God

Кейл привык к новому миру моментально, тем более он жил в похожем почти сорок лет, так что… Ладно, к одному он привыкнуть все никак не мог: к жизни с человеком, который в другом мире был чёртовым принцем, а за последние несколько лет подмял под себя чуть ли не весь бизнес по недвижимости. Кейл всегда знал, что его будущий муж гениален, но чтобы настолько? Хм, это было удивительно. Ещё одна маленькая деталь, к которой Кейлу предстоит привыкнуть ещё немного: Раон, Он и Хонг выросли такими милашками, а ещё они называли его папой, что Кейл считал несмешной шуткой, особенно когда он спокойненько читал ночью, а сзади доносилось «папа», которое заставляло его вздрагивать. То, что Раон, Он, Хонг и иногда Дерек, которого Кейл иногда в своих мыслях называл то Кейлом, то Ким Рок Су, вели себя как настоящие дети, было, конечно, правильно, но… Но Кейл никогда не мог назвать себя хотя бы хорошим человеком, так что уж говорить о хорошем отце? Но Альберу всегда повторял ему перед тем, как обнять и заснуть с ним в обнимку, что Кейл старается, а это дорогого стоит. Кейл был благодарен за такую поддержку. Но это не значило, что он быстро перестал сомневаться в своих способностях, особенно когда дети заставили его пойти в парк аттракционов после школы. Не то чтобы Кейл хоть раз в жизни бывал в таком месте, если не считать того сна, в котором он впервые встретил оригинального Кейла. Однако дети сияли, когда он согласился, особенно когда узнали, что с ними пойдет его младший брат, ставший частью этой маленькой банды слишком быстро. Хм, Кейл никогда не стал бы жаловаться на этого прохвоста, который сумел захватить сердца абсолютно всех за рекордно короткий срок. И теперь Кейл выл вынужден тащить на себе рюкзаки Раона и Хонг, благо они не должны были таскать в школу тысячи учебников, как Кейл в свое время, стараясь следить сразу за четырьмя неугомонным детьми. Как же хорошо, что у него была Он, которая обещала следить за своими младшими братьями. Что бы Кейл без нее делал!.. — Пап, давай покатаемся на колесе обозрения! — сжал его руку своей маленькой Раон, своими синими глазами не давая ни единого шанса отказаться. — А потом пойдем на американскик горки! — Хонг захлопал в ладоши, взволнованно топнув ногой. Кейл был уверен, что будь у него кошачьи уши, то они бы зашевелились в блаженстве и предвкушении. Кейл посмотрел на Он, которая молчала, и кивнул ей, призывая и ее сказать, куда она хочет пойти. — Мне бы хотелось поесть сладкую вату со всеми вами, — Кейл был так благодарен, что она была его дочерью. Его милой, спокойной дочерью… Которая, если он не ошибается, в том другом мире была готова убить любого, кто посмел коснуться ее семьи. Ох, не то чтобы ему было это так важно. Дерек дёрнул его за рукав, когда они уже шли в сторону колеса обозрения, успев купить билеты. — Хён, мы можем потом покататься на машинках? — он смотрел таким умоляющим взглядом, и как Кейл мог ему отказать? Но не то чтобы у Кейла даже на секунду возникла мысль отказать своему брату, ясно? — Как пожелаешь, — он улыбнулся, думая, что ничего страшного ведь не случится сегодня, верно? Когда они вернулись домой после нескольких часов беготни и хождения по парку аттракционов, Кейл думал, что умрет. Он еле дошел до дивана, сбросив рюкзаки детей рядом, и устало опустился на мягкую поверхность, надеясь минимум целый час не двигаться. Он даже не переоделся, хотя день выдался жарким, и пот успел пропитать его футболку, но двигаться, когда он целый день провёл пусть и с любимыми, но безумно активными детьми, которые не знали слова «усталость»? Кейл был умным, а не сильным, и он успел пожалеть о своем решении развеяться с детьми, об этой ужасной, кошмарной и просто-напросто глупой идее. Ну что мешало им посидеть дома, посмотреть какой-нибудь фильм по телевизору, дождаться вместе Альберу и уговорить Дерека остаться на ночь? Они бы вместе приготовили ужин и не таскались весь день по жаре, испытывая терпение и свои силы на прочность. Если бы не горящие глаза Раона, Он, Хонг и Дерека, Кейл ушел бы, не оглядываясь, после второго проката на американских горках, стоило сойти с которых, как его затошнило. — Никогда больше я не пойду с ними туда, — капля пота стекла по его виску, но Кейл мог лишь сидеть с закрытыми глазами, успокаивая сбившееся дыхание. Он даже не заметил, как задремал, и это было удивительно, потому что дети оставались активными, когда как Кейл напоминал живой труп, все ещё таща на своих плечах два рюкзака. Даже придя домой, дети убежали на задний двор, чтобы сыграть в прятки. Никогда прежде Кейл не думал, что забота о детях — настолько тяжёлая работа. Хм, возможно, ему стоило подарить своей матери букет из ста одной розы, чтобы отблагодарить за столько лет мучений с ним. Да, ему определенно стоило как-то поблагодарить свою мать, которая сейчас была вынуждена следить ещё и за Дереком. При все при этом она не высказывала ни слова в упрек, и Кейл был так сильно благодарен ей за это… Однако его мысли прервал тихий стук закрывающейся двери и знакомый звук шагов, из-за которых Кейл раскрыл глаза и посмотрел на время. — Ты уснул? Я думал, что ты будешь вместе с детьми, — Альберу уже зашёл в гостиную, сняв с себя обувь и откинув портфель с документами в сторону. — Ты всегда так обращался с документами? — пробормотал Кейл, зевая и спокойно наблюдая за тем, как его жених снимает галстук и кидает его к портфелю, быстро оказываясь рядом с Кейлом. — Всегда, когда прихожу домой к тебе, — Альберу улыбнулся, когда навис над Кейлом, но Кейл никогда бы не оттолкнул его. — Хён! — может, только в этот раз, когда его младший брат выбрал удачный момент, чтобы показаться перед Кейлом. Кейл встал, не обращая внимания на скрючившегося от боли Альберу, который прижимал руку к животу, куда, собственно, его и ударил Кейл. — Что-то случилось? — Кейл потрепал брата по голове, хотя тот был ниже всего на голову, и это смущало, особенно осознание, что оригинальный Кейл прожил куда больше самого Кейла, так ещё и в качестве Ким Рок Су прожил чуть ли не столько же! — Ничего такого, но мы договорились с Чхве Ханом поехать к нему домой! За нами уже приехал братик Бикрос, так что мне оставалось только предупредить тебя! Мы пошли! — Дерек быстро чмокнул Кейла в щеку, развернулся и убежал, только пятки и сверкали. Кейл недоуменно смотрел на то место, где ещё секунду назад стоял его младший брат, не в силах пошевелиться. То есть они давно ещё договорились поехать веселиться к Чхве Хану, но все ещё заставили его тащиться по аттракционам, прекрасно зная, что он ненавидит жару и долго ходить? — Я вырастил монстров, — уныло выдохнул Кейл, прикрывая глаза рукой. — Именно это мне в тебе и нравится, — выдохнул влюбленно Альберу, так и не встав с колен, на которые он упал из-за удара Кейла. — Что именно? — Кейл, честно говоря, не слушал его, продолжая думать о том, в какой момент его милые детишки начали быть такими злыми. — Абсолютно всё, — Альберу продолжал смотреть на него, и Кейл обернулся, чтобы тут же застыть. — Может, ты уже выйдешь за меня? — Альберу крутил в одной руке раскрытую коробочку с кольцом, а другой подпирал щеку, при этом умудряясь улыбаться так хитро и светло, что у Кейла задрожали колени. Он сморгнул слезы и кивнул: — Ты такой идиот, когда делаешь предложение, — Кейл не уточняет, что Альберу получил отказ в первые два раза, потому что говорил всякую чушь перед тем, как сделать предложение, или делал его во время секса, когда Кейл мог думать только о чужих зубах, кусающих за шею, и руках, которые ласкали грудь и талию. — Но теперь ты говоришь мне да! — Альберу притянул Кейла в объятия, хотя тот не плакал и даже не собирался. — Я тебя люблю, — Кейл уткнулся носом в чужую шею, а Альберу в ответ куснул его куда-то в районе ключиц. Кейл не обратил на это никакого внимания. Потому что поцелуй, которым он наградил Альберу в ответ, был полон такой любви, что бывший принц не мог не простонать. — Здесь или в спальне? — спросил он между мягкими короткими поцелуями, которыми они обменивались, несмотря на недовольство Кейла, который хотел здесь и сейчас. — Если ты не прекратишь говорить эту чушь и не поцелуешь меня, то я ещё раз откажу тебе, — стоило Кейлу закончить говорить, Альберу сразу же заткнул его рот своим языком, заставляя Кейла охнуть в поцелуй. Альберу уже хрипло дышал, еле слышно недовольно порыкивая в чужие губы, такие сладкие и приятно пахнущие каким-то фруктом из-за новой гигиенички Кейла, что Альберу не мог не нависнуть над своим женихом, раздвигая его ноги и устраиваясь между ними. Вместо того чтобы слушать сбивчивое дыхание, Альберу лишь углубил поцелуй, быстро снимая с себя и Кейла всю одежду, чтобы тот не сильно злился. Потому что когда Кейл был таким, уставшим и требующим внимания к себе? О, Альберу не смел долго тянуть, когда его будущий муж так нуждался в нем. Такой податливый и… — Мой, — шепчет в чужие губы Альберу, сверкая чуть поплывшим взглядом, и отрываясь наконец от подготовки, которая была не особо нужна, ведь они трахались буквально сегодня утром. — П-пожалуйста! — Кейл никогда раньше не умолял, однако сегодня ему, кажется, надоело придерживаться каких-то там правил или устоев, что он вроде бы до сих пор соблюдал. Альберу ни за что не признает, что видеть Кейла таким, раскрасневшимся, пьяным от удовольствия, просящим, стонущим и скулящим, таким волшебным, что руки сами сжимались на аккуратных бедрах, наверняка оставляя синяки, было… Это было восхитительно. Кейл был за пределами его воображения. Он был особенным для него. Может, именно поэтому Альберу, не особо-то и сдерживаясь, толкается в податливое тело, пока Кейл, будто в бреду, шепчет громкое «ещё», «быстрее» и миллионы «пожалуйста», прося непонятно о чем. Потому что то, как Кейл заламывает брови, как он сжимает волосы Альберу в кулак, как прижимается сильнее, облизывая чужую шею и даже изредка прокусывая тонкую кожу? Все это прекрасно. Все это принадлежит лишь Альберу. И даже судьба или Боги не смогут отобрать у него этого мальчика, который заменил ему солнце, мир и луну. И Альберу ни за что не позволит ей отобрать то, что он считает своим. Возможно, именно поэтому он делает последний сильный толчок, чувствуя, как его любимый сжимается вокруг него, пачкая собственной спермой живот и грудь. Кейл обессиленно расслабляется, закрывая глаза ладонью и пытаясь отдышаться. Альберу чувствует, как дрожат ноги, и не может сдержать улыбку. — Я люблю тебя, — шепчет Кейл в тишине гостиной. Ох, наверное, трахаться на полу было не лучшей идеей. Но ничего, Альберу отнесет его в ванную, а затем в спальню. — Я тоже тебя люблю, — слышит Кейл в ответ перед тем, как провалиться в спасительную темноту, не помня ни как Альберу отнес его в ванную, ни как переодевал его, ни как уложил обратно в постель, приятно пахнущую свежестью и их смешанным друг с другом запахом. И нужно ли говорить, что это только начало жизни, где у Кейла есть все, о чем он только мечтал?