Шум

             Пикси стоило огромных усилий взять себя в руки и утереть рукавами толстовки последствия эмоционального срыва, который накрыл её, когда она уже была в зоне безопасности на складе бункера. Липкая, густая словно масло темнота приклеилась к лицу, хотя, возможно, это была расфокусировка визора из-за продолжительных рыданий. В масляных подтёках теперь были измазаны не только щёки с одеждой, но и колени, в которые Пикси, обнимая себя, уткнулась мордашкой. Вишнёвые кудри понуро пристали к мокрому дисплею. Всхлипы постепенно угасали, как и накрывшая художницу с головой паника при мысли о том, что она была практически на волосок от смерти, и эта опасность теперь дышит ей в спину и продолжит висеть мёртвым грузом на душе, будто бетонная плита где-то на руинах города. Она, конечно, может не пойти на встречу с Эйч, просто избежать её, обманув — так поступил бы любой здравомыслящий представитель класса работяг! — но, в отличие от своих более сообразительных собратьев, Пикси не могла так поступить.       Во-первых, она свободолюбива и обязательно попытается выйти на улицу в будущем, чтобы порисовать вдалеке от своей безопасной и уютной тесной комнаты очередные растения. А если в этом «будущем» её где-то во тьме руин будет ожидать разозлённая Эйч, чьи ожидания эта работяга обманет, то ей вряд ли удастся избежать кары за свою ложь.       Во-вторых, соврать, если дала слово, Пикси просто не могла. Она поклялась каждой своей гаечкой, что вернётся. И, хотя не была особо суеверной, первобытный страх, что тело развалится по частям, наказав её за несдержанное обещание, взял верх над всем остальным.       Самое обидное во всей ситуации было то, что попросить помощи Пикс ни у кого не могла. Вернее, могла бы, но тогда её навеки запрут в комнате, строго-настрого запретив выходить куда-либо без сопровождения. Такая безрадостная чёрная полоса очень чётко рисовалась в перевозбуждённом и бурном воображении художницы, и, сколько бы она ни жмурилась, ощущение безысходности не покидало её. Работяга стянула со спины многострадальный рюкзак, обнимая его с тихим вздохом, и пробормотала куда-то в ткань:       — Как же поступить…       Теперь, вероятно, никак. Оставалось дожидаться вечера, будто смертной казни, и, скрывая следы своего ночного отсутствия, отправляться на роковую встречу.       Ещё немного посидев у дверей в темноте, работяга с обречённым видом поднялась на ноги, плетясь в сторону вентиляции. Запоздалое чувство паники отступило на задний план не без сопротивления: мысли путались, метались по голове, сплетаясь в тяжёлый клубок, жужжали до скрипа какие-то шестерёнки у виска, пока художница, всхлипывая, из последних сил пыталась вскарабкаться к окошку вентиляции под потолком склада. Рюкзак удалось закинуть, тело подтянуть оказалось куда сложнее — подтягивания на физкультуре Пикси никогда не давались так же легко, как остальным. Потуги работяги, наконец, были увенчаны долгожданным успехом, и та, подтащив поближе свой скудный скарб, поползла по вентиляционным путям уже знакомым маршрутом.       Спускаться по завалу из коробок в привычный коридор оказалось легче, чем забираться наверх. Девочка наконец неуклюже скатилась на пол, осматривая своё местоположение на предмет наличия посторонних в пределах видимости. В бункере царила тишина, где-то в противоположном конце коридора мерцала одинокая жёлтая лампочка. Самый разгар ночи, все спали и понятия не имели о том, какое опасное приключение пришлось пережить одной из их собратьев. Табличка на двери комнаты всё так же желтела скошенным прямоугольником. На счастье, всё выглядело так, будто никто не входил в помещение, а значит, отсутствия художницы в постели никто не заметил.       Оказавшись внутри и захлопнув дверь, Пикси забросила рюкзак в угол комнаты и с вымотанным стоном плюхнулась лицом на кровать прямо в уличной одежде. Снег с капюшона растаял, намочив спальное место, но работяге было немного фиолетово на это. У неё образовались проблемы посерьёзней.       Недолго полежав в обречённой позе, девочка неохотно перевернулась, уставившись в потолок. Взор её никак не мог ощутить реальность происходящего, всё ещё не верилось, что она дома, вдали от острых шприцов с парализующими составами и всяких нервирующих демонтажниц. Работяга лежала в таком положении ещё минут пять, прежде чем подняться и стянуть с себя наконец многострадальную промокшую куртку с двумя аккуратными прорезями на спине. Придётся заштопывать, иначе ночные морозы проберут её корпус до ледышек в маслотоке. Стать обледеневшей копией тех человеческих скелетиков с улицы не хотелось.       Помимо куртки пострадал и корпус девочки. Где-то на спине явно чувствовались два отверстия, сквозь которые тёплый комнатный воздух проникал в грудной отдел и щекотал внутренние механизмы — во всяком случае, такие ощущения рождались при одном лишь воспоминании о них. А ещё у Пикси постоянно вылетало оповещение о царапине на лице. Ей просто необходимо было провести косметический ремонт своего измотанного ночными приключениями тела, найти регенерирующие пластыри для начала, например. И иголку с нитками, которые в комнате отсутствовали по причине того, что Пикси, не обладающая даром шитья, обычно не нуждалась в подобных предметах. Теоретически, иголку с ниткой можно было достать со склада, до которого по коробкам у стены и обратно перебраться можно довольно быстро, однако работяга сейчас была лишена какой-либо энергии на совершение любых лишних телодвижений. Ещё один марафон туда и обратно она бы не вынесла. Можно попробовать добраться до склада длинным путём, но на это тоже уйдёт немало энергии. Однако сидеть здесь и ждать утра с расспросами мамы о том, почему дочурка выглядит такой потрёпанной, Пикси совершенно не хотелось. Вариантов, где найти пластыри и нитки, оставалось всё меньше и меньше. И, к сожалению, совершенно не привлекательные.       Можно попробовать заглянуть к соседям, которые наверняка сейчас спят и видят десятый сон. Можно немного вздремнуть и испробовать вариант с лестницей из коробок до склада или дойти до него пешком (однако велик шанс отключиться от усталости и проспать всё на свете). А можно заглянуть в одно местечко и надавить на жалость, испытав удачу…       Пикси проверила время. Четыре часа утра. Не самое лучшее время для того, чтобы наведаться в медпункт, но лучше сейчас, чем потом выслушивать долгие и нудные лекции матери и пытаться оправдать свои странные повреждения какой-нибудь неестественной глупостью, вроде «летала во сне и упала».       В коридоре по-прежнему было тихо и безлюдно. Жужжащая на все лады и явно готовящаяся отправиться на тот свет лампочка освещала небольшой участок коридора, в котором располагался медпункт и небольшие отсеки с наиболее часто выходящими из строя деталями. Сначала подошедшая работяга уцепилась взглядом за эти ящики, ища в них нечто, хотя бы отдалённо напоминающее пластыри, но, кажется, там не было ничего подобного, только вырезанные из металла замысловатые безделушки. Облезлая дверь медпункта не вызывала абсолютно никакого желания в неё стучать, однако попасть внутрь было нужно. Три пугливых стука нарушили тишину, и в кабинете послышалось приглушённое шевеление. Вскоре из расщелины, образовавшейся между стеной и дверью, показался один голубой глаз и кусочек синей чёлки.       — Пикси? — удивлённая интонация в знакомом голосе. Девочка жалобно выдохнула, будто пришла сознаваться в тяжком преступлении, и ответила:       — Да. Тётя Лит, пустите, пожалуйста.

***

      Близился рассвет. Небо ещё было затянуто плотной ночной тьмой, однако на горизонте уже виднелся лёгкий голубоватый отсвет, переползающий в направлении обеих лун Меди-9.       Эйч с налёта впечаталась в держащийся на честном слове столб освещения, плафон которого податливо качнулся под чужим весом и жалобно заскрипел. Под фонарным столбом её подопечные устроили очередную пирушку, отыскав жертву для утоления своей жажды. Эйч с терпением и спокойствием наблюдала, как ДаблВи с хохотом отрывает от уже мёртвого работяги голову и с хрустом вгрызается в торчащие из его шеи трубки, а Эф с деликатной аккуратностью разделывает когтями грудной отдел жертвы и лакает каплю за каплей, стараясь не испачкать своей униформы.       Наблюдать за подобным было привычно, но с того момента, как Пикси поклялась каждой гаечкой, что вернётся к Эйч, той стало как-то не по себе от созерцания актов подобной жестокости. Её, как предводителя их небольшой команды, беспокоили одновременно две перспективы: кратковременная и долгосрочная. Выбрать насыщение на один день или рискнуть и голодать чуть дольше ради призрачной надежды найти запасы масла с помощью той девчонки? Может быть, она опять слишком много думает, и пора действовать?       — Не чавкай так, поперхнёшься же! — заметила Эйч, аккуратно сползая по столбу к развинченному на мелкие механизмы трупу. ДаблВи, которой это замечание было адресовано, конечно же поперхнулась. Эф прикрыл глаза, игнорируя чужие слова, и продолжал есть даже тогда, когда начальница подошла на расстояние вытянутой руки и присела на корточки.       Когда он сделал последний глоток и облизнулся, отходя от трупа, Эйч с сожалением заметила, что всё масло из работяги уже выпито. Эф и ДаблВи, обычно впопыхах уплетающие работяг и оставляющие немного масла своей начальнице, в этот раз вылакали всё до последней капли. Демонтажница подняла встревоженный взгляд на подопечного. Он стирал остатки масла с губы пальцами, а в его тяжёлом взгляде читалась неопределённая эмоция, словно приглушённый равнодушием вызов.       — Извини, он был слишком мелким, его масла не хватило бы на троих. — Это пояснение прозвучало, словно оправдание, заставив Эйч ещё сильнее насторожиться от странного поведения демонтажника. Он явно не был настолько голоден, каким пытался казаться: сегодня их троице несказанно повезло, ночью удалось изловить одну заблудшую овечку и разделить её на троих. Поэтому попытка допить всё до последней капли сейчас со стороны Эф выглядела, как целенаправленное вредительство. Словно он сделал это назло.       — Ничего страшного, главное, что вы сыты. — Эйч сощурила глаз, но ничего из промелькнувшего в мыслях не озвучила. В следующее мгновение после произнесённых слов её мягко толкнули в плечо со спины. Обернувшись, Эйч увидела ДаблВи, которая протягивала ей ту самую отодранную от туловища голову жертвы, в которой плескались жалкие остатки прохладного масла. — Оу, ДаблВи, очень щедро с твоей стороны!       — Ничего такого, просто беспокоюсь о нас, как о команде! — отозвалась младшая с лёгкой улыбкой, и хотя обращалась она к Эйч, та чувствовала, как подопечная смотрит куда-то сквозь неё, туда, где стоял с нечитаемым выражением лица Эф. Приняв голову работяги из девичьих рук, Эйч приложилась губами к оборванным масляным трубкам, сглатывая сырое масло и сканируя датчиками выражение лица парня.       ДаблВи смотрела на него с вызовом, почти с победой, в то время как Эф был очевидно зол.       Эйч явно пропустила что-то, какой-то переломный момент в их взаимоотношениях, благодаря которому общение её товарищей сдвинулось с уровня тупых розыгрышей до серьёзного соперничества. Ещё более странным ощущалось то, что объектом их соперничества была, кажется, сама Эйч.       — Я считаю, что тебе, ДаблВи, стоит прежде подумать о себе, а не о команде. — выдавил Эф, глядя на младшую с неудовольствием.       — Ничего, с тем, чтобы подумать обо мне, справишься и ты, Эф! — легкомысленно заявила ДаблВи, складывая когти за спиной с невинным выражением лица. Их игра в гляделки не прерывалась ни на секунду, разве что парень отчего-то смутился из-за её последних слов и на его дисплее вспыхнула пара жёлтых чёрточек.       — Что-то произошло в моё отсутствие? — решилась наконец спросить Эйч. Масло из головы работяги она уже допила, поэтому та, как ненужный предмет, оказалась поспешно отброшена в сторону и укатилась куда-то за сугробы. Её команда явно недоговаривала что-то своей начальнице, однако на вопрос Эйч отвечать никто не спешил.       — В том-то и дело, что ничего не произошло. — наконец, решился подать голос Эф. Он нахмурился, недовольно взмахнув хвостом, и сложил руки на груди в привычном жесте. — Впрочем, у нас встречный вопрос. Где та девчонка с красными волосами?       — Она в безопасности. — сглотнула Эйч, чувствуя прилив волнения из-за слов, что никак не хотели выходить из глотки. — Мне пришлось поступить не по плану, чтобы, по иронии, привести план в действие.       — Что имеется в виду под «не по плану»? — вытянулось лицо ДаблВи. Теперь уже Эф смотрел на неё с сочувствием и косой ухмылкой с явно читаемым «ну что, и кто из нас двоих прав?»       — Мы решили начать дружественные взаимоотношения с доверия друг другу. — твёрдо ответила Эйч, сцепляя руки в задумчивый замок у себя за спиной. — Поэтому я отпустила работяжку, чтобы она могла уйти домой. Она поклялась, что вернётся, и отчего-то я хочу ей верить.       — Действительно! — внезапно вскрикнула ДаблВи, сжимая кулаки и пнув останки трупа у себя под ногами так, что отдельные гайки полетели далеко-далеко от места своего изначального расположения. — Зачем доверять своим товарищам по команде, когда есть неизвестно откуда взявшаяся работяга?       — Что?.. — удивление Эйч скрыть не удалось, да что там, даже Эф, отчасти довольный бурной реакцией своей сокомандницы, сейчас выглядел как-то растерянно. Он попытался мягко остановить подругу:       — ДаблВи…       — Что «ДаблВи»? Успокойся и не веди себя как маленький ребёнок? Это ты хочешь сказать, да, Эф? — перекинулась на него девушка. Однако парень мудро не реагировал на её эмоциональный всплеск и продолжал молчать, пока та изводилась в ярости. — Знаешь, если ты такой умный, то зачем так назойливо меня опекаешь? Тебе же плевать на всех и на всё, пока это не касается тебя!       — Какое у тебя узколобое мнение о моей персоне! — фыркнул Эф. — Ну раз уж делимся своими претензиями друг к другу, то слушай: ты слишком наивная, Виви. Не ребячливая, не инфантильная, а именно наивная. А наивным на этой планете выжить будет невероятно сложно.       ДаблВи рассеянно выдохнула, словно пыталась сдержать рвущийся наружу плач, но вместо того, чтобы ударить Эф в своей привычной манере, распахнула крылья и сорвалась с места, по вертикали улетая с места перепалки. Эйч, всё это время поражённо наблюдавшая за развитием остросюжетной ссоры, наконец решилась перейти из разряда молчаливых свидетелей на сторону защиты.       — Эф, спрашиваю последний раз, что произошло в моё отсутствие?       — Говорю же, что ничего! — Эф стиснул клыки, напряжённо вглядываясь в туманную высоту, в которой растворилась Виви. Он глубоко вздохнул, прикрывая глаза, и провел ладонью по волосам, взъерошивая их. — И в этом вся проблема. Именно в этом вся проблема нашей команды. Ничего не происходит и не меняется. А мы просто устали ждать помощи. Скажи, это же шутка про то, что мы должны доверить свою жизнь какой-то мелкой консервной банке с макаронными ножками? Ну не верю я, что такая яростная убийца, как ты, Эйч, способна с ней общаться и вызывать доверие. У нас нет роскоши рисковать, и вместо тысячи гипотетических бочонков с маслом я бы выбрал одну РЕАЛЬНУЮ маленькую работягу. Впрочем, эту мелкую уже не вернуть, потому что нужно быть просто невероятным идиотом, чтобы довериться таким, как мы.       Кажется, откровения Эф могли продолжаться ещё очень долго. Он никогда раньше не болтал в таком количестве, и явно его вывело из равновесия то, что он по-настоящему задел ДаблВи, а не как это обычно бывало — понарошку. Вместо того, чтобы продолжить оторванный от сердечного поршня монолог, парень предпочёл раскрыть крылья и броситься вдогонку за вышедшей из себя дурындой.       До рассвета оставалось полчаса. Мутные звёзды мерцали в небесах, а Эйч стояла над останками работяги и смотрела в небо, пытаясь переварить всю полученную информацию.       Кажется, ситуация с доверием в её собственной команде даже хуже, чем она предполагала. По-хорошему, надо было начать поднимать уровень доверия между теми, кто был ей близок, а не между ней и какой-то незнакомкой-художницей из бункера. И чем дольше Эйч об этом размышляла, тем сильнее пошатывалась её уверенность в собственном плане по установлению дипломатического контакта с работягами.       Вдруг товарищи по команде правы и Пикси обманет демонтажницу? Может, следовало её сожрать ещё при первой встрече, а не караулить и тратить на эту девчонку свои токсины и время? Может, одна реальная работяга и правда лучше шаткого плана по добыче масла мирным путём?              …Может, если девчонка придёт на место встречи, от неё стоит избавиться?