ЧЕМПИОНЫ НА ЛЬДУ

***

- Алён, постой, - Валиева хватает её за локоть, утягивая к себе ближе, - Нужно поговорить. - О чём? - Объяснять причину её вчерашнего долгого отсутствия совершенно не хотелось, поэтому её тактикой была отстранённость и такой вид, будто она куда-то сильно спешит. - Сколько ты будешь игнорировать Аню? - Вопрос застаёт врасплох, настолько, что у Косторной непроизвольно раскрывается рот и брови сводятся на переносице. - Мне кажется, я ясно дала понять, что никакой дружбы между мной и Щербаковой больше и быть не может. Она моя соперница и на этом всё. - Она моя девушка, Алён, - Камила вздыхает, покачивая головой и упираясь руками в бока, - Я же стараюсь наладить общение с Сашей, почему ты такая упрямая? - Слушай, а ты бы смогла дружить с Трусовой, как ни в чем не бывало, если бы она скрывала от тебя, что Щербакова, не дай бог, тебе изменяет? - А ты бы, если узнала, что я изменяю, сразу бы побежала рассказывать Аньке? - Её словно окатило ледяной водой, потому что она ставила себя на место каждой, кроме самой Щербаковой. Смогла бы Алёна пойти и сдать свою лучшую подругу? Смогла бы своими словами влезть в отношения других людей и разрушить их? Смогла бы предать подругу? - Алён, я не оправдываю никого, тем более, я не обвиняю тебя. В той ситуации ты - единственная, на ком нет никакой вины. Но пойми Аню, она очень переживает, она беспокоится о тебе и о Саше. - Пусть о себе беспокоится, - Она фыркает, пытаясь обойти Валиеву, но та снова хватает за локоть, - Что ещё? - Чего ты как ежик иголки выпускаешь? Ты не такая, Алён, прекрати делать вид, что ты ненавидишь всех вокруг. - У меня сейчас лёд, Ками, я опаздываю. - Аня не виновата в том, что Саша обманывала тебя. - Слушай, Щербакова же хотела поступать на юридический, вот напомни ей про соучастие и про сокрытие. Нашелся, блять, девственный ангел, - Косторная вырывает руку из хватки, быстрым шагом удаляясь от подруги. - Замечательно поговорили…

***

- Алён, глубже садись, ну вообще на прямых ногах делаешь! - Крик Розанова заглушил звуки скольжения и хруст льда от зубцов на приземлениях, - Руки не забывай! Утренний лёд никогда не насчитывал много спортсменов, как и сейчас, на льду была Косторная с Сергеем Александровичем и Трусова, которая пропустила вечернюю тренировку. На новый сезон планка с пятью четверными не стала ниже, так что Саша уже начала вкатывать новую программу. Сырую, недоделанную и всё ещё не самую удобную для двух из пяти прыжков. - Серёж, мне неудобно здесь вообще, - Слух режет такое неформальное обращение и, больно прикусив губу, Трусова отъехала ещё дальше, почти прижимаясь к борту, - Я убиваюсь на дорожке этой, после неё аксель не идёт. - Алёнушка, значит надо в зале больше пахать, если из тебя дорожка третьего уровня все силы выжимает. - Я с перетяжки упала на раскатке. - Хочешь, я попрошу Веронику Игоревну тебя взять в группу для малышей? - Спасибо, сама как-нибудь, - Она натянуто улыбается, - Ещё раз с дорожки? - Давай с самого начала и потом на удочку. Трусова падала настолько много, что эти двое даже перестали обращать внимание. Она делала разные заходы на аксель, прыгала то в одной части катка, то в другой, ускорялась или, наоборот, делала слишком медленно. Каждая попытка заканчивалась падением на лёд, но она продолжала подниматься и, проматерившись себе под нос, начинала заново. Но в один момент удар об лёд получился громче остальных, коньки стукнулись друг об друга и Трусова, впервые, не спешила скорее подняться на ноги. - Саш, всё в порядке? - Алёна подъехала ближе, испуганно оглядывая её, - Саш? - Встать можешь? - Розанов подъехал следом, - Саша? Не раздумывая, Алёна плюхнулась на собственные колени, обхватывая руками плечи Трусовой и прижимая её к себе. В уголках глаз собирались слёзы и она, совершенно не сопротивляясь, прижалась к Косторной. - Головой ударилась? - Она кивает, - Господи, только сотряса не хватало, для полного счастья, - Алёна вздыхает, поглаживая её по макушке и виску, - Серёж, позовёшь врача? Я пока помогу ей встать и доехать до бортика. - Давай я помогу, а ты за врачом? Ты как на себе потащишь? - Серёж, поверь мне, - Она твёрдо смотрит в глаза, - Сходи за врачом, пожалуйста. Трусова всё ещё сидит на льду, слабо упирается руками в ноги Алёны и слушает её сердцебиение, которое повысилось то ли от тренировки, то ли от испуга. Она раскрылась в прыжке, не докрутила, в общем, сделала всё, чтобы падение было максимально болезненным. Группировка никак не помогла, поэтому следом после спины, об лёд ударилась и голова. В ушах стоял звон и шум, боль отдавалась в затылке и висках и в глазах немного темнело. - Саш, не переживай, всё хорошо будет, - Трусова чувствует мягкую и теплую кожу, она для неё сняла перчатки. Косторная никогда не выходила на лёд без перчаток, потому что кожа на руках сразу краснела и болела, - Солнышко, как будешь готова встать - скажи мне, я помогу. Очень больно? - Очень звенит в ушах, - Она говорит слишком тихо, жмурит глаза и сильнее прижимается к груди. Ткань спортивной кофты неприятно колет кожу щек, но Трусова даже и не думает отстраняться. - Не тошнит? - Отрицательно качает головой, - Давай попробуем медленно подняться? Или не готова ещё? - Голова кружится. - Сейчас придумаю на что тебя посадить, подожди секунду, - Косторная быстро подъезжает к калитке, тут же присматривая небольшой кусок пенопласта, который остался после тренировки малышей. Сидеть на льду - не самая лучшая идея, но и уехать к борту на своих двоих, даже с помощью Алёны, Саша бы не смогла. Поэтому, чтобы не простудиться, нужно было что-то срочно решать, так как Розанов всё ещё не появился на катке с врачом. - Так, садись на эту штуку, а я тебя дотащу, - Пенопласт здорово скользил по поверхности льда и, усадив на него Сашу, которая едва могла сидеть прямо, Косторная начала острожно толкать его в сторону калитки, - Как себя чувствуешь? - Всё кружится и в ушах звенит. - Саш, надо аккуратно встать и дойти до скамейки. Я тебя буду держать, постарайся не упасть, хорошо? - Да, - Косторная, разве что, не передвигала за Сашу её ноги, она крепко держала за талию, медленно вела к скамье и подбадривала.

***

- Если тебе сказали три дня лежать, значит будешь три дня лежать, че непонятного? - Алёна сидит на корточках возле кровати, вырисовывая пальцами узоры на висках девушки, - Давай ещё раз стукнись, чтобы точно сотряс был. - Хорошо, я отлежусь два дня. - Три! Саша, три дня! - Косторная всплескивает руками, после чего усаживается на колени, положив подбородок на подушку Трусовой, - Пожалуйста, сделай то, что тебе сказал врач. Это не рука и не нога, это голова, Саш. Она тебе ещё понадобится. - Ну, мне и рука с ногой, вроде как, немного нужны, - Она улыбается, игнорируя мерзкую ноющую боль в висках и затылке, - Спасибо, что помогла. - А ты что думала, я тебя там валяться на льду оставила бы? - Ну, ты осталась со мной, хотя могла бы оставить Розанова, а сама уйти за врачом. Могла бы не обнимать и не успокаивать. Так что, спасибо, правда. - Я бы не смогла поступить по-другому, - Она пожимает плечами, расплываясь в улыбке, - Я так испугалась за тебя, такое падение ужасное. - Теперь я знаю, как заезжать на аксель точно не надо, - Саша усмехается, тут же морщась от усилившейся, простреливающей боли. - Обратись к Розанову, он свежим взглядом посмотрит на твой прыжок и, может быть, поможет. - Я не пойду к нему, даже не надейся. - Ну и зря, - Косторная передразнивает и они обе заливаются смехом. Слишком давно не было так легко, слишком давно между ними не было напряжения, слишком давно Алёна не смотрела влюбленными глазами. Трусова подается вперед, заставая Косторную врасплох и, помедлив секунду, она врезается в её губы своими. Голова становится ещё тяжелее, а все чувства концентрируются на мягких и сладких губах. Она снова ест спрятанные по карманам виноградные конфеты. Руки обхватывают щеки и притягивают ближе, глаза периодически открываются, но только для того, чтобы убедиться - это всё по-настоящему. В следующую секунду распахивается дверь и Алёна практически отлетает к противоположной стене, спотыкаясь об кровать Камилы и усаживаясь на неё. - Что тут происходит? - Мать Саши стоит в дверях, глаза её бегают от дочери до не самой любимой спортсменки её группы и обратно, - Саша, потрудись объяснить, что это было? - Это не то, - Косторная первая открывает рот, но её тут же перебивают. - Рот свой закрой! И вон пошла! Я поговорю с тобой отдельно и только в присутствии тренеров! Взгляд Трусовой был совершенно растерянный и помочь ей Алёна в этой ситуации могла только тем, чтобы удалиться как можно скорее. Косторная пулей вылетела из их комнаты, с трясущимися руками и накатывающими слезами. Это не должно было случиться вот так. Это не должно было случиться с ними. - Серёж? - По-привычному, без стука, она влетает в его номер, - Мне срочно нужна твоя помощь. - Что случилось? Ты чего такая испуганная? - Мать Саши, она зашла в комнату, а мы, - Она останавливается, прикусывая внутреннюю сторону щеки и обреченно глядя в окно, - Мы целовались. Она увидела. Сейчас допрос Саше устраивает, меня выгнала, сказала со мной будет общаться только с тренерами. Серёж, пожалуйста, помоги, если остальные узнают, это конец. Серёж, это просто, блять, конец. - Так, а ну успокойся, - Мужские руки ложатся на плечи, слегка сжимая, - Мы сейчас пойдёт туда и всё решим, поняла? Она быстро качает головой, стирая с щеки проступившие слезы.

***

Крыша корпуса. Ярко-розовый закат. В воздухе сладковатый запах нагретого солнцем асфальта. - Я не понимаю, как мы могли так проебаться. Взять и не закрыть дверь. Зная, что с минуты на минуту приедет мать Саши. - Алён, что случилось - то случилось, не изводи себя за это, - Камила сидит рядом, прижав колени к груди, - А сама Саша как там? - Я не знаю, я боюсь подойти или сообщение написать. Её мама всё ещё где-то тут, я теперь на расстояние пушечного выстрела не подхожу. Спасибо Розанову, иначе это был бы апокалипсис. - Правда, очень повезло, что из тренеров сейчас здесь только он, - Валиева, покачивала головой, - Тебе сильно от неё прилетело вообще? - Я пообещала, что в новом сезоне поменяю тренерский штаб. - Алён, ты серьезно? - На контрасте с совершенно спокойной Косторной, Валиева выглядела так,словно ей сказали самую шокирующую вещь в её жизни. - Отчасти, да, - Она пожимает плечами, укладывая голову на свои колени, - Я после сборов объявлю, что останавливаю карьеру. - Алён, ты чего? Ты же в форме, у тебя триксель стабильный, ты сама говорила, что четверной сальхов приземлила без удочки, почему сейчас? - Прыгну четверной сальхов на шоу, - Она усмехается, тут же отводя глаза, лишь бы не заплакать, - Не хочу заканчивать карьеру, когда не буду попадать на пьедестал, не хочу быть жалкой.

***

- Дариныч, - Косторная протягивает, почесывая собаке за ухом, - Ты чего такая пузатая? - Так она беременная, скоро щенки будут, - Садовник, следящий за газоном, отвлекся от работы, наблюдая за тем, как вокруг местной собачки собрались спортсмены. - О, Ками, ты будешь роды принимать! - Алёна тихо посмеивается, пока подруга закатывает глаза. - Ты хочешь помимо родов, ещё и обморок?