Love Fever

Устало проведя рукой по волосам и сняв маску, Бакуго Кацуки наконец вышел из зала для пресс-конференций и тяжело опустился на небольшой жесткий диван в подсобном помещении, заменявшем гримерку. - Как все прошло? – Ашидо Мина, исполняющая обязанности менеджера его агентства, протянула ему бутылку воды и ободряюще улыбнулась. Кацуки молча кивнул девушке, откидываясь на спинку дивана и прикрывая глаза. Журналисты, словно голодные пираньи, накинулись на него с кучей вопросов, совершенно не касавшихся его работы. «У вас есть девушка?», «Вы с кем-то встречаетесь?», «Вы планируете заводить семью?» Глухо зарычав, мужчина глотнул воды и покосился на озадаченную Мину. - Не делай такое лицо, енот, ты прекрасно знаешь, как все прошло… Ашидо на мгновение обиженно нахмурилась, но сразу взяла себя в руки и села на стул напротив друга. - Не куксись, герой, ты знал, что мы не можем проигнорировать это мероприятие, ты слишком долго отказывал прессе, не давал никаких комментариев и… - Да знаю я, черт возьми! – вспылил блондин, стаскивая перчатки и проводя рукой по волосам. – Но почему я был там один, а?! - Ну… - девушка достала телефон и начала что-то в нем быстро пролистывать. – Каминари на благотворительном выезде в Киото, Эйджиро в отпуске, Серо… - Заткнись, это был риторический вопрос… - проворчал Бакуго. – Что-нибудь срочное есть? Мина улыбнулась, покачала головой и снова проверила телефон. - А! Звонила Очако. Мужчина вздрогнул, замирая и поджимая губы. - И… что хотела эта круглолицая паникерша? - Не знаю, - Мина пожала плечами, поднимаясь со стула и собирая в сумку какие-то бумаги. – Просила перезвонить. Слушай, что между вами происходит? Она какая-то обеспокоенная в последнее время. Бакуго не ответил, неопределенно махнув рукой и стягивая с короткого хвоста резинку. Меньше всего ему сейчас хотелось обсуждать с Ашидо проблемы своей личной жизни, особенно после того, как на протяжении двух часов именно на эту тему его терзали журналисты. Мужчина и сам прекрасно знал, что с Ураракой не все гладко, но ничего поделать не мог. Его все чаще вызывали на самые сложные и опасные миссии, выматывающие настолько, что уделить внимание девушке он просто физически не мог и только озлобленно рычал на каждое новое сообщение от полиции, натягивая комбинезон. Помимо всего прочего у него имелась еще одна проблема. Десять лет назад, на последнем году учебы в академии UA, он перенес довольно странное, но очень стремное заболевание, из-за которого он не чувствовал… да почти ничего, кроме раздражения. Тогда врачи развели руками, посоветовав его родителям посадить сына на карантин, переждать лихорадку и окончить академию экстерном, чтобы приступов не повторялось. Кацуки помнил, как горело все тело, словно его бросили живьем в жерло вулкана, как кружилась голова, а тело было настолько слабым, что сил не хватало даже на то, чтобы поднять руку и стереть со лба пот. Врачи назвали это «любовной лихорадкой». Болезнь вспыхивала резко и быстро распространялась по всему организму, расцвечивая кожу ужасно зудящей бледно-розовой сыпью, напоминавшей маленькие сердечки. Вдобавок к унизительной сыпи организм атаковали высокая температура и слабость, озноб и головокружение. Последним, что помнил Бакуго перед приступом, было лицо его друга детства, Мидории Изуку, а ныне – героя Деку. Зеленоволосый задрот, которого Кацуки терпеть не мог на протяжении всех лет обучения в UA, протягивал ему пуговицу со своего пиджака и смущенно улыбался, а потом… темнота. Бакуго старался не вспоминать о пережитом, тем более что из-за выписанных препаратов он стал куда более спокойным, если не сказать апатичным, словно эмоциональная импотенция ему даже немного помогала. После выписки из больницы он весьма успешно проработал несколько лет на Джиниста, пока четыре года назад не организовал собственное агентство вместе со старыми школьными друзьями, Киришимой и Каминари. Впоследствии к ним присоединились Серо и Ашидо, дела постепенно шли в гору, и Кацуки был слишком занят, чтобы думать о перенесенном недуге. - Эй, горячий парень, ты завис, - Мина с отвратительно материнской заботой убрала челку со лба мужчины, проверяя температуру. – Как себя чувствуешь? Кацуки закатил глаза и отбросил ее руку, косясь на уже заметно округлившийся живот. - Прибереги все это для вашего спиногрыза, - пробурчал блондин. – Я в порядке. Ашидо покачала головой, обреченно улыбаясь. Она знала, что Эйджиро, несомненно, снова сделает этого угрюмого идиота крестным отцом их ребенка, поэтому уже смирилась с предвзятым отношением Бакуго к детям. - Я пойду, не сиди тут долго, у нас еще куча работы, - девушка заправила за ухо отросшую прядь розовых волос и вызвала такси. – И встреться наконец с Очако! Кацуки фыркнул, махнув ей, когда Мина выходила из комнаты, и прикрыл рукой глаза. «Кажется, это будет наш последний разговор…»

***

- Эй, Бакуго-кун! Блондин обернулся на звук голоса своей девушки и удивленно приподнял брови. Урарака выглядела великолепно: новый брючный костюм замечательно подчеркивал ее аппетитные бедра, она сделала новую стрижку и надела каблуки. - Привет, детка, - он легко чмокнул ее в лоб, когда она подошла. – Классно смотришься сегодня. Очако порозовела, оглядывая себя. - Ты думаешь? Сегодня у нас встреча со спонсорами, ГанХэд сказал выглядеть презентабельно, поэтому пришлось выложить почти половину месячной зарплаты на все это… - Ясно… Пойдем? Девушка кивнула, вперед него заходя в кафе и сразу направляясь к отдаленному столику в глубине зала. Кацуки позволил ей сделать заказ, стянул с плеч кожаную куртку и подумал о том, что они совершенно не подходят друг другу. - Слушай, Бакуго-кун… - начала Урарака, когда им принесли кофе и какие-то чрезмерно сладкие пирожные, которые она так любила. – Мне кажется, нам с тобой нужно поставить точку. - А ты не любишь тянуть кота за яйца, верно? – блондин усмехнулся, потягивая свой американо. – Я согласен. - Да? Я думала… Что ты… Ммм, ясно… - она выглядела немного расстроенной, будто надеялась до последнего, что он будет пытаться ее удержать. - Эй, не думай, что я не дорожил этими отношениями, но мы… - Бакуго потер переносицу, стараясь подобрать правильные слова и не замечать, как Очако закусила нижнюю губу. – Я не могу себе позволить уделять тебе столько времени, сколько ты заслуживаешь, ты должна двигаться дальше, и не со мной. - Что ж… Это было легче, чем я думала, - девушка накрыла его руку своей и ласково улыбнулась. – Я очень дорожу тобой и всегда буду твоим другом, ты же знаешь? Просто… Наверно, мы не так уж подходим друг другу, как думали раньше… Мужчина тяжело вздохнул, пожимая ее тонкие пальцы, и понял, что совсем ничего не чувствует. Не было ни грусти, ни раздражения, только принятие и какая-то очень привычная пустота. - Кстати, - Урарака выдернула Кацуки из его мыслей, начав рыться в сумочке. – Через две недели будет встреча выпускников, ты пойдешь? Бакуго закатил глаза, допивая свой кофе и прикуривая, когда она положила на стол перед ним цветастый флаер с символикой UA. - Что я там не видел, м? Толпа успешных героев, дохуя важных, хвастающихся своими заслугами перед обществом… - Но тебе тоже есть чем похвастаться, разве нет? – в ее глазах промелькнуло очень хитрое выражение, которое заставило Кацуки вздрогнуть. – Говорят, даже Иида и Деку приедут из Америки. Бакуго подавился дымом и громко закашлял, хватаясь за грудь. Очако пододвинула ему стакан с водой и, продолжая крайне хитрожопо улыбаться, поднялась со стула. - Мне пора. Пообещай, что хотя бы подумаешь о встрече, ладно? - Какого хуя я должен всем что-то постоянно обещать?! Урарака пожала плечами, мазнула губами по его щеке и убежала, оставив мужчину думать о том, что взрослая жизнь – то еще дерьмище, которое так и норовит затопить его, если перестать грести…

***

Через пару дней из отпуска вернулся Киришима и, заступая на дежурство, прожужжал Бакуго все уши по поводу предстоящей встречи выпускников. Блондин не знал, куда себя деть от перевозбужденного друга, и сбежал в душ, чтобы хоть немного побыть в одиночестве. По настоянию Мины мужчина встретился со своим лечащим врачом, который наконец разрешил не принимать лекарства от любовной лихорадки, и к Кацуки начали постепенно возвращаться все его много лет назад похороненные эмоции. Казалось, еще чуть-чуть, и они взорвут бедную голову героя так же, как он взрывает противников во время заданий. Однако каким-то образом Бакуго удавалось их более-менее контролировать несмотря на то, что он от них почти отвык. Стоя под прохладными струями душа, мужчина шумно выдохнул, прокручивая в голове детали сегодняшнего патрульного маршрута. Из-за возвращения Эйджиро придется идти по земле, хотя за время отпуска лучшего друга Бакуго приноровился перемещаться по крышам, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Несмотря на его угрюмый вид и сквозящее из всех щелей недовольство, народ любил героя Граунд Зеро. У него просили автографы и дарили бесчисленное количество безделушек, которые без дела лежали на складе в агентстве. Мина постоянно ворчала из-за его отношения к подношениям фанатов, мол, нужно поставить витрину, люди же стараются, но Бакуго только отмахивался и игнорировал ее. Кацуки выключил воду, провел рукой по волосам и мысленно приготовился к потоку информации, изрыгаемому бездонной прорвой по имени Киришима Эйджиро. - Эй, бро! Ну ты там чего застрял? – в душевую просунулась взъерошенная красноволосая голова. – Наша смена через 10 минут, Серо вернулся! Блондин закатил глаза, усевшись на низкую скамейку в раздевалке и запихивая себя в костюм. - Давай я тебе помогу, - со свойственным ему энтузиазмом Киришима подлетел к напарнику и начал заплетать на висках Кацуки тонкие косички. – Знаешь, когда Рейджи узнал, что у него родится сестра, он в крайне ультимативной форме заставил меня научиться плести косички. Эйджиро негромко засмеялся, вызывая на лице Бакуго снисходительную улыбку. Его лучший друг был невероятным отцом, хотя и баловал четырехлетнего сына как королевскую особу. - Кстати! У него проявилась причуда, прикинь?! Пока я был в отпуске, он однажды чуть не расплавил телик, запульнув в него что-то типа маленького копья! Мина сначала орала, как потерпевшая, а потом долго плакала… - Черт, дерьмоволосый, спиногрыз угробит тебя рано или поздно. Если, конечно, сначала вас обоих не угробит енот, - Кацуки оторвал от своих волос слишком уж увлекшегося Киришиму и завязал оставшиеся незаплетенными концы тонких кос в короткий хвост. – Но… кгхм… поздравляю. Эйджиро просиял, сдавливая напарника в медвежьих объятиях. За долгие годы работы героем он значительно увеличился в размерах, чем крайне бесил Бакуго (но тот, конечно, никогда не признается). Превратившись натурально в небольшую гору, Киришима даже отрастил длинный хвост, который иногда использовал в бою. - Я так им горжусь, ты не представляешь себе! Он совместил в себе самое лучшее от нас с Миной, и когда научится использовать причуду, сто пудов переплюнет даже Деку! Кацуки вздрогнул, натягивая перчатки. Эйджиро редко упоминал имя их одноклассника в разговорах, в частичности из-за того, что не хотел нервировать вспыльчивого Бакуго, но, видимо, переполняющая его гордость за не по годам развитого сына временно притупила его чувство самосохранения. Блондин почувствовал, как начинает медленно воспламеняться, и стиснул зубы. - Ты подожди, для начала ему придется переплюнуть меня, - недобро скалясь, произнес мужчина, выходя из раздевалки и наконец принимаясь за работу. Сначала патруль проходил как обычно: Бакуго и Киришима обходили вверенный им район, иногда давая автографы прохожим. Блондин вполуха слушал болтовню друга об отпуске и сыне, о том, какие имена они выбрали для дочки и как спорят о лучшем из них. Блондин даже высказал собственный вариант, и Эйджиро громко рассмеялся, соглашаясь и запрокидывая голову. Кацуки, периодически сверяясь с картой на телефоне, незаметно радовался за напарника. Они с Миной были идеальной парочкой идиотов. На втором курсе академии они одновременно признались друг другу, из-за чего Киришима на неделю слег с любовной лихорадкой. Было очень смешно и жалко наблюдать за тем, как он пытается использовать причуду и отковырять от себя маленькие сердечки, чтобы подарить их потом Ашидо… Когда Кацуки предложил Эйджиро и Денки сделать шаг вперед и сколотить собственное агентство, Мина была на 3 месяце беременности, и Киришима очень долго не решался все бросить и начать свое дело с нуля. Решающим стало мнение самой Мины, которая, несмотря на обременительное положение, занялась менеджментом и связями с общественностью, осознанно прекратив свою карьеру героини. Конечно, Бакуго невероятно уважал ее за решимость, которой иногда так не хватало ее мужу, но периодические находки в виде детских вещей и игрушек на рабочем месте все же выводили его из себя… - Эй, бро, гляди! Обеспокоенный голос Киришимы вырвал Кацуки из кажущихся такими далекими воспоминаний, и мужчина поднял глаза, следуя взглядом за рукой напарника. Он мгновенно напрягся, убирая в карман телефон и оценивая ситуацию. Они стояли через дорогу от внушительных размеров двухэтажного здания, выполненного из стекла и бетона. Это был самый известный салон Ламборгини в городе, и сейчас какие-то недоноски предпринимали попытки его ограбить. Бакуго нажал маленькую кнопку на виске, и темные линзы перекрыли его глаза. Еще работая у Джиниста, он добавил несколько полезных функций в костюм, и сейчас встроенный в маску бинокль оказался как нельзя кстати. - Четверо, - отчеканил мужчина, фокусируясь на здании. – По двое на этаж. Семеро гражданских. Красный? - Понял! – оскалился Киришима, резко срываясь с места. Дав напарнику пару секунд, Кацуки поправил наручи и взмыл в воздух. На первом этаже, где уже были выбиты все стекла, чтобы при угоне не пострадали дорогие тачки, тощий грабитель пытался подобрать ключи к самой дорогой из ассортимента салона модели, пока его товарищ, гориллоподобный бугай, запугивал персонал и посетителей коротким видавшим лучшие времена дробовиком. Бакуго поймал глазами ярко-красную точку и усмехнулся, когда Эйджиро сбил гориллу с ног. Отличное начало боя всегда задавало тон всему происходящему, и мужчина стремительно рванул в сторону второго этажа. Без особых трудностей он обезвредил двоих перепуганных его появлением грабителей и уже связывал их спинами друг к другу, когда снизу донесся рев заведенного мотора. Тощий грабитель с первого этажа пронзительно засвистел, и от этого оставшиеся стекла, а также окна соседних зданий сверкающим ливнем обрушились на землю. Кацуки успел увернуться, вылетая наружу, краем глаза замечая, что Киришима, успешно вырубив гориллу, сидит на полу на коленях, прижав ладони к ушам. Тощий уже выехал на улицу, и Бакуго выругался, решив, что важнее сейчас предотвратить преступление, чем пытаться оказать помощь оглушенному напарнику. - Стой, паскуда! – зарычал блондин, ускоряя себя взрывами и преследуя грабителя. Отдавая дань восхищения мощи спортивного автомобиля, мужчина некоторое время преследовал злодея, то сокращая дистанцию, то теряя его из вида, пока наконец Ламборгини не вылетел на широкое открытое шоссе. Без препятствий в виде зданий и проводов, Кацуки усилил мощность своих взрывов, догнал грабителя и, немного помяв блестящий стальной бок машины тяжелым приземлением, завершил погоню в свою пользу. Тощий, пытаясь отползти от героя, хотел было снова свистнуть, почти набрал в легкие достаточное количество воздуха, только Бакуго оказался быстрее. Подскочив к неудачнику, мужчина совсем по-звериному оскалился и выбил тому все зубы прежде, чем злодей успел что-либо сделать. - Только свистни, он появится… - пробормотал довольный собой Кацуки, сцепив руки вырубленного грабителя наручниками и забрасывая его в багажник. Добравшись до места преступления, Бакуго увидел, что Эйджиро уже в порядке и помогает посетителям и персоналу салона выбраться из изрядно потрепанного здания. Красный, словно почуяв приближение напарника, широко ему улыбнулся, замахав своей здоровенной ладонью, и Кацуки покачал головой. И вроде все улеглось, никто не пострадал, и даже украденный автомобиль остался почти целым, однако громкий треск пронзил воздух, однозначно намекая на то, что беда не приходит одна. Бакуго, будто в замедленной съемке, наблюдал, как поднимается столп серой цементной пыли от обваливающейся бетонной опоры здания, и второй этаж, как карточный домик, складывается пополам, грозя погребением под собой всех, кто находился внутри. Он резко сорвался с места, но не успел пролететь и 50 метров, как на периферии зрения блеснула стремительная зеленая молния, а здание превратилось в гору бесполезного строительного мусора и обломком бетонных плит. Кацуки ошарашенно смотрел, как Киришима, кряхтя, вылезает из-под обломков, прижимая к себе двух девушек. Пробежавшись глазами по пострадавшим, он не досчитался двоих гражданских и побежал было к руинам здания, не особенно надеясь на то, что они живы, однако с самого верха руин вдруг покатились обломки. Бакуго метнулся в сторону, взрывом распыляя один из них в труху, и поднял глаза, тут же недоуменно замирая. В полуметре над зданием, освещаемый ярким полуденным солнцем, парил Деку, держа на руках двоих чудом уцелевших пострадавших. Толпа, собравшаяся вокруг, радостно забурлила, галдя, свистя и улюлюкая, а Кацуки продолжал оторопело пялиться. Деку выглядел совсем иначе, чем в затуманенных воспоминаниях Бакуго. Он все-таки овладел левитацией, увеличился в размерах, а за его спиной развевался короткий белый плащ. Медленно опустившись на землю, он бережно поставил перепуганных людей на ноги и широко улыбнулся им, ободряюще кладя по ладони на плечи каждого из них. - Теперь все будет хорошо, не переживайте. От звука его голоса Кацуки вздрогнул, встречаясь с Деку взглядом. Казалось, время внезапно замедлилось, когда он увидел в зеленых глазах напротив незнакомые золотистые смешинки. Пару раз тупо моргнув, он отмер и подбежал к Киришиме. Убедившись, что с напарником все в порядке, обернулся, однако Деку уже скрылся в небе, оставляя за собой едва различимый след сверкающей зеленой молнии. - Он был так кру-ут! – не переставал восхищаться Эйджиро, пока Мина, ворча, перематывала его запястье. – Он совсем другой, детка! Я всегда поражался ему, но теперь это совсем другой уровень! Бакуго очень бесили эти восторженные похвалы и рассуждения, и мужчина, тихо рыча, вышел из раздевалки, расплетая косички на висках и стягивая волосы в хвост. После отчета полиции и возвращения в офис агентства Киришима не затыкался. Да, прошло много лет с их последней встречи, и никто не ожидал, что Деку вернется так внезапно и настолько изменившись, но неужели не о чем было больше поговорить?! Ах, да, это же Киришима… Кацуки выругался, складывая костюм в шкафчик и натягивая джинсы. Навязчивые мысли о том, что от провала их спасло только внезапное появление ненавистного зеленого героя номер один, не добавляли очков самооценки. Блондин устал, был голоден и зол, и последнее, что он хотел бы сейчас слышать, это распинающегося о Деку Эйджиро. - Я сваливаю! Енот, закроешь! Мина что-то крикнула ему вслед, но Бакуго уже хлопнул дверью и, перепрыгивая через ступеньку, спускался на улицу. Сейчас ему нужно было прийти в себя, выпить пива и перестать наконец думать о невозможных зеленых глазах напротив.