, потому что соскучились по родным и по шумной городской жизни. А что? Учиться вдали от дома и впрямь тяжело. Тебя выдирают из привычной среды и погружают в неизвестность, на растерзание к таким же потеряшкам, как и ты. Мишель назначила своим оболтусам встречу в том самом кафе, где она в школьные годы получала скромную зарплату. Выбор заведения был обусловлен тем, что хозяин был готов сделать бывшей сотруднице скидку, щедро назвав ее «праздничной».       Праздничной еще была атмосфера в городе. Всюду елки, разноцветные огоньки и Санта Клаусы, от плюшевых до картонных. Пахло мятными красно-белыми конфетками, которые обжигали язык, стоило пососать их на холоде. Пряничные домики с сахарными узорами из застывшего крема украшали едва ли не каждую витрину. Питер бежал мимо маленьких магазинчиков, парикмахерских и банков, надеясь, что опоздает хотя бы минут на тридцать, а иначе он реально рисковал быть четвертованным ЭмДжей, которая названивала ему уже на протяжении двух часов.       Благо Паркер, плутавший по заметенному асфальту, вскоре добрался до пункта назначения. Он отчаянно вцепился в дверь, дернув ее на себя довольно резко, отчего громко зазвенел колокольчик. Еловый венок с картонными оленями шкрябнул о стекло. Питер влетел в кондитерскую, на ходу стягивая с себя коричневую шапку. Также он едва ли не удушил себя бордовым шарфом, который с боем нацепила на него Мэй. Перчатки были моментально отправлены в карман черной куртки. Парень прочапал к дальнему столику, где уже виднелись знакомые макушки. Ботинки оставляли мокрые следы, ведь снег на подошве уже успел подтаять. Питер виновато кивнул девушке-бариста, которую хозяин принял на работу, когда ЭмДжей уехала учиться.       Лидс, привычно нацепивший дурацкий новогодний свитер с рожей бородатого Санта Клауса, был увлечен пончиком с сахарной пудрой, а ЭмДжей листала новостную ленту, желая выучить что-то новое о международной обстановке, которая, по скромному мнению Питера, вообще не менялась. Взгляд Паркера учитывать стоило, поскольку он каждое утро перед школой хрустел хлопьями в виде карамельных паучков под монотонный голос диктора CNN. Юноша завалился на свободный стул из темного дуба, громко шмыгнув носом. Кажется, товарищи только тогда обратили на него внимание. — Чувак, ты похож на помидор, — сказал Нед, оторвавшись от доната и оценив пунцовые щеки друга. — Как будто ты сам выглядел лучше, когда пришел, — улыбнулся Питер, повернувшись в сторону кассы.       Над ней висели доски, где мелом вывели меню. Среди разноцветных надписей Паркера в первую очередь привлек латте с корицей, ягодный пунш и капучино с имбирным сиропом. Шоколадные глаза парня опустились к прилавку в надежде вычислить любимый пончик с ванильной начинкой. Такой тянучей, сладкой, будто таявшей на языке… — Ты опоздал, — прозвучал безучастный голос ЭмДжей.       Питер глупо улыбнулся и опасливо повернулся к столу, так и не обнаружив на витрине искомую выпечку. Пригладив непослушные волосы, Паркер постучал пальцами по деревянной поверхности. Подруга, оказавшаяся по правую руку, требовательно смотрела на молодого человека. — Простите, — выдохнул парень, стушевавшись, — я проспал, а потом еще и Мэй со своим шарфом. — Понимаю, — ободряюще хмыкнул Лидс, — автобусы не ходят почти. Ненавижу зиму в Нью-Йорке. — Да брось, ты просто мерзляк, — Питер махнул рукой, надеясь, что разговор, ушедший от темы его опоздания, отвлечет ЭмДжей, которая, судя по нахмуренным бровям и надутым губам, была готова проломить Паркеру череп, — возьму себе кофе.       Молодой человек быстро встал из-за стола, шумно отодвинув стул, будто сбегая от убийственного взгляда девушки. Как только он оказался у кассы, напряжение как рукой сняло. Питер почувствовал себя в безопасности. К сожалению, это ненадолго. Улыбчивая рыжая Кэри, как гласил бейджик на светло-голубой форме, довольно быстро справилась с заказом. Паркер даже не успел заметить, когда закончила шуметь кофемашина и когда на стойке оказался большой бумажный стаканчик с латте красного рождественского цвета, от которого ярко веяло корицей. Пончик, к сожалению, не ванильный, а с вишневым джемом, лежал на одноразовой тарелочке, которую Питер нес в правой руке. — Приятного аппетита, — сказал Нед, когда его друг вновь вернулся к столу.       Паркер благодарно улыбнулся, а затем отпил пряный кофе. Терпкая и немного сладковатая из-за приправы жидкость наполнила горло. Зубы сразу ощутимо запульсировали: кажется, из-за холода у Питера замерз даже рот. Парень, не успевший нормально позавтракать, с радостью приступил к сдобе. Джем так и вытекал из пончика, пачкая пальцы и губы. Нед тоже поедал свой донат, а ЭмДжей то и дело стучала своим стаканчиком с чаем по деревянной поверхности стола. Паркер вопросительно посмотрел на Лидса, но тот лишь характерно пожал плечами. — ЭмДжей, все хорошо? — спросил Питер, даже не успев проглотить первый кусочек сладкой выпечки.       Темноволосая вздохнула, отложив телефон. Гаджет остался лежать на столе экраном вниз. Паркер невольно задержался взглядом на ярком оранжевом чехле, который сильно контрастировал с уютным интерьерчиком кофейни. — Нет, — тихо и коротко сказала девушка, а затем прочистила горло, сложив руки на груди. — Что стряслось? — теперь уже была очередь Неда задавать вопросы. — Помните, я вам рассказывала про соревнования, в которых мы с Брэдом должны участвовать? — Весенний кубок Нью-Йорка? — подумав, решил уточнить Питер. Подруга кивнула. — Брэд на каникулах сломал ногу. Точнее, голеностоп. Он ходил на каток и неудачно упал.       Паркер тяжело вздохнул, осознав причину, по которой ЭмДжей была черней тучи. Она занималась танцами еще со школы, Питер на вскидку даже год назвать не может. Но с того момента, как они подружились и очутились в одном классе, парень не пропускал ни одного выступления подруги. Лидс составлял юноше компанию в зрительном зале. Сама же ЭмДжей в основном занималась бальными танцами: вальс, фокстрот, танго. Питер еще может припомнить ча-ча-ча. И если девушкой он гордился, то ее партнер, то бишь Брэд, немного настораживал. Дэвис все время кидал косые взгляды на Паркера и Лидса, всегда старался увести ЭмДжей под предлогом того, что им нужно потренироваться, потому что «та поддержка плохо выходит» или «я не очень понимаю, как делать это движение».       Однако несмотря на всю свою нелюбовь к противному Дэвису, напоминавшему смазливого слизняка, Паркер не мог не признать, что танцор из него хороший. Питер, конечно, не эксперт, раз дело не касается внешнеполитической обстановки, но феерию чувств и красок любил до чертиков. Парень слабо разбирался в движениях, но знал парочку знаменитых танцоров по именам. Ему нравилось смотреть на полет юбок, сочетавшийся с музыкальными аккордами, яркие улыбки и разгадывать истории, которые передавали партнеры при помощи па. Для Питера танец был чем-то сродни фантастике. Все-таки он считал себя более подходящим для качалки, куда регулярно заглядывал из-за желания поддерживать хорошую физическую форму. — И что теперь? — вопрос Неда выдернул Паркера из размышлений об искусстве. Лидс обеспокоенно разглядывал опечаленную ЭмДжей.       Питер давно подругу не видел настолько подавленной. Уголки губ будто опущены вниз, глаза мрачно изучали деревянную поверхность стола, будто та была едва ли не картиной какого-нибудь Ренуара с буйством красок и размытыми линиями. Кудрявые волосы девушки спадали на плечи, лезли к длинным ресницам, но она будто и не замечала. — Ты не грусти, — Паркер отложил пончик, решив поддержать девушку, — слушай, он же успеет восстановиться? — Даже если кости успеют срастись, Брэду нельзя будет сильно нагружать ноги, — ответила ЭмДжей, посмотрев на Питера. У последнего в горле резко пересохло, поэтому он хлебнул пряного кофе, — думаю, месяцев шесть паркета ему не видеть. — Черт, — шикнул Нед, — ну знаешь, еще же будут соревнования, верно? — Паркер покосился на Лидса, отрицательно покачав головой.       Пропускать конкурс для ЭмДжей — не вариант. Юноша видел, какой счастливой подруга становилась, когда звучала музыка, когда софиты были направлены на них с Дэвисом. Они и вправду хорошо смотрелись вместе. Брэд был крепким парнем, способным выполнить любую поддержку. Более того, он неплохо попадал в такт, что важно для партнера, который выполняет ведущую роль. ЭмДжей же всегда отрабатывала в эмоциях, а потому такой тандем из «разума» и «чувств» выглядел довольно выгодно. К тому же, даже если девушка сумеет найти новую пару, будет сложно притереться и привыкнуть, да и имя Брэда наверняка вписано в заявке. — Я хочу участвовать, — сказала ЭмДжей. Как будто хоть раз она была готова пропустить соревнования, — тренер нам рассказывал, что в этом году придут важные ребята из крутых танцевальных школ. — Ну ты же уже учишься, — не понимал Лидс, — зачем тебе другие школы? Если уйдешь в танцы, то придется отчислиться из MIT, — девушка внимательно посмотрела на Неда, — о нет. Только не говори, что мы прошли все это зря! Ты хочешь бросить универ? — он театрально охнул, прикрыв рот, а затем, будто переволновавшись, запихнул в себя остатки своего пончика, чудом не поперхнувшись посыпкой.       Под «это» Лидс имел ввиду ряд отказов, который приходил троице. Питер даже занервничал, вспомнив то тяжелое лето. Мэй то и дело прибегала с новыми конвертами, в которых содержались ответы из разных учебных заведений. Друзья стремглав бежали в это кафе, садились за столик, правда, за другой, а затем распечатывали. Потом с горя наедались круассанами. И так несколько раз, пока не пришли ответы из MIT. В тот день товарищи наедались круассанами уже на радостях. — Не драматизируй, — попросила ЭмДжей, теребя в руках полупустой стаканчик из-под чая, — я просто хочу, чтобы у меня были пути отступления. Никогда не знаешь, что может произойти. Если меня позовут в какую-нибудь школу, то у меня будут контакты на случай, если в MIT что-то не выйдет. — Так и что ты будешь делать? — поинтересовался Паркер, поправив ремешок от часов, — если Брэд отпадает, то тебе нужен новый партнер, верно? — Да, точно, — Нед закивал, — где ты будешь его искать? — Я уже нашла, — на лице ЭмДжей наконец-то проступило что-то на подобии улыбки. — Только не говори, что это Флеш, — Лидс прикрыл рот рукой, — он же конченый придурок. — Запутается на первом же шаге, — подхватил его друг, не упустив возможности подшутить над школьным врагом. — Не уподобляйтесь ему, пожалуйста, — попросила Мишель, скривившись. — Хорошо, — Нед был самим миролюбием во плоти, — это какой-то парень из университета?       ЭмДжей кивнула. — Мы его знаем? — в один голос спросили ее собеседники. — Лучше всех, — она пожала плечами. На лицах Паркера и Лидса отразилась явная коллективная задумчивость. У них было не так много общих знакомых, а для тех, кто мог бы танцевать не на уровне гладильной доски, и пальцев одной руки было бы многовато, — Питер, ты же мне друг?       Парень едва не выплюнул кофе, который по несчастливой случайности оказался у него во рту. Нед уже был готов постучать ему по спине, если потребуется. ЭмДжей же излучала железное спокойствие. Она выжидающе смотрела на Паркера, который то краснел, то бледнел, то нервно теребил край синей водолазки. — Нет, — не веря, пробубнил он, — ты серьезно?! — Вполне, — девушка наконец-то убрала мешавшие волосы за ухо. — ЭмДжей, я слон в посудной лавке, неужели ты не знаешь? — затараторил Питер, — ты помнишь мой танец с Лиз на выпускном? Я наступил ей на ногу. И вообще, я, в отличие от некоторых, точно планирую закончить MIT. Я не смогу пропускать занятия. — Это всего на два месяца, — в выражении лица ЭмДжей что-то изменилось. — Нет, — Паркер продолжал настаивать на своем, — прости, но я правда не могу. — Питер, ты же любишь танцы, я знаю, — не унималась девушка. Она уже повернулась к другу, не находившему себе места, — я вижу, как тебе нравится, когда ты смотришь на сцену. — И что теперь? Любить танцы и уметь танцевать — это две разные вещи! — воскликнул юноша, всплеснув руками. Он посмотрел на Лидса в поисках поддержки, но тот, кажется, вовсе не собирался вмешиваться в разговор. Предатель. — Я отпрошу тебя. Тем, кто участвует в крупных конкурсах, всегда дают поблажки. Помнишь Карла? Он ездил на турнир по шахматам и занял то ли второе, то ли третье место, его даже освободили от одного экзамена!       Питер вообще сомневался, что так называемый Карл существовал, потому что никакого Карла он и в помине не знал. Паркер больше склонялся к той версии, что подобный аргумент был использован только в целях убеждения. Данный вариант развития событий поддерживал еще и тот факт, что ЭмДжей строила щенячьи глазки. Юноша вообще не помнил, когда он в последний раз видел ее такой уязвимой. Девушка всегда сохраняла выдержку, а тут такой номер. — Но я не хочу пропускать экзамены, — попытки Питера защититься становились все слабее и слабее, — к тому же, в заявке наверняка вписано имя Брэда. — Скорее всего, это можно изменить. Если нет, будешь Брэдом Дэвисом, — ЭмДжей махнула рукой, будто это было сущим пустяком. — Но я не хочу быть Брэдом Дэвисом! Питер Паркер как-то ближе, знаешь ли. — Питер, пожалуйста, мы же друзья! Друзья должны помогать друг другу. — Это подлый прием, — протянул Лидс, с интересом наблюдая за развернувшимся представлением. Ему только попкорна не хватало для полной картины. Он подпер щеку рукой. — А ты вообще помолчал бы, — обиженно буркнул Питер, — нет бы помочь. А как же мужская солидарность? — Слушай, нам не обязательно будет вытворять какие-то немыслимые пируэты. Все, что нам нужно, это чтобы меня заметили агенты из крупных танцевальных школ, — ЭмДжей сложила руки в замочек, продолжая умолять Паркера.       Терпение у него кончалось. Ну он же не изверг какой-то. Молодой человек прекрасно понимал, насколько это важно для подруги. Просто, черт, так не хотелось кого-то подводить. Еще и Дэвис, блин, не мог бы ногу в другое время сломать? Пусть хоть с крыш вертушки делает, ей богу, но впутывать в свои проблемы ЭмДжей — верх непорядочности. Паркер понимал, что Брэд не специально, но не бубнить в мыслях не мог. Ну вот и что ему делать? С одной стороны, сам он особо ничего не терял, да и подруге помочь хотелось. С другой, Питер терял как раз таки все, потому что такого позора Нью-Йорк еще не видывал. — Что вообще за соревнования-то? — спросил он. ЭмДжей уже была готова броситься ему на шею от радости, но Питер предупредительно выставил руки вперед, — я еще ни на что не согласился. — Первый этап — вальс, видео заявка, — начала девушка, чуть успокоившись, но продолжая смотреть на собеседника с надеждой, плескавшейся в карих глазах. — В рот мне ногу, — Питер стыдливо прикрыл глаза рукой, вспоминая свой провал на выпускном. — И где это снимать? — Лидс почувствовал надобность вновь вернуться в разговор, подумав о том, что для записи потребуется нормальное оборудование. — Можно у меня в зале, — подумав, ответила ЭмДжей, — там много места, хороший свет. Я поговорю с тренером. — А что дальше? — Паркер заведомо боялся услышать ответ. — После отбора участников все прошедшие будут танцевать уже в четвертьфинале тот же самый номер, но уже на публике. Далее еще один отсев, то есть полуфинал. — Опять вальс? — Нед побуждал подругу продолжить рассказ. — Нет, — Питер встрепенулся, внимая ответу ЭмДжей, — латиноамериканская программа. Будет список обязательных движений, но в основном свобода творчества. Танец у меня уже есть, мы с Брэдом давно его ставили. — Черт, — не унимался Паркер, уже вцепившийся в свои бедные волосы. — Да брось, все не так плохо, — девушка положила руку на плечо поникшего парня, — ты гибкий, крепкий, так что должен справиться. — Всего четыре этапа, верно? — Лидсу, кажется, было правда интересно. — Верно. Отберут десять пар, которые опять станцуют по той же программе, и из них выберут победителей.       Питер, который бы предпочел умереть под пытками, был на грани того, чтобы выбежать на кусачий мороз и заорать во всю глотку. Он понимал, что особо вариантов не было, но решиться на согласие тоже было трудно. Паркер видел эти танцы. Вообще не в его кассу. — А будет какой-то приз? — Нед продолжал интересоваться, пока его товарищ умирал на соседнем стуле и нервно давился кофе. — Две тысячи долларов победителю, — девушка довольно посмотрела на Питера, который явно прервал свои душевные терзания, услышав цену своим мучениям. — А есть шансы? — Лидс перевел взгляд с ЭмДжей на своего друга, который возмущенно вспыхнул. — Шанс есть всегда, — девушка хмыкнула. — Слушай, — выдохнув, начал Питер, — я тебя предупредил, что толку больше будет от этого стула, чем от меня, — парень указал на деревяшку, на которой сидел, — и я сделаю это только ради тебя, ясно? — Спасибо, — ЭмДжей лучезарно улыбнулась, явно борясь с намерением обнять мученика. Она потрепала его по волосам, которые еще недавно были стиснуты пальцами Паркера, — для меня это важно, правда. — Я знаю, — парень выглядел так, будто съел лимон, — поэтому и согласился. — К тому же, тебе нужно будет просто станцевать. А вообще, если говорить начистоту, то мне кажется, что на победу шансов почти нет, — на лице девушки не осталось и капли от прежней грусти, отчего юноша даже подумал, что тоска ЭмДжей была только женской хитростью, безжалостно направленной на его добрую душу, которая явно не оставила бы нуждающегося в беде. — Знала бы ты, как звучит для меня это твое «просто станцевать», — Питер грустно откусил пончик, — и победим мы с той же вероятностью, с которой Нед перестанет любить «Лего». — Я понимаю, что он не профессионал, — позитивно начал Лидс. Паркер усмехнулся, — ладно, даже не новичок, но его же будешь учить ты, а значит, что шанс все-таки есть. Ты сама так сказала. — Дело в том, что я знаю, кто есть в списке участников, — объяснила ЭмДжей. Парни вопросительно кивнули, — Питер, имя Тони Старка тебе знакомо? — Ты шутишь, — Паркер нахмурился. — Кто это вообще? — Нед явно не понимал друга. — Это легенда, — выдохнул тот. — Да, — Мишель кивнула, — он и его партнерша Пеппер Поттс, они выигрывают все кубки на протяжении последних трех лет. Старк безупречен, правда. Он зарабатывает такие бабки на танцах, что нам и не снилось. Гастроли, выступления в разных странах мира от Франции до Аргентины и прочая шушера. — А что он забыл на кубке Нью-Йорка? — спросил Питер, очевидно, не втыкая. — Ну, он не молодеет, ему уже тридцать пять, вроде, или тридцать четыре, я не помню. Гастролировать сложно, его на телешоу всякие берут, поэтому и доход сохраняется, а кубки — отличная возможность держать себя в тонусе, — предположила ЭмДжей. — Но это же нечестно, — продолжал возмущаться Паркер, — какой смысл тогда вообще участвовать, если Старк все выигрывает? — Рейтинги, — высказался Нед. — Развод это, а не рейтинги, — его друг фыркнул, вновь приложившись к кофе, — теперь мне еще страшнее. — Ты же не с ним танцевать будешь и не для него, а со мной, чтобы помочь мне, — ЭмДжей стала приводить вновь запаниковавшего юношу в чувства, — так что не надо так бояться. — Легко сказать, — молодой человек хмыкнул. — А когда срок сдачи видео? — спросил Лидс. — Через три недели, — ответила девушка. — Трындец, — подытожил Паркер, который и впрямь будто был на грани истерики. Об этом свидетельствовали раскрасневшиеся от нервов щеки и заламывание пальцев. — Мужайся, Питер, — Нед сочувствующе сжал плечо.       Парня хватило только на сдавленное «ага». Ему на голову будто вылили ушат ледяной воды, да так, чтобы освежить серые будни, доселе состоявшие из спокойной, хоть и сложной учебы, редких встреч с друзьями и звонков тете. Мэй вообще придет в дикий восторг, потому что она всегда одобряла хобби ЭмДжей. Какова же будет радость тетушки, когда она узнает, что ее любимый племянник, даже сын, будет участвовать в кубке Нью-Йорка? Счастливого жужжания не избежать, и Питер был готов утопиться только из-за этого факта.       В кофейне все также пахло выпечкой, а за окном падали хлопья снега. Множество замерзавших прохожих и гудевших машин. Лидс уже согласовывал с ЭмДжей съемку видео и монтаж, а у Паркера в горле стоял ком. Его жизнь на ближайшие два месяца круто изменится.       На что Питер вообще подписался?