ЧЕМПИОНЫ НА ЛЬДУ

***

- Какая бывшая? - Трусова тихо спрашивает, прикусывая нижнюю губу. Саша в тот момент молилась, чтобы Косторная знала эту историю лишь поверхностно, без всех подробностей, которые ей так сложно будет объяснить. Возможно, даже придется выслушать очередную порцию криков Алёны или ходить за ней хвостом весь день, извиняясь. В любом случае, скоро это станет ясно. - Ой, вот только дурочку из себя строить не нужно, - Алёна улыбается, отчего становится легче. Она точно не знает подробностей, - Анька проболталась, что я у тебя не первая, оказывается, - Она наигранно возмущается, с неизменной улыбкой на лице. И даже не замечает, как облегченно выдохнула Трусова в этот момент. Саша понимала, что их отношения сейчас настолько нестабильны, что любая ссора или недопонимание могут разрушить всё. - Она из моего класса, - Голос становится тише, на тот случай, если за дверью кто-то услышит их, - Мы не долго встречались, месяца три. Она мне помогала с контрольными, когда я ходила их сдавать. И, как-то всё закрутилось, а потом расстались, потому что она учится, я тренируюсь, виделись редко очень и, я не знаю, прогорело что-ли всё. - Я лучше? - Алёнка не была ревнивой и совершенно спокойно отреагировала на эту ситуацию. Поэтому, услышав необходимую информацию - просто начала шутить. - Некорректные вопросы задаете, Алёна Сергеевна, - Трусова смеётся, отползая от края балкона назад. Несмотря на безумно красивый вид, который открывался оттуда, страх высоты никуда не пропал. - Корректные, отвечай давай, - Косторная быстро поднимается на ноги, здоровой рукой хватает Сашу за рукав и, развернув её, впечатывает поясницей в металлическое ограждение балкона. Обе руки цепляются за перекладину с двух сторон от девушки, не давая ей возможности пройти. А у Трусовой аж мурашки от страха побежали. Позади - три этажа свободного полета, от которого её ограждают несколько металлических труб и руки Алёны. Наверное, это нездорово, что хрупким рукам она доверяет больше, чем прочной конструкции. - Алён, тут высоко, отпусти, - Она смотрит точно в глаза, стараясь контролировать участившееся дыхание, - Алён, мне страшно, пожалуйста. - Ты не упадешь, - Адреналин в крови бушует, то ли от осознания, что она стоит на открытом балконе, то ли от того, что в любой момент их могут увидеть, а лицо и руки Косторной непозволительно близко, совершенно не по-дружески, - Ответь, я лучше? - Ты серьезно? - Саша спрашивает шепотом, концентрируясь только на зеленых глазах Алёнки, потому что голова уже слишком сильно кружилась, - Для меня - самая лучшая. - Так-то лучше, - Косторная победно улыбается, убирая одну руку с ограждения и в ту же секунду Саша отлетает к стене, подальше от края. Трусова открывает пожарную дверь, чтобы вернуться в корпус, но её снова окликает Алёна. - Саш, - Девушка оборачивается, - А когда вы расстались с той девочкой? - Задолго до прошлогодних сборов. Косторная слышит то, что хотела, и успокаивается. А Трусова, отвернувшись, слегка хмурится. В мыслях только одно - "хоть бы не узнала правду".

***

Тренировка на свежем воздухе задалась не у всех, из-за жары выносить нагрузку было намного сложнее, а солнце неприятно припекало. В Новогорске так и не составили нормальное расписание, поэтому днем лёд отдали хоккеистам, а фигуристы, вынуждено, занимались офп и хореографией. В спортивных залах было так же жарко, как и на улице, но, в придачу, ещё и очень душно. Трусова плюхнулась на газон, открывая уже третью бутылку воды. Пот стекал по лбу, волосы неприятно липли, как и спортивная одежда. А на щеках, носу и плечах уже красовались красные пятна, потому что намазаться солнцезащитным кремом Саша не удосужилась. - Ты глянь, как Косторная херачит, - Артур уселся рядом, схватив из корзины бутылку воды, - У неё перелом пальцев открыл второе дыхание? А Алёнка, действительно, упорно работала над теми упражнениями, которые ей составил Розанов, учитывая её физическое состояние на данный момент. Однако, сам мужчина пока не вернулся в расположение спортивной базы, так как после столкновения с Трусовой пришлось ехать в больницу. - Не знаю, сама в шоке, - Саша усмехается себе под нос, бросая взгляд на девушку, которая активно приседала и высоко прыгала следом, - Она обычно устаёт ещё по дороге на тренировку. - Ты сейчас хорошо с Алёнкой общаешься? - Артур, как бы невзначай, спрашивает. - Ну да, нормально общаемся, - Делает самое убедительное лицо, - А что? Артур молчит несколько секунд, вырывая пару травинок и газона, на котором они сидели. Тренер юниоров, который гонял их с упражнениями на выносливость, отошёл за новой корзиной с водой, поэтому было время поговорить. - Не знаешь, есть у неё кто-то? - Девушка удивленно вскидывает брови, - Я не для себя интересуюсь. - А для кого? - Трусова старается выглядеть совершенно не заинтересовано, представляя, что ей задали вопрос не про Алёну, а про Усачеву или Хромых. - Ты сначала скажи, есть у неё кто-то или нет? - Ну, вроде как есть, я лично не интересовалась. Из всех, у кого можно было выведать эту информацию, Артур почему-то выбирает именно Сашу. Со стороны Косторная и Трусова выглядели как хорошие приятельницы, помирившиеся после крупной ссоры. И, несмотря на все подозрительные моменты, никто даже и не догадывался, что на самом деле происходило между ними. - Можешь точно узнать? Марк просил, - Парень останавливается, понимая, что как последняя болтушка проговорился, - Блять. - Марк, значит? - Трусова улыбается, - Втюрился в Алёнку нашу? - Саш, молю тебя, не говори ей, и, тем более, не спали меня, Маркуха мне голову снесет, - Артур серьезно уставился на подругу, которую ситуация только веселила. Она не переживала на счет Кондратюка, он воспитанный парень, который точно не полезет к её Алёне, если та сама того не захочет. Не поцелует против её воли, не даст пощёчину, не будет терроризировать, и ему не тридцать два. Но, всё-таки её ревнивая натура давала о себе знать, и она уже понимала, что когда они соберутся все вместе, она будет понемногу вскипать от взглядов Марка на Косторную. - Да не бойся, не скажу я никому.

***

- Я тебе сейчас такое расскажу, - Трусова встала рядом с Алёной, пока та складывала ложки и вилки на свой поднос в столовой. - О, сплетни, это я люблю, - Косторная ехидно улыбается, пока Саша берет её поднос с едой, так как гипс удваивает вероятность того, что он перевернется. Камила и Алёна за всё время сборов перевернули около пяти подносов, подкинув лишней работы уборщицам. И женщинам, которые работали на раздаче. До ковидных мер было гораздо удобнее, потому что спортсмены сами накладывали себе то, что хотели. - Ко мне на тренировке Артур подсел, - Саша усаживается на свой стул, - Узнавал, нет ли у нашей Алёнки Косторной ухажера. - Он перегрелся что-ли? - Фигуристка сидит с недоумевающим лицом, перемешивая суп, - И что ты ответила? - Сказала, что не знаю, но вроде кто-то есть. - Ну, да, вроде есть кто-то, - Алёнка смеется, пока пытается справиться с ложкой в левой руке, - А ему зачем это? - Маркуша интересуется. - Мне кажется, Марк что-то попутал, - Верить в то, что друг и коллега по льду испытывает симпатию совсем не хотелось, - Мы сопли высмаркивали в один платок, я не могу для него быть привлекательной после такого.

***

Камила, усевшись на край стола, разглагольствовала о каких-то глупостях, вроде сюжета Шрека и комочках в манной каше. В комнате открыто окно, выключен свет и слышно только жужжание насекомых на улице. Ну, и голос Валиевой. Щербакова давно потеряла суть её монолога, засмотревшись на красивые черты лица. Она отмечала, как забавно собираются брови домиком, когда она смеется или плачет, как широко и искренне она улыбается, как блестят глаза. Отсутствие Трусовой и Косторной, что случается не часто, только сильнее подтолкнуло Аню к тому, чтобы откинуть здравый смысл подальше и, преодолев расстояние, она застает Ками врасплох, врезаясь в неё губами. Щербакова целует мягко, робко, как обычно бывает во время первого поцелуя в жизни. Каждый раз, когда она целовала Валиеву, было ощущение, что это самый первый опыт. А Ками только спустя пару секунд отвечает, расположив ладошки на щеках Ани, вжимаясь в неё всем телом. Глаза закрыты, а руки на ощупь исследуют тела, иногда переходя границы дозволенного. Градус в помещении в один момент подлетает вверх, а кожа буквально горит, особенно в тех местах, которых касаются ладошки. Щербакова тянет край футболки своей девушки, а затем в наглую стягивает её, откидывая на кровать. Поцелуи переходят на шею, потом возвращаются обратно к губам, вздохи становятся рваными, дыхание учащенным и всё вокруг кружилось так, будто они выпили как минимум по бутылке шампанского. Тела обеих дрожат, руки цепляются друг за друга, а губы пульсируют от поцелуя. Ками выгибается, когда теплые пальцы проводят по обнаженной коже спины. - Ой, я помешала? - Они не услышали звук ключей, но как ошпаренные отлетели в разные стороны, когда услышали голос Косторной, - Извиняюсь, но у нас проблемка. - Что случилось? - Щербакова попыталась сделать вид, что ничего не было, но её опухшие губы, растрепанные волосы и помятая одежда выдавали её с головой. - У кого-то из гимнасток запрещенку нашли в вещах, сейчас всех проверять будут.