ЧЕМПИОНЫ НА ЛЬДУ

***

- Куда ты летишь?! - Строгий голос Тутберидзе разносится по всей ледовой арене, отражаясь от каждой стены, - В голове считай восьмерки, если ты музыку не слышишь! Саша едет в сторону тренеров, положив обе ладошки на колени, в попытках привести дыхание в норму. Щеки полыхали от резкого контраста температур, а выбившиеся пряди неприятно липли к лицу. Она тормозит рядом с бортиком, упираясь в него руками и не поднимая взгляд на Тутберидзе и Розанова - именно они проводили вечернюю тренировку. Трусова так и не выяснила, как вышло, что Сергея Александровича так быстро взяли обратно, доверив ему личную подготовку некоторых спортсменок и помощь в постановке программ. Алёна переводила тему каждый раз, когда только слышала упоминание о нем, отговариваясь тем, что не общается с тренером на темы, не касающиеся фигурного катания. А спрашивать у Этери Георгиевны или Даниила Марковича было бы глупо, они точно не дадут ответ, но настойчиво посоветуют не лезть не в свое дело. - Объясни мне, ты опаздываешь куда-то? - Тутберидзе заглядывает в глаза своей спортсменки, выдерживая холодный взгляд. - Нет, - Трусова облизывает губы, сосредоточенно прикусывая нижнюю. Прогоны не шли от слова совсем, сначала она слетала с прыжков, а когда они все-таки получались, Саша срывала дорожки, никак не попадая в музыку. - Нет? Тогда что это сейчас было? На соревнованиях также кататься будешь? - Было ощущение, что тренер заглядывает прям в душу, поэтому взгляд Трусовой цеплялся за все, что угодно, кроме самой Тутберидзе. Она ненавидела, когда ее ругают. - Я старалась все четверные прыгнуть. - Прыгнула? - Женщина складывает ладони в замок, вытягивая руки вперед на столе. - Нет, - Она закусывает внутреннюю сторону щеки, все же поднимая взгляд на тренера. - Ну так ты еще и всю программу запорола, - Зрительный контакт сохраняется довольно долго, обычно Саша - единственная, кто выдерживает это, - Давай еще раз. Мышцы на ногах уже забиты от огромного количества попыток сделать элементы ультра-си. Хотелось бы скорее попасть к массажисту или хотя бы раскатать болевые точки специальным роликом. Передняя часть бедра горела уже на начальной точке, поэтому вторая часть произвольной далась ей намного сложнее и когда до конца оставалось не более тридцати секунд, музыка выключилась. Такое происходит только после очень болезненных падений или когда тренер крайне недоволен прокатом. - Ты еще хуже сделала! - Этери Георгиевна встала со стула, ближе подходя к бортику, - Зачем тебя тренировать, если ты ничего не исправляешь?! Трусова молча смотрит на тренера, пытаясь отдышаться. Сказать в ответ было нечего, в группе устали все, каждая спортсменка работала на пределе возможностей. Валиева хотела показать свой максимум в родном городе, ведь посмотреть на нее придут родственники и старые друзья, бывшие учителя и все, кто принимал участие в ее жизни. А четверной флип, как назло, получался раз через раз. И каждое падение на лед разжигало огонь внутри все сильнее и сильнее. Пальцы на руках покраснели, а ладошки стерлись в кровь из-за постоянного трения о шершавую поверхность льда. Очередное падение случается очень резко, после чего Камила благополучно улетает под борт, ударяясь всем телом. - Ты не сломала ничего? - Щербакова тормозит возле лежащей одногруппницы, тут же присаживаясь на корточки, - Все в порядке? - Да вроде все цело, - Валиева трет ушибленные локоть, осматривая собственное тело на наличие травм. - Давай осторожнее, завтра еще не Олимпиада, - Аня улыбается напоследок, прежде чем вернуться к собственной тренировке. На удивление, у Щербаковой все шло хорошо, и оба свои прогона она откатала идеально чисто. Вот у кого действительно тренировка не задалась, так это у Алёны. Точнее, она не задалась еще до того, как фигуристка вышла на лед. Перед калиткой она увидела, что крепление для шнурков на одном коньке отклеилось и пришлось присесть, чтобы затянуть заново. И как только Косторная подняла голову, чтобы ухватиться за бортик и встать, ей прямо в нос прилетели тяжелые пластиковые чехлы, оставленные лежать сверху. Из носа сразу хлынула кровь, пачкая темно-зеленую кофту. На переносице красовался розовый след, который к утру точно преобразится в синяк, а алая жидкость продолжала стекать по губам и подбородку. - Дайте салфетку, быстрее! - Алёна прижала руку в перчатке к подбородку, протискиваясь между аппаратурой к столу, за которым сидели тренеры. Розанов обернулся через плечо и когда увидел эту кровавую картину своими глазами, тут же потянулся к чьей-то оставленной салфетнице, протягивая девушке сразу несколько. - Что случилось? Упала? - Глейхенгауз перешагнул через тумбочку с проводами, подходя ближе к ученице, чтобы осмотреть травму. - Не, мне чехлами прилетело, - В своей манере Алёна растягивает гласные в конце слов, отчего звучит как персонаж из мультика. - Не сломала? - Даниил Маркович поворачивает ее к себе, осматривая. - Что сломала? - Она огромными глазами смотрит на тренера, не сразу соображая о чем ее спросили. - Чехлы, Алён, не сломала? - Даниил смеется, переглядываясь с улыбающейся и качающей головой Тутберидзе, - Нос цел, спрашиваю? - А, господи, - Косторная сама смеется со своей глупости, - Не, у меня сосуды просто слабые, чуть в нос - сразу кровавый потоп. - Иди посиди на скамейке, как остановится кровь, тогда выходи на лед, - Розанов отвлекся от программы Алисы, обращаясь к Алёнке. Девушка кивнула, отмечая про себя, что музыку, играющую из колонок, она уже где-то слышала.

***

- В каком смысле, вы отдали ей мою программу?! - Косторная непозволительно повышает голос и даже строгий взгляд Розанова не заставляет ее сбавить децибелы, - То есть, когда я просила оставить ее мне, Вы сказали, что музыка сильнее меня! А эта, - Алёна останавливается, пытаясь подобрать более приличное слово, чтобы назвать новенькую в группе. Ведь перед ней, помимо Сергея Александровича, который уже наслушался обширного лексикона фигуристки, стоял еще и Глейхенгауз, который удивлялся каждому тихо произнесенному нецензурному слову, - Алиса, - После долгой паузы все-таки выдает Алёна, будто бы выплевывая ее имя, что заставляет Розанова опустить глаза и скрыть улыбку, - Значит выдерживает эту программу, да? - Алён, это решение тренерского штаба, которое не должно оспариваться спортсменками, ты понимаешь? - Сергей Александрович складывает руки на груди, переглядываясь с Глейхенгаузом, который знал изначально, что такого концерта от Косторной не избежать. - А че Вы у Трусовой Круэллу не забрали? Алиса же у нас гениальная, она ни одного четверного не прыгает, но пять пятерных как ебанет! - Розанов уже не может сдержать улыбки, поэтому отворачивается в сторону, а вот глаза Глейхенгауза лезут на лоб. - Косторная, ты хоть чуть-чуть следи за тем, как и с кем ты разговариваешь, - Даниил Маркович строго посмотрел на ученицу, но смеющийся коллега пошатнул его образ серьезного тренера, - На прогон давай! - А мои программы на этот сезон еще пока никому не отдали? - Алёна закрывает за собой калитку, все еще не разрывая зрительного контакта с тренерами, а мимо быстро проносятся Валиева и новенькая. - Алён, - Розанов с улыбкой смотрит на ученицу, качая головой. Своенравности этой фигуристке уж точно не занимать.

***

- Кошмар, я ног вообще не чувствую, - Щербакова плюхается на свою половину кровати, даже не снимая с себя куртку и шапку, - Раскатывать новые коньки это ад. - А что со старыми? - Камила аккуратно вешает куртку на крючок, но она тут же срывается и падает на пол. - Представляешь, на флипе разлетелся ботинок, вдребезги, я думала я прорубь во льду прорублю, - Аня смотрит в потолок, пока Камила в третий раз поднимает куртку, вешает ее на крючок и она падает. Четвертый раз, - Ками, мне кажется, куртка все-таки не повиснет там, - Щербакова смеется, приподнимаясь на локтях. - Да блин, висела же до этого, - Валиева раздраженно вздыхает, но со стороны выглядит до жути мило, - Еще в Хрустальном разлетелся? - Да, вчера утром, и вот, приходится новые раскатывать, я уже все ноги пластырями заклеила, не помогают совсем, - Аня стягивает сапоги, а следом и носки, показывая плачевное состояние своих ног Камиле. - Так у меня силиконы есть, че ты не сказала? - Девушка раскрывает свой чемодан, нагинаясь, чтобы найти небольшую косметичку, - Ай, - Кряхтит, после того, как крышка чемодана начинает падать и бьет по макушке. А Щербакова усмехается себе под нос, пока бывшая юниорка борется с чемоданом, в попытке найти силиконовые кружочки, которые облегчают раскатывание коньков. - Вот, нашла! - С широкой улыбкой на лице, Ками протягивает подруге целый набор разных по форме и размеру силиконовых подкладок, - Я с ними гораздо легче раскатала последнюю пару. Аня благодарит одногруппницу, мысленно отмечая, что Валиева безумно напоминает ей Косторную, только пару лет назад. Когда она еще не научилась быть вредной и такой злюкой, как это было, например, с Алисой. И когда не спорила с тренерами по каждому пустяку. - Как ты, кстати? Не осталось синяков после того падения? - Аня невзначай интересуется, пока разбирает вещи в чемодане. Щербакова обожает порядок во всем, наверное, никто не видел, чтобы ее вещи небрежно валялись где-то на кровати или висели на спинке стула. А если и висели, то идеально сложенные. - На локте синяк, стремный такой, - Валиева выворачивает руку, чтобы показать гематому. Гибкость этой спортсменки действительно иногда поражала. - Ну, главное, что кости целы, - Аня хотела сказать что-то еще, но в дверь кто-то постучал. Сначала показалось, что это Этери Георгиевна, потому что два удара по деревянной двери были громкие и настойчивые. - Дверь откройте! Быстрее! - Голос Алёны раздался в коридоре, - Я сейчас уроню все! Валиева встает с кровати, чтобы впустить подругу в номер. Но как только дверь открывается, перед собой она видит пакеты с едой, различными играми и прочей ерундой, за которой не было видно саму Алёнку. - Ты ограбила супермаркет? - Камила стояла, рассматривая все эти пакеты, оказавшиеся на полу около ее ног. - Почти, это Морис притащил, сказал сегодня отмечаем начало тура, - Косторная тащила за собой по полу эти тяжеленные пакеты, чтобы положить напитки в небольшой холодильник. - А почему у нас? - Щербакова села на край кровати, наблюдая за подругой, которая разбирала весь ассортимент продуктового. Аня любила подобные вечеринки на сборах или шоу в других городах, когда вся команда собиралась у кого-то в номере и веселилась. Но обычно это проходило уже после успешно откатанных программ, когда можно было расслабиться. Да и обычно это происходило не в ее комнате. - Потому что парни на этаже с Этери Георгиевной, девчонки с родителями, а я делю номер с ворчащей пенсионеркой, которая скоро ляжет спать, - Алёна пожимает плечами, запихивая в холодильник бутылку шампанского. - Это алкоголь? - Аня ложится на локоть, - Нас убьют, Алён. - У тебя запрет на приближение к алкоголю? - Блондинка отвлекается, чтобы посмотреть на подругу, - Морис сказал, что кто-то из тех, кто постарше, хотят шампанское. Парники, наверное, они там все уже пенсионного возраста. - Ну, вечеринка - значит вечеринка, - Долго уговаривать Аню не приходится, обычно она за любую идею, - Пойду пока в душ схожу. Щербакова скрывается за дверью в ванную комнату, а Алёна поворачивается на Ками, играя бровями, за что тут же получает подушкой по голове. - Как негостеприимно, - Она театрально вздыхает, качая головой, - Ладно, ты пока тут разберись с остальным, а я пойду к своей старушке схожу, она там ноет, что все болит. - Ага, смотри там аккуратнее, а то уже где-то синяк над ключицей набила, - Валиева смеется, наблюдая за тем, как подруга резко поправляет кофту, которая оголила след, оставленный Трусовой. - Я споткнулась, - Обе смеются, прекрасно зная как все было на самом деле. - Ага, и упала на Трусову? - Ками говорит шепотом, чтобы Щербакова ненароком не услышала то, что не предназначается для ее ушей. - Меньше знаешь - крепче спишь, - Блондинка закатывает глаза, перешагивая через пакеты.

***

Саша лежала на своей кровати, после горячего душа. Она ненавидит такое, но Алёна заставила, ведь именно горячая вода хорошо расслабляет мышцы. Чрезмерно интенсивные тренировки и постоянные попытки квадов до жути забили мышцы спортсменки, настолько, что больно было даже двигаться. - Ну как, получше стало? - Алёнка забирается на край односпальной кровати, расположив одну руку на бедре девушки. - Немного, - По всей подушке были раскиданы влажные волосы Саши, - Принесешь массажную штуку из чемодана? - Косторная кивает. Она быстро находит ролик с шариками с шипами - незаменимая вещь в арсенале фигуриста. Пока Алёна топает обратно, Саша принимает сидячее положение, протягивая руку, чтобы взять массажер, но вместо этого девушка ставит одно колено на кровать, а второе перекидывает через ноги Трусовой, нависая сверху. - Ложись давай, поухаживаю за тобой, - Саша недоверчиво смотрит на свою девушку, но решает не спорить, сползая обратно на подушку, - По коже не больно? Может лучше штаны переоденешь? Трусова уже надела на себя пижаму с шортами и вставать с кровати точно не хотелось. - Не, давай так, - Алёна кивнула, слегка надавливая на ролик, прокатывая его по всему квадрицепсу спортсменки. Девушка внимательно следила за реакцией Саши, где-то надавливая довольно сильно, а где-то едва касаясь. Она сразу отметила, что мышцы действительно были настолько забиты, что на ощупь казались деревянными. - Ай, больно очень, - Трусова запищала, когда Алёна нажала на болевую точку, - Алён, больно! - Я знаю, надо размять, - Она убрала ролик, поглаживая это место ладошкой и аккуратно надавливая пальцами. Сама Алёна привыкла постоянно ходить на подобный массаж, потому примерно понимала что нужно делать, - Потерпи, котик. - Котик? - Саша вскидывает брови, - Это что-то новенькое. - Сейчас, ты ныть перестанешь, снова буду звать тебя просто Трусова, - Алёнка сильнее нажимает на больную точку и девушка дергается, морщась. Но, на удивление, болезненные ощущения действительно отступают и мышцы расслабляются.

***