Love Fever

Игнорировать бесчисленные звонки и сообщения Киришимы было несколько напряжно. Бакуго никогда так не делал, но в данный момент, когда друг был полностью поглощен предвкушением предстоящей встречи выпускников, подобное поведение было более чем обосновано. Эйджиро настойчиво делился с напарником своими незамысловатыми мыслями и ожиданиями, и если поначалу это казалось забавным, то спустя четыре дня начало порядком бесить. Кацуки даже взял одиночные ночные смены вместо обычных патрулей с Красным, чтобы хоть немного отдохнуть от его бесконечной болтовни. Сам Бакуго еще не был до конца уверен, что идти на это сборище – хорошая идея. Его напрягало общество других героев, пусть это и были его одноклассники, зачастую выступавшие отличными напарниками в боях со злодеями. Всех их блондин, конечно же, уважал и признавал как профессионалов своего дела, однако беспечный треп и вежливый обмен новостями никогда не были его сильной стороной. Покосившись на вибрирующий на столе телефон, Кацуки провел рукой по волосам и шумно вздохнул. - Ты же не отцепишься, чертов репей?.. – пробормотал мужчина, пару секунд помедлил и наконец поднял трубку. – Бакуго. - О! Ты наконец соизволил ответить, мистер вредная жопа! Кацуки вздрогнул от звука недовольного голоса Мины, но быстро взял себя в руки и потер переносицу. - Вы махнулись обязанностями, и теперь ты будешь доставать меня? В трубке отчетливо фыркнули. - Больно надо… Я просто проверяю, не покрылся ли ты там мхом в одиночестве, - послышался шелест страниц и детский смех, и Бакуго нахмурился. - Ближе к делу, енот. Мина вздохнула. - Отправила тебе координаты для следующего задания, нужно проверить склад контрабанды, идете с Эйджиро. Будь на месте через 20 минут и прекращай игнорить нас, проклятый засранец! Девушка бросила трубку, а Бакуго тяжело опустился на диван. Возвращающиеся постепенно эмоции приводили его в замешательство. Чаще всего это было раздражение или злость, и привыкший к относительно спокойной жизни блондин не хотел обижать вспышками гнева своих друзей, потому и не брал трубку. Решив извиниться перед Киришимой после задания, Кацуки накинул на плечи куртку, подхватил со стола ключи от мотоцикла и отправился в агентство.

***

- В каком смысле уже зачищено?! Содрав с лица маску, Кацуки яростно сверлил глазами офицера полиции, который буквально пару минут назад закончил оцеплять территорию склада лентой. Немолодой мужчина озадаченно почесал затылок и поправил заляпанные очки. - Герой Деку, сер, оказался чуть раньше, хотя мы не отправляли ему запрос. Понятия не имею, как он так… Бакуго глухо зарычал сквозь зубы и пнул в сторону небольшой камень, попавшийся под ботинок. Он так старался приехать как можно быстрее, даже Киришима не опоздал, но задание оказалось уже выполненным. Виновник потраченного ими времени стоял сейчас в нескольких метрах от них, уперев руки в бока и надиктовывая полицейским детали дела. Кацуки пробежался глазами по крупной фигуре Деку и стиснул зубы. Задрот выглядел спокойным и уверенным, все его движения были плавными и вкрадчивыми, ничего лишнего. Идеальный герой. «Бесит…» Не осознавая до конца и не контролируя свой порыв, блондин сорвался с места и подлетел к Мидории, хватая его за воротник. - Какого хрена, задрот?! Изуку на мгновение опешил и сделал шаг назад, но тут же взял себя в руки и улыбнулся. - И тебе привет, Каччан, давно не виделись. От этого обращения Бакуго вздрогнул, сильнее стискивая пальцы на костюме мужчины, стоявшего перед ним. Деку был на полголовы выше, чуть шире в плечах и определенно сильнее, чем он. - Отвечай на вопрос! – прорычал блондин, неосознанно придвигаясь ближе и пытаясь вытянуться до уровня чужих глаз. На плечо опустилась тяжелая большая ладонь, и Кацуки нервно дернул рукой, попытавшись ее сбросить и упрямо смотря Мидории прямо в глаза. - Угомонись, бро, ну успел раньше, что здесь такого-то? Здарова, Мидория! Рад видеть! Изуку улыбнулся чуть шире, переводя взгляд на Эйджиро. - Взаимно, Киришима. Извините, что перехватил ваше дело, случайно оказался рядом. Бакуго, которого, похоже, все присутствующие решили игнорировать, дернул Деку за воротник на себя, агрессивно скалясь. «Беситбеситбесит!» - Случайно оказался рядом? Перехватил дело? Тебя в детстве не учили, что нехорошо присваивать чужое? Улыбка сползла с лица Мидории, и он слегка прищурился, встречаясь с Бакуго взглядом. В его глазах читалась неуловимая угроза, от которой блондин неосознанно поежился, сглатывая вставший поперек горла вязкий ком. - С каких пор преступления делятся на свои и чужие, Граунд Зеро? – спокойно спросил он, накрывая руку, стискивающую его костюм, горячими пальцами. Кацуки вспыхнул, отдернул ладонь и отшатнулся, впечатываясь спиной в надежного, как скала, Киришиму. Красный громко расхохотался, снова кладя руку ему на плечо. - Эй, ну вы чего как дети? Столько лет прошло, а вы все не меняетесь! – он довольно улыбался, чувствуя под пальцами подрагивающее плечо Бакуго. – Мы не ради статистики стали героями, верно, бро? Блондин, не сводивший все это время глаз с Мидории, недовольно фыркнул, оттолкнул Эйджиро и отвернулся. В какой-то степени ему, конечно, было немного совестно за разыгранную им сцену, однако с другой стороны он считал поступок Мидории вопиющей несправедливостью. Деку снова заулыбался, демонстрируя ряд ровных белоснежных зубов, и поднял руки в примиряющем жесте. - Я не хотел тебя обидеть, Каччан, похоже, для тебя очень важно выполнять задания самому, - его голос был мягким и низким, в интонации скрывались те же незнакомые смешинки, что и в глазах, и Бакуго невольно покосился на него. - Не обращай внимания, в последнее время он у нас угрюмая ворчливая бабка, - вставил Эйджиро, и Кацуки отчетливо уловил в его словах легкий оттенок почти побежденной обиды. – Все в порядке, в следующий раз ты поделишься с нами делом! - Договорились, - Изуку кивнул, скрещивая руки на груди и наблюдая за реакцией Кацуки. Блондин снова нервно сглотнул, чувствуя себя очень неуютно под этим взглядом, и, развернувшись, пошел прочь. Киришима проводил друга глазами и тяжело вздохнул, Деку же снова слабо улыбнулся. - Он совсем не изменился, верно? - Ну… - Эйджиро почесал щетинистый подбородок, задумчиво отводя взгляд. – Скорее наоборот, возвращается к прошлому себе. - В каком смысле? – Мидория приподнял бровь, изумленно смотря на одноклассника. - Он 10 лет принимал колеса от любовной лихорадки и почти утратил способность проявлять эмоции, - ответил Красный, хмурясь. – Наконец врач разрешил ему с них слезть, и вот теперь эмоции возвращаются. Как видишь, в основном это бешенство. Изуку покачал головой: - Нелегко вам приходится, верно? - Да нет, он отличный герой, ответственный босс и лучший напарник из всех. Жаль, что из-за проклятой болезни он вынужден… Киришима не закончил мысль, из его кармана запищал телефон, и мужчина был вынужден, извинившись, прервать беседу. Мидория помахал ему на прощание, тепло улыбаясь, а когда тот скрылся из виду, задумчиво потер шею. Перед глазами отчетливо стоял взбешенный Бакуго, сверкая глазами в праведном гневе и сжимая дрожащими от ярости пальцами воротник зеленого костюма. На губах Изуку расцвела грустная улыбка. «Красивый…»

***

Бакуго было жарко. Он метался по кровати, сбивая простынь и одеяло, и хмурился сквозь сон. Ему снился горячий взгляд зеленых глаз, раздевающий его, и обжигающие кожу сильные пальцы, скользящие по предплечьям. Мужчина не мог понять, чьи это части тела, но определенно хотел избавиться от этой пытки. Он дрожал всем телом, не в силах произнести ни звука, пока эфемерные руки прикасались к его плечам и шее… По спине побежали мурашки, и Кацуки глухо застонал, приоткрывая глаза. Длинная челка прилипла ко взмокшему лбу, черная майка задралась, открывая подтянутый вспотевший живот. Расфокусированный полусонный взгляд упал вниз, цепляясь за внушительный бугор, позорной выпуклостью торчавший из-под домашних штанов. - Твою… мать… Пока он принимал таблетки, у Бакуго были, так сказать, некоторые проблемы с либидо. Чтобы завестись ему требовалось довольно много времени, и даже терпеливая, понимающая Урарака иногда теряла терпение, не добившись от него какой бы то ни было реакции. Конечно, ему было стыдно перед девушкой за свою несостоятельность, однако, благодаря притупленным эмоциям, он не особенно сокрушался по этому поводу. Но сейчас, когда чувства, словно оголенные провода, то и дело стреляли в него давно забытыми разрядами, дремавшее глубоко внутри вожделение вылезло из своей норы. Кацуки накрыл лицо руками, откидываясь на подушку и проклиная чертовы таблетки с их побочками. Такое сильное возбуждение он не ощущал слишком долго, и от того ему было почти больно. Немного придя в себя после сна, он озлобленно сунул руку в штаны и, отчаянно краснея, сжал в кулаке пульсирующий член. Тело отозвалось слабой дрожью. Бакуго прикусил губу, вытягиваясь на кровати и медленно проводя рукой по всей длине. Он попытался вспомнить, что ему снилось, но мозг был в мутном тумане, отказываясь сотрудничать. Мужчина приспустил штаны и накрыл свободной рукой головку, медленно оглаживая ее по кругу, пока вторая рука ритмично скользила по члену вверх-вниз. Он шумно дышал, несильно сжав член под головкой и ускоряясь. Под крепко сжатыми веками то и дело вспыхивали яркие всполохи, тело, отвыкшее от подобной стимуляции, дрожало как в судорогах, и Бакуго снова тихо застонал. Подсознание неожиданно подкинуло образ сияющих зеленых глаз, полных силы и уверенности, от чего мужчина задохнулся, широко открыв глаза, и кончил, обильно спуская себе на живот и пачкая майку. - Твою мать… - выдохнул блондин, с ужасом осознавая, чьи глаза это были.

***

В качестве извинений за свое скотское поведение и преднамеренный игнор Бакуго был вынужден все-таки пойти на чертову встречу выпускников. Киришима был непреклонен, отказался от всех остальных вариантов отработки, которые предлагал блондин, и долго злорадствовал, победив упрямство друга. Кацуки не особенно парился по поводу своего внешнего вида, поэтому нацепил одну из многочисленных черных маек, драные на коленях серые джинсы и накинул на плечи старую кожаную куртку, выходя из дома. Мотоцикл приветливо моргнул фарой хозяину, и мужчина любовно погладил покрытый пылью постепенно нагревающийся бак. «Что ж, дружище, обещаю помыть тебя на этой неделе», - с улыбкой подумал герой, уверенно перекидывая ногу через сидение и, не надевая шлема, газуя в сторону академии. UA совсем не изменилась за прошедшие 10 лет. Та же монументальность, те же отмытые до блеска сияющие в свете фонарей окна, те же приветственно открытые настежь двери. Бакуго припарковался на местах для гостей и, прислонившись бедром к мотоциклу, закурил. Ему все еще нужно было время, чтобы собрать себя в кучу и переступить этот порог, и сигарета была как нельзя кстати. Мимо шли, дружелюбно махая руками, его бывшие одноклассники. Вот Тодороки и Момо, держа за руки маленькую темноволосую девочку, вышли из дорогущего джипа и направились внутрь. За ними Тсую, не заметив блондина, вприпрыжку пробежала навстречу Урараке и стиснула ее в объятиях. Кацуки выдохнул облачко сероватого дыма, лениво наблюдая, как Токоями бесшумной тенью спрыгнул с козырька здания и прошел за девушками в зал. Празднование по случаю десятилетия их выпуска проходило в их старом общежитии, откуда на выходные предусмотрительно отправили всех учеников по домам. Воспоминания теплой волной накрыли Бакуго, и он, докурив, направился на встречу со старыми друзьями. На пороге его тут же снесло ураганом Катрина Киришима, с обеих сторон зажавшим его в семейном объятии. - Я до последнего не верил, что ты явишься, бро! - И я! Я тоже была уверена, что ты дашь заднюю! Расцепив руки Мины и Эджиро, Бакуго тяжело вздохнул, недовольно морщась. Окинув взглядом собравшихся, мужчина с удивлением обнаружил, что здесь были почти все. - На сегодня злодейства отменили что ли? – собирая волосы в хвост, проворчал он. – Героям больше нечем заняться, кроме как напиваться и ностальгировать по черт знает когда произошедшим вещам? Мина расхохоталась, держась за еще больше увеличившийся живот. - Прекрати, зануда! Это случается раз в пять лет, да и кроме нас мир есть кому спасти в случае чего. Эйджиро согласно закивал, приобняв жену за плечи. - Иди поздоровайся со всеми, старая бабка, все скучали по тебе. Напарники прошли к диванам, и как только Мина уселась на один из них, ее тут же облепили со всех сторон девушки, задавая вопросы о беременности, о старшем сыне, об именах и еще черт знает о чем там могут трепаться женщины. Кацуки закатил глаза и пошел вслед за Киришимой на кухню, чтобы взять себе пива. - Это так странно и здорово, снова собраться всем вместе, - доставая другу бутылку из холодильника, улыбнулся Красный. – Мы как будто снова студенты. - Ну да, только с детьми, налогами и нихуевой ответственностью, - пробурчал в ответ блондин, делая из бутылки глоток и кивком здороваясь с Оджиро. - Расслабься, наконец, здесь нет твоих врагов! В конце концов иногда нужно на время забыть о работе! Бакуго фыркнул и пошел в гостиную. Однако дойти до одного из отдаленных столов ему не удалось. - Бакуго-кун! Ты все-таки пришел! Обернувшись на звук звонкого счастливого женского голоса, мужчина усмехнулся, по привычке раскрывая руки для объятий. Урарака с восторженным визгом повисла у него на шее и легко чмокнула в губы, широко улыбаясь. Держа девушку за талию и стараясь не уронить бутылку, блондин поставил Очако на пол. - И снова, отлично выглядишь, детка. - Ой, прости, я как-то… забылась… - шатенка слегка покраснела, заправляя прядь волос за ухо. Кацуки провел рукой по ее оголенному платьем покатому плечу и усмехнулся шире. - Да какая разница? Никто здесь не знает, что мы… Урарака шлепнула его по пальцам, ошарашенно уставившись куда-то за его спину. - Что… Но когда он обернулся, договорить ему не удалось. Прямо за ними с Очако стояли Иида и Мидория, и с последним Бакуго, как назло, встретился глазами. По спине пробежал неприятный холодок то ли от стыда, то ли от неожиданности, и блондин сглотнул, неосознанно стискивая пальцами горлышко бутылки. Деку отошел быстрее, почти справился с румянцем и широко улыбнулся, раскрывая руки в точно таком же, как у Бакуго, объятии. - Урарака-сан! Сколько лет! Очако глупо проморгалась, легко тронула Кацуки за холодные пальцы и, улыбаясь, утонула в объятиях Изуку. - Я очень скучала, Деку-кун! А ты подрос, да? Мидория рассмеялся, и от этого низкого хрипловатого смеха у Кацуки засосало под ложечкой. - Бакуго, давно не виделись. Иида тактично протягивал ему руку, и блондин, выходя из ступора, кивнул ему и пожал теплые мозолистые пальцы. Тенья улыбнулся краем рта, поправляя очки. - Покажешь, где здесь можно промочить горло? Я умираю от жажды. Проводив Ииду на кухню и наконец добравшись до самого отдаленного стола в гостиной, Кацуки вооружился несколькими бутылками пива и принялся наблюдать. Мидория был без преувеличения великолепен. В своем простом светло-сером поло и темно-зеленых брюках он выглядел как звезда с обложки журналов, коей он, собственно, и являлся. Одежда сидела на нем безупречно, подчеркивая литые мускулы и открывая простор для фантазии. Из-под правого рукава виднелся фиксирующий налокотник, и Бакуго закусил губу, размышляя, из-за травмы ли он надет или в качестве профилактики. Из раздумий его вырвало слабое покашливание снизу. Мужчина чуть наклонил голову набок, встречаясь взглядом с маленькой темноволосой девочкой, которую точно видел раньше. - Почему ты сидишь тут один, Граунд Зеро? Кацуки приподнял бровь и, опершись локтями о колени, наклонился к ней. - А почему ты ходишь тут одна? Малышка задумчиво отвела взгляд, теребя в ручках подол клетчатой юбки. - Мама и папа очень скучали по своим друзьям, а мне от их разговоров стало скучно. Меня зовут Шиёми, можно я тут посижу? Я не буду мешать. - Валяй, - делая глоток из бутылки, блондин следил за девочкой, пока она забиралась на стул. - Так… почему ты тут один? - А ты любопытная, да? Сказала же, что не будешь мешать. Шиёми нахмурилась, замолкая и сложив ручки на столе. Бакуго вспомнил Рейджи, сына Эйджиро, и почему-то стало стыдно. - Эй, не обижайся, - легонько дернув ее за косичку, он, насколько мог дружелюбно, улыбнулся. – Я просто не очень хотел сюда идти, но твоя компания мне не помешает. Девочка просияла, являя миру дыру от недавно выпавшего зуба. - Я очень-очень рада! Мне нравится герой Граунд Зеро, ты очень крутой! - Правда? – Бакуго оскалился. – И ты совсем меня не боишься? - Нет, конечно! – малышка неожиданно перешла на шепот и приложила маленький пальчик ко рту. - Я боюсь только маму, но ты не говори ей. Кацуки громко заржал, подавился пивом и чуть не выронил бутылку. - Меня твоя мама в детстве тоже немного пугала если честно. - Правда?! Расскажи мне! Дочка Шото и Момо была очень любопытной и вежливой, внешне больше походила на мать, однако голубые глаза выдавали в ней присутствие генов Тодороки. Она гордо продемонстрировала Бакуго свою причуду, создав на ладошке маленькую ледяную чашку, которая, спустя секунду, стала фарфоровой. - Я умею делать только маленькие штуки, и они совсем недолго выглядят как настоящие, - пробормотала она, когда Кацуки, налив пиво в ее творение, сначала довольно отпил, но тут же прилип языком к ледяному краешку. - Шиёми, вот ты где. Тодороки появился будто из воздуха, прикоснулся к чашке левой рукой и легко растопил ее. - Прости, папочка, - девочка слезла со стула и взяла отца за руку. – Но он выглядел таким одиноким, что я… Ну… Шото молча протянул руку Бакуго и, когда тот пожал ее, обратился к дочери. - Что нужно сделать, чтобы я не рассказал маме о твоих трюках? Шиёми покраснела, испуганно огляделась и неловко поклонилась блондину. - Простите меня, господин герой Граунд Зеро! Я больше так не буду! Кацуки провел рукой по волосам и усмехнулся. - Делай только то, что хочешь, малявка, мне понравилось. Девочка порывисто обняла его, пока отец не успел ее остановить, и убежала, а Шото покачал головой. - Спасибо, что побыл с ней. Кацуки отмахнулся, поднимаясь на ноги и стягивая с плеч внезапно ставшую очень жаркой кожанку. - Забей, у вас замечательная малявка. Проводив Шото глазами, мужчина допил третью бутылку пива и направился на улицу, проветрить голову. Ему срочно было необходимо покурить и выдохнуть все, что вспомнилось в разговоре с девочкой. Все их школьные приключения, задания, проблемы и переживания вызвали в нем непередаваемую атмосферу ностальгии. И вроде хотелось поскорее вытряхнуть ее из башки, а с другой в груди разливалось приятное тепло, которое уже очень давно не посещало Кацуки. Беспалевно присев на крыльцо, мужчина затянулся, подумав о том, как сильно ему бы влетело от Айзавы за подобное поведение. «Хорошо, что тогда я не курил,» - усмехнулся блондин, облокачиваясь локтями на более высокую ступеньку и наблюдая, как сигаретный дым лениво ползет вверх. Атмосфера встречи была настолько непринужденной, что он незаметно расслабился, позволяя алкоголю в крови смешаться с никотином. - Угостишь? Вздрогнув, Бакуго в очередной раз столкнулся глазами с Мидорией, который, спокойно улыбаясь, стоял над ним. Пряча смущение в затяжке, он молча протянул тому пачку и зажигалку. Деку беспардонно уселся рядом с ним и прикурил. - С каких пор ты куришь, задрот? - Хм, дай подумать… - чуть нахмурился Изуку. – Года 4 где-то, а что? Кацуки пожал плечами, не отвечая. Он краем глаза наблюдал, как Деку выдыхает дым, слегка щурясь, как сжимает между пальцев сигарету. У него была новая прическа, и выбритые виски казались чуть темнее, чем кудрявый чуб, небрежно падающий на лоб. - Ты, наверно, думаешь, что я не должен этого делать, раз являюсь номером один? Плохой пример, все дела, - Мидория перевел на него взгляд смеющихся зеленых глаз. - Да мне как-то насрать, если честно, как видишь, я тоже курю, - пробормотал Бакуго, выпуская дым через нос и чувствуя, как коснувшееся его чужое колено прожигает еще одну дыру на его джинсах. Деку ничего не ответил, снова затянулся и выдохнул облачко едкого дыма, вертя сигарету в руках. Было видно, что он хочет что-то сказать, и это очень нервировало Кацуки. Пару минут блондин терпел, однако, когда сигарета в длинных, покрытых шрамами пальцах Мидории истлела, он не выдержал. - Говори давай. Изуку покосился на него, моментально теряя весь свой образ идеального героя и прикусывая губу. Затушив бычок о подошву, он вздохнул и убрал со лба кудрявую челку. - Я хотел еще раз извиниться за то дело, - начал он. – Я еще не устроился здесь и периодически перехватываю сигналы полиции по всему городу. Не думал, что это тебя так заденет, Каччан, но извини… Бакуго глухо зарычал, бросил бычок на землю и, схватив Мидорию за подбородок одной рукой, развернул к себе. Деку опешил и замер, и хоть он выглядел максимально комично со сложенными рыбкой губами, Кацуки был слишком взбешен его словами, чтобы заржать. - Послушай один раз, задрот, - угрожающе зарычал блондин. – Мне на хуй не сдались твои извинения, не лезь на мою территорию, не отсвечивай, и все будут довольны. Я ясно выражаюсь? Изуку кивнул, не сводя горящих глаз с Кацуки и не пытаясь вырваться. И вроде нужно было бы отпустить зажатое в пальцах чужое лицо, однако блондин почему-то затормозил. Он хмуро буравил эти невозможные глаза взглядом, немного ослабив хватку. Тело замерло в каком-то ненормальном предвкушении, будто он сейчас был не тем, кто владеет ситуацией, а завороженным оленем, ослепленным светом фар несущегося на него автомобиля. Мидория осторожно обхватил пальцами его запястье, отводя от своего лица, и невесомо коснулся голого колена кончиками пальцев. Все мысли, все сопротивление и сомнения покинули бедную голову Бакуго, когда Деку мазнул нетерпеливым взглядом по его губам. - Каччан, я… - Бакуго! У нас проблемы!!! Голос Урараки холодным потоком вымыл туман из светловолосой головы Кацуки, и он, резко отталкивая Деку от себя, подскочил на ноги. Очако выбежала на крыльцо, взъерошенная и паникующая, нашла его глазами и потянула за собой, схватив за руку. - Эй, Урарака, успокойся, - Бакуго очень надеялся, что его лицо не было цветом схоже с помидором, а джинсы недостаточно натягиваются из-за встрепенувшегося члена. – Что случилось? Девушка довела его до гостиной, и ее разъяснения не понадобились. Киришима лежал в отключке на одном из диванов, тогда как у Мины отошли воды. Кацуки потер переносицу, отчетливо ощущая дежавю. - Твою мать…