ЧЕМПИОНЫ НА ЛЬДУ

***

- Тань, скажи ей, что у неё две с половиной минуты, чтобы собрать шмотки и выбежать из дома, - Косторная смеётся, замечая на экране телефона, как Трусова носится из одной стороны комнаты в другую, складывая вещи в сумку. На звонок ей ответила подруга Саши, с которой Алёна уже успела подружиться за то время, когда они разговаривали по видеосвязи. Трусова уезжала в небольшую поездку с семьей перед контрольными прокатами, и связь они поддерживали только многочасовыми звонками. Таня и Алёна подписались друг на друга в инстаграме, отвечали друг другу на истории и иногда даже переписывались. - Ты точно не хочешь поехать с нами? - Алёна уточняет, но в этот момент телефон забирается Саша. - Она не хочет, - Трусова сначала говорит довольно грубо, но потом меняет тон голоса на более дружелюбный, - Всё, я буду через десять минут, прости что опаздываю. Впервые в жизни, Саша приехала позже всех, когда Косторная, вместе с отцом, Ками и Аней уже ждали её на парковке. Дорога до дачи заняла около одного часа, за то время Аня успела уснуть, Камила и Алёна ругались из-за музыки, а Трусова залипала в телефоне, изредка отвлекаясь на то, чтобы посмотреть в окно. - Я не включу Дмитриенко, отстань, - Алёна листала песни в своём плейлисте, пока с заднего сиденья до неё пыталась достучаться Валиева, - Ну ладно, вот ту песню можно. Косторная нашла тот трек, который нравился им обеим и на ближайшие четыре минуты бурные споры в машине прекратились. Отец девушки не решался влезать в диалог двух подростков, желая уже поскорее высадить их на даче и, на свой страх и риск, оставить на выходные, предоставленных самим себе. Мужчина оставил им несколько инструкций, по типу следить за костром, на ночь запирать дверь, не гулять в темное время суток, никакого алкоголя и дополнительно приглашенных гостей, в особенности мужского пола. Сергей доверил ключи Ане, посчитав её самой ответственной из всех и быстро уехал, сославшись на то, что ему срочно нужно на работу. - Ты чего такая загруженная? - Алёна обняла Сашу сзади, уткнувшись подбородком ей в плечо, - Случилось что-то? Трусова даже дернулась от неожиданности, отвлекаясь от своих мыслей. Аня и Камила были в доме, раскладывая свои вещи в комнате, которую Косторная им любезно предложила выбрать самим. Алёна с Сашей тем временем раскладывали еду на столе в беседке. - Просто задумалась, - Она улыбается, развернувшись лицом к девушке и обняв её за талию, - Я рада, что мы наконец-то проведем время вместе, без посторонних людей. - А как же эти птенчики? Что-то их долго нет, кстати. - Они не считаются посторонними, - Саша оглядывается по сторонам, - У вас тут есть соседи? - Есть, но вроде они уехали сейчас. - А видеонаблюдение? - Что ты задумала? - Косторная хитро улыбается, прищуривая глаза, - Видеонаблюдения тут нет. Трусова наклоняется, целуя уголок её губ, после чего замирает в ожидании дальнейших действий Алёны. А Косторная не двигается, только лишь ухмыляется, она знает как Сашу бесит, когда она не отвечает. Алёна чуть отстраняется, смотрит точно в глаза и сменяет ухмылку на самую наивную улыбку. Застает Трусову врасплох, когда резко подаётся вперёд и останавливается, как только дотрагивается до её губ своими. - Пойду схожу на кухню за тарелками, - Саша не успевает даже ничего понять, как девушка исчезает из её объятий, а следом и из поля зрения. Она глубоко вздыхает, закатывает глаза и качает головой, но всё же улыбается из-за этой глупой игры, которую Алёна затевает слишком часто. И каждый раз Трусова обещает себе, что в следующий раз не поведётся, точно выстоит перед этими зелёными глазами, может даже не бросит ни одного взгляда на её губы. Но каждый раз проигрывает всухую. - Я тебе говорю, я знаю как рубить дрова, - Саша расставляла еду из пакетов на столе, когда из дома вышли Аня и Камила, которые активно спорили о чём-то, - Меня дедушка научил. - Ками, это прекрасно, но сегодня никто ничего не будет рубить, - Щербакова старалась говорить спокойно, даже почти не закатывала глаза и не вздыхала от раздражения, - Не хватало ещё травму получить. - Ничего не случится, не бойся, - Валиева усаживается на стул в беседке, хватая со стола огурец, - Я попрошу Алёну помочь. - Тем более, вы вдвоём даже не приближаетесь к топору, поняла меня? - Аня говорила уже гораздо строже, стараясь даже не думать о том, что может произойти если дать им топор. - Поддерживаю, - Саша усмехается, откидывая волосы назад, - Папа Алёны показал где лежат готовые дрова, что вы там опять придумали? - Я хочу атмосферу похода, - Валиева тихо возмущается, смешно хмурит брови, чем вызывает улыбки девочек. - Тогда спи на улице, - Аня пожимает плечами, - Чем помочь, Саш? - Порежешь овощи? Камила, воодушевленная очередной поездкой на природу, наблюдала за тем, как фигуристки занимаются сервировкой стола и предлагала различные идеи, как можно разнообразить их отдых. Щербакова, с трудом сохраняя спокойствие, отвергала каждую идею, которая могла закончиться травмой, пожаром или уголовным сроком. - А где Алёна? - Трусова отвлекается, осматриваясь по сторонам, - Она минут десять назад за посудой ушла. Но именно в этот момент радостная Косторная вприпрыжку выбежала из дома, прижимая к груди несколько тарелок и телефон. Она с разбегу запрыгнула на ступеньку в беседке и, отложив тарелки на стол, оглядела всех подруг. - Девочки, похоже придется напиться сегодня, - Алёна заявляет официально и с широкой улыбкой на лице, но вызывает этим только непонимающие взгляды, - Розанов позвонил, пришли результаты теста. Я чистая. Валиева первая спрыгивает со стула, заключая подругу в крепкие объятия и крича несвязные вещи на ухо. Камила, наверное, больше остальных нервничала из-за ситуации с допингом и в этот момент она почувствовала, что вся история пришла к завершению и, более того, с самым приятным для неё и её близких людей исходом. Щербакова обнимает её следом, более сдержанно, раскачивает из стороны в сторону и шепчет поздравления. Не часто приходится радоваться тому, что подруга избежала дисквалификации из-за допинга. - Я рада, что всё закончилось, - Трусова говорит с улыбкой, прежде чем сложить руки на пояснице девушки. С Сашей Алёна обнимается гораздо дольше, прикрывает глаза и, наконец-то, выдыхает. Трусова была рядом с самого начала, верила в неё и не позволяла говорить и думать о плохом. Алёна все равно думала, по ночам, когда смотрела в потолок и представляла, как в последний раз приходит в Хрустальный, чтобы попрощаться и забрать все свои вещи, которые постоянно там забывала. Как сообщает тренерам и федерации о том, что завершает карьеру. Как пишет пост в инстаграме, где рассказывает придуманную историю о травме и о том, что "сказала в фигурном катании всё, что могла". Сейчас, когда она стоит в беседке, в лицо светит теплое осеннее солнце, Трусова крепко обнимает, а подруги шутят о чём-то, всё кажется правильным. Она, впервые за долгое время, может снова думать о предстоящих стартах, мечтать об Олимпиаде и не хоронить себя, как спортсменку. - Спасибо, - Косторная шепчет Саше на ухо, сильнее прижимаясь, прежде чем отстраниться. Трусова понимает, что это не просто благодарность за поздравления, поэтому кивает, улыбаясь и прикрывая глаза.

***

- Ань, пожалуйста, не рассказывай ей, - Саша облокотилась на дерево спиной, проводя кончиками пальцев по стакану с вином. Косторная и Валиева убедили их, что есть весомый повод выпить. Камила даже нашла в интернете статью о пользе белого вина, чтобы окончательно заверить фигуристок в том, что ничего страшного не произойдет. И вот, немного охмелевшие Щербакова и Трусова говорили по душам после двух бокалов, держа в руках третьи по счёту. А Косторная и Валиева, опьяневшие чуть больше, смеялись над глупыми шутками и пытались уследить за курицей, которую решили приготовить на гриле. - Саш, ты же понимаешь, что правда когда-нибудь вскроется? Лучше расскажи Алёне, она поймет, - Щербакова сделала ещё один глоток терпкой жидкости, - Если она узнает сама - это будет выглядеть очень плохо. - Что я ей скажу? Я даже не знаю как оправдаться. - Ты же не изменяла Алёне? - Щербакова спрашивает осторожно, совсем тихо и медленно. - Нет, конечно, - Ей кажется, что она даже протрезвела немного от такого вопроса, - Даже в мыслях такого ни разу не было. - Ну, вот с этого и начни, - Аня засматривается на гирлянду, которая украшала деревья на улице, огоньки мерцают в глазах ярче обычного, - Расскажи ей правду, пусть лучше от тебя узнает. - Я боюсь её реакции, - Саша знала, что Алёна не ревнивый человек и вполне адекватно реагирует на её общение с другими людьми, полностью доверяет. Но, тесное общение с бывшей девушкой - насколько это выходит за все рамки? Саша усугубила свою ситуацию тем, что в Новогорске, когда Косторная задала ей вопрос в лоб, вместо того, чтобы рассказать правду, она наврала на все вопросы, придумала такую историю, к которой нельзя бы было придраться. И Алёна поверила, у неё не было поводов для сомнения. - Саш, а как бы ты отреагировала, если бы на твоем месте была Алёна? Она молчит, впервые в жизни задумавшись об этом. Она никогда не представляла, что это её обманывают, ей недоговаривают и её вызовы сбрасывают, чтобы договорить с бывшей. По спине бежит холодок, тошнота подкатывает к горлу, а кровь приливает к лицу и становится слишком жарко. Она бы кричала, очень громко, произносила бы обидные вещи. Саша точно начала бы хватать её за запястья, кидаться вещами в стену, никак бы не отреагировала на слёзы Алёны, а она бы точно расплакалась. Трусова представляла её на своём месте, что всё это делала Косторная, а не она. - Я не хочу такой реакции, - Она, спустя некоторое время, отрицательно качает головой, уставившись в одну точку - в светильник - установленный в земле, - Ань, мы бы, наверное, расстались. - А что было бы хуже, если бы ты сама об этом узнала или, если бы она сама тебе рассказала? Щербакова, будучи под градусом, рассуждала гораздо взрослее, ведь, если бы не эти несколько бокалов вина, она бы точно сослалась на то, что не может сказать Трусовой, как ей стоит поступить, побоявшись дать неправильный совет. - Ань, я не знаю как мне рассказать, я не знаю, - Она тяжело вздыхает, прижимаясь макушкой к стволу дерева, - Я очень боюсь, что она захочет расстаться после того, как всё узнает. - Ну, мне кажется, Алёнка слишком сильно тебя любит, - Щербакова пожимает плечами и осушает стакан, - Выбери правильный момент и будь искренней. - Не говори Камиле, пожалуйста. Они всё друг другу рассказывают, а я хочу, чтобы Алёна узнала об этом от меня. - Хорошо, конечно, - Аня поджимает губы в легкой улыбке, приобнимая Сашу одной рукой, - Всё хорошо будет, сегодня не забивай себе этим голову. Трусова, вздыхая, улыбается. Она чувствует вину, ненавидит себя за то, что скрывает то, что давно должна была рассказать, то, что не должна была делать, будучи в отношениях. Они возвращаются в девочкам, которые сожгли курицу, забыв перевернуть её. Вернее даже сказать, просто забыли про курицу. Косторная и Валиева, по очереди, обвиняли друг друга, но правда была в том, что они благополучно засмотрелись на звезды, рассуждая о вселенной. - Ты сколько выпила? - Трусова улыбается, придерживая Алёну за спину, когда та вешается на её шею и заглядывает в глаза, своими - зелёными и особенно блестящими. - Четыре стаканчика. Они делят поцелуй с терпким привкусом вина и мятной жвачки. Алёна отстраняется каждые пять секунд, смотрит в глаза с широкой улыбкой, а потом снова врезается в губы. Ладошки горят, ноги слишком ватные и коленки подгинаются, но Трусова держит её достаточно крепко, чтобы не дать упасть. - Солнышко, - Косторная отстраняется и делает небольшую паузу, рассматривая черты лица Саши под светом луны и фонарей, - Я. Тебя. Она замолкает, переплетая пальцы их рук. Переминается с пятки на носок, хитро улыбается и выжидающе смотрит на Трусову. - Люблю? - Не, трахнуть хочу, - Она шепчет ей на ухо и смеётся, отстраняясь окончательно и направляясь к грилю, где о чём-то ворковали Ками и Аня. Они сидят на улице до самой ночи, наслаждаясь последними теплыми ночами. Разговаривают о будущем, вспоминают смешные истории из прошлого. Камила, по итогу, засыпает, уложив голову на колени Ане, и даже во сне не отпускает её руку, из-за чего Щербаковой приходится слушать шутки, отпущенные Косторной. Сама же Алёна, не стесняясь, размещается на коленях Трусовой. Она играется с замочком на молнии кофты Саши, периодически цепляя пальцами кожу на ключицах и шее. Когда часы показывают три ночи, они принимают решение разойтись по комнатам, долго будят Валиеву и втроем тащат её до комнаты, потому что сонная Ками согласная спать где угодно, в том числе на улице, лишь бы не трогали её. - Не спишь? - Алёна, которая проспорила Саше очередь в душ, вернулась в комнату с полотенцем на голове и в пижаме. - Тебя жду, - Трусова говорит тихим голосом, откидывая назад мокрые волосы. Косторная улыбается, поворачивая дверной замок, после чего её впечатывают в эту самую дверь лопатками, затыкают рот поцелуем, а руки уже оказываются под футболкой.