Жажда забытой ночи

— Господин, наконец-то я Вас нашёл, — мужчина запыхтелся, от того, что оббежал всю округу. — За Вами не уследить, — он уперся руками о колени, переводя дух. — Не надо меня искать. Когда надоест сам приду, — парень похрустел шеей и поднялся на ноги. Он посмотрел на пожилого мужчину и тихонько засмеялся. Подойдя к нему, положил руку на плечо и наклонился заглядывая в глаза. — И чего же Вы меня искали, Наставник? Соскучились? — он продолжал улыбаться. — Пора, мой Господин, — мужчина заставил парня выровняться и измениться в лице. — Не пойду, — коротко ответил тот и отвернулся. — Но... — Зачем? — парень резко повернуля к нему. Его глаза измении цвет на красный. Такое происходило только когда он злился. — Ваш отец... — Мой отец... Его здесь нет. И никогда не будет. Я сам решу, что мне делать. — Хёнджин, я желаю тебе только лучшего. Поэтому не стану уговаривать. Я пойду, — старик быстро сдался. Наставник всегда старался говорить с ним официально, а слабину давал тогда, когда парень совсем отбивался от рук и требовал «отцовской» поддержки. Были дни, когда Хёнджин просто забивался в угол и смотрел в одну точку, пока не приходил старик и не успокаивал его. Между ними была какая-то связь, казалось парню, но объяснения как такового не было. Всё началось с самого рождения — вместо отца приходил наследник; «первый» шаг с наследником; первая прочтённая книга благодаря наследнику. Он был неотъемлемой частью его жизни. Хёнджин смотрел вслед уходящему старику, пока тот не скрылся из виду. После чего и сам медленно пошёл по лесной тропинке, что вела домой. Уже на полпути у него было странное чувство дежавю, от чего его шаг ускорился. Где-то в округе послышался звон колокола и он перешёл на бег, моментально оказавшись возле ворот деревни. Все разбегались в разные стороны, женщины с детьми кричали и прятались в дома, закрывая ставни. Мужчины хватались за вилы и лопаты, будто готовясь к нападению чужаков. — Что происходит? — Хёнджин схватил за руку бежащего мимо него мужчину. — Господин, там... — дрожащая рука поднялась указывая в сторону цитадели. Парень отпустил мужчину и побежал дальше, пытаясь никого не сбить с пути, и хотя бы в ком-то узнать врагов. Но он никого не видел. Все кто его окружали, были жители его деревни. Возле входа Хёнджин увидел своего друга, который ходил туда-сюда, уставившись в землю. Он подбежал к нему и коснулся плеча друга. — Наконец-то, Хёнджин, — тот посмотрел на него с облегчением. — Что происходит, Хан? Почему... — Бан Чан, — перебил его парень и не дожидаясь следующего вопроса, посмотрел в сторону окна комнаты, в которой тот сидел. Хёнджин принял спокойный вид и вошёл во внутрь здания. Поднимаясь по каменным ступенькам, он заметил приоткрытую дверь кабинета отца. Его начало трясти. Последний раз парень заходил туда в ту ночь и больше не желал тревожить эти воспоминания. Поэтому запер дверь на замок и велел никому туда не входить. Но сегодня будто всё повторяется снова, будто его ослушались и специально открыли эту дверь. Парень толкнул дверь и она проскрипела открываясь. Он увидел сидящего спиной к нему юношу, который сразу же повернулся как только тот вошёл. Они встретились точно таким же взглядом, как тогда. «Голубоклазый мерзавец» — пронеслось в голове, только глаза не были в этот раз голубыми. — Как ты посмел зайти на мою територию? — пытаясь сохранить спокойствие, Хёнджин посмотрел на парня, который ехидно улыбался. — Здравствуй, Хван Хёнджин. Давно не виделись, — парень глубоко вдохнул и поднялся. — Давно ждал нашей второй встречи, — он выдохнул, хмыкнул и «стёр» улыбку с лица. — А я нет, — парень пристально смотрел на «гостя». — Так всё-таки... — Я, вот, зачем пришёл. Мне нашептали пташки, что ты решил вступить в ряды этих оборванцев, и плевать хотел на честь своего рода. — Ты мне никто, и никогда не будешь, чтобы указывать что делать. Если так не терпиться кого-то поучить, то поищи у себя. — Хёнджин... — Не смей называть меня по имени, Волк. Тебе лучше уйти по-хорошему. Чан только улыбнулся и сделал шаг в сторону, чтобы обойти парня. Оказавшись за спиной, он резко повернулся и наставил на него клинок, который тихо вытащил из ножны прикреплённого к ноге. — Зря ты так, Хёнджин, — он увидел, как тот повернулся точно так же резко и приставил к его шее серебряную катану, слегка порезав кожу. — Ты не будешь наставлять на меня оружие в моём же доме, Бан Чан, — он впервые назвал его по имени. — У тебя нет шансов против меня. Особенно здесь. За дверью стоит Мин Хо. На улице Хан. Возле ворот тоже не мало народу собралось. — Ты думаешь я пришёл к тебе один? — Чан громко засмеялся. — Наивный. Стоит только мне... — Только посмей, — Хёнджин глубже вогнал лезвие катаны, но тут же остановился. «Бан Чан бы никогда не позволил ранить себя. Он сильнее и проворней всех.» — подумал парень и отпустил стоящего рядом. Он смотрел в его глаза, пытаясь заглянуть в самые глубины его подсозания. — Кто ты? — Как кто? Бан Чан, твой... — Ты не он, — поспешил ответить Хёнджин. — Он бы не дал себя ранить. — Ну, тут ты прав, да. Но ведь никогда не знаешь, какой на самом деле твой противник. — Противник? — А кто же ещё? Если не хочешь, чтобы я тебя так называл, то может всё-таки лучше б... — Что ты сделал с Чаном? — парень налетел на него, придавив к стене всем телом. В ответ только громкий смех и взгляд хитрых глаз, которых он раньше никогда не видел. Он знал, что в подобной ситуации Бан Чан менял цвет глаз, но именно сейчас он почему-то этого не делал, и вот ещё одно странное поведение, которое заставило сомневаться в его настоящее пребывание здесь. — Раскусил меня, — он продолжал смеяться, чем выводил из себя парня, превращиние которого достигло своего пика. Хёнджин начал злиться ещё больше. Помимо его красных глаз можно было заметить острые клыки. Он сжал рукоять катаны крепче, приложив её к порезу на шее. — Ну же, давай. Убей своего брата, — парень напротив все ещё смеялся с него. — Ты не мой брат. — Чего же? Вот, смотри, такое же лицо, тот же рост и цвет волос. Даже голос. Разве нет? — взгляд психически больного человека. — Хах, ты прав. Я не он. Я твой ночной кошмар, от которого ты всё время бежишь. Когда-нибудь он придёт за тобой и точно так же вы будете выяснять отношения: кто сильнее, кто умнее, кто хитрее. Кажется, правильно распредилил, или... Хотя нет, ты же с той компашкой связаться хочешь. Да, точно. Я бы посмотрел на твоего наставника, если бы он взнал. Какое разочарование. Маленький Хёнджин расстроил учителя. А как бы негодовал отец. Беги, Хёнджин, беги как можно дальше и скорее. — Закрой свой рот. Не иначе я... — Что? Убъёшь меня? Ну так давай, убей. Только потом ты не узнаешь всей правды. — Какой ещё правды? — Кто ты на самом деле и что для тебя предначертано. — И что же? — А ты отпусти и узнаешь. Я всё-всё расскажу тебе. Хёнджин не хотел, но всё-таки отпустил его, делая несколько шагов назад. — Поменяй облик, раз ты не он. — О, нет. Я хочу посмотреть на твою реакцию, когда уста Бан Чана произнесут то, чего ты так желаешь, — парень ехидно улыбнулся и выпрямился. — Знаешь, сколько я ждал, чтобы сказать, что ты ничтожество. Тебя учи всему, но ты у нас Великий Господин, — он поднял руки словно обращаясь к кому-то «там», — сам знает что ему делать. Мне жаль твоего наставника, который так старался вложить в твою голову всё то, что было у него. А твой отец. Такой же как ты. Я уже не говорю про мать, которая бросила тебя, не дав тебе имени. Тебя же назвал отец. Всё, что у тебя осталось от неё — это красивое личико и чёрные как смола волосы. Ах, да, я же забыл сказать, что она и вовсе не хотела тебя. Она всем сердцем желала тебе смерти, но вот всё никак не получалось, чтобы она не делала. Тварь росла внутри её чрева, и пожира изнут... — Заткнись, — прошептал на ухо Хёнджин, оказавшись возле него. Он проткунул катаной его грудь. Лицо парня начало меняться. Чары развеялись. Хёнджин увидел сначала своего наставника и опешил, когда тот посмотрел на него и начал падать. Он подхватил его, опускаясь на колени. Вытащил катану и положил рядом. — Наставник, — слезы появились на глазах. — Наконец-то, — выдавил из себя старик, улыбаясь. После этих слов его лицо ещё раз начало меняться, и в этот раз парень не мог поверить своим глазам. — Мальчик мой. — Это не правда. — Только так я мог наблюдать за тобой, Хёнджин, — прошептал мужчина. — Зачем? — парень начал плакать. — У меня не было другого выхода, сынок. Только так я смогу переубедить тебя, — мужчина закрыл глаза и на последнем вздохе произнёс, — все ответы на твои вопросы ты найдёшь там. Спустя некоторое время Хёнджин вышел из кабинета и спустился вниз, где его ждали Хан и Мин Хо. Друзья посмотрели на него, но он и не подал виду, что что-то случилось. Всё тот же холодный Хван Хёнджин, которым его помнили. — Пускай кто-нибудь уберет в кабинете, — приказал он, проходя мимо. Парень вышел на улицу и обошёл цитадель со стороны, которая пряталась в деревьях. Остановившись он посмотрел на небо и громко прокричал, падая на колени, пытаясь заглушить боль. «Отец» — тихо произнес он в голове. Его рука сжимала рубашку на груди, пачкая кровью. Ему хотелось сорвать её, от чего она начала трескать по швам, открывая участки бледной кожи. Мин Хо, который всё время тихо шёл за ним, остановился, наблюдая за другом. Он не стал подходить к нему, понимая, что не до дружеских поддержек сейчас. Он просто стоял и ждал, когда Хёнджин подаст хотя бы какой-нибудь знак, что он готов к присутствию Мин Хо. Но этого не происходило. Парень начал волноваться, ведь прошло уже много времени с тех пор, как тот сидит и смотрит на свои запачканные кровью руки. А смотрит ли он вообще? Мысль о том, что Хёнджин что-то с собой сделал, заставила Мин Хо оттолкнуться от дерева и подойти к парню. «Жив» — успокоил себя он. Снял пиджак и укрыл друга, не убирая своих рук с его плеч. — Мин Хо, я решил, — спокойно произнёс он и выпрямился, заставляя того убрать руки. — Я сделаю то, чего хотел отец. — Я пойду с тобой. И Хан пойдет. Мы пойдём с тобой. — Спасибо, друг. Но эта битва только моя, — Хёнджин повернулся к нему и улыбнулся так, как только он умеет, легко и непринужденно. — Упирайся как хочешь, но ты от нас не отделаешься. Мы семья и решать проблемы мы тоже будем вместе. Так что, друг, — Мин Хо похлопал его по плечу, делая вид, что убирает пылинки, — мы пойдём с тобой. Хёнджин только глубоко вздохнул. Холодной рукой коснулся лица Мин Хо и кивнул, понимая, что тот прав. — Тогда, надо предупредить Хана и собираться в дорогу. Если сегодня отправимся, завтра к вечеру будем там. Ещё одна ночь, которую он никогда не забудет. Полнолуние. Запах цеструма, эпифиллума и ночной фиалки смешался в воздухе, даря пьянящий аромат, который привлекал насекомых-опылителей. Легкий ветер уносил его глубже в лес, где просыпались ночные обытатели; в деревню, где молодые пары дарили друг другу нежность любви. Проснувшиеся совы от дневного сна, распевали свои песни, то отпугивая, то привлекая к себе. Шум реки и плещущая хвостом рыба в ней. Туман опускавшийся между гор. Впервые становилось холодно.