Много эпох спустя...

      На Бейкер-стрит Альберту приходиться возвратиться после раскрытия своей истинной личности. Он должен объяснить бедному Шерлоку Холмсу, как всё это работает, иначе он сойдёт с ума из-за непонимания, как подобное вовсе возможно. А также пообщаться с мисс Хадсон и доктором Ватсоном, раскрыть и им все карты, дабы они не сильно удивлялись дальнейшим событиям.       — О, это вы, господин Альберт, — двери ему вновь открывает мисс Хадсон, по всей видимости, ожидавшая его прихода. — Шерлок ожидает вас в гостиной. Проходите, а сейчас принесу чаю.       — Благодарю, и предлагаю вам присоединиться к нам. Доктора Ватсона, к слову, тоже буду очень рад видеть, — подмигивая, как бы заигрывая с несчастной женщиной, отвечает Альберт. Поднимается в гостиную, в мыслях делая пометку: персонажи Конан-Дойля разительно отличались от того, какими людьми они были на самом деле.       В гостиной его правда ждут: Шерлок расположился себе в кресле, размышляя над новым делом или думая о предстоящей беседе, которая будет довольно занимательной. Доктора Ватсона пока что не видать, но с ним они ещё обязательно пересекутся, куда ж они денутся, раз в одной квартире находятся.       — О, явился, — фыркает Холмс, приоткрывая глаза и жестом приглашает присесть за стол.       Всё было подготовлено к его приходу, поэтому теперь оставалось только дождаться мисс Хадсон с чаем, и можно было начинать. Как хорошо, что он сказал братьям, чтобы они сегодня не ждали его. Он не заставит их волноваться попусту, если вернётся относительно поздно, так что можно было вдоволь насладиться пребыванием в таком впечатляющем месте, как квартирка самого Шерлока Холмса. Не верилось даже, что в будущем она станет музеем, в который будут приезжать туристы со всего мира. Что является тоже удивительным, книги про путешествия Холмса будут выходить даже после смерти Конан-Дойля из-под пера многих его фанатов. Любопытно, чтобы на это сказали сами герои рассказов? Как печально, что с ними нельзя поделиться такой занимательной информацией, как бы ни хотелось.       Вскоре к ним подходит и доктор Ватсон, приветствует, знакомится с Альбертом, и присаживается рядом со своим другом. А там и мисс Хадсон с чаем подоспевает, ещё и сладости разные принесла, спасибо ей большое за это.       — Итак, я считаю, что мы можем начать, — Альберт обезоруживающе улыбается, непринуждённо тянется за своей чашкой. — Но сперва я хотел бы сказать, что мне проще было бы, если бы вы задавали мне интересующие вас вопросы. Помимо причины моего прошлого визита, — глазами опасно сверкает, давая Холмсу понять, чтобы даже не смел прикасаться к этой теме. Они потом поговорят об этом.       — Шерлок рассказал нам, что вы путешественник во времени, — неуверенно начинает Ватсон, не зная, с какой стороны лучше подойти. — Неужели вы правда можете запросто переместиться в любой отрезок времени?       — Да, в этом состоит моя работа: перемещаться во времени и предотвращать всевозможные события, которые могут уничтожить будущее, — Альберт достаёт свои карманные часы, передавая ценнейшую вещь в чужие руки. Он верит, что с ней будут обращаться осторожно. — В этом мне помогают эти часы.       — Тебе их кто-то подарил, не так ли? — уточняет Шерлок, бегло осматривая их и отдавая на растерзание любопытному Ватсону с мисс Хадсон.       — Да. Кажется, они достались мне от моих родителей.       — Значит, они тоже были путешественниками во времени? — задаёт вопрос мисс Хадсон, разглядывая интересный дизайн крышечки. Но ни от кого не укрывается, как гость их мрачнеет и грустнеет при упоминании родителей. Он с ними состоит в натянутых отношениях?       — Чего не знаю, того не знаю, — печально отвечает Альберт, вздыхает тяжело и делает глоток чая. — Я не виделся с ними, — коротко добавляет, отводя взгляд в окно.       Только вернее будет сказать, он даже никогда не слышал о собственных родителях и не имея ни единой догадки, кто это мог быть. Первое время у него было такое чувство, словно их не существовало в этом мире никогда, будто он был рождён из ничего. Но коротенькая записка и часы давали понять, что, нет, они определённо существуют, где-то в другом временном отрезке, они обязаны быть хоть где-то. Он хотел однажды с ними увидеться.       Шерлок решает на этот счёт тактично промолчать и не продолжать развивать тему родственников. По всей видимости, этот парень был сиротой, которого безответные папаша с мамашей бросили на произвол судьбы. Или они просто погибли в какой-то катастрофе, когда Альберт был совсем ребёнком? Всё может быть, но только это может подождать. Есть чуть более важные вопросы.       — Почему ты оказался именно в нашем времени? — задаёт важный вопрос Шерлок, готовиться внимать долгому и сложному объяснению, кто к чему. Или к мягкому отказу — тут как повезёт.       — Если бы я знал, моя работа упростилась в тысячи раз, — ободряюще улыбается Альберт, отгоняя от себя тоску. Он обязательно найдёт родителей, а пока стоило объяснить трём недоумевающим парам глаз, почему всё так, а не иначе. — Видите ли, эта коварная вещичка, — указывает на часы, — никогда не даёт мне информации, что конкретно от меня хотят. Я сам должен сориентироваться на месте, что от меня требуют и предотвратить это. Но не всегда понятно, что им от меня нужно, как в данном случае, поэтому порой на это нужно время.       — Значит, ты не знаешь, что именно должен изменить в этом времени?       — До недавних пор да. Сейчас у меня есть один вариант, что мне нужно сделать, и он касается моей просьбы. С ней, к сожалению, в одиночку я не смогу справиться, — после этих слов Шерлок кажется несколько раздражённым. Ещё бы, на него, по факту, скидывают чужую работу. Правда, что такого может случиться, если Уильям погибнет, он не представляет.       — Скажите, а вы можете рассказать нам что-нибудь о будущем? — пытливо интересуется мисс Хадсон. Признаться, Альберт ждать данного вопроса, об этом нюансе его новым знакомым нужно знать.       — К моему огорчению, нет. Я могу рассказать вам о том, что было когда-то, но не о том, что будет. Даже если я попытаюсь, для вас это будет выглядеть, будто я себе под нос что-то малопонятное говорю. Это такой себе барьер, — кто бы знал, как Альберт ненавидел это ограничение всей душой. Не только потому, что это усложняло работу, а потому, что выглядело это стороны немного странно. — К слову, к барьеру так же прилагается своеобразный переводчик. Все слова, которые есть в будущем, но отсутствуют в данном времени, он заменяет на нынешние аналоги, иначе они будут анахронизмами. Это работает довольно просто: в будущем будут очень популярны «смартфоны», — однако, вместо желанного «смартфоны», из уст вылетает всем понятное и ясное «телеграфы». — Я сказал телеграф верно? Но я имел в виду далеко не его, а устройство, что в будущем его заменит. Или, ещё как пример, в будущем будет много «электричек», — но этот меж временной и довольно удобный переводчик заменяет «электричку» на «скоростной поезд». — Сейчас я сказал вам слово, близкое по смыслу к тому, которое хотел.       Альберт знает, что это довольно сложно понять и представить, как это работает. Он сам долго не мог сработаться с этим переводчиком, но теперь, спустя годы работы, эта диковинка часто помогала ему в затруднённых. В конце концов, в отличии от барьера и неизвестности по поводу цели его миссий, переводчик помогал и спасал в затруднённых ситуациях, когда Альберт не мог припомнить нужного словца, но всегда знал, чем это является в будущем.       — Довольно запутанно, — признаётся Ватсон, и что-то вот не нравится Альберту эта крайняя задумчивость его. — Вы не против, если потом я напишу пару рассказов о ваших путешествиях!? — ой-ёй, и как такому воодушевлению и готовности браться за работу отказать?       — Давайте это отложим до лучших времён. К тому же Шерлок может обидеться, что его биограф вот так бросает его, — Холмс на это заявление прыскает там что-то и отворачивается. И все смеются над тем, как он свою ревность выражает, как не хочет, чтобы Джон переставал писать о нём и переключился на кого-то другого несмотря на то, что раньше говорил.       Дальнейшая беседа медленно начинает соскакивать с основной темы и причины, почему они вовсе собрались здесь. К счастью, времени у них полным-полно, они до ночи болтать могут.       Только мысли Альберта возвращаются к родителям. Может, он уже когда-то виделся с ними? Или, что было бы вершиной абсурда, сидят прямо перед ним, а он их не признаёт лишь потому, что раньше никогда не встречал. Однажды он обязательно попадёт в ту временную линию, из которой прибыл, в которой родился. Обязательно узнает, кем же являются его родители и устроит им долгий допрос, какого чёрта они бросили его. Почему сами не продолжили семейное дело, почему не объяснили толком ничего, почему имени своего даже в записке не подписали. У него миллион вопросов, которые некому задать. «Дорогой Альберт, Мы надеемся, что ты сохранил те карманные часы, которые мы доверили тебе. Они помогут тебе совладать и пользоваться твоим даром. Мы очень любим тебя несмотря на то, что вынуждены уйти. Не забывай этого. С любовь, твои Родители».