Мой любимый враг

Вот уже который раз Ниэль корил себя за безрассудность. Конечно, дело, на которое он шел, было связано с неким риском… Да что там с неким? С прямой угрозой для жизни, если бы его подставили. И это произошло. Видимо, он плохо обработал клиента или же сам попался на его удочку. Но что гадать? Это уже произошло, и изменить что-либо было выше его сил. Сейчас же он был схвачен людьми, которых и стремился убить. Немного успокоившись, омега выдохнул. Что ж, из этой игры все равно только один выйдет победителем. И это будет уже не он. По крайней мере, он все сделал, чтобы осуществить свою месть. И частично ему это удалось. Что эти шавки могут без своего лидера? Рычать, тявкать, разорвать на части источник проблемы, но не больше. Им никогда не объединиться без того человека, что парень убил своими руками. Алистер… Парень припомнил своего возлюбленного, чувствуя, как к горлу подступил ком. Это уже стало привычной реакцией на воспоминания о погибшем любовнике. Ну почему именно он оказался убийцей его брата? Когда Ниэль втирался ему в доверие, он действовал холодно и расчетливо. Но потом… Он даже не понял, когда этот человек стал для него так много значить. На какой-то момент омега даже думал, что готов послать все к чертям из-за этого. Но обида оказалась сильнее. С самого детства брат был для него всем – родителем, другом, наставником… Да что там, центром всего мира! Он всегда опекал младшенького, не брезгуя ничем, чтобы раздобыть им кусок хлеба. Кто же знал, что ради этого он свяжется с мафией? Если бы парень только мог предположить, он бы отговорил его. Вот только, когда он узнал об этом, было уже слишком поздно. Его брат что-то не поделил с местным мафиози и оказался устранен, навеки обрекая Ниэля оставаться в одиночестве. Только память о том, как долго плакал юноша над телом самого близкого в этом жестоком мире человека, стала жить внутри молодого человека. Он больше не был собой и назвал бы себя ходячим трупом, если бы не цель, вдохнувшая в него жизнь. Он поклялся. Поклялся во что бы то ни стало отомстить за смерть лучшего из существующих людей. Кто же знал, что это окажется так непросто? Поняв, что он просто не может убить возлюбленного так просто, омега придумал план. Он подкрутил кое-что в машине, заранее спланировав взрыв. И сел в нее вместе с любимым. Парень твердо решил покончить с этим раз и навсегда, оборвав нити их жизней. Но все снова пошло наперекосяк. Когда дело касалось Алистера, все планы омеги летели к чертям. Он выжил, окончательно потеряв всякий смысл дышать и не понимая, что делать дальше. С новым лицом, с новым образом он стал жить, решив, что если так распорядилась судьба, значит, он еще не все сделал. Это и послужило основанием для продолжения исполнения мести. В этом огромном плане под названием «жизнь» случалось многое, но конечная цель оставалась неизменной. Цель, которой ему никогда не достигнуть. Юноша споткнулся, повиснув на руках у своих конвоиров, но выровнялся благодаря грубым толчкам в спину. С завязанными глазами оказалось сложнее двигаться, но ему пришлось. Выбора все равно не было. Ему придется предстать перед судом тех, кого не так давно он пытался убить. И видит Бог, он не мог назвать это несправедливостью. Молодой человек вошел вместе с сопровождением в какую-то комнату, о чем свидетельствовало наличие ковра под ногами и громкий хлопок двери за спиной. Запах полиграфической краски выдавал наличие книг и документов в этой комнате, но было что-то еще… Что-то до ужаса знакомое. Вот только что? Грубое движение, и с омеги сорвали повязку. Резкий свет ударил в его глаза, заставляя юношу жмуриться и шипеть от легкой боли. Он все же долго пробыл с завязанными глазами. Двое альф, что его охраняли, бесследно пропали, оставляя юношу в комнате с кем-то... Этот кто-то оставался в тени, исследуя лицо соперника. Незнакомец холодно осмотрел омегу, а затем едва заметно улыбнулся. Он долго следил за омежкой. Мужчина встал, и черные локоны скользнули по его рукам, которые усеяли шрамы. Легко ступая, альфа подходил к омеге, выходя из тени. - Давно мы с тобой не встречались, Ниэль, - усмехнулся он, а его бархатный голос эхом прошелся по залу. Парень вздрогнул. Этот голос… эта манера говорить, этот силуэт! Он знал все это так хорошо, что на какое-то время ему даже стало плохо. Словно призрак из прошлого навестил его. Вот только это оказался совсем не призрак, а самый настоящий реальный человек. Юноша еще раз закрыл и открыл глаза, опасаясь, что недостаток света сыграл с ним злую шутку. Но нет. Злую шутку с ним решила сыграть именно судьба. - Алистер? – недоверчиво выдохнул молодой человек, всматриваясь в лицо собеседника. Лицо, что он видел столько раз во снах, после которых просыпался в слезах. Маленькая слабость, оставшаяся небольшой тайной омеги и Винсента, однажды заставшего его в таком состоянии. Именно после этого они окончательно решили расстаться. Но не это было сейчас важно. Значение имело лишь то, что сейчас перед ним стоял человек, которого, как он думал, он умертвил несколько лет назад. - Смешно, не правда ли? Ты так желал, чтобы я умер. И так же сильно ты желал, чтобы я остался в живых, - усмехнулся альфа, убрав волосы за спину и улыбнувшись. - Что ж. Одну твою просьбу Бог услышал. Мужчина подошел ближе, не опасаясь ничего. Все его движения были пропитаны уверенностью, силой и решимостью. Он невесомо провел рукой по щеке бывшего любовника. Брюнет усмехнулся, оглядев личико собеседника. - И все же то лицо шло тебе больше, - покачал головой Алистер. Кожа омеги покрылась мурашками. Некогда он так любил, когда альфа так касался его. За этим всегда следовал легкий поцелуй и пожелание доброго утра. Но в этот раз юноше пришлось проснуться по другой причине. Они больше не были любовниками. Более того, если взглянуть на ситуацию трезво, можно было понять, что у мужчины не было ни одной причины оставлять его в живых. Ведь и сам Ниэль пытался его убить. Так почему Алистер должен щадить его? - У меня не было выбора. Я думал, что умру в той аварии, но просчитался. Едва не сгорел, но выжил. Впрочем, как и ты, - попытался сохранить лицо парень. Ведь такой реакции от него ждут? Как от мерзкого и подлого убийцы. Таким он и останется до конца, чтобы у его бывшего любовника не было причин колебаться и сожалеть. Молодой человек прекрасно знал, что такое печаль и не хотел этого для возлюбленного. – Удивительно, что ты узнал меня после всего. - Твой запах, поведение и голос, - улыбнулся альфа, отстранившись и поправив волосы. - Тем более, я слишком сильно тебя любил, чтобы так легко забыть. Брюнет отошел от него и стал пробегать пальцами по книжным полкам, которые стояли на стеллажах и ждали часа, когда кто-то вспомнит про их груз. Он был чертовски спокоен и невозмутим. Мужчина выжидал, мужчина был на охоте. - Наверняка, ты сейчас думаешь, что я собираюсь тебя убить? - поинтересовался Алистер, достав книжку в бордовом переплете. - А разве нет? У тебя нет причин оставлять меня в живых, ведь я не колебался в свое время, - сухо заметил юноша, не решаясь пройти внутрь. Он слишком хорошо понимал, что от него зависит, подарят ли ему быструю или же медленную и мучительную смерть. Конечно, он солгал. Омега колебался, прежде чем решиться, и колебался очень долго. Но ведь Алистер не знал об этом. Под конец он стал подозревать, что что-то не так, но не смог до конца понять, в чем дело. Это и погубило его. Почти. – Или же ты решил прежде поговорить? - Я решил тебя не убивать, - хмыкнул альфа, развернувшись к нему лицом. - После всего, что было... после тех мук и одиночества, что мне пришлось пережить. Я рад, что ты в порядке. Но это лишь заставит тебя еще сильнее мучиться. О, не-е-ет. Ты не умрешь, - покачал головой мужчина, подходя к омеге и сжав его подбородок пальцами, вздернув личико собеседника вверх. - Ты будешь мучиться каждую секунду жизни, видя, насколько я близок к тебе физически, и как далек от тебя духовно. По твоим глазам видно, что ты меня до сих пор любишь. - Это было ошибкой с моей стороны, - твердо заявил Ниэль, глядя в глаза возлюбленного и не решаясь даже шелохнуться. – Ты наверняка и сам понял, что я изначально пришел для того, чтобы убить тебя. Все остальное просто вышло из-под контроля. Но твой поступок не способна искупить даже эта привязанность. Я бы снова убил тебя, даже если бы обстоятельства изменились. Это снова было ложью. Омега сам не понимал, зачем провоцирует собеседника. Он столько раз думал над этим, столько слез пролил, столько мучился… и пришел к выводу, что не должен был этого делать, но считал, что вернуть время вспять было невозможно. Видимо, это стало еще одной ошибкой с его стороны. - Забавно, как ты стараешься меня убедить в обратном, когда твои губы молят о поцелуе... Я буду держать тебя вблизи. Ты будешь видеть меня, чувствовать меня... Всегда будет призрачный шанс меня убить, но ты этого никогда не сделаешь, - хмыкнул альфа, выдохнув в губы омеги. - Теперь ты моя игрушка. - Тебе так приятнее думать? – приподнял брови юноша, стараясь не реагировать на уловки мужчины. Однако губы стало приятно покалывать, напоминая о том, как долго и сильно он этого желал. Но сдаться сейчас значило бы проиграть все. А парень не мог этого допустить. – Ты живешь прошлым, Алистер. Но это не значит, что оно имеет какое-то значение для остальных. - Тогда почему ты им живешь? - спросил мужчина, прикрыв глаза. Он усмехнулся и заключил губы омеги в поцелуе. Другие ощущения. Другое лицо, но тот же омега... Они давно друг друга не видели, давно друг друга не касались... Но тело юноши все так же реагирует, подрагивая от легкого прикосновения. Мужчина ухмыльнулся. Значит, его план придет в действие. По щеке омеги против воли скатилась слеза, руша всю его оборону на корню. Скрывать свои чувства больше не было смысла, но и признавать их так просто он бы не стал. Так долго… так долго он желал знать, что Алистер все же выжил, почувствовать его присутствие, коснуться его губ… Но даже сейчас, когда все это осуществилось, Ниэль не почувствовал себя счастливым. Накопившееся чувство вины лишь сильнее навалилось на него. Так нежен с ним, несмотря на то, что юноша едва не отправил его на тот свет. Любовь к этому человеку душила его, даруя осознание того, что он недостоин всего этого. Уж лучше бы он умер тогда в машине, а альфа бы остался жить. Но в то же время молодой человек осознавал, что в таком случае убийца бы выжил и разгуливал на свободе, как прежде. Так что из этого было правильней? Мужчина отстранился, взглянув на юношу из-под ресниц и довольно усмехнувшись. Да, ради этого он и затеял это. Теперь настал черед альфы мстить. Правда... Неужели в нем не было ни одного чувства к этому омежке? Хоть сейчас он видел перед собой другое лицо, но внутри омега все тот же... Алистер отстранился, откашлявшись. - Теперь ты мой слуга. У тебя нет права умереть или сбежать. Если ты это сделаешь, я найду тебя и заставлю пройти все муки ада, которые созданы в твоей душе, - провел большим пальцем по приоткрытым губам Ниэля брюнет, нависнув над собеседником. - Что ты от меня хочешь? – отводя взгляд, спросил юноша. Ему было стыдно за собственную слабость. И он слишком хорошо понимал, что все это было спланировано Алистером. Альфа изначально добивался лишь этого? Странно было бы, если бы после случившегося он не вытравил бы оставшиеся чувства к омеге. Это было ненужно и лишь мешало бы мести. – Не думай, что я буду так просто помогать тебе. - Помогать? - посмеялся мужчина, а затем наклонился к его уху. - О, не-е-ет. Ты будешь моим любовником. Ночь за ночью я буду показывать тебе то, что ты променял на месть. То, что могло тебя ожидать. То, чего ты на самом деле хотел. И боль, что ты будешь испытывать каждый раз, - будет моей местью. - Ты этого не сделаешь, - прошипел омега. Сейчас он действительно понимал, что должен покинуть это место. В противном случае будет хуже. Но у него не было такой возможности. Эта месть была слишком жестокой. По сравнению с ней смерть казалась Божьим даром. Но вряд ли Алистер теперь позволит этому случиться. Слишком продуман был его план. - Я разве похож на шутника? - посмеялся мужчина, сжав подбородок юноши. - Я буду толкать тебя в пучину удовольствия и вырывать в грустную реальность. Ты сам меня подтолкнул к такому. Попытка убийства провалилась, и теперь я буду словно призрак рвать твое сердце, напоминая чего ты лишился. - Ты не оставляешь мне выбора, кроме как убить тебя вновь, - сощурился молодой человек, смотря прямо в глаза тому, кто собирался уничтожить его изнутри. Точнее закончить начатое. Сложившаяся ситуация и так измотала омегу, а Алистер же вознамерился лишь добить его. Но теперь он потерял кое-что еще. Он не смог отомстить за смерть брата. Лишь обрек себя на большие мучения. - Не волнуйся. Тебе понравится, - усмехнулся альфа, погладив омежку по щеке. - Я буду нежен. Как и тогда. Алистер отстранился, посмеявшись и позвав охрану. Те вошли молча и встали позади омеги. Мужчина дал им знак, чтобы те проводили Ниэля в его новые покои, где он станет его любовником и рабом. Юноша в последний раз бросил взгляд на того, кого так сильно любил. Почему судьба так насмехается над ним? Чем он заслужил столько мук? Но ответить на эти вопросы мог только он сам. - Упорство – не лучшая твоя черта, Алистер. Сдохнешь вместе со мной. Ради своей мести, - усмехнулся Ниэль, до последнего стараясь держаться. Он понимал, что попал в самую настоящую ловушку. Золотую клетку, из которой ему не выбраться. Это можно было сравнить с тем, как несчастного хомячка оставляют на съедение огромной змее. Он трясется и ожидает, когда его наконец съедят. А та лишь медлит, ползая в своем заточении и будто наслаждаясь тем, как быстро бьется его крохотное сердечко перед смертью. Итог один, но последствия совершенно разные. И юноша собирался встать поперек горла у этой змеи и прогрызть себе выход наружу, прежде чем его окончательно проглотят. Мужчина улыбнулся. Он знал, что играл с огнем. Он ведь тоже испытывал сильные чувства к омеге. И ничем не мог это скрыть. Алистер любил Ниэля. Поэтому он не мог его убить. Но отпустить его... Брюнет не мог просто так потерять омежку вновь. *** Молодой человек едва не оступился, когда его вновь втолкнули в комнату. На этот раз это была конечная остановка. Это было что-то вроде личных апартаментов: ванная комната, спальня и небольшая гостиная. Все, что нужно для жизни и относительной иллюзии свободы. Его личная камера, место заключения. Юноша осмотрелся. Значит, здесь ему придется коротать свои дни, прежде чем он найдет способ вырваться отсюда? Об убийстве возлюбленного речи идти не могло. Он не смог бы осуществить это второй раз. Слишком хорошо он помнил окровавленного Алистера рядом с собой, когда машину охватило пламя. Нет, это было выше его сил. А значит, нужно было искать пути отхода. Срочно, иначе все это обернется очень и очень плохо. Альфы не стали задерживаться в проходе. Они тут же исчезли, оставляя омежку на самого себя. Алистер обещал прийти к нему чуть позже, как только закончит свои дела. На самом деле брюнету надо было подумать. Все же... Те чувства, когда они были вместе, были реальными. Альфа действительно любил омегу и думал, что это взаимно. Хоть это было так, их история оказалась намного грустнее, чем в книгах. И сейчас... Сейчас альфа решил провести любовника через свою боль. Ниэль же воспользовался этой заминкой решив получше осмотреться. Окна. Нет, открыв окно и высунувшись вниз, он понял, что выбраться через эти небольшие источники света было практически невозможно. Дверь так же отпадала – куда он сунется с таким количеством охраны? Нет, можно было попытать счастья, но пока что он не был в таком отчаянии. Телефона в комнатах не наблюдалось, а потому связаться с Винсентом или Максом он был не в силах. Хотя, они бы ничем не смогли бы ему помочь. И сами увязли в таком дерьме, что на остальных у них явно не хватило бы сил. Парень вновь обежал комнату взглядом. Ладно, раз так, у него есть план. Месть сладка лишь до того момента, пока она имеет действие, а значит, все, что ему требовалось, - изобразить безразличие. Быть может, тогда Алистер остынет и либо отпустит, либо добьет его. Оба варианта были гораздо лучше того, что ждало омегу, если он сломается. Юноша рухнул в кресло, откинув голову назад и устало выдохнув. После сказанного альфой в спальню не тянуло вообще, а потому парень решил ненадолго обосноваться в гостиной. Благо у него была хоть такая возможность. Лучше было бы запереться в ванной, но тогда бы мужчина понял, что молодой человек избегает его и боится его мести. А это было совсем не на руку омеге. Алистер вскоре появился перед ним, тихо проскользнув в дверь словно призрак. Он навис над Ниэлем, вновь коснувшись пальцами его лица. Жаль. Сейчас перед ним будто бы другой омега. Но это лишь из-за пластики. Так в его любовнике ничего существенно не поменялось. Альфа так же ощущал желание смять бывшего в охапку и заставить его заходиться в сладких стонах. - Ты чертовски противный омега, знаешь ли? - улыбнулся брюнет. - А ты чертовски наглый альфа, - привычно огрызнулся уже начавший засыпать омега. – Отстань от трудовой гвардии. Из-за того, что юноша почти вырубился, он успел подзабыть, в какой ситуации находится. За последние дни он безумно устал, а потому его организм пользовался любой возможностью, чтобы выкроить хоть часок сна. Впрочем, даже опомнившись, парень решил не изменять выбранной манере поведения. Она была выгодна ему в сложившейся ситуации. Особенно не открывать глаза. Так он, по крайней мере, хоть на секунду мог заставить себя думать, что это всего лишь очередной его любовник, а не тот человек, которого он безумно любил столько лет. Алистер улыбнулся и подхватил его, относя в спальню и прижимая к себе. Пускай юноша поспит. Все же по бледной коже лица мужчина осознал, что его план мести должен начаться позже. Пускай любовник придет в себя и поспит. Альфа аккуратно опустил его на кровать, проведя ладонью по его щеке. Как же он давно желал этого... И придется теперь это делать из-за мести... Парень приоткрыл глаз, а затем снова его закрыл. Небольшая отсрочка в его случае была не так уж плоха. Значит, в Алистере все же еще теплились чувства к нему. Иначе, зачем ему медлить? Забота – это явное проявление чувств. В отличие от того же Макса, юноша хорошо понимал это. Он привык искать во всем выгоду. Но не будет ли от этого тяжелее его заключение? Тут ответа Ниэль не находил. Брюнет уложил любовника на кровать и укрыл его. Мужчина медленно вышел, усмехнувшись. До чего же он глуп, раз так себя ведет с тем, кто пытался его убить. Альфа вышел и отправился в свои покои. Надо найти в себе силы идти до конца. Ведь он столько боли испытал из-за того, что его предал самый близкий и любимый человек. С уходом любовника, юноша окончательно расслабился. Значит, его положение не столь безвыходное, как ему казалось. У него еще осталась возможность изменить хоть что-то. И упускать ее молодой человек не собирался. Но сейчас… сейчас он слишком хотел для этого спать. *** Следующий день Ниэль проклинал больше, чем предыдущий. Скука. Бесконечная скука и ожидание чего-то было для него настоящей пыткой. Здесь было даже нечего почитать, чтобы хоть как-то скоротать время. Он успел осмотреть буквально все. Ни один предмет в комнатах не остался для него неизученным. Мучимый бездельем он даже предпринял попытку выбраться, но где-то на середине пути он все-таки попался. Угроз Алистера о том, что в случае побега тот превратит его жизнь в ад, он не боялся. Можно подумать, в противном случае он оставит его в покое. А значит, парня ничего не останавливало на пути к его цели. Ну, кроме охраны, конечно, которая уже в третий раз возвращала его обратно. Алистер чинно приоткрыл двери комнаты и вошел внутрь, соблазнительно улыбаясь омеге. Ему уже доложили о попытках побега. Мужчина усмехнулся, поздоровавшись с любовником. - Как тебе твои покои? Тебе было небось одиноко? - спросил брюнет, проходя внутрь и садясь напротив бывшего. - Не больше, чем везде, - равнодушно отозвался юноша, не отрываясь от пересчета ниток в бахроме пледа. Занятие это было нудное, но альтернативы не наблюдалось, а потому омега решил развлечь себя хотя бы так. К тому же он придерживался образа равнодушного убийцы, лишенного чувств и эмоций. Так было значительно проще играть свою роль. – К тому же ребятки у тебя совсем не милые. Остановить меня, когда я уже вышел… Это жестоко, не находишь? - Да-да-да. Я специально таких нанял. Сколько бы ты ни пытался, тебя все равно будут возвращать назад ко мне, - улыбнулся мужчина, положив ногу на ногу. - Не волнуйся, я потом припомню тебе это. Брюнет оглядел любовника. Он пытается быть равнодушным? Но ничто не скроется от взора альфы. Он видел, как омега нервничает, как отводит взгляд... Он старается скрыть свои чувства к Алистеру? Глупый мальчишка. - Записать не забудь. Число и дату. Ты наивен, если полагаешь, что я не буду пытаться уйти вновь, - все же поднимая на альфу взгляд, заметил парень. Он держался холодно и решительно, хотя видел, что его бывшему любовнику прекрасно ясны его истинные чувства. Рано или поздно он начнет сомневаться. Ведь, правда? – Мне нечего делать рядом с тобой. - Неужели? Боюсь тебя опечалить, но ты мой, - улыбнулся Алистер, покачав головой. Мужчина встал и приблизился к омеге, нависая над ним и легко скользнув пальцами по его губам. Он ведь знал каждую его чувствительную точку, каждое место, при нажатии на которое омега начинал терять разум и желать альфу каждой крупицей своего тела. - Это иллюзия. И ты сам прекрасно об этом знаешь, - отвернувшись, отозвался омега. – Все то, что между нами было – мираж, который я так усердно создавал. А ты поверил. Но в реальности ничего этого не было, нет и никогда не будет. Юноша не боялся. Жестокие слова – это все, что у него осталось. Максимум, на который он был способен в таком положении. Пока еще был способен. - Раз это так, то тебе будет плевать на то, что я буду использовать твое тело в своих любовных утехах? - посмеялся мужчина, подхватив омежку на руки и унося его в спальню. Его руки бесстыдно скользнули по телу любовника, забираясь под его одежду и лаская чувствительные места. - Поймай кого-нибудь на улице и спроси у него то же самое. Я уверен, что ты получишь по морде, - поняв, что дело пахнет жареным, задергался омега. – Конечно я против! Парень старался максимально отстраниться, одергивая одежду и отпихивая руки бывшего любовника. Он прекрасно знал, что не устоит, если альфа продолжит в том же духе. Юноша только вчера узнал о том, что мужчина жив, а потому все еще был на эмоциях. Это играло не в его пользу. Алистер нагло его поцеловал, закрывая такой бесстыдный лживый ротик. Он сильнее прижал юношу к себе, сжав его ягодицы и надавив на копчик пальцами. Слишком хорошо брюнет помнил о слабых местах любовника. Слишком хорошо тот реагировал на касания альфы, что лишь доказывало то, что чувства все еще живы. Молодой человек попытался разорвать поцелуй, но у него ничего не выходило. В голове билась только одна мысль – «не отвечай!». Ни в коем случае нельзя было отвечать, иначе альфу уже ничего не остановит. Омега плотнее сжал губы, не позволяя мужчине продолжить. Дыхание предательски его подводило, но это все еще не мешало борьбе за свободу. Омежка решил лежать бревном до последнего. Рано или поздно Алистеру это все равно надоест. Но даже так те чувства, что мужчина вкладывал в поцелуи и прикосновения, болезненно ранили его. Он не пытался просто закрыться от любовника. Он пытался изо всех сил спрятать и без того израненную душу. Брюнет уложил тело юноши на перины, забираясь ладонями под его рубашку и переходя губами на его шею, осыпая ее поцелуями и оставляя после себя алые следы. Иногда мужчина прикусывал нежную кожу, желая полностью вкусить омегу. Ведь его любовник - самый лучший омежка на свете! Однако все сложилось так, что теперь им не суждено быть вместе. - Хватит, отпусти, - взмолился парень, старательно отгоняя от себя воспоминания о том, когда он с радостью принимал такие же поцелуи, с удовольствием отвечая на них и лаская тело мужчины. В такие моменты они будто сливались воедино, живя одними чувствами, одними эмоциями, одними мыслями на двоих. Разве что цели у них были разные. Но сейчас, когда это противоречие было устранено, казалось, единению мешало лишь бесконечное чувство вины, выжигавшее душу Ниэля все эти годы и теперь лишь разгоравшееся сильнее. Без всяких признаний он знал, что альфа по-прежнему любит его. Это было видно, это чувствовалось. Но юноша был недостоин этих чувств после всего, что он сделал. Ведь он едва его не убил. В происходящее было трудно поверить и омега предпочел бы думать, что бредит, находясь в ближайшей психушке, но все происходило взаправду. Как же это жестоко! Альфа скользнул пальцами по напряженным соскам юноши, невесомо их трогая и потирая. Мужчина облизнулся, прикусив нижнюю губу омеги и начиная ее посасывать. Какой же Ниэль соблазнительный. Даже сейчас, даже с другим лицом... - Я заставлю твое тело желать так, как оно не желало никого раньше, - прохрипел Алистер. - Зачем? – взглянув на мужчину слезящимися глазами, спросил парень. – Просто убей меня, и покончим с этим. Я не тот, кого ты должен был встретить. Так зачем тебе это? Юноша не мог сдержать дрожи, что прошла по его телу. Слишком хорошо альфа знал, где и как его надо касаться, чтобы довести до состояния, когда разум отказывал ему. А на смену разуму приходили чувства, которым омега не мог противостоять. - Разве это не самая превосходная месть? Ах, это чувство вины, - улыбнулся альфа, проведя языком по щеке возлюбленного и слизнув его слезинку. - Твое тело так дрожит от моих касаний. Особенно ты напряжен здесь, - заметил Алистер, надавив на пах любовника. - Тебе так нравиться издеваться надо мной даже после того, как ты отнял у меня самое дорогое? – едва сдержав стон, спросил молодой человек. Он не мог не прояснить это. Слишком давно его мучил этот вопрос. – Зачем ты вообще убил его? Парень не понимал мотивов альфы. Тот лишь дразнил его и мстил, не учитывая того, сколько боли и так принес омеге. Но Ниэль все еще пытался узнать, почему мужчина поступил именно так. Ему нужно было хоть что-то, чтобы хоть как-то его оправдать. - Вновь ты вспомнил своего братишку? Ах, Ниэль, Ниэль, Ниэль... Сколько раз я тебе говорил, что к его смерти я не имею ни малейшего отношения? Я не отдавал приказ, чтобы его убили. Я уже наказал тех, кто это сделал, - покачал головой альфа, улыбнувшись и прикусив вновь нижнюю губу омеги. - Но ты никогда меня не слушал. Ты верил не мне, а злым языкам. Юноша прикрыл глаза. Значит, он и вправду осекся… И чего это ему стоило? Омега до последнего думал, что если Алистер хоть как-то будет менять формулировку или сдастся его напору, его можно будет считать виновным. Но этого не произошло. Ни до этого, ни сейчас. А это означало, что он сам все разрушил и уничтожил свою жизнь. Поверив не тем людям, он почти изничтожил все, что было ему дорого. Но что ему теперь оставалось? Это означало лишь одно – он не знал, что теперь делать со свалившейся на него правдой. Парень убрал руку, которой до этого упирался в грудь мужчины, чтобы оттолкнуть его. Кажется, так ему и надо, а потому препятствовать альфе он больше не видел смысла. - Хороший мальчик, - ухмыльнулся Алистер, нависнув над любовником и захватывая его губы в длительный мягкий поцелуй. Мужчина вновь сжал ягодицы омеги, массируя их и прижимая ближе к себе. Брюнет легко вдавил пальцами ткань брюк омежки между его ягодиц, начиная активно потирать узенькое колечко мышц. Алистер был в курсе всех любовников своего партнера, но его это не волновало. Ведь он всегда знал, что тот верен только ему сердцем. Омега послушно ответил на поцелуй, посасывая губы мужчины и пытаясь не думать о том, почему так происходит. Так получилось и ладно. Если альфа этого хочет, юноша даст ему желаемое. Он был виноват перед ним. И не просто виноват. Ниэль как последняя свинья подставил и предал его. И осознание этого факта – все, что он заслужил. Его бесконечный ад, в который он теперь уже добровольно попал, позволяя растоптать то, что от него осталось. Алистер отстранился и взглянул в лицо любовника, ухмыльнувшись. Так быстро сдался? Мужчина начал стягивать одежду с любовника, вновь его целуя и лаская его губы и язык. В этот раз он заточит Ниэля в золотую клетку, сковав его чувствами, наслаждением и виной. - Тебе самому не противно? – хрипло выдохнул омега, зарываясь пальцами в его волосы и легко массируя кожу его головы. – Я предал тебя, хотел убить, спутывал твои карты, охотился на твоих людей… Юноша взглянул на любовника, понимая, что уже никуда не уйдет из этой комнаты. Незачем было. То, что заставляло его дышать все эти годы, испарилось, оставляя место лишь осознанию собственной никчемности и отвращению к себе. - Разве тебе не тяжелее всего знать, что я так же тебя касаюсь? И при этом ты не получишь меня полностью, - ухмыльнулся Алистер, стянув с омеги брюки и сжав плоть юноши. Брюнет начал плавно двигать рукой, заставляя тело любовника наливаться страстью. Альфа не шутил. До пика он доведет любовника, но вот сам его не будет достигать. Полноценного секса не будет. Тот закрыл глаза, полностью абстрагируясь от того, что его окружало. Так происходило всегда, когда Алистер касался его так, как сейчас. Юноша прикусил нижнюю губу, отворачиваясь и тем самым пряча лицо за копной волос. Лицо, которое ему никогда и не принадлежало. Впрочем, как и все в этом мире. Он понимал, что сдался слишком рано, но что он мог? Омега был загнан в угол, и ему не хотелось даже рычать на того, кто пришел по его душу. А все потому, что он понимал, что «охотник» имеет на это полное право. Алистер легко скользнул пальцами в анал парнишки, начиная ими двигать. Его язык зацепил возбужденный сосок, начиная его вылизывать и вдавливать в кожу. Свободной ладонью мужчина сжал плоть юноши, начиная ее лихорадочно надрачивать. Он доставит парню незабываемое удовольствие. Молодой человек застонал, слегка прогнувшись. Только Алистер мог его довести пальцами до такого состояния, до которого не мог довести никто другой при полноценном сексе. Юноша и не заметил, как заметался по простыням, совершенно теряясь в ощущениях, что дарило каждое новое прикосновение любовника. Он больше не просил остановиться. Только не тогда, когда его тело так жаждало альфу, как сейчас. Брюнет выдохнул на покрасневший сосок юноши и затолкнул в послушное тело еще несколько пальцев, растягивая узенькую дырочку. Края анала так сильно пульсировали и сжимали его пальцы. Алистер улыбнулся, начиная двигать пальцами быстрее, сжав зубами выпирающий кадык парня. Тот приоткрыл ротик, громко постанывая и закатывая глаза от удовольствия. Все, что его волновало еще пару секунд назад, отошло на второй план, уступая место совершенно иным чувствам. Юноше было немного стыдно осознавать, что источником его наслаждения были лишь пальцы возлюбленного, который, к слову, все еще был одет и явно не собирался уделять парню должное внимание. Впрочем, омега и не обольщался особо, даже видя, как топорщатся его брюки. Если он считал, что так правильнее, пусть так и будет. У Алистера были свои мотивы не переходить к главному блюду. Так что можно было потерпеть. Мужчина облизнул приоткрытые губы партнера, взглянув в его помутневшие глаза, и подарил еще один головокружительный поцелуй, наплевав на все. Его пальцы лишь быстрее задвигались сзади и спереди омеги, заставляя тело того наливаться экстазом. Это было пределом юноши. Он выгнулся дугой, выкрикивая имя любовника и бурно кончая. Парень и забыл, что способен испытывать нечто подобное. Еще ни один любовник после его возлюбленного не мог довести его до такого состояния. Видимо, наличие чувств все же играло определенную роль в этом. Ну, или альфа был таким гениальным любовником. Мужчина отстранился, облизав мокрые от чужих выделений пальцы. Алистер встал, отходя от любовника. - Я рад, что твое тело все еще помнит, каково это быть моим любовником, - улыбнулся альфа, посмотрев на партнера. - Оно куда честнее тебя. Но это еще не все. Не смей с собой что-то сделать. Это будет слишком обидно. Парень не ответил, закрывая глаза и чувствуя, как по щекам текут слезы. Обидно кому? Алистеру? О, нет. Даже если Ниэль и решится на что-то, от этого будет лучше всем. Он не умел ничего, да и не стремился ни к чему. Только все портил. На что он здесь? Сейчас юноша не стал бы ничего с собой делать. Пока он нужен альфе, чтобы тому стало легче, он будет дышать. А остальное… С этим можно будет разобраться позже. - Тебе принесут сюда поесть. Я зайду же чуть позже, - улыбнулся мужчина, поцеловав любовника и проведя пальцами по его щеке. - Не плачь. Ты же знаешь, как я не люблю, когда ты плачешь по пустякам. Алистер отстранился, еще раз коснувшись пальцами губ возлюбленного, и, быстро развернувшись, вышел из комнаты. Юноша свернулся калачиком на кровати, дрожа от слез, которые никак не желали останавливаться. Это было глупо. Так глупо! И почему он продолжает быть таким добрым? Омега не боялся смерти уже давно. Но то, что с ним происходило сейчас, было куда страшнее. Что может быть хуже, чем осознавать, что не заслуживаешь такого хорошего отношения? Это истинная мука. И конца ей не будет.