God

Кейл не жалел, что согласился пойти с Альберу. Что протянул руку, что не вырвал ее из детской сильной хватки, что не сказал нечто глупое опять, что не разрушил эту прекрасную вечернюю атмосферу своим безразличием или ещё чем-нибудь. Кейл не жалел, что вместо того, чтобы закрыться (снова, опять, в который, черт возьми, раз?), он начал рассказывать, говорить, когда Альберу задавал лишь один наводящий вопрос… Кейл не жалел. Ровно до момента, как Альберу с сияющими глазами не потянул его на яркие огни очередного развлечения… Ещё час назад Кейл, превозмогая себя и свою прирожденную холодность, сам повел Альберу на какой-то аттракцион, надеясь передохнуть после почти двухчасового монолога с самим собой (если бы мальчик не был уверен на сто процентов, что Альберу слушает, он бы так не напрягался). Кто бы мог подумать, что именно после этого Альберу наконец найдет свой ритм и поставит цель обойти все аттракционы и мини-игры на ярмарке?! Кейл искренне не собирался жалеть об этом, когда со слабой улыбкой шел следом за старшим мальчиком… Однако после десятого по счёту прилавка? После двенадцати стендов с играми, от которых Альберу отходил, протягивая Кейлу новую игрушку, выигранную с ужасающей лёгкостью? Кейл решил, что никогда больше не выйдет на улицу. Особенно с этим гиперактивным ребенком, который и не думал останавливаться! — Альберу, ты не хочешь пойти домой? Ты что, совсем не устал? — в очередной раз попытался призвать старшего мальчика к голосу разума Кейл. Альберу как всегда не поддавался… — Мы прошли только половину пути, как можно сейчас остановиться?! Кейл был готов ударить будущего короля ещё раз, если это означало, что тот упадет в обморок и наконец заткнется… Пусть вечерний фестиваль и был прекрасен, волшебен во всем этом свете… Пусть он и был удивительным, но Кейл так сильно устал, что не нашел в себе сил в самом деле ударить будущего наследника престола. Когда взгляд Кейла скользнул по толпе, он заметил двух мальчиков, видимо, братьев, которые рассматривали какие-то безделушки… И тут у Кейла возникла гениальная идея, которую он поспешил воплотить в жизнь: — Может, всё-таки пойдем обратно, Хён? Альберу так резко остановился, что Кейл, не успевший вовремя среагировать, уткнулся носом прямо в теплую спину. Отчего-то напрягшуюся от его прикосновения? — Ч-что ты т-только что сказал? — уточнил Альберу дрогнувшим голосом. Кейл понятия не имел, что это невинное прозвище, которое так любят Бикрос, Эрик и Гилберт, так подействует и на Его Высочество… — Разве вы… Кхм, ты против? — Кейл никогда не подумал бы, что владеет таким даром убеждения… Видимо, тренировка на Бикросе, Эрике и Гилберте сработала. Даже лучше, чем он себе представлял. Мало того, что Альберу начал заикаться, так ещё и лицо его приобрело нездоровый оттенок варёной свёклы! «Это нормально?» — глупо моргнул Кейл, стараясь не смотреть на принца слишком долго. {Ты точно скоро угробишь меня} — начал бурчать в голове Кейла знакомый голос Супер Камня. Кейл уже было хотел добавить что-то по типу «ты и без моего участия мёртв», однако его перебил первый принц: — Л-ладно! Но только потому, что я и сам начал уставать! Мне совсем не понравилось, как ты меня назвал! Кейл только усмехнулся, разгадав тайну первого принца. Тайну, что ему нравится, когда его называют «хеном».

***

Когда они вернулись обратно во дворец (дорога была такой же скучной для уже привыкшего к магии Кейла, как и в прошлый раз), никто на них не накричал. Возможно, Рон или Лейла даже забыли про них… Разумеется, нет. Кто бы это им позволил… — Молодой Мастер Кейл! Вы наконец вернулись, — Рон смотрел почему-то только на Кейла, буквально прожигая того взглядом, как казалось самому мальчику. «Почему ты так смотришь только на меня, страшный старик?!» — вполне оправданно возмущался про себя Кейл, всё ещё сжимая в своей ладони руку Альберу. Который, похоже, решил побыть злодеем и гаденько усмехнулся, поворачиваясь к Кейлу: — Верно, Кейл, как ты мог уйти, ничего не сказав? Все наверняка ужасно переживали! Если бы я не нашел тебя, кто бы знал, что ты можешь учудить… Кейл медленно, но с явным раздражением вырвал руку из крепкой хватки принца. Рон вежливо улыбался, и его взгляд стал нежнее, когда он смотрел на Альберу. «Какого черта… Неужели эти два… Человека решили объединиться против меня?! Предатели! Все они!» — Кейл разочарованно вздохнул, не замечая, как по всему лицу расползается румянец гнева. «Когда-нибудь я отомщу им! Всем!» — Кейл почти развернулся, чтобы уйти и сделать что-то по-настоящему глупое, однако его остановил смех Альберу. (Кейл ни за что на свете не признает, что этот звук заставил его сердце сжаться. Наверное, это был страх… Хотя чего ему бояться?) — Прости, Кейл, мы не хотели тебя обидеть. На самом деле это я написал Рону, чтобы предупредить его о твоём внезапном исчезновении сегодня! Не обижайся на нас, ладно? Я просто хотел провести с тобой время до банкета, который устраивает королевская семья… — Альберу сделал самый умоляющий взгляд, на который только был способен… Сердце Кейла опять странно сжалось… Он так и не вспомнил, что всегда был слаб перед щенячьими глазками… Он так и не вспомнил. (Ким Рок Су никогда не забывал взгляды Чхве Джон Су и Ли Су Хека, когда они искали шоколад на полках и не находили, прося Ким Рок Су помочь им. Он никогда не отказывал. Не тогда, когда эти двое так мило смотрели, будто готовясь заплакать в случае отказа). Рон улыбнулся и тоже произнес вслед за принцем: — Этот слуга просит прощения за такую несмешную шутку… Этого больше не повторится, — в конце Рон улыбнулся, явно предвкушая, как такая ситуация совершенно случайно произойдет вновь… «Видимо, ждать, что мне принесут сладкий чай, не нужно», — подумал Кейл, вздыхая. Он никогда не мог противостоять прямым извинениям, которые были ещё и объяснены. Никогда не мог… (Он не вспоминает, как четко говорил «нет» Чхве Джон Су и Ли Су Хеку, когда они просили его взять ещё одно дело или уйти с работы пораньше — Ким Рок Су был ответственным работником). Рон поклонился вернувшемуся на место рядом с Альберу Кейлу и открыл дверь, которую заслонял до этого. Зайдя внутрь, Кейл не сразу понял, что это спальня первого принца. Только когда Альберу прыгнул прямо на пушистую огромную кровать, убедившись, что Рон ушёл, Кейл задался вопросом: — Почему я здесь? Альберу уставился на него, как на несмышленыша. — Потому что ты будешь спать здесь? — непонимающе нахмурился Альберу, не имея не малейшего понятия, почему Кейлу не нравится. — Но здесь только одна кровать… — Кейл хотел опять добавить что-то посущественнее, но… Но эти чёртовы голубые глаза! (Кейл и не заметил, как принц опять надел личину первого принца, являющуюся настоящей маскировкой). — Просто… — Кейл в который раз удивлённо замер, когда заметил, как краснеет Альберу. — Такой возможности может больше не представиться, понимаешь? Кейл искренне не понимал, поэтому и склонил голову к плечу. — Мы все ещё дети, — опять попытался объяснить Альберу. — Совсем скоро я буду вынужден перестать вести себя как ребёнок… Несмотря на то, что буду им оставаться ещё очень долго. Теперь понимаешь? Кейл начал догадываться… — И пока я могу… Пожалуйста, можешь поспать со мной? Как Кейл мог сказать нет? — Разумеется, мой дорогой принц, — и Кейл не мог не улыбнуться в ответ, когда увидел яркую улыбку Альберу. — Кхм, это, конечно, очень мило, но я пришла сюда почитать сказку детям на ночь, а не смотреть на… Что бы это ни было, — раздался со стороны двери знакомый женский голос, так сильно напоминающий Джур… И им не являющийся! — Мама! — вполне обоснованно воскликнул Альберу с ярко красными щеками. — Что «мама»? Я почти одиннадцать лет являюсь ею, и что? Но хватит об этих мелочах! Давайте я почитаю вам! И только тогда Кейл понял, у кого его мать научилась всей этой мерзости, которую она называет «безобидными поддразниваниями».