Пока цветет азалия

      — Я давно… — начал Йегер, но остановился, зажмурившись, собираясь с мыслями. — Давно хотел поцеловать тебя так, как тогда… В первый раз. Но… Это звучит странно и глупо. Наверное, не стоит говорить. Просто… — Прочистив горло, Эрен прижался губами к щеке Аккерман. Сперва даже как-то неловко. — Я до сих пор помню то Рождество. А ты? Глупость сказал, да?       Зачем вообще он решил вспомнить тот момент из детства? Почему именно он возник в памяти? Йегер всматривался в яркие глаза Микасы, в которых переливались все существующие цвета.       Слышно было плохо, так как ди-джей сменил композицию на более громкую и зажигательную, однако суть была ясна.       — Ну, охренеть теперь... — пробурчала Микаса, отводя свой взгляд в сторону. Вряд ли в таком шуме было ее слышно. — Я помню! — продолжила уже громче она.       Говорить больше ничего не хотелось, как и ждать. Алкоголь уже успел разнестись по крови, двигая вперед, подталкивая на действия. Эрен не хотел оттягивать момент. Впустив пальцы в волосы Микасы, он смял ее губы, прижимая к себе, задержав дыхание. Ощущался только вкус вишни — такой сладкий и приятный. Йегер провел языком по нижней губе Аккерман, затем оттянул своими на удивление мягкими и горячими. Толкнувшись внутрь, не встретив никакого сопротивления, Эрен остановился только на мгновение, позволив Микасе взять инициативу, давая волю действиям.       Руки переместились под его незаправленную рубашку, проводя по торсу вниз к ширинке. Однако до своей цели они так и не добрались. Она обняла его за талию. В пьяный мозг пришла одна глупая идея, которую Микаса, не раздумывая, воплотила в жизнь, звонко шлепнув Йегера по заднице.       — Аккерман, я тебя узнать не могу. — Эрен изогнул бровь и быстро облизнул губы. — Но мне безумно нравится. Ты невероятная.       Было уже плевать настолько, что, чуть приподняв указательным пальцем край платья, Эрен позволил себе проникнуть под ткань ладонью. Медленно, словно изучая и запоминая каждый миллиметр тела Микасы. Нащупав тонкое кружево, Йегер шумно выдохнул в губы Аккерман, вновь накрывая их своими, приоткрывая языком, проводя им неторопливо по верхней десне, затем продвигаясь дальше по нёбу, опускаясь и подцепляя ее язык. Губы горели, а внизу живота бешено начало биться возбуждение, которое все еще Эрен мог контролировать, пусть и с трудом.       — Я просто пьяная, и ты знаешь, как алкоголь на меня влияет. Не ври, — оторвавшись от поцелуя, выпалила Аккерман. — И знаешь что? Я иду пить дальше. Вместе с твоей кредиткой, которую стащила. И я знаю пин-код.       Помахав перед его лицом пластиковым прямоугольником, Аккерман направилась в сторону бара.       Глухо рассмеявшись, даже с некой обидой, Йегер замешкался, переваривая произошедшее. Нет. Просто так целоваться, пусть и после двух коктейлей, а после уйти? Это точно не могло быть каким-то совпадением. Эрен едва успел пригладить волосы, чтобы последовать за Микасой, но перед ним возникла та самая Сильвия, которая и дала пригласительные. Это было настолько внезапно, что он едва ли не смел ее со своего пути.       — Это невозможно! Вы здесь. — Она говорила с явным акцентом, путая произношение, но суть была ясна даже подвыпившему Эрену. — Сам Эрен Йегер. — Тонкие пальцы вцепились в его запястье, мешая двинуться дальше. — Такая честь. И, знаете, люди ведь всякое говорят.       — А было похоже, что мне до этого есть дело? — фыркнул Эрен, не улавливая сути разговора. Безусловно. Жгучая испанка могла пробудить желание, соблазняла красотой и странным акцентом, только сейчас Йегер мог думать о той, что ловко провела его с кредиткой. Нет, ему не было жаль денег. Он бы и так все оплатил сам, но…       — Нет-нет, — вырвала его из мыслей Сильвия. — Просто понимаю, что вы так красиво выглядите с той девушкой и… Вам бы ее растормошить. Дать отвлечься. — Женские пальчики прошлись по торсу Йегера, направляясь к пряжке ремня, но Эрен крепко сжал запястья Сильвии.       — Еще раз. Что надо? Не верю в бескорыстную помощь, — прорычал он.       — Две улетные штучки для секса. — Эрен только изогнул бровь. Он прекрасно понял, о чем говорила Сильвия. — Хотя, если она откажется, вы всегда можете найти меня.

***

      — Мика. — Эрен подошел сзади к Микасе и устроил подбородок на ее плече, зарываясь носом в ее волосы. — Будет слишком болеть голова от такого количества. И я… — Его рука незаметно скользнула по плечу, груди и, задержавшись на этом месте, замерла на животе, обдавая жаром. — Хочу поскорее убраться отсюда. Вдвоем. Скажи, ты ведь хочешь, да? Не меньше. Знаю.       Горячее дыхание било ровно в цель. Йегер словно создавал пелену, увлекая в нее за собой Аккерман.       — Эре-е-ен, — расслабленно протянула Микаса, уткнувшись в его грудь. — Я очень хочу спать, как ты угадал? Может, ты всегда будешь такой внимательный?       — Спать мы будем, но гораздо и гораздо позже, — почти прохрипел Йегер. — Сперва хочу еще услышать свое имя от тебя. И не раз. — Мягко сжав губами мочку уха Микасы, Эрен перенял из рук Аккерман свою кредитку и убрал в карман. Дело было не в том, что Аккерман вдруг могла бы потратить немало, но вот потерять карту совсем не хотелось. — Идем, такси скоро будет, я больше не хочу… — Ждать? О, да. Ждать Йегер больше не желал, не хотел и не мог. Он уже мысленно перебрал все возможные позы, выбрав парочку, с которых можно было бы начать. Сглотнув плотный ком в горле, Эрен отстранился и опустил на плечи Микасы свою куртку. — Не хочу находиться в этом шуме. Хочу домой с тобой.       Он прижался носом к щеке Аккерман и тягуче выдохнул, прикрыв глаза.       — Ну, так пойдем... — Она поднялась, придерживаясь за его руку. Несмотря на то, что она была ну уж очень пьяной, ходить могла спокойно. Хоть ее и могло начать штормить, но если идти медленно, все было не так плохо. Да и смысл некоторых слов до нее доходил ну уж очень туго. — Ты такси заказал?       — Уже наверняка ждет. — Йегер прижал Микасу к себе, исключая даже возможность падения. Оставалось надеяться, что она хоть немного взбодрится и опьянение спадет.       Прихватив из бара две бутылки воды, они покинули клуб. Свежий воздух вдарил по легким, принося специфичное удовольствие на грани с болью. Дышать после такой духоты и алкоголя было непросто. Поэтому Эрен медленно втянул воздух через нос. Такси уже было на месте, что не могло не радовать.       Видя не особо бодрое состояние Аккерман, Йегер, усевшись рядом с ней на заднее сиденье, придерживал за плечи, утыкаясь в ее шею носом. Привычный к алкоголю, он еще не был настолько пьян, однако голова уже сейчас отказывалась хоть как-то работать, предпочитая сконцентрироваться только на одной мысли, подстегиваемой сладким ароматом духов Микасы. Аккерман прижималась лбом к прохладному стеклу. Сейчас она казалась невероятно хрупкой и беззащитной.       Стоило такси остановиться возле виллы, Эрен умудрился первым открыть дверь со стороны Микасы и довольно ловко подхватить ее на руки. Перед глазами мелькнули вспышки, когда он ощутил на своей шее горячее дыхание. Оставалось зайти все же внутрь. И как только входная дверь позади захлопнулась, Йегер, не выпуская Аккерман, направился к ближайшему дивану, покрывая при этом поцелуями все лицо Микасы, шепча что-то почти невнятное.       Обхватив лицо Йегера ладонями, она смяла его слегка припухшие губы, углубляя поцелуй. Как-то неаккуратно расстегивая черную рубашку, возможно даже выдрав несколько пуговиц, Аккерман отбросила ее в сторону. Пока она под действием злой зеленой феи — можно и пошалить.       — Ты пахнешь сексом, — шумно вобрав воздух, выдохнул Эрен в губы Микасы. — Хоть ведь еще никогда и не было.       Йегер захлебывался в поцелуе, тонул в собственных ощущениях, отдаваясь сладкому возбуждению, от которого на лбу появилась испарина. Размашистые поцелуи спустились от губ к подбородку, и он слегка прикусил его, усмехнувшись. Дальше — по шее — вырисовывал влажную прерывистую дорожку к ключицам и замер на открывшемся плече, лизнув кончиком языка.       Без рубашки стало легче дышать, но этого явно было мало. Тело требовало близости, требовало непосредственного контакта с обжигающей кожей Микасы. Устроив колено между ее ног, Йегер приподнял край невесомого платья. Его пальцы, едва касаясь внутренней стороны бедра, неторопливо и даже лениво продвигались выше, пока не коснулись легкого кружева. Поцелуи переместились ниже — к груди. Но Эрен не торопился, наслаждаясь такой даже в какой-то степени вымученной победой.       — А тебе откуда знать? Может и был. — Аккерман запрокинула голову назад, когда он начал снова целовать ее шею, сжимая при этом грудь. — С тем же Эриком.       Какое-то необъяснимое желание раззадорить, разозлить накрыло ее с головой. Эрик Робертс — старшеклассник, с которым в школе часто ругался Йегер. На самом деле, настоящей причины их ссор она не знала, но были подозрения. Особенно учитывая то, что они происходили обычно после того, как она хоть как-то контактировала с Робертсом.       — Не ври, — ухмыльнулся Эрен, однако голос чуть дрогнул, и укус в область ключицы пришелся чуть сильнее, отчего он поспешил загладить «вину» поцелуями. — Я знаю, что он тебя не посмел коснуться, потому что… — Йегер заткнул сам себя, припав к губам Микасы.       Говорить и просто вспоминать о том, как пытался в школьные годы убрать каждого, кто хоть как-то приближался к Аккерман, Эрен почему-то побоялся. Это всколыхнуло странные ощущения, и их он точно трогать не хотел.       Расстегнуть платье для Йегера не составило труда, и вот оно обнажило плечи, скользнув вниз. Однако он предпочел вернуть руку на место, подцепив указательным пальцем черную кружевную ткань, медленно стягивая вниз.       Дыхание перебивалось плотным и грудным полу-стоном, больше походившим на рычание. Мысли Аккерман словно заволокла густая пелена, которая сдерживала логическое мышление в клетке. Но это состояние достаточно быстро прошло, и она стала осознавать происходящее. И быть с кем-то в таком плане — было бы последним, чего она хотела.       — Стой, я не хочу так. — Она приподнялась на локтях, отстраняясь.       — Чего? — Эрен даже не сразу понял, о чем речь, продолжая оставлять поцелуи на груди Микасы. Но лишать ее последней кружевной преграды не стал. Пряжка ремня лязгнула, за ней последовала пуговица и мягкий скрежет молнии. Стало немного легче, ведь выносить давящую эрекцию уже не было никаких сил. — Если хочешь, можем в спальню. На улице? Где? — он шептал, а севший голос говорил о возбуждении.       — Нет, я не хочу сейчас заниматься этим. — Мягко отталкивая Йегера с себя, Микаса села на диван, приложив ладонь к голове. Ощущения были бомбические, учитывая то, сколько она выпила.       — Если боишься, то… Я обещаю, что сделаю все осторожно. Честно. — Эрен всматривался в глаза Микасы, пытаясь хоть что-то разобрать, но совершенно не понимал. — Ну, я постараюсь. Просто не волнуйся.       Непонятное и неприятное чувство кольнуло Йегера. С чего бы вдруг Микасе вот так обрывать его, даже не позволив подступиться ближе, даже не попробовав… Он понимал, что Аккерман наверняка могла испугаться, и на то у нее были причины. Как и причины не доверять. Хотелось выругаться и встряхнуть уже вдруг засомневавшуюся Микасу. Ну разве мог он причинить ей боль? Нет, он явно хотел, чтобы сейчас они оба получили удовольствие. И уж явно не желал слышать «стой», а скорее «быстрее» или «еще». Все картины слишком явно рисовались живым воображением, никак не желая отступать. Расслабиться. Ей точно нужно было расслабиться, чтобы волнение и сомнения отступили. Эрен видел, что Микаса хотела его, но иногда нужно просто помочь перешагнуть через какие-то личные принципы, чтобы двигаться дальше.       Йегер отстранился, послушно отошел в сторону, запуская руки в карманы, нащупав одну из таблеток, приобретенной у той самой Сильвии. Она съела одну при нем, значит, ничего плохого уж там точно не могло быть, поэтому… Незаметно стиснув таблетку зубами, Эрен вернулся к Аккерман и впился в ее губы требовательным и пленительным поцелуем, проталкивая глубже языком небольшую таблетку, ставшую мягкой от их слюны. Йегер продолжил двигать языком во рту Микасы, будто пытался запомнить наизусть.       Поцелуй затянулся надолго, но все же она отстранилась от него, отрицательно кивая головой.       — Я же сказала, что не хочу! Сколько можно? — как-то агрессивно произнесла она, накидывая сверху платье и поднимаясь на ноги. Однако мало того, что ее штормило, так что пришлось опереться рукой на стену, а после и совсем осесть на ступеньках. — Что за чертовщина?       Аккерман сжала голову руками, всхлипывая. Тело вдруг стало настолько ватным, что не осталось сил поднять голову, а низ живота начинало тянуть.       — Ты… — Эрен едва успел подорваться, чтобы оказаться рядом, прижать к себе, вглядываясь в изменившееся лицо Микасы. Ее глаза блестели, а румянец… Он не врал, что этот румянец сводил с ума. — Ты как, эй?       Где-то слишком глубоко внутри Эрена дернулась совесть, но тут же замолчала, придавленная плитой любопытства и возбуждения.       — Ты что-то сделал? — чуть ли не задыхаясь выпалила Аккерман, мысли путались еще сильнее, чем раньше. Возбуждение, тревога, дискомфорт — неприятный коктейль из чувств, набирающих оборот в ее организме. Что делать с ним? — Я… Мне жарко.       Она пыталась снять с себя платье, но выходило ужасно. Пальцы не слушались, немели, от чего она царапала кожу рядом с лямками.       Эрен завис только на пару секунд, а после одним движением, подцепив платье снизу, стянул его с Микасы и, отбросив в сторону, шумно и тяжело выдохнув, непроизвольно закусил губу, жадно и без сожалений разглядывая идеальное подтянутое, и невероятно манящее тело Аккерман. Чуть подавшись вперед, Йегер невесомо коснулся ее груди, замерев в каких-то гребаных миллиметрах, ощущая жар, идущий от кожи, словно Микаса плавилась от его присутствия.       — Разве мне стоило что-то делать? — Вопросом на вопрос, но Эрена не волновало.       Она попыталась притянуть его к себе, но лишь уперлась руками ниже, чем планировала.       — Мика, — Эрен глухо сглотнул, но сбитое внезапными прикосновениями дыхание подрывало сердце участить ритм, словно оно и само хотелось вырваться из груди, но каким-то немыслимым образом продолжало оставаться на месте. — Все… — Очередной долгий выдох, когда рука Микасы спустилась ниже. — Все хорошо? Ты же…       Йегер и выговорить не мог, путаясь в мыслях, но что-то явно было не так. Только, действуя на инстинкте, он сильнее сжал грудь Аккерман, ощутимо зажимая сосок между указательным и средним пальцами, наслаждаясь откровенным стоном.       Ладонь Микасы медленно сползала еще ниже, случайно задевая ширинку. У каждого человека были мысли из разряда: а что, если? Так вот, сейчас она поддалась им. В какой-то момент ей захотелось сжать ее, что она и сделала.       — Блять-блять, — сорвалось хрипло, глухо. — Погоди.       Это совсем не походило на Йегера, но он сжал запястье Аккерман, отстраняя от своего паха. В его глазах плескалось животное желание повалить Микасу и вбиваться в нее до потери сознания, но… Что «но»? Эрен сжал губы в белую полоску, понимая, наконец, что действие таблетки предполагалось совсем иное. Такая реакция могла сказать только о наличии каких-то сильных действующих веществ. Нужно было что-то делать. Срочно. И Эрен, пытаясь сдерживать и собственное нарастающее возбуждение, ощущал, как по спине прошлось холодное дыхание. Он просто не знал, что дал Микасе, что из этого выйдет. Но в то же время желание и похоть разрывали его на части.       — Хэй, Мика, ты хочешь? Чего хочешь?       Зачем он это спрашивал, если и сам прекрасно знал ответ? Йегер отпустил запястье Микасы и заключил ее лицо в свои ладони, облизывая пересохшие губы.       — Я… Я… — Она вдруг как-то слишком растерянно посмотрела в его глаза, пытаясь найти в них ответ на его вопрос. — Я не знаю. Я хочу...       Ей было трудно связать слова, однако что-то путное, да вышло. Ко всему прочему, добавилось то, что она абсолютно перестала ощущать себя в реальности. Словно все это не происходило. Это сон, игра. Вымысел. От этого чувства голова начинала еще сильнее кружиться, а сердце словно перекочевало в горло. Хотелось сесть и расплакаться.       — Да твою ж ты, — выругался Эрен, почти рыча. Все как-то слишком вышло из-под контроля.       Какие варианты у него оставались? Оставить Микасу и уйти? Нет, этого он позволить себе не мог. Все же какую-то ответственность, да ощущал. Оставалось только одно, и Эрен поспешил действовать. Подхватив Микасу на руки, позволяя ей обвить руками свою шею, он буквально ломанулся в направлении своей спальни.       Огромная кровать напротив панорамного окна с несказанной радостью встретила мягкостью. Только Йегер уже даже не думал о таком. Он смотрел на оказавшуюся под ним Микасу, как голодный зверь, жаждущий только одного. И это желание слишком явно упиралось даже через ткань в бедро Аккерман.       — Так был у тебя кто до меня? — Один вопрос, последняя надежда, чтобы сорваться и погрузиться в ураган наслаждений для обоих.       Какой-то неестественно веселый смех сорвался с уст Микасы.       — Нет. — Она продолжала смеяться, приложив ладонь ко лбу.       — Вот ты… Мелкая стервочка, — нервно и как-то обреченно усмехнулся Эрен, стаскивая джинсы с себя и отбрасывая их в сторону. Только мешали.       Йегер мешкал некоторое время, пытаясь принять решение. И оно не было идеальным, хоть иных вариантов и не оставалось. Не заметить, что вдруг как-то так, будучи девственницей, занималась сексом — бред. И Эрен понимал это. Как и то, что было бы слишком низко пользоваться именно таким положением Аккерман. Да и когда она пришла бы в себя, то уж точно не поблагодарила за подобное решение. Ему захотелось, чтобы, если вдруг ему еще подвернулся бы шанс, чтобы Микаса запомнила все: каждое его движение, каждое ощущение и каждый оргазм, который он бы с радостью ей доставил. Но так…       — Будет тебе секс с Йегером. Хоть чуть и не тот, который ждешь.       Перевязав волосы, чтобы они не выбивались, Эрен придвинулся и стянул, наконец, ставшее ненавистным, нижнее белье с Микасы. Поднявшись, перебрался на пол, а затем развернул Аккерман так, что ее ягодицы оказались почти на самом краю кровати. На удивление неторопливо разведя в стороны ее стройные ноги, Йегер вновь сглотнул и провел языком по своей нижней губе, устраивая одну ногу на своем плече, а вторую позволил свесить с кровати, едва касаясь пола.       Не заметив возражений, Эрен повел плечами и, приблизившись, вобрал носом сладковатый запах Микасы, закрывая глаза. В висках вновь застучало, а в ушах вдруг зашумело настоящее море. Как бы ни хотелось сразу ощутить этот дурманящий вкус, Йегер не торопился. Разве что чуть коснулся носом гладкой кожи, но тут же переключился на внутреннюю сторону бедра, покрывая поцелуями. Губы Эрена скользили по телу Микасы, пока не переместились на живот. Поцелуи чередовались с легкими укусами, следы от которых уж точно должны были пройти к утру. И Йегер сдерживался, чтобы не оставить след, о существовании которого знал бы только он сам и Аккерман.       Тело Микасы содрогалось от его действий, покрывалось мурашками, и это вызывало самодовольную улыбку на лице Эрена. Сперва едва ощутимый поцелуй, затем короткое касание кончиком языка. И вот расслабленным языком он прошелся от самого входа до клитора, задержавшись на нем. Эрен действовал по наитию, не представляя, что требовалось в такие моменты.       До этого момента еще никто не удостоился чести наблюдать Эрена Йегера на коленях, но сейчас… Сейчас он и сам получал специфичное наслаждение. Крепче прижимая ноги Микасы так, чтобы она не смела дернуться, даже если бы захотела. И вновь размашистое движение, чтобы после, напрягая язык, проникнуть глубже — внутрь.       Микаса пыталась сжать рукой простыню, но пальцы совсем перестали слушаться. Не получая особого удовольствия от происходящего, она уткнулась взглядом в красивый, отделанный тропическим деревом потолок. Скорее, больше инстинктивно подрагивая.       Оторвавшись, против своего желания, Эрен медленно провел языком по губам, слизывая остатки сладковатой смазки.       — Ты что, фруктами питаешься? Блять. — Голос совсем не был похож на обычный мягкий баритон с легкой хрипотцой от сигарет. Сейчас Йегер звучал хрипло, до невозможности низко, он сам ощущал вибрацию от собственных слов. То ли алкоголь, наконец, добрался до сознания, то ли часть пресловутой таблетки досталась и ему, но рассудок почти отключился, передав права наслаждению и похоти.