Ты была права

      Жданов разговаривал с Викторией, как психиатр-криминалист общается с маньяком: тихо, вкрадчиво, чтобы не дай Бог не спугнуть, не встревожить и настроить на сотрудничество со следствием. — Я знаю, насколько в сложном положении ты оказалась. Ты пережила тяжёлый развод, вынуждена работать… в компании, где тебе приходится варить кофе, в то время как ты — прекрасный специалист… — Да! Да! — часто закивала Клочкова. — Я вообще-то училась два года в МГИМО! Я — не секретарша! — А человек, — сочувствующе кивая, иронично закончил Андрей. — Поэтому я и хочу, дорогая моя, решить все твои проблемы. А именно: заплатить по долгам, выкупить твою любимую машину, ну, и как специальный бонус, повысить тебе зарплату. Вика заерзала на стуле, будто танцевала ламбаду. На лице растянулась глупая улыбка, она раскраснелась и начала обмахивать себя льняной салфеткой. Видя ее щенячью радость, Андрей усмехнулся и, наконец, позволил себе расслабиться, выдохнуть и пригубить виски. Он, в принципе, этого и ожидал. Клочкова была связана по рукам и ногам, ежедневно получая ненавистные письма счастья в виде счетов за услуги и кредитки. Ключик к этой расточительной особе был прост и очевиден — деньги. И почему он раньше не додумался до этого? Ему удалось бы предотвратить ряд пакостей Воропаева, которые тот подкинул исподтишка не без участия этой алчной идиотки. Почему-то резко в голову пришла ассоциация между Викой и пушкинской старухой, которая сидела тридцать лет и три года у разбитого корыта и пряла свою пряжу, а тут бессовестно дорвалась до благодетели Золотой рыбки. И, как оказалось, эта ассоциация появилась неспроста. Интуиция порой была у Жданова отменная. — Знаешь что, Жданов. А я ведь не куплюсь на твои подачки! — ехидно щурясь, процедила сквозь зубы Клочкова. — Подачки? Родная, ты спишь и видишь, чтобы найти какого-нибудь клоуна, который отщипнет от своего денежного мешка эти самые подачки! — рассмеялся Андрей, прикуривая сигару. Он обычно не курил, но нервы сегодня штормило двенадцатью баллами по шкале Бофорта. Горький дым обволок гортань, глаза заслезились, и Андрей махнул официанту, чтобы заказать воды. — Андрюша, я ищу любовь! Я тебе не проститутка! Ты говори да не заговаривайся. Вот ты сейчас извиваешься как уж на сковородке, потому что Кира, когда узнает, отменит свадьбу. А еще… Самое главное… Она больше никогда не проголосует за тебя на совете. Да и твои родители тоже, узнав, на кого ты позарился, — Клочкова по-хабальски расхохоталась и приказала, подошедшему гарсону: — И шампанского! Самого дорогого! Пить ужасно хочется. «Чтоб ты захлебнулась!» — думал Андрей, глядя, как жадно Вика поглощает крупными глотками Rich Prosecco. — Ладно! Твои условия? — Ммм… Дай подумать… — Вика кокетливо подмигнула и, скрестив на груди руки, принялась размышлять вслух: — Во-первых, да, я хочу, чтобы ты исполнил всё то, о чем ты сам сказал. В общем, я не против, чтобы ты заплатил по моим долгам. — Спасибо, милая, — рявкнул с сарказмом Жданов. — А еще я хочу, чтобы ты купил мне дом и выписал ежемесячное содержание! От этих слов Жданов поперхнулся Боржоми и вытаращил на Клочкову налитые кровью глаза. — Что прости?! — Дом, Андрюш, дом. Но не в Москве. Здесь мне не подходит климат. Видишь, какие сухие руки. Мне подходит средиземноморский воздух. Я с удовольствием рассмотрю какой-нибудь особняк в одной из провинций на юге Франции. Лангедок, например. Иначе, сам понимаешь… — Ты… Да ты хоть понимаешь, что ты городишь?! Ты хоть знаешь, с кем ты имеешь дело? — Андрей пришел в ярость, с силой сдерживая клокотание горячей крови, которая уже подобралась к вискам и била набатом. — Да ты не отказывайся сразу. Мало ли… В общем, спасибо за ужин. Я поеду. У меня еще маникюр сегодня. А ты подумай, Андрюша, — полностью войдя в роль рассчетливой стервы, Вика наклонилась к Андрею и цинично поцеловала его в щеку, отчего Жданов готов был наплевать на все и вся и придушить прямо здесь эту змею. Заплатив по счету, Андрей вышел из «Ришелье» и, грустно повертев в руках мобильник, набрал номер Кати. После длительной череды гудков на другом конце провода раздался ее обеспокоенный голос: — Что-то случилось? Кира все узнала? — Катюш, успокойся. Я звоню просто так. Узнать, как ты. Ты натерпелась сегодня. — Я… Я не знаю… Мне очень страшно. Вдруг откроется правда о «Никамоде» и… — она чуть слышно всхлипнула, но Жданов расслышал. Как же эта девочка сильно переживала из-за всей их мошеннической эпопеи. Как же тяжело ей давалась эта ложь. И разве можно было ее такую подозревать в корысти и желании оставить их ни с чем, присвоив компанию себе. — Кать, я обещаю тебе! Я всё улажу. Ты мне веришь? — Верю, — пискнула она и явно смутилась, покраснела и неловко замялась. Андрей уже успел ее изучить и сейчас явно представлял перед собой ее по-детски неиспорченное лицо. — Вот и славно. Завтра жду вас на работе, Екатерина Валерьевна, а сейчас спокойной ночи. Он положил трубку и еще какое-то время стоял неподвижно, глядя на свой автомобиль. Куда сейчас ехать? Домой? На часах было только десять, да и вообще, вряд ли он смог бы сегодня уснуть. Ехать в «Аквамарин» или «Джингл» совершенно не улыбалось. Он был измотан, а появление там означало, что каждые пять минут ему предстоит слышать над ухом: «Андрюша! Какой сюрприз!» Когда-то ему очень нравилось пребывать в такой атмосфере, но не сегодня. В этот вечер хотелось уединения и незнакомого окружения, где его персона была бы никому не интересна. Решив оставить машину на парковке «Ришелье», Жданов пошел дальше по улице в поисках какого-нибудь не особо раскрученного заведения. Изучение московских дворов привело его к бару с громким названием «Русская рулетка». Помимо бара в нем располагались игровые автоматы и тотализатор. Жданов устроился за стойкой с кружкой тёмного нефильтрованного в руках и с увлечением наблюдал за стайкой мужчин, делающих ставки на выигрыш Спартака. Ему даже удалось расслабиться и переключить мозг на какие-то другие думы, потому что думать о проблемах в Зималетто уже не было сил. — О, Андрей Палыч! И вы здесь! Андрея окликнул неизвестный ему голос. Жданов очень удивился, ведь здесь он точно не ожидал встретить знакомых. Обернувшись, он увидел полного молодого человека, в котором узнал юриста «Никамоды» Бориса Филина. Он шёл с тремя кружками пива за столик чуть поодаль, где сидел его коллега — стропила Борис Рулин, а рядом с ним неизвестный Жданову щуплый птенец в нелепой растянутой кофте. — Интересная компания, — пробормотал Андрей с подозрением и решил поприветствовать молодых людей лично.