ЧЕМПИОНЫ НА ЛЬДУ

***

- Доброе утро, Алёнка, - Розанов бедром упирается в край стола с различными хлопьями, возле которого стояла сонная Косторная, лениво выбирая завтрак. - Доброе, - Она бросает взгляд на тренера, вздыхая, - Вообще не выспалась. За всю ночь она так и не сомкнула глаз, с каждым разом возвращаясь к теме, которая никак не хотела выходить из головы - её расставание с Трусовой. Алёна несколько раз была в шаге от того, чтобы подскочить с кровати и пойти к Саше в номер, хорошенечко врезать ей, а потом поцеловать, попросить всё вернуть и разреветься у неё на груди. Но здравый смысл твердил одно - у них всё полностью и бесповоротно кончено. - Помирились с Сашей? - Мужчина спрашивает это настолько обыденно, будто интересуется достаточно ли крепкий кофе сегодня приготовили на завтрак, а Косторная аж давится от неожиданного вопроса, - Ты чего? - Нет, - Она отрицательно качает головой, окончательно просыпаясь, - Не помирились. Она просто заходила поговорить. - Никогда бы не подумал, что увижу Трусову пьяной, - Они оба усмехаются, неловко поджимая губы. - Да, я тоже, - Алёна, наконец-то, заполнила тарелку хлопьями и молоком и, подхватив посуду в руки, развернулась на пятках, - Сядете со мной за один стол? Вы же хотели пресс конференцию обсудить. После утвердительного кивка они направляются к пустому столику возле окна. Ресторан отеля был практически пуст, потому что большинство спортсменов приходили в себя после бурного праздника в честь завершения произвольных программ у девушек. Желания отвечать на вопросы или даже слышать мнение тренера о непрофессионализме журналистов совершенно не было, хотелось просто съесть эти невкусные хлопья без сахара, а потом вернуться в свой номер, проведя остаток дня за просмотром какого-нибудь сериала. Алёна всё чаще с головой уходила в фильмы ужасов, чтобы хотя бы жуткие или мерзкие картины выбивали из головы образ бывшей. - Алён, ты же понимаешь, что его вопросы - это простая провокация? - Конечно понимаю, - Краем глаза она замечает знакомую фигуру возле входа, - Сергей Александрович, по мне уже столько раз проезжались все, кому не лень, я так привыкла к этим придиркам, что меня даже не задело это ни капельки. Отчасти это была правда, слова о том, что Косторная не заслуживает поездки на Олимпиаду, она слышала с самого начала сезона, когда стало ясно, что она одна из тех, на кого ставят ставки. Все, кто имел хоть какое-то влияние в мире фигурного катания, высказывались о том, что девочка, не владеющая четверными, не имеет никаких шансов на олимпийскую медаль. Россия поедет за золотом, серебром и бронзой, а наличие Косторной в тройке может разрушить планы. - Я очень надеюсь, что это не повлияет на твои прокаты на Европе, - Розанов вздыхает, упираясь подбородком на сложенные в замок ладони, а Алёна боковым зрением наблюдает за Трусовой, которая о чём-то мило беседует с Ритой, периодически касаясь ее предплечья ладошкой, - Потому что третье место на России, это ещё не гарант того, что квота твоя. - Сергей Александрович, я, как бы, планировала стать двукратной Чемпионкой Европы, так что откатать позорно я не могу себе позволить, - Косторная усмехается, смотря точно в глаза. Саша никогда не касалась других людей по собственному желанию, всегда держалась в стороне, лишь бы лишний раз не пришлось дотрагиваться. А сейчас её смех, точно наигранный, был слышен с соседнего столика. Обрывки фраз долетали до ушей Алёны и она непроизвольно морщилась, когда слышала, как Трусова рассказывает о планах на Новый Год.

***

- Сюда подойди! - Голос Тутберидзе разлетается по всей арене, когда на разминке Косторная падает с акселя и бьётся об борт, - Расскажи мне, ты бестолковая? Ты ногой мах не можешь нормальный сделать? Алёнушка, ты на Чемпионате Европы, а вот это позорище стыдно перед родителями показывать. - Я случайно, я сбилась на заходе, - Брови сводятся на переносице и она уже готова заплакать, переводя взгляд с Тутберидзе на Розанова и обратно. - Алён, расскажи мне, что случилось? - Этери Георгиевна упирается локтями на борт, буравя ученицу взглядом, - От Алёны Косторной, которую я знаю, тут нет ничего. Это размазня, у которой дрожат колени. - Всё хорошо, правда, просто не получилось. Я сейчас переделаю и всё будет чисто. - Алён, отлично, если будет чисто, но ты судьям вот так не подойдешь и не скажешь, что у тебя всё хорошо, ты сейчас чисто перекатаешь. Что делать будем, Алёнушка? - Я обещаю, во время проката я буду собрана. - Алён, - Розанов шумно вздыхает, мысленно подбирая слова, - Давай уберём тройной аксель? Пусть будет двойной, но ты его сделаешь. - Ну я обещаю, я сделаю всё во время проката! - Тройной убираем, - Этери Георгиевна говорит гораздо более строго, - У тебя из семи попыток - ноль удачных и два удара об борт, какой тебе триксель в программе? - Замечательно, буду бороться за почетное пятое место, - Злость закипает внутри, когда она недовольно закатывает глаза, отталкиваясь от борта. - Ты после короткой ещё попробуй подняться на пятое место, - Тутберидзе говорит ей в спину, раздраженно вздыхая. Она была уверенна в том, что Алёна - одна из самых талантливых фигуристок в России, по-особенному относилась к ней и прощала то, что не простила бы остальным спортсменкам. Женщина всегда ставила именно на Алёнку, даже несмотря на прыжки Трусовой, Щербаковой и Валиевой, в Косторной она видела что-то особенное. Тихо верила в то, что девчонка сможет собрать четверные, выдаст гениальные прокаты, но с каждым новым стартом она только разочаровывала. Единственное, что позволяло Этери Георгиевне всё так же верить в свою спортсменку - это то, как горели её глаза на льду и как искренне она расстраивалась каждый раз, когда что-то не получалось. Косторная завалила короткую на Чемпионате Европы. Упала прямо перед судьями, после чего с трудом поднялась, растеряв всё настроение проката. Она заняла седьмую позицию, что уже было неплохим результатом, но надежды на пьедестал рушились об отвратительную разминку перед произвольной. - Соберись, и сделай всё, что можешь, - Розанов держал её за обе ладони, стоя за бортом, - Твоё тело умеет всё, просто отключи ненужные мысли и проживи это время на льду. - Мах нормальный сделай, - Тутберидзе стояла рядом, строго посматривая на молодого тренера и ученицу, - И смотри не в лёд, а на судей. Косторная молча кивает, царапая лёд зубцами. Впереди несколько минут, от которых будет слишком многое зависеть, и это пугало и вдохновляло одновременно. - Не прыгнет? - Розанов обращается к главному тренеру, когда Косторная оказывается на достаточно большом расстоянии. - Нет, - Этери Георгиевна не отводит взгляд от Алёны, сложив руки на груди, - По ней видно, что сейчас завалит всё. И она падает с двух прыжков, отвратительно делает вращения и уходит со льда, не сумев сдержать слёзы. Одна из претенденток на Олимпийскую медаль, сидит рядом с отстранёнными тренерами, вытирая слёзы. Она видит свои баллы и место. Третья, а после неё ещё Трусова, Щербакова и несколько сильнейших спортсменок из других стран. - Ну и почему за пятое место не поборолась? - Тутберидзе спрашивает, вздыхая. - Потому что я слабое звено, - Косторная смотрит в пол, пока тренеры удивленно уставились на неё, - Видимо, это всё, на что я вообще способна, - Тутберидзе остается стоять на месте, пока Розанов быстрым шагом следует за спортсменкой, которая почти бегом неслась к раздевалкам. Её едва удалось уговорить пойти к спортсменкам, которые, на тот момент, были на первом и втором месте. Трусова была следующей и она с лёгкостью сдвинула троих, занимая диванчик посередине и встречаясь взглядом с Алёной, которая покидала арену, заплаканная и опустошенная. - Мне жаль, - Саша садится рядом в автобусе, замечая, что Алёна читает статью с не самыми приятными высказываниями в её сторону. Весь интернет был заполнен негодованием болельщиков, почему Косторная, с позорным катанием, отбирает шанс на Олимпийские Игры у более достойных соперниц, - Алён, не читай этот бред. - Это не бред, - Она отвечает тихо, - После такого надо заканчивать. - Ты что такое говоришь? Неудачный прокат - это ещё не крест на карьере. - Саш, я с тройного сальхова упала, о чём ты? Я на шестом месте. За окнами автобуса мелькали виды ночного города, в салоне горел приглушенный свет и спортсмены и тренеры тихо переговаривались, каждый о своём. - Не думала, что ты так легко сдашься, - Трусова пожимает плечами, вставая с кресла, а Косторная раздумывает всего пару секунд, прежде чем произносит фразу, которая заставляет Сашу замереть, а после сесть обратно. - Я тоже о многом не думала, но, как видишь, любая херня может произойти. - Ты про что? - Считай, что про фигурное катание.

***

До вылета в Красноярск одна ночь, которая точно будет бессонной. Алёна всё ещё не верила, что третья квота всё-таки досталась ей, потому что после Чемпионата Европы она была уверенна, что может вылететь даже из запаса. Да и, в целом, хотела уходить из спорта. Но первая тренировка в Хрустальном полностью поменяла всё, когда триксель снова стал стабильным, Тутберидзе практически не критиковала и, самое удивительное, один раз даже похвалила. На удочке всё чаще получался четверной сальхов, а вращения снова стали ставить всем в пример. - Мам, сделаешь чёрный чай? - Алёна лениво плюхнулась на стул, упираясь щекой на свою ладонь, - С сахаром. - Сделаю, - Женщина кивнула, доставая с верхней полки кружку с Микки Маусом, - Дочь, тебе Саша Трусова дозвониться не смогла, сказала у неё там какой-то вопрос по Красноярску, я так и не поняла какой. Ты ей перезвони, вдруг что-то срочное. - Она тебе позвонила? - Алёна удивлённо вскинула брови, - Странно, могла бы написать мне. - Ну не знаю, что у неё там, но ты набери. Номер Саши обычно всегда был где-то в "недавних", но в этот раз пришлось поискать его в контактах. Алёна несколько секунд молча смотрела на непривычное "Саша Трусова", после чего нажала на кнопку вызова и, подскочив со стула, направилась в свою комнату. - Алён? - Трусова ответила после трёх гудков, - Ты не занята? - Нет, - Она закрыла дверь, прижавшись к ней лопатками, - У тебя что-то срочное? Ты даже маме моей позвонила. - Я хочу поговорить. Хочу разобраться во всём, что было, до начала Олимпиады. - Саш, мне кажется, мы уже во всём разобрались. - Мне Аня рассказала о чём вы разговаривали, - Алёна нервно сглатывает, - Это правда? - Да.