Пиромант Часть 1 Герои рождаются из пепла

      — Из года в год наёмников-теней становилось всё больше, и ненависть к теням возрастала. Будучи детьми, мы с Артрис не понимали, как сильно наш дар нас подставит. И мы не скрывали его, наоборот, подливали масло в огонь. Раньше мы не были такими добропорядочными, — Фасир, заметив неодобрительный взгляд сестры, постарался поскорее сменить тему. — Я младше сестры, так что ей пришлось со мной повозиться. Ко всей куче, я ещё и неуклюжий. Все обязанности, в том числе незаконные, я не без зазрения совести, переложил на неё. Дар нас кормил, спасал. А ворованный хлеб покрывал все риски сполна. Бывало, нас ловили, обоих. Не часто, всего пару раз. Отпинали ногами, плюнули и простили. Нам везло, попадались добрые люди. Но это было, пока мы были детьми. Чем мы становились старше, тем сострадания было меньше. К тому же, Синий Орден начал распространять своё влияние далеко от Триа-Амаре. Простой люд начал играть в Мифеста. Одни боялись, другие хотели почувствовать силу. Одну девушку, имевшую от природы соловьиный голосок, толпа мужиков пыталась забить палками. Благо её ухажёр два метра ростом, да столько же в ширину. И дара то никакого не было у неё. А вот у нас был, да ещё какой. Когда мне было двенадцать, в городе где мы жили стало небезопасно. Мы были вынуждены довериться сердцу. Точнее, этому самому инстинкту. Однако, судьба нас ещё как потаскала. Мы бродили по миру, любыми путями искали деньги… выживали, — Фасир забылся, сжав кулак, но, почти сразу вернулся к своему привычному доброму состоянию. — Грабили нас аж четыре раза. На счёт пятого не уверен, мужикам видно хотелось дать мне в морду. Три года спали под открытым небом. Потом нашли временный дом, уже думали остаться, но заявился Синий Орден. Сейчас, кстати, так всегда, о чём не помечтай, вот только Синий Орден. Потом судьба нас закинула в Хрустальн, и моя удача свела нас с Фермоном. По итогу-то, всё было не напрасно. Он принял нас как родных, а остальные помогли со всем необходимым. Мы благодарны. Что не дело — мы с сестрой в строю первые. Моя удача и богиня войны Артрис — теперь это собственность клана и Покровителя. Это немного, но хоть что-то.       — Да как у тебя хватает совести, братик, ты — тунеядец, — не разделяй Огнислав этих двоих, Артрис бы точно размахнулась на брата мечом, — я в одиночку работаю за нас обоих!       — Просто стараюсь не беспокоить свою фортуну лишний раз.       — Ух, не вынуждай меня, Фасир…       — Да, уж не сладко вам двоим пришлось! — Огнислав едва успел вмешаться, до того, как в семье не начался конфликт… снова.       Миновало уже полтора дня, и постоянно находится между Сциллой и Харибдой ибн Кхулам стало соответственно в полтора раза тяжелее. Особенно тяжко становилось на привалах. Пока отряд двигался, между ними ещё находилось разделяющее их звено, но только стоило Фермону объявить привал, на Фасира обрушивался шквал из оплеух. Вполне заслуженных. Фермон и Ласки шли чуть впереди, невозмутимые и тихие. Время от времени они перебрасывались парой фраз, из разряда «здесь мы открыты, Урию нужно уйти дальше на юго-запад», после чего Ласки просвистывал и резкими движениями руки направлял «невидимку» в назначенном направлении. Самого Урия и Волгу Огнислав так ни разу и не увидел. Позади перешёптывались Юстек и Алия. Они тихо посмеивались, над ссорами брата с сестрой, и Огнислав даже разок услышал от Алии отчётливое «бедняжка», обращённое в его сторону. Самир и Аскар, зажатые между стариком Цефасом и сосредоточенными Фермоном с Ласки, старались быть бесшумными. Однако, Самиру это удавалось с трудом. На редких привалах Самир подсаживался к нему и начинал вываливать весь свой скопившийся груз от молчания. И отвечать ему было настолько же невыносимо, насколько слушать. Взять хотя бы последний их разговор:       — Да к чёрту всю эту военную чушь, Огнислав. Я не воин, я романтик. Точнее не так, я настолько же воин, насколько романтик. Романтические войска, понимаешь? Ты сам то как? В рядах наших Красносердечных кавалеристов, м? Дома то, наверно, по девушкам главным был.       — Хех, спасибо Самир… за комплимент, видимо. Честно говоря, до прихода Дианы у нас не было молодых девушек, так что в этих делах я профан. Не из Красносердечных… извини, как ты там выразился?       — Эй, — Юстек стукнул Самира только что поджаренной кроличьей лапкой. — Капитан-Любовник, я тут недавно видел на горизонте вымышленную женщину, не из твоего вымышленного гарема сбежала?       — На самом деле у нас в клане тоже девушек не много, — признался Самир, — сам увидишь. Есть правда одна дама, почти что твоя ровесница, чуть помладше. Но… с ней надо поосторожней.       — Тихо ты, — Юстек покосился на Феромна, — услышит ещё.       — А что я такого сказал? Или ей что, запрещено быть счастливой?       — Да то, что у него скорее с Заирой выйдет, чем с, — теперь уже Самир покосился на Фермона, — с этой.       — А что, Заира тоже ничего! — Юстек приобнял Алию. — Был бы я лет на сорок постарше, тебе бы пришлось биться за моё сердце, дорогуша.       Самир, Артрис, Фасир, Алия, да и сам Юстек рассмеялись, заставив другой круг людей, во главе с Покровителем, недовольно оглянуться.       — Если к вам вернулись силы, значит мы можем двинуться дальше, — провозгласил Фермон, на что Огнислав устало вздохнул.       — Да мы с дедком Цефасом хоть целый день! Да хоть бегом! — Юстек пробежал мимо старой легенды, едва увернувшись от брошенного в него камня.       Ноги Огнислава стонали и ныли. Шаг великана Фермона был широкий, резкий, остальным приходилось под него подстраиваться. Но, проблем им это, в отличие от Огнислава, не доставляло, парень же изливался потом. В деревне далеко ходить не приходилось, а за её пределы выбираться, ситуация не позволяла. Под ситуацией, естественно, в основном понимался Сив.       Тем временем, Фасир всё подбадривал его, что вот скоро он придёт в клан, и новая жизнь! Тут и новый дом, и друзья, и настоящая семья, и всё сразу. И что вот совсем недолго осталось, буквально полдня потерпеть. А ещё он много рассказывал про своё детство, про то, как тяжко им было с сестрой. Самое странное, когда Фасир начинал рассказывать про то, как сестра его выручила, он переходил буквально на шепот. И хоть она, конечно, всё равно всё слышала, видно, Фасиру так было морально легче. Сама же Артрис говорила не много, только лишь подтверждала факты. А сам Огнислав пыхтел и молил бога об прекращении этих мучений: «Вот дойду я до клана, там наверняка ворота. Большущие. Войду в них и упаду. Упаду и умру, как ноги болят. И грудь сжимает… лёгкие, ни к чёрту. Надо больше бегать».       Прошло почти два дня с того времени, как они вышли из Хрустальна. Огнислав и представить не мог, что степь может быть такой нескончаемой. Однообразный пейзаж, одинокий и опасный донельзя. Вот появится отряд всадников Синего Ордена, думал он, и пиши пропало. Но отряда не появлялось. Так же, как и не появлялись в зоне видимости ни Урий, ни Волга. Правда, Ласки время от времени отлучался из отряда, видимо к ним, а возвращался то с кроликом, то с птичкой. В общем, эти двое без дела явно не сидели.       — Знаете, я ведь никогда толком и не покидал деревушку, — никто из теней не обернулся в его сторону, хотя Огнислав заметил, как Фасир и Артрис напряглись. Хороший знак — они ему сочувствовали. — Сив мне запрещал. Он никогда не объяснял почему. В детстве пугал Кланом Зверя, мол, наполовину животные, значит, детей едят. Когда подрос, бандитами, которых манила деревушка своей безызвестностью. Стал ещё старше — наслушался рассказов про Хрустальн, и, когда уже хотел бежать из дома, появились слухи про Синий Орден. Если честно, я уже устал всего бояться. Не знаю с чего эта избыточная опека, но она явно не привела к добру. Вот я один, в огромном мире. Передо мной степь, такая огромная, что и краёв не видно. И я совершенно не знаю, что мне с ней делать.       Огнислав посмотрел на Фасира и действительно увидел в нём сострадание. Но не то, которое ожидал увидеть. Оно было совершенно настоящим.       — А что с ней делать, идти по ней разве что. И, ты это, не говори больше, что ты один, а то Артрис уже готова снести тебе голову.       Огнислав отшатнулся от сестры Фасира, та уже положила руку на рукоять меча. Но сразу после последовала улыбка.       — Ты оказывается зануда. Советую начинать привыкать, семья теперь у тебя не маленькая.       — А вот и он, — с облегчением вздохнул Фермон, — добрались!       Хотя ещё около часа Огнислав совершенно ничего там, впереди, не видел…       Наконец, линия леса начала проявляться и для него. Сначала тонкой чёрной нитью на горизонте, затем чуть больше. И вот, уже ближе к вечеру, перед ним стояли стройные ряды густого, будто зачарованного леса. Ветви деревьев в нём переплетались между собой, а листва была настолько пышной, что ни единый солнечный луч не мог протиснуться, чтоб осветить мощные корни.       Отряд остановился где-то в трёхстах шагах от ровной полосы леса. Здесь стоял одинокий давно мёртвый дуб. Его массивные ветви раскидывались в разные стороны, будто чьи-то окаменевшие в воздухе руки.       Фермон вышел вперёд, усердно стараясь вглядеться в темноту между далёкими деревьями. Он остановился у самого дуба. Снова пробежал взглядом по линии леса, и набрал в грудь столько воздуха, сколько позволяли его огромные лёгкие.       «Сейчас что-то будет», — мелькнуло в голове Огнислава.       Фермон отставил ногу, впившись в землю и обрушился на лес, словно первый весенний гром. И зов его разлетелся далеко-далеко по Бескрайней равнине:        — Тайга-а-а!       Огниславу почудилось, будто лес зашелестел ему в ответ.       — Он что, позвал лес?       — Лес? Ах, тайга… Нет, Огнислав, нет. Скоро ты поймешь, — Артрис даже ухмыльнулась от созданной интриги.       С минуту ничего не происходило. Ласки осторожными шагами подошёл к Покровителю.       — Фермон, долго.       Покровитель кивнул, осторожно, медленно. Его рука потянулась к мечу. Тело наклонилось вперёд, готовясь к рывку. Но тут из леса донёсся шум, неразборчивый, больше похожий на протяжный свист. Прошло ещё пару мгновений, и из-за деревьев что-то быстро полетело в их направлении.       — Небо! — Огнислав начал тыкать в воздух, призывая отряд начать паниковать.       Он посмотрел на Артрис, затем на Фасира, но те продолжали смотреть в ту же сторону не шелохнувшись. Как и Фермон.  Стрела, выпущенная из леса, описав идеальную дугу впилась в сухое дерево. Фермон подошел к ней. Вокруг стрелы был обвязан маленький кусочек белой ткани.       — Великий Асха! Всё в порядке, — он повернулся к остальным, и его уставшее лицо осветилось улыбкой, — мы, наконец-то, дома.       Отряд дал себе волю, спутники Покровителя радостно закричали.       — Что ж, кажется, нас совсем заждались! — Юстек подхватил Алию на плечо и с криком «домо-ой!» ринулся в сторону леса.       — Идём, Огнислав, не будем отставать, — довольный Фасир зачёсывал свои густые тёмные волосы назад, словно артист, готовящийся к выступлению. — Но учти, мы не так близко, как ты думаешь!       Фермон скользил между деревьев, без усилий перемахивая через массивные брёвна, лежащие на покрытой мхом земле. Отряд не отставал от него ни на шаг, за исключением двух человек. Огниславу крайне тяжело далась эта тропа, хоть Фасир и пытался облегчить ему задачу. Хотя бы поддержкой.       — Тут волчья яма, осторожно.       — Благодарю!       — А сейчас пройдём через кусты, осторожно, они колючие. И как пройдём, пригнись, там ветка, я уже разок об неё стукался.       — Ох, ну, спасибо. Честно сказать, я бы уже сейчас предпочёл остаться в Хрустальне.       Но на данном этапе, Огнислава уже подогревал интерес. Он просто хотел посмотреть, ради чего он проделал этот путь. Он с нетерпением ждал, когда достигнет этой самой точки, окажется в самом центре клана, и, с глубоким облегчением, проклянёт эту жизнь, Фермона и весь клан. А затем уж будь что будет.       А клан не появлялся. Зато Огнислав начал замечать мелькающие по сторонам силуэты. То кто-то далеко между деревьев прошмыгнёт, то, уже гораздо ближе, прыгнет с толстой ветки на ветку и скроется в густой листве. «Прыгучие, однако. И этот лес, он будто создан для белок-переростков».       Огнислав приметил перед собой поваленное дерево, не слишком большое, чтобы можно было придавить его ногой, и перемахнуть. Он с удовольствием так и сделал, со всей силы опершись, с удовольствием представляя, что, это шея Покровителя. И перемахнул бы. Но не успел. Стоило ему поставить ногу, и глубоко в дерево вонзилась стрела. Огнислав настолько опешил, что застыл, вглядываясь в длинные гусиные перья на древке. Тут дёрнулась ветка справа от него. Стрелок перемахнул с неё на ветку прямо перед Огниславом, скользнул по ней и, обхватившись ногами, повис головой вниз, встретившись с ним лицом к лицу, и направив в это лицо очередную стрелу, уже готовую к спуску. Её длинные чёрные волосы свисали вниз маленьким огоньком. Девочка, хотя правильнее сказать, девушка, выглядела довольно суровой, даже несмотря на то, что висела вниз головой. Хотя, часть этой самой суровости заслужила, конечно, натянутая тетива. Огнислав ля себя приметил, что если сейчас и умрёт, то хотя бы его смерть принесёт «милое личико». Почему-то его это успокаивало. Маленькие карие глаза впились в него с необоснованной ненавистью, а тонкие аккуратные губы отчётливо процедили, раздрабливая предложение на слова:       — Хранитель леса спрашивает, кто есть чужак.       Фасир уже открыл рот, чтобы ответить вместо остолбеневшего Огнислава, но Артрис его одёрнула. Тем временем из-за деревьев выскользнул вернувшийся назад Фермон.       — Отвечай на вопрос Хранителя леса, — Покровитель говорил спокойно и сурово. — В её власти отдать приказ на расстрел.       Слова Покровителя немного отморозили Огнислава, и он вгляделся в лесную тьму по сторонам. То тут, то там сидел человек в чёрном балахоне, каждый из них был готов спустить стрелу ему прямо в голову. И не будь он приёмным сыном Стрелка Сива, если бы хоть один из них не попал бы точно в цель.       — Меня зовут Огнислав. — Огнислав озадаченно посмотрел на Покровителя, но тот кивнул, стоило ему начать говорить. — Я пришёл с отрядом Фермона, Покровителя. Мою деревню разрушил Синий Орден. Так что я пришёл, чтобы стать частью клана.       — Род? — девушка продолжала висеть вниз головой, тетива в её руках затрещала от напряжения.       Огнислав замешкался, на что получил лишние подтягивание тетивы. Но он не мог ответить. Если он скажет правду, что рода он не знает, предположительно, стрела окажется у него меж глаз. Но соврать, что он из рода Акутос или любого другого он тоже не мог, так как возмутиться сам Покровитель. Хотя из всех зол, это сейчас было меньшее. Нужно было рискнуть.       — Я… — начал было он.       — У него нет рода, — вмешался Фасир. — А ещё мы долго шли и сильно устали. Пропусти уже нас, пожалуйста.       — Вы очень долго шли! — девушка грациозно спрыгнула с ветки и убрала лук за спину.       Люди в лесу тоже убрали луки, хоть и остались на ветках. Теперь Огнислав мог спокойно её разглядеть. Она была совсем хрупкой. Аккуратная, маленькая девушка с едва смуглым личиком. Большие карие глаза, сейчас совсем не внушали опасности, напротив, в них читалась детская обида. На голову ниже Огнислава, и на две ниже всех остальных, девушка, даже с луком за спиной, казалась совершенно беззащитной. И, что особенно было интересно, в отличие от всех остальных, её балахон по всему телу был перевязан тонкими ремнями. Так, он был почти что притален. Разве что за спиной болтался на скорую руку продетый в ремни капюшон.       — Мы уже опасались худшего, сегодня ночью собирались выходить вам навстречу. Что вас так задержало?       — Дамир Хорис, — Фермон легонько хлопнул Ласки по спине и продолжил путь в клан. Ласки послушно последовал за ним. Цефас, кстати говоря, происходившим здесь не был заинтересован с самого начала, должно быть, он был уже в клане.       — Мы повстречали маршала Синего Ордена, который готовил для нас капкан. Ласки с ним справился, но, к сожалению, рыцари успели оставить без дома нашего нового друга.       — Маршал? — у девушки слегка дрогнули ноги. — Сабля Мифеста?       — Да, он самый.       — Как же вам повезло… Сабля Мифеста, — девушка в ужасе прикрыла лицо рукой. — А будь там Меч…       — Будь там Меч Мифеста, Синий Орден потерял бы своего лучшего маршала, — Аскар говорил с этой девушкой довольно грубо, как суровый учитель с несмышлёным учеником. — Да, мы не смогли спасти деревню, к тому же серьёзно подставились, но Синий Орден потерял куда больше. Крупный отряд с целым маршалом. Дамиром, к сожалению, но всё же маршалом.       — Не знаю на что они рассчитывали, — Юстек в обнимочку с Алией прислонились к дереву чуть поодаль. — С нами был Господин Удача и несколько настоящих демонов, при любом раскладе шансов у них не было. Им стоило попытаться, но… Будем честны, будь Фермон там один, исход был бы такой же.       — Юстек! Бедную деревню вырезали бы до последнего человека! — возразила его невеста.       — Именно так, моя дорогая. Мы сделаем всё, что будет в наших силах, и их жертва не будет напрасной. Мы будем хранить о них память, как о героях, выступивших против настоящего маршала Синего Ордена.       — Идём, — Фасир хлопнул Огнислава по плечу, — это может продолжаться до ночи. А я просто ужасно голодный.       Они покинули образовавшийся круг, и только девушка с тёмными волосами и луком за спиной обратила на них внимание. Она тихонько проследовала за ними в шагах двадцати до самого Клана Тени.       Идти пришлось далеко. Особенно тяжело Огниславу далось болото. Оно было не такое уж вонючее, вот только от неосторожных шагов сапоги прилично затягивало. Фасир тем временем аккуратно перепрыгивал по твёрдым почвам и рассказывал про их удивительный лес. Оказывается, из-за сложно проходимой местности, служившей клану защитой, теням пришлось научиться передвигаться подобно белкам — искать ветви понадёжнее. Сейчас Огнислав был бы рад побыть повыше от болота. Хоть палкой в землю тыкать не пришлось, и на том спасибо.       И вот, они столкнулись лицом к лицу с высоким частоколом.       — Пришли. Тут вдоль стены. Извини, что не сразу ко входу. Мы шли по самой приличной дороге, а она выходит как раз сюда. Тоже хоть какая-то защита для клана, но вообще по большей части от зверей. В лесу много живности, и не всегда самой приятной. Видел, кстати, кого-нибудь пока мы шли? Я вот видел волка вдалеке, он пробегал между деревьев.       — Не видел. Если, конечно, не считать ту девушку, которая целилась в меня из лука.       Фасир тихонько посмеялся, оглядываясь на лес.       — Не расстраивайся из-за Хранителей, чуть позже ты всё поймёшь. Братец, всё хорошо?       Огнислав задумчиво оглядывал стену — старые брёвна, гнилые, покрытые мхом.       — Нормально. Просто, кажется, у меня дежа вю.       Фасир вывел их прямо к узкому проходу, шириной три — четыре человека.       Перед ними предстала обитель теней. Большой круг из стен, вдоль которых расположились низкие домики, все из дерева. Первые ряды стояли на земле. С деревянной крышей, покрытой корой и дёрном. Над ними, прямо над крышей удерживала второй ряд домов бревенчатая платформа. Этот, второй этаж домов выглядел поновее. Крыши у них были уже из деревянной черепицы.       В середине — множество одноэтажных зданий, какие-то деревянные навесы с длинными столами и здесь же большие глиняные печи. Здесь же стояли большие курятники и очень много загонов со скотом: овцы, козлики, и, кажется, Огнислав даже слышал мычание коровы. Как в таком густом лесу, да ещё и в такой сырости появились коровы, можно было только догадываться.       — Идём, нужно поговорить с Фермоном. Он живёт на втором этаже прямо напротив входа. Оттуда, кстати говоря, лучше всего видно клан.       — Он предложит тебе работу, — сзади появилась там самая девушка с чёрными волосами и луком, на этот раз, за спиной, — хочешь остаться, значит нужно работать. Кто не работает — не ест в столовой, жильё не занимает. Другими словами, здесь не живёт. Умеешь что-нибудь?       Огнислав вспомнил слова Артрис про «конюха без лошадей».       — Я работал в конюшне, но, возможно, смогу помочь и со скотом.       — Строить умеешь?       — Что?       — Срубить дерево, очистить от коры, перетащить сюда. У нас не хватает рук дома строить, а старые гниют от сырости.       — Я… наверное.       — Пф-ф — девушка совсем разочаровалась. — Вроде бы мужик, а уверенности как в еже.       — Как в еже?       — Да, когда в ежа палкой тычешь, он сворачивается калачиком, и будь что будет. Буквально всё как будто про тебя.       — Звучит довольно обидно.       — Обидно, что мастера своего дела помирают, а в клан на их место приходят люди, от которых толку нет. Деревня гниёт, лес без защиты. В итоге Клан Тени есть, но толку от него не больше чем от тебя.       — Слушай, — Фасир вступился за Огнислава, — парень один из нас, он только что потерял дом, дай ему шанс. Он подавлен, ранен, голоден, а ты ему про работу.       — Фасир, не нужно… — Огнислав уже хотел дать понять, что может постоять за себя, но получил ладонью по животу.       — Смотри, какой он стройный, высокий. Молодой! У нас мало таких. В конюшне работал, а значит, может что-то и про лошадей рассказать. Ты вот много о них знаешь?       — У них четыре копыта, и они людей перевозят, — девушка явно не собиралась давать этой теории шанса.       — А может быть, мы завтра узнаем, что у них ноги слабые, и что мы можем разом сбросить весь конный отряд Синего Ордена. Как тебе такое?       — Полный бред, — девушка осмотрела Огнислава, — но правда в том, что он молод. Кажется, чуть старше меня. Сколько тебе?       — Шестнадцать, почти семнадцать.       — Чуть старше. Но вот вопрос. Не стыдно тебе в шестнадцать то лет быть такой размазнёй?       — Идём, — Фасир схватил Огнислава за руку, — пусть говорит что угодно, она у нас задира.       Огнислав и Фасир быстро прошли сквозь клан. Особо ничего нового, загоны, курятники. Большая кузня, откуда равномерно доносится звон ударов тяжёлого молота. И люди в чёрных балахонах. Хотя бы без капюшонов. Людей совсем не много и, по большей части, люди старше сорока.       На второй этаж к дому Фермона вела лестница, довольно широкая, но не шире входа в клан. Фасир остановился перед дверью, и, откашлявшись, постучал три раза.       — Покровитель Фермон! Разрешите впустить Огнислава. Требуется обозначить ему жильё и род занятости.       — Впускай.       — Дверь легко открылось, она даже не была заперта. Фермон сидел за большим, определённо рабочим, столом и разглядывал карту. Увидев Огнислава, он её свернул и пригласил его присесть. Сам же отошёл к полочкам с противоположной стороны.       Огнислав вошёл в дом Покровителя. Дом был… крошечным. Одноместная кровать, стол, небольшого размера шкаф и полки, заставленные разными банками, а также оружие, висящее на стене — вот и всё, что было в доме живой легенды. В этом тесном помещении Фермон со своим ростом и широченными плечами, казался настоящим великаном.       — Садись, не стесняйся. Дом Покровителя не святое место, чувствуй тут себя как дома.       Огнислав сел за дубовый стол, измазанный в чернилах. Теперь парню стало ясно: помимо всех своих достижений, великий Фермон ещё и жуткий неряха. Сваленные в кучу карты, разбросанные гусиные перья на столе и под ним, и какое-то невообразимое количество запыленных банок то ли с вареньем, то ли с корнями каких-то растений. Огнислав готов был поспорить, что великий Покровитель не вскрыл ни одну из этих баночек после водружения на полку.       — Вот, перекуси, — Фермон протянул Огниславу миску с ягодами, — набрали мне мою мисочку, ждали всё-таки.       Сам же он сел на кровать, та затрещала под весом Покровителя.       — Подождёшь снаружи, Фасир? Как видишь, тут уже тесновато.       — Конечно, Фермон. Спокойной ночи, — Фасир поклонился и прикрыл дверь.       — Ну что, Огнислав, как тебе клан? Хорош, не правда ли?       — Он чем-то похож на мою деревню.       — Да уж. Как там мне сказал Ласки? Да, «забытая богом». Наш клан тоже, только он был не забыт, а спрятан, ото всех, даже от него, — Фермон посмеиваясь указал пальцем вверх. — Нас мало, и мы вынуждены прятаться. Говорят, Клан Тени — убийцы, прячущиеся в темноте, гроза Синего Ордена наравне с Домом Зверя. Но, как видишь, все слухи идут от леса, который мы заняли. «В лес не пройти, ведь «они» там кишат. Скоро им леса своего хватать не будет, и «они» выйдут чужие города завоёвывать», — Фермон расхохотался. — Нет, к сожалению, всё это лишь слухи, которые мы обязаны поддерживать. Мы ведь не хотим, чтобы Синий Орден прознал и привёл сюда армию рубить наш лес?       Огнислав уставился в пол. Не таким он ожидал увидеть клан с великим Покровителем во главе.       — Но клан ведь и вправду силён, — Огнислав задал вопрос с подозрением, будто Фермон его пытался обдурить.       — Верно.       — Хоть вас было немного, вы справились, дали отпор рыцарям в деревне. И лес свой защищаете до сих пор. Похоже вам хватает людей.       — Дело не в количестве, а в качестве. Клан Зверя, вот, полон до краёв своими людьми-зверьми. Но я тебя уверяю, заявись к нам весь их клан под чистую, во главе с Царём Зверей, они бы и половину леса не прошли.       — «Дело в качестве» это значит, тут все сильные?       — Ну, как сказать. Есть настоящие легенды, вроде Ласки. Да и что тут лукавить, меня, — Покровитель с гордостью похлопал себя по груди. — И остальные на что-то да способны! Мой отряд это лучшие, в нём наша основная сила. Есть ещё Хранители леса, но тут стоит объяснить: воин в Клане Тени зачастую не только воин, но и скотовод, и ремесленник, и земледелец. Когда-нибудь ты тоже будешь Хранителем. И кем-то ещё. И ещё кем-то. И, может быть, даже ещё кем-то. Впрочем, как тебе захочется.       — А кем Вам хочется, чтобы я был?       — Тенью, — Фермон ласково улыбнулся, — одним из нас.       Огнислав помолчал, снова оглядел комнату Покровителя. Взглянул на стену, где висело оружие — огромный меч в ножнах, рядом арбалет. А рядом с ними в углу — ведро и лопата.       — Я попробую. Но… — Огнислав с опаской глянул на Фермона. — Если я решу уйти?       — Дверь всегда открыта. На вход и на выход. Только у меня будет просьба — никому не рассказывай, что ты здесь видел. Потому что тебя здесь никогда и не было.       — И это всё?       — Мы пробовали жить по-разному, — Фермон с сожалением развёл руками. — Поняли только то, что без доверия никому из нас не выжить.       Огнислав кивнул. В сказанное сложно было поверить, но больше ему ничего не оставалось.       — Так значит, мне нужно выбрать работу?       — Завтра. А пока, Фасир проведёт тебя к новому дому, — Фермон встал с кровати. — Передай ему, что твой дом девятый на втором этаже. Постарайся не проспать завтрак, я пришлю к тебе кого-нибудь пригласить тебя за стол. Спокойной ночи.       «Девятый дом. И вправду, всё прям как дома».       — Спокойной ночи, господин Фермон.       — Просто Фермон, — Покровитель улыбнулся.       Фасир проводил Огнислава до девятого дома на втором этаже. Оказалось, этот дом построили совсем недавно. Он был достаточно просторный, даже кровать больше, чем у Фермона. В углу стоял шкаф, он был немного староват и совсем не вписывался в общий вид дома, тем не менее он был большой.       — Твой балахон в шкафу, надеюсь, он не будет слишком большой. Здесь это частая проблема.       — Он ведь кому-то раньше принадлежал?       — Ох… Это грустная история, уж точно не на ночь. Мне пора, завтра рано вставать. Отдыхай, Огнислав.       — Фасир, — тот уже выскочил за дверь и начал было её закрывать, но остановился. — Спасибо. За всё.       — Брось, мы ведь семья, — Фасир улыбнулся и захлопнул дверь.       А Огниславу предстояла бессонная ночь. За прошедшие дни он и так почти не спал, но сейчас, лёжа в этой комнате, анализируя всё то, что с ним случилось, то, где он сейчас находится… Сначала на него накатил страх, а спустя некоторое время, к нему прибавилось недавно ушедшее чувство одиночества. И где-то в глубине души он всё ещё надеялся, что с рассветом окажется в кровати своего дома, не разрушенного. Спустя какое-то время ему удалось провалиться в сон, затем он проснулся, затем снова провалился. По ощущениям раз сорок, и по итогу, он так и не вспомнил, сумел он уснуть или нет. Но в середине ночи, он всё-таки плюнул на это дело и решил немного посмотреть в окно, в надежде, что это хоть как-то даст ему успокоиться. Но, только выглянув из дома, он накинул свой балахон и вышел на улицу. Между его домом и соседним на стульчике сидела женщина. Она была уже далеко не молодой, хотя старушкой её тоже не хотелось бы называть.       — Доброй ночи Вам, — Огнислав чуть ли не прошептал это, боясь ненароком испугать её.       — Ох, доброй. Кто это тут у нас? — женщина внимательно осмотрела Огнислава с ног до головы. — Не видела Вас, не видела…       — Я пришёл вчера с Фермоном и его отрядом. Мою деревню разрушил Синий Орден. Так что, он предложил мне…       — Ах, да, да, да, мне что-то рассказывал об этом Юстек, припоминаю. Присядь, дорогой, — женщина взмахом руки подозвала Огнислава к себе.       Огнислав окинул взглядом платформу. Стульев не было, так что он сел прямо на её край и свесил ноги.       — Мифест никак не успокоится. Знаешь, и до этого его род был довольно жесток, но сейчас… Бедный мальчик зашёл слишком далеко.       — Бедный мальчик? Мифест? — Огнислав опешил от таких высказываний.       — О, да, у всего есть причины.       — И в чём же причина убивать людей?       — Кстати говоря, как тебя зовут, — женщина проигнорировала его слова.       — Огнислав, — он слегка помедлил, — рода я не знаю.       — Я понимаю тебя, Огнислав, прекрасно понимаю, что ты чувствуешь. А причины, это всегда дело сложное. Они могут идти от самого детства, и не всегда очевидны. Ты потерял дом. Мифест тоже когда-то потерял всю свою семью. Если ты узнаешь совершенно всё, то, если не сможешь простить его, хотя бы сможешь понять.       Огнислав не был настроен ни сочувствовать Мифесту, ни тем более прощать его, но мысль показалась ему интересной.       — Как Вас зовут?       — Зови меня как все, бабушка Заира, — женщина повернулась, растекаясь в доброй улыбке, а Огнислав, наконец, сумел разглядеть её глаза. Один из них был слеп, но светло-серый цвет зрачка только придавал женщине какой-то шарм.       — Бабушка Заира, скажите, кем тут можно работать?       — Работать? Тебе не нужно работать, что за глупости.       — Но Покровитель Фермон сказал, что это моя обязанность.       — А кто не работает, тот не ест? Знаешь, как я провожу время? Моя овощная грядка за стенами, я её обожаю. Слежу за ней, поливаю, строю оградку от зверей. У меня самые вкусные овощи в клане, потому что всё сделано с любовью. Мне уже тяжеловато работать с курятником, так что я отдала его своей подруге, она помоложе. И я много шью. Вот, посмотри, — Заира протянула Огниславу свою перчатку, она выглядела превосходно — идеально приталенная, со швом внутри, и сделана она была явно из балахона. — Неплохо для старушки, да? А что ты думаешь об этом? — Бабушка Заира привстала со стула, и продемонстрировала Огниславу своё чёрное платье в пол. Идеальное во всех смыслах. — Умеешь шить?       — Немного. У Сива… моего приёмного отца было много всяких нарядов, доспехов. Он всё делал сам, а я по возможности помогал.       — Как здорово, возможно мы научимся друг у друга чему-нибудь! — бабушка Заира тихонько засмеялась. Но, быстро заметила, что Огнислав не в настроении. — Что такое дорогой?       — Я потерял дорогих мне людей. Всех.       — Не по твоей вине, Огнислав.       — А здесь… кажется, меня ненавидят.       — Кто сказал?       — Есть люди, которые дали мне это понять, ещё в Хрустальне. А здесь, на меня обозлилась девушка. Чуть младше меня, тёмные длинные волосы. Знаете её?       — Конечно, это Тайга, дочь Фермона.       — Дочь Фермона?! — Огнислав подскочил на месте, и тут же вспомнил, как Фермон кричал на лес. — Получается, когда он кричал «тайга», он звал её?       — Ну конечно, он обращался к главному Хранителю. Тайга у нас молодец, везде первая, такая молодая, но способнее всех, кого я видела. Кроме того мальчика, Ласки. Он тоже, кстати, без рода. Ох, тяжёлая судьба у него была. Рос один одинёшенек. И преступником был. Но ничего, видишь, и он нашёл свой дом.       — Тайга такая молодая, но уже руководит Хранителями! Как такое возможно?       — О, это долгая история. У нас всех было тяжёлое время, которое очень повлияло на клан. Тайга тогда была совсем ребёнком и лишилась многих друзей. Она растёт на моих глазах, становится всё лучше и лучше, изо дня в день, до сих пор. Она каждый день выкладывается до изнеможения, чтобы когда-нибудь превзойти отца, самого Царя Зверей. Во всяком случае, она мне сама так сказала.       — Зачем ей это?       — А вот это уже она тебе сама скажет. Я и так много секретов выдала, она не будет довольна, — бабушка Заира захихикала и махнула рукой куда-то вниз. Огнислав лишь успел заметить, как кто-то скользнул за стены дома, — наша Хранительница молодец, не перестаёт за нами присматривать даже ночью. Ну, а наш долг в том, чтобы их работа не пропадала зря. Спокойной ночи, дорогой.       Заира поднялась со стула и направилась в соседний дом. Огнислав проводил её взглядом, затем оглядел клан. Было так тихо. И темно. Потому Огнислав и видел его так хорошо. Его дар чувствовался здесь сильнее. Хоть это и старые деревянные постройки посреди густого леса, была в них какая-то романтика. Бабушка Заира своим размеренным голосом его успокоила, и глаза начали, наконец, закрываться сами собой. Огнислав вернулся в свой дом, плюхнулся на кровать и уснул. До самого… нет, к сожалению, он проснулся гораздо раньше.       — Зюбзик.       — Что?       Огнислав приоткрыл глаза, над его кроватью стояла Тайга.       «Она что, вообще не спит?»       — Подъём, Зюбзик. Нужно показать тебе кое-что. Чем раньше, тем лучше.       Огнислав сел на кровать и кинул взгляд в окно. Солнце только начало подниматься. Интересно, она дала ему хоть пару часов поспать?       — Ладно, что ты хочешь мне показать?       — За мной, — Тайга быстрым шагом вышла из дома и повернула за угол. Огнислав проводил её взглядом, бросил взгляд на небо, смешивающее в себе всю палитру от огненно-красного до чёрного. Прикинул, какие шансы у него получить нагоняй, если он снова уляжется спать. По-видимому, они были внушительные — не прошло и минуты, как Тайга снова показалась в дверном разъёме.       — Зюбзик?       — Меня зовут Огнислав.       — Я так и сказала, — Тайга многозначительно показала пальцем на него, а затем на дверь.       Парню не оставалось ничего, кроме как повиноваться. Он снова надел балахон и спустился вниз под пристальным присмотром Тайги, словно она была его надзирателем. Девушка повела его через клан, а Огнислав решил не терять зря времени, расспрашивая по дороге о владельцах загонов. Получилась своего рода экскурсия, разве что немного жутковатая. Так он узнал, что Самир не только член личного отряда Фермона и Хранитель леса, но и разводчик свиней, а Аскар ко всем своим достижениям мастерски стрижёт овец. Остальной отряд также без дела не сидел: Урий и Волга, например, оказались охотниками клана, а Юстек местным кузнецом. Основной упор труда в клане, естественно, был на пищу. К удивлению Огнислава, Тайга оказалась болтуньей достойной Самира, разве что более грубой.       — Поднимаемся рано, животные ждать не любят. А семья тем более. Ртов голодных много, но, к счастью, накормить мы можем всех. Лишь бы только все работали на совесть.  — Скажи, а чем ты сама занимаешься? Кроме этого, — Огнислав указал на лук.       — Подловить решил? — Тайга недовольно буркнула. — Значит, думаешь, я лицемерка. Ну идём, посмотришь кто у нас тут бездарь, Бездарь.        Они вышли из клана и пошли вдоль стены. С другой стороны, чуть поодаль было болото. Как раз то, где они вчера шли с Фасиром. Наконец, стена закончилась и двое вышли в лес. Тайга повела их по истоптанной тропинке, на удивление сухой для здешней местности. И очень скоро они вышли к небольшому полю. Как видно, искусственному, так как со всех сторон его окружал густой лес. А на поле были многочисленные грядки, каждая из которых была окружена плотным деревянным забором.       — Тут кабаны водятся. Так что, выкручиваемся как можем. С погодой тоже, обычно не везёт, так что ставим парники. Но это тоже дело не простое. Так что, даже в таких мелочах приходится работать сообща, — пояснила Тайга. Она прошла вдоль первых двух грядок и тыкнула пальцем в третью. — Моя. А ещё я охотник, как и Волга. Можно сказать, она была моей наставницей, хотя и заслуга Ласки имеется. И это только малая часть того, что я делаю.       Огнислав осмотрел грядку — она была маленькая, вся наспех изрытая. Вместо стройных рядов кустиков, овощи росли кучкой. С другой стороны, внешне они выглядели здоровыми. Да и почва была сырая, за ней тоже явно ухаживали. Видимо, девушка не сильно заморачивалась по поводу эстетического вида своего огородика. В общем, Огнислав решил лишний раз не огорчать её, себе дороже.       — Извини, я не хотел тебя задеть. Я тебе верю. Я вообще не имел ввиду ничего подобного, просто мне было интересно.       — Я, я, я…       — Что?       — Поменьше говори «я». Бесит.       Девушка перелезла через забор и начала осматривать свой участок, всем видом давая понять, что Огнислав в данный момент ей совсем не интересен.       «Как же с ней сложно», — впервые в жизни Огнислав был вынужден через силу общаться с человеком. — «Ладно, в любом случае, если я хочу здесь остаться, нужно попробовать подружиться».       — Слушай, ты говорила, люди поднимаются тут рано, так?       — Я удивлена, что ты меня слушал, Зюбзик.       — Что за Зюбзик?       — А по звучанию непонятно?       — Меня зовут Огнислав, — парень старался соблюдать максимальное спокойствие. Она явно ждала провокации с его стороны, так что, потеря самообладания была бы сейчас фатальной. — И мне хотелось бы узнать, почему клан до сих пор спит, раз солнце уже показалось из-за горизонта. Мы так никого и не встретили, пока шли сюда. Как-то не очень складывается с тем, что ты мне рассказывала.       Девушка так и не обернулась, продолжив копаться в кустике. Но на вопрос ответила.       — А они и не спят.       — В смысле?       Тайга тяжело вздохнула, закатив голову, будто он доконал её расспросами.       — Ладно, Зюбзик, если хочешь знать, почему это «всё не так, как я тебе тут распиналась», тогда иди за мной. И не отставай. У меня тоже много дел.       Очень скоро они стояли на холме с другой стороны от клана. Тайга прижалась к дереву, обхватив себя руками, она слегка дрожала. Внизу, сквозь стволы деревьев Огнислав видел почти весь клан. Кто-то сидел на камнях, кто-то прижался к дереву. Одно было точно, все они здесь уже давно. Тени в своих чёрных балахонах стояли перед своим Покровителем, а тот монотонно читал речь. За Фермоном же вся полянка была усыпана надгробиями.       — Кладбище. Кто-то умер?       — Дом в который тебя поселили не просто так остался пустым. Там жил один человек, звали Мора. Хороший был человек, но его убил худший из врагов — его собственный организм.       — Какой ужас, от какой болезни он умер?!       — Не бойся, Зюбзик, — Тайга смотрела на него настолько презрительно, насколько была способна, — не заразно.       — Но почему его хоронят рано утром?       — Похоронили его давно, но отец обязан был прочитать речь. Вы ведь пришли под ночь, весь отряд долгое время не спал, им нужно была пара часов прийти в себя. Не переживай, никто не против, Мора уж тем более.       — Хорошо, последний вопрос. Извини, ты можешь не так понять. Ты здесь, а не с ними, почему?       Тайга смотрела куда-то вдаль, в противоположную сторону от кладбища. Только сейчас Огнислав понял, что она тоже горевала, но не из-за того, что это читалось у неё на лице. Напротив, лицо у неё было спокойное, почти умиротворённое. Но её сдал язык тела. Она впивалась своими тонкими пальцами в руки, словно пыталась сама себя обнять и успокоить.       — Я слишком часто теряла друзей. Семью. Уже знаю наперёд, что скажет отец, как он всех подбодрит. Я уже научилась переживать эту часть похорон внутри себя. Ты не подумай, я люблю всех этих людей, весь клан, и тех, кого с нами уже нет. Слишком люблю, чтобы стоять сейчас там с ними. Каждый раз меня разрывает изнутри. Я уже просто не могу.       Тайга перевела взгляд на Огнислава. Тот уже протянул руку, чтобы положить руку ей на плечо, поделиться своими переживаниями, и сказать, что понимает, что она чувствует. Но она схватила его кисть и крепко сжала. В её глазах был настоящий шторм ненависти, ведь она знала всё, что он хотел ей сказать, и не дай бог ему в этот момент открыть рот. Она проговорила это медленно, так что ближайшие ночи Огниславу слышалось это во снах, и виделось её лицо, омрачённое яростью, лишь только стоило ему закрыть глаза:       — Ты спрашивал у Заиры зачем мне быть сильной, Огнислав. Я главный Хранитель леса. И я собираюсь превзойти и своего отца и Царя Зверей, чтобы стать сильнейшим человеком на Бескрайней равнине. Хочешь знать, зачем мне это, Зюбзик? Я соберу собственную армию, возглавлю сильнейших людей равнины и сброшу Мифеста с его трона, и никто из моих друзей, из моей семьи больше не умрёт от его рук. И мне никогда больше не нужно будет стоять здесь, на этом кладбище.       Огнислав почувствовал, как его кисть отнимается. Он хотел было успокоить Тайгу, но кости стали уже хрустеть, и он смог ответить лишь: «ай-яй-яй-яй». Но стоило Тайге отпустить его покрасневшую руку, он понял, чего он сам хочет.       — Я тоже хочу! Я тоже хочу защитить своих близких. Очень, — Огнислав обхватил покрасневшую руку, осматривая её. — Фух, ну и сила у тебя, рука просто отнялась.       — Ты? — Тайга злостно ухмыльнулась. — Без шансов.       — Тебе просто говорить! — Огниславу, наконец, надоел этот фарс, он больше не собирался это выскочке его подкалывать. — У тебя есть клан, есть сильный отец, семья. Мне действительно жаль, что я не умею ничего, что я ничем не могу вам помочь, — Огнислав развёл руками, показывая своё худое, слабое тело, — Да, я не знаю, что мне делать! Я не такой как вы! По-твоему, это повод смеяться надо мной?!       Тайга смотрела на него ещё более разочарованно, чем раньше. Но Огнислав всё понимал. Не стоило, наверно, жаловаться хрупкой девушке младше него. Ей тоже было непросто.       — Я веду тебя сегодня куда-то в последний раз. И не вздумай у меня хотя бы обратно в клан попросить тебя отвести.       На этот раз идти пришлось далеко, в самую глубь леса. Огнислав по дороге успел и в тине увязнуть, и поймать собственным лицом пару веток. В общем, утро явно не задалось. Но Тайга была невозмутима. Она продолжала идти. До тех пор, пока они не вышли к водопаду. Не очень большому, всего около двадцати метров. Сейчас они стояли на его вершине, а вода под ними, разбрызгиваясь о камни, раскрывалась в прекрасный водяной веер. Удивительно в густом лесу было видеть такую мощную реку и такой прекрасный водопад. Водяной веер срывался в небольшое озеро, перетекающее дальше в реку. Огнислав хотел подойти к краю, поглядеть вниз, но Тайга его остановила.       — Особо не заглядывайся. Пока рано.       Она прошла по узкой тропинке вниз. Спустя непродолжительный спуск остановилась и подозвала парня к себе. Они укрылись за деревом на корточках, и Тайга указала пальцем на силуэт внизу, на берегу озера. Довольно худой мускулистый мужчина с голым торсом и длинным мечом с серебряной рукоятью. Это был Ласки.