Hold my knife, it’s time (for me) to die

You have all the time in the world

Год спустя       — Сэр, для вас срочное заказное письмо!       Гарретт Мэллори тяжело вздыхает, потирая пальцами переносицу.       Важная мысль об очередной важной операции МИ-6 ускользает безвозвратно — покой ему, как всегда, только снится.       — Манипенни, кажется, я прошу вас стучать, прежде чем открывать дверь в мой кабинет. Даже если это срочно.       В дверном проеме показывается лицо Ив, которая виновато опускает взгляд вниз. На округлившийся живот.       — Прошу прощения, сэр. Это Эрин шалит.       М снова вздыхает, качая головой и давя так и норовящую слететь с плотно сжатых губ добрую усмешку.       Будучи главой внешней разведки, серьёзным мужчиной, способным одним взглядом пригвоздить к полу генерала или министра, он оказался категорически не способен отправить в давно заслуженный отпуск свою глубоко беременную секретаршу. У него даже нет для этого ни малейшего повода!       Живот, к концу шестого месяца откровенно заметный, совершенно не мешает Ив Манипенни выполнять трудовые обязанности, заботиться о наполнении чашек и бара босса и даже время от времени строить других секретарей их отдела. Кажется, энергии в ней стало только больше.       — Сэр, я принёс наработки по миссии ZX-21. Лично, как вы и просили, — Кью застывает за шаг от распахнутой двери, на пороге которой всё ещё стоит Манипенни.       — Ив, давайте сюда письмо. Спасибо, Кью, — получив оба конверта, М бегло осматривает их содержимое. — 007 пока не объявлялась?       — Нет, сэр. Она доложила об успешном завершении миссии и больше не выходила связь. Но GPS-датчик на астон мартине показывает, что она всё ещё в Италии...       — Случаем, не в Матере? — вскинув взгляд исподлобья, Мэллори целую секунду наслаждается нервной улыбкой Кью.       — Возможно, — квартирмейстер снова берёт себя в руки. — Может быть, у неё возникла личная необходимость...       Кивая и погружаясь в чтение, Гарретт Мэллори даже не сомневается в том, какая.

***

      — Эй!       Агент 007 неприкрыто возмущается, когда DB-5, обманчиво вильнув вправо, вдруг нагло вырывается вперёд.       Не желая сдаваться так быстро, Номи жмёт на газ, выравнивая позиции и ловя ухмылку из-под чёрных очков водителя в стекле напротив.       Но на очередном повороте серпантина, когда обе машины красиво уходят в занос, DB-5 снова увеличивает разрыв.       — Джеймс, может хватит лихачить? Я, конечно, уже смирилась с тем, что гонка между вами не закончится никогда, но Матильда может испугаться...       — Encore, papa! Encore! — смеётся тем временем подросшая девочка на заднем сиденье, подпрыгивая в своём кресле и, очевидно, наслаждаясь скоростью.       — Chut, chérie! Alors, papa ne va pas aller à la plage avec toi ce soir, — пытается пригрозить дочери Мадлен, поворачиваясь к Бонду. — Джеймс, пожалуйста.       Покачав головой, бывший агент 007 всё же сбрасывает скорость. Новая астон-мартин проносится мимо, и Джеймс успевает поймать недовольный оскал Номи сквозь тонированное стекло.       Что ж, на финише у их виллы придётся вновь объясняться за то, что поддался.       Старушка DB-5 плавно входит в повороты, бороздя пейзаж жаркого южноитальянского лета. И пусть в такую жару невероятно хочется прокатиться с ветерком, Джеймс больше не спешит. У них теперь есть всё время мира, которое не жалко потратить друг на друга. На семью.       — Papa, raconte-moi une histoire, — тянет с заднего сиденья заскучавшая Матильда, крепче обнимая любимого зайца и готовясь слушать.       — Хорошо, — Джеймс улыбается дочери в зеркало заднего вида. — Я расскажу тебе историю об одном человеке. Её звали Эрин. Эрин Эртон.

The End