В конце они оба умрут

14:38 Ник Кей — Джейсон? Джейсон, ты здесь? — первое, что Ник произнес, придя в себя. Тишина. Все тот же огромный зал с грузными пыльными статуями и горами костей. Он вспомнил, как тварь схватила Джейсона и утянула в глубь катакомб. Каков шанс, что лейтенант еще жив? Джейсон сегодня умрет. Возможно, уже мертв. По сравнению с этим все остальные проблемы разом померкли — химическое оружие Саддама, женщина на КП, Рейчел Кинг, Эрик Кинг. Ник даже поморщился от того, что его угораздило попасть в любовный треугольник. Пусть прозвучит цинично, но он готов убить еще, если это поможет другу избежать смерти. Ник ждал возмездия: «Если умрем здесь. Может, так нам и надо?» И вот оно — наказание за грехи. Нет, Джейсон точно не заслужил быть растерзанным неведомой тварью в сраном подземелье. Он вспомнил его полные страха глаза, когда он признался. Ник никогда таким не видел друга. Джейсон часто наговаривал на себя, сетуя на свою бесполезность, и что единственное, что он умеет в этой жизни — воевать. Это было не так. Пусть за тупые, бестактные, грубые слова и хамское поведение ему частенько хотелось набить морду, Колчек умел привносить в любую компанию долю веселого безрассудства, без которого вся команда умерла бы со скуки и довольствовалась только шутками про мамок. Ник опустил голову, не в силах пошевелиться. В висках все еще стучало после недавнего удара и падения. Он очень был рад, что Рейчел тоже жива. Она нежно обняла Ника и долго не отпускала, это помогло немного сбросить скопившееся внутри напряжение. Прибежал и полковник. Ник обрадовался, что тот жив, меньше всего сейчас хотелось еще смертей. Эрик подошел ближе, заготавливая, так сейчас не кстати, гневную тираду в адрес жены. Ник был почти благодарен монстру, выскочившему из-за угла, что этот разговор не начался. Они без оглядки бежали вперед. Когда древний воин схватил Ника, Эрик налетел на него с непонятно откуда взявшейся титанической силой. И сержант подметил, что это уже второй раз, когда полковник помогает ему. Монстр свалился в провал, чуть не утянув за собой и Кинга, который отчаянно хватался за протянутые ему руки, и чертыхался. — Господи, помоги, — жалобно проговорил он. «Помнится, вы ни на йоту в него не верили, полковник…» — усмехнулся про себя Ник. Пройдя чуть дальше, Рейчел крикнула: — Он жив! Джейсон жив. Ник мигом поставил Эрика на ноги и бросился к ней. — Постойте, — вдруг сказала она и помрачнела, — он же… не Обреченный? — она подняла глаза на Ника, пытаясь сделать взгляд тверже. — Нет, — коротко ответил тот. Как бы он не хотел сдержать себя в руках, глаза предательски забегали по сторонам. Ник не умел врать. Но Рейчел, которую мучила совесть за мысли оставить Джейсона, этого не заметила. В отличии от полковника, который с подозрением сузил глаза, смотря на сержанта. — Он ушел вглубь пещер. Не знаю есть ли шанс… — пробормотал Кей, нервно сжимая в руках автомат. — Вперед! — быстро скомандовал Эрик, будто, боясь передумать, — не теряем время, ну же! И он решительно шагнул в туннель. Ник и Рейчел переглянулись и поспешили за ним. 15:26 Салим Внизу было сыро и жарко. Повсюду разросся густой, будто живой мох, источая душные испарения. Вся пещера была заставлена коконами, заканчиваясь открытой гладкой платформой, испещренной футуристическими узорами. Впереди открывался умопомрачительный, за гранью человеческого понимания, вид на внеземной «город», который скрывался в неизмеримых глубинах времен миллионы лет. Невозможно передать словами впечатление от кошмарного зрелища. Над циклопическими сооружениями возвышался купол, под которым напряженный воздух создавал молнии. Пространство разрезали огромные каменные глыбы, основания которых терялись в густом тумане. Город предстал перед героями, словно в самых страшных наркотических видениях. Салим без сил сел на покатый край платформы и свесил ноги. — Что за ад, — устало начал он, — мы перед судом. Аллах наказывает нас за совершенные ошибки. У меня нет никого, кроме сына. Я посвятил ему жизнь, когда ушла жена. Хотел дать все, чего не было у меня. Я очень горжусь своим мальчиком. Он поступает в университет в Лондоне, только б не воровал. Я так по нему скучаю, — Салим опустил голову и тяжело вздохнул, — я почти потерял надежду его увидеть перед смертью. — Отец одиночка. Это непросто, — сказал Джейсон и сел рядом. Смотря в туманную даль, он рассказывает о КП, о рухнувших одиннадцатого сентября башнях, о том, что был обдолбан в говно, когда это случилось. И что он абсолютно не знал, что делает. И сам себя бесил до дрожи от этого незнания, не видя ни в чем смысла. Салим понимающе посмотрел на него. Джейсону стало легче от этого безмолвного, полного поддержки взгляда. Он зажмурился и потер пальцами виски. Потом поднял взгляд из-под полуопущенных век и сдавленно сказал: — Ты светишься… Салим не понял, что это значит, но смутился. — У меня чертова мигрень, — пояснил Джейсон и уткнулся лбом Салиму в плечо, чтобы немного унять пульсирующую в голове боль. Салим подумал: а сам то он знает чего хотел бы? Всю жизнь посвятил сыну, делал то, что надо, а не то, что хочет. Даже самые простые планы в виде послушать радио и полежать в ванне оставались неосуществимы из-за войны, американцев, Дара, а теперь еще и вампиров. Что он хотел бы делать сегодня, в свой последний день? Посмотрев на Джейсона, он решил, что хотел бы также выйти ночью на улицу из города и встретить вредного американца в кепке. И может быть, даже спуститься с ним в логово вампиров и увидеть это непередаваемое зрелище. Он бережно обнял его одной рукой положив ладонь на плечо. Реакции не последовало. Джейсон лишь чуть сильнее прижался к его плечу. А Салим вспомнил и усмехнулся, какой Джейсон был ночью — испепелил бы всех, кто подошел бы ближе, чем на два метра. Иракец аккуратно пошарил по карманам в поисках сигарет. Пачка нашлась вся мятая и грязная, едва ли в ней осталась хоть одна не поломанная. Салим пытался выудить уцелевшую половинку, но тут Джейсон, не глядя, медленно взял пачку у него из рук. Салим почувствовал какие холодные у друга пальцы, несмотря на царившую вокруг духоту. Сигареты полетели вниз с платформы, возможно, на башку какого-нибудь вампира. Осман вздохнул без претензии и аккуратно склонил голову на бок прислонившись виском к затылку Джейсона. — Ты там как? — спросил он. — Сойдет, — голос был бодрее, — но ты все еще светишься, — он повернул голову взял руку Салима и чуть поднял чтобы разглядеть мифическое «свечение». Осман рефлекторно сжал его ладонь. Колчек наконец поднял голову. Глаза слезились, он щурился, словно, от яркого света. Джейсон снял сбившуюся на бок кепку, грустно посмотрел на символично нарисованный американский флаг и 9/11 и со вздохом вернул ее на голову. Салим смотрел на него забыв, что до сих пор держит его руку. — Вот скажи, в свой последний день жизни я ехал, куда глаза глядят. Встретил тебя — одного из иракцев, которых ненавидел всей душой. И вот теперь мы вместе в инопланетной херне. Ну не пиздец ли… — Наш отряд — единственная в округе группа сопротивления. А у вас здесь единственная спецоперация сегодня, — шутливо сказал Салим, будто сам верит в эту случайность. — Прости, что затащил тебя сюда. Нужно было попробовать вернуться. Обещаю, я сделаю все, чтобы ты увидел сегодня сына. — Только не смей тут умереть, — нарочито строго сказал Салим. — Первый раз за долгое время я знаю, чего хочу. Так что смерть меня волнует уже меньше. — Мы ждем, что то-то произойдет. Может, нужно не ждать, а самим что-то сделать. Пойдем внутрь и найдем способ их убить, — воодушевленно заговорил Салим. Его умиротворенное лицо теперь было полно решимости. — Согласен. Ты выберешься и увидишь солнце. — Мы. Мы выберемся. Даже не смей в это не верить, — Осман строго посмотрел на Колчека из-под нахмуренных черных бровей и затем улыбнулся одними уголками губ. И они пошли вглубь останков внеземной цивилизации. От зрелища, которое было скрыто от человеческого взора под землей, захватывало дух. На инопланетных механизмах находились мумифицированные тела пришельцев. Огромные турбины источали едва ощутимый, словно замерший во времени гул. Подойдя к одному существу, Джейсон сказал: — Смотри, — и ткнул пальцем в ухмыляющийся иссохший труп, — Потрогай. — Сам трогай! — возмутился Осман. — Сыкло, — усмехнулся Колчек и потянул руку к мертвецу. От малейшего касания тело задрожало и в мгновение стало рассыпаться. Салим в последний момент успел оттащить Джейсона от обрушения. — Чуть не сдох. Спасибо, — испуганно проговорил он, стряхивая с себя зеленую пыль. Салим откровенно вознегодовал: — Если б после всего, ты бы умер под прахом древнего вампира — клянусь, я б вытащил тебя с того света, чтобы собственноручно туда отправить! Джейсон на это лишь искренне хохотнул и непринужденно пожал плечами. Пробираясь все дальше в город, сквозь туман можно было уже разглядеть колоссальные кучи, сплошь состоящие из коконов. Уставшее от потрясений за этот день сознание даже отказывалось принимать увиденное за реальность — настолько окружение было непостижимым простому человеческому уму. Они шли и шли, углубляясь в вампирское гнездо, где уже буквально на каждом шагу стояли коконы со спящими монстрами. Нападение было вопросом времени и не заставило себя ждать. Внезапно выпущенная Ником ракета сбила одного из монстров, тот завизжал охваченный пламенем. — Ники! Ты прям сраная кавалерия! — крикнул другу Джейсон. 16:00 Эрик Кинг — Думал, ты мертв, — бодро сказал Ник, хлопая Джейсона по плечу. — Пока еще нет. Просторный зал был наполнен холодным светом, и казался последним оплотом безопасности в этом проклятом месте. На стенах играли отраженные светом блики подземных вод. По середине стоял остроконечный инопланетный механизм. План у американцев созрел сам по себе и был предельно прост — угандошить тварей и свалить нахер. Эрик сидел на камне вдали ото всех. Они так глубоко в жопе, что Кинг был почти уверен — Отдел смерти позвонил всем присутствующим, а ему самому просто забыл. — Как вы, сэр? — подходя, спросил Джейсон. — Почти весь мой отряд убит. Землетрясением…иракцами или вампирами. Так что ответ на ваш вопрос, лейтенант: все довольно хреново! — Вы не один, сэр. Мы здесь, и мы готовы вас прикрыть. — Ну хоть один солдат может сказать мне правду, — слабо улыбнулся полковник. Эрик был рад поддержке, хоть и понимал, что не он сегодня больше всех в ней нуждается. — Лейтенант, — окликнул его Эрик, когда тот хотел отойти, — Джейсон… мне жаль, правда. — Я знаю, спасибо, — ответил Колчек, — держитесь там без меня, — и он отошел к Салиму, который с интересом рассматривал книгу, оставленную археологами. Рядом села Рейчел и тихо произнесла, видя куда смотрит Эрик: — Давно догадался? — Давно. А у входа в шахту удостоверился. Ник не умеет держать себя в руках, когда врет. Рейчел со вздохом улыбнулась: — А я вот недавно. — Вчера он был таким несносным выскочкой. Ненавидел Ирак. Звонок все же меняет людей. Кстати, держу пари «Альфа сука» его ума дело. Рейчел заразительно рассмеялась, Эрик тоже не смог сдержать веселье. — Я думаю, тут по большей части не звонок повлиял, — сказала Рейчел, наблюдая за Джейсоном, который стоял рядом с Салимом. Даже когда они не переговаривались, то все равно стояли рядом и смотрели друг на друга. — Все-таки хорошо, что солдаты имеют право не рассказывать о своем статусе обреченных. И что командирам не выдают никаких списков. Я бы не смог командовать, не смог отправлять Обреченных на смерть. Думал, что смогу. Нас же к этому готовят, как никак… Я просто не прощу себе, если сделаю не все, что было в моих силах. Было видно эти предвзятые взгляды, меня не воспринимали всерьез. Хочу доказать, что чего-то стою. Рейчел понимающе вздохнула. — Спасибо, что не стал выяснять отношения, — мягко сказала она, — мы с Ником… — Рейч, сейчас это не важно. Просто знай, что я защищу тебя в любом случае, — Эрик легко сжал ее ладонь. — Спасибо. Ты всегда был хорошим парнем, — и она с теплотой посмотрела на мужа. Как бы Рейчел не храбрилась, было видно, что она подавлена. — Я убила Клариссу, — продолжила она, опустив взгляд, — когда она призналась, что сегодня умрет, то понимала — подписывает себе смертный приговор. Не могу забыть ее взгляд…она обращалась, и я приняла решение. Кто-то должен был сделать это рано или поздно, и я не хотела перекладывать ответственность на других, приводя ее в лагерь. — Понимаю, мы видели, что стало с Джоуи. Ты сделала то, что должна, — твердо заверил Эрик. Рейчел знала, что поступила правильно, но слыша это от другого человека, в сотню раз становилось легче. 16:20 Джейсон сидел у воды, прислонившись спиной к стене. — Как же не хватает дневного света, — сказал он подошедшему Салиму. — Они пришли за тобой зная, что ты Обреченный. Это дорогого стоит, — улыбнулся тот и сел рядом. — Как думаешь, что там, после конца? Новый уровень? — В Исламе рай называется джанна, ад — джаханнам. Джейсон скептически посмотрел на Салима с выражением лица: «Чего, бля?». Осман вздохнул и улыбнулся: — Да, новый уровень. — Само появление Отдела смерти обнадеживает, что загробная жизнь все же существует. Салим кивнул. — Приходи ко мне, а то мне там будет совсем одиноко. Эти придурки, надеюсь, не скоро присоединятся, — и Джейсон многозначительно обвел взглядом товарищей, — хотя, наверно, нас разведут по разные стороны… — Нет, не думаю. И я приду. — Да? Тогда я буду всеми силами отбрыкиваться от ада, петицию напишу, заболтаю чертей до смерти, — засмеялся Джейсон, — мое имя вообще сначала перепутали. Видать, даже Отделу смерти плевать на меня. — Перепутали? Может тебя и в списке-то нет? — откровенно удивился Салим. — Со второго раза нашли, — со вздохом сказал Салим, — так что, увы. К тому времени отряд во главе с Эриком уже уходил к залу с коконами. Салим увидел, как Джейсон один неподвижно стоит и смотрит на сверкающую воду. Он подошел к нему. Тот был такой мрачный, будто прощается с жизнью именно в эти секунды. Наверняка что-то задумал. — Этот день словно целая жизнь. И вся связана с тобой, даже не верится, — устало произнес Салим. — Я ненавидел свои сомнения и свою озлобленность. Думаю, ты сделал меня лучше. Ты вернешься к сыну. И я верю в шанс. Мой друг сказал, что даже Отделу смерти невозможно не ошибаться. Я очень хочу, чтобы этот шанс выпал тебе. У Салима на глазах едва ли не проступили слезы: — Я очень счастлив, что встретил тебя в день, который мог бы стать худшим в моей жизни. Салим осторожно берет Джейсона за руку, смотрит ему в глаза, а он улыбается, как будто знает, что сейчас произойдет. И он совершенно прав. Салим целует парня, который подарил шанс вернуться к сыну и надежду, в день, когда они оба должны умереть. 16:47 Зал Горы коконов поражали своими исполинскими размерами. Их там не просто тысячи — десятки тысяч. Над верхушкой летали вампиры на фоне негаснущих, словно звезды, инопланетных лампочек. Молнии сверкали все ярче, предвещая надвигающуюся катастрофу на это место. — Нам здорово досталось сегодня. Мы потеряли братьев, но сейчас пробил час расплаты. Разместим заряды на кучах как можно больше и взорвем их на расстоянии. Как только рванет — сразу валите к выходу, — сказав это, Джейсон ожидал поймать на себе негодующий взгляд Салима. Но тот был настолько встревоженным, что не поднял на него глаза. Только плечи резко дернулись от болезненного спазма. — Что значит «Валите»? — выпалил сержант Кей. — То и значит, Никки, — повысил голос Джейсон, — взрыв не только поджарит вампиров, но и отвлечет их. У вас будет шанс уйти. — Ну уж нет. Я пойду, — твердо сказал он. — Ник, он прав. Сегодня ты не умрешь, но можешь серьезно пострадать, — вмешалась Рейчел. Джейсон увидел, как Салим явно хочет что-то сказать, но не решается, резонно думая, что его мнение не учтется. — Я не позволю пойти ему на смерть, — твердо заявил Кей, смотря на Рейчел. А потом жестко и непоколебимо бросил взгляд на Джейсона, давая понять, что возражения не принимаются. — Сержант Кей! — хотел грозно крикнуть Джейсон, но голос его дрогнул. Рейчел метала на всех гневные взгляды. Ник отмахнулся, воспользовался всеобщем замешательством, схватил динамит и бросился ко входу в зал. — Сержант, стой! — вмешался Эрик, — это приказ! Рейчел хотела преградить ему дорогу, но Кей уже спрыгнул с платформы и устремился к коконам. — Может, все и обойдется, — тихо сказал Салим, дотрагиваясь до плеча Джейсона, который в ужасе смотрел на удаляющуюся фигуру Ника. Джейсон вздрогнул и с укором посмотрел на Салима. — Никки, — прошептал он, — не прощу себе, если с ним что-то случиться… Но сержант Кей успешно установил заряды у коконов, не уходя в глубь зала. Он понимал, кто будет корить себя, если с ним что-то случится и не стал рисковать. После оглушительного взрыва все бросились к выходу. Поднявшись на платформу, Джейсон заметил, что Салима среди них нет. Он судорожно зовет его по рации. — Я окружен! — послышался, наконец, ответ, — Дела хуже некуда, вампиры… столько вампиров. Это конец… Джейсон даже не раздумывал, что ему делать. — Если я… не вернусь, пообещайте, что не уйдете без Салима, подождете его у лифта и сделаете все, чтобы он смог выбраться. Это… блядь. Это мое последнее желание как Обреченного, — он первый раз за все время назвал себя так. — Он же тоже Обреченный. Не стоит… — мягко сказала Рейчел, — пойдем. Колчеку даже говорить ничего не пришлось. Все по его лицу поняли, что тот собирается делать, и уговоры тут бессильны. — Блядь, Джейсон… — Рейчел подбежала к нему и крепко обняла. Он не стал говорить, что обязательно вернется, просто потребовал: — Обещайте! Я верну Салима… — Нет! — вдруг резко подал голос Эрик и подошел ближе. Джейсон уже хотел огрызнуться, но Кинг твердо сказал: — Мы прикроем тебя. Вперед! — и он стал спускаться с уступа ко входу в город. — Слышишь, Салим. Я иду! — сказал в рацию Джейсон. — Спасибо, — сказал лейтенант, догнав полковника. — Semper fi, — отозвался Эрик. После того, как Салиму пришлось метать свою железную трубу, словно копье, чтобы огромная тварь за спиной Джейсона не свернула ему шею, тот с улыбкой возмутился: — Ты серьезно в меня этой штукой бросил? — Ага, — улыбнулся Салим. — Вот было б смешно, если б она прилетела мне в голову. — Иногда мне так хочется выругаться на тебя! — Пойдем отсюда. Обернувшись, Салим краем глаза заметил мелькнувшую в дыму высокую тень, которую объяли языки пламени. Уже в лифте Ник подбадривающе толкнул друга в плечо и сказал: — Парочке вампиров с тобой не справиться. По ходу, у вас двоих действительно есть все шансы обмануть сегодня смерть. — Сын ждет меня. Никакое зло не помешает мне вернуться к нему. Даже смерть подождет, — воодушевленно сказал Салим и сразу задумался. Ночью Джейсон говорил, что он «не очень-то большая потеря». Но судя по тому, что не раз делали для него его друзья — это далеко не так. Джейсон смотрел, как Ник, Рейчел и Эрик поднимаются по лестнице у основания статуи. Над ее раскрытой ладонью зияла дыра, через которую просачивался солнечный свет. Тут, в темноте, он казался невыносимо ярким и в тоже время таким далеким и недостижимым. Стены храма тряслись, грозя в любую секунду обрушиться. С потолка с безумным грохотом падали целые плиты и постаменты, гулом проносясь по темным коридорам. А вокруг резко стало аномально холодно. И страшно. Вот он уже видит, как Эрик забрасывает веревку. Рядом стоит Рейчел и Ник, их освещает солнце. — Салим… — тихо произносит он. 17:59 Осман не мог услышать, что его зовут. Но что-то заставило обернуться. Он увидел, как Джейсон неподвижно стоял у основания лестницы. И Салиму, словно ток, по воздуху передался страх и скребущее душу предчувствие. Осман увидел, как на фоне черного арочного проема стоит Воин. Он замахивается. Копье разрезает воздух, секунду летит в темноте. Джейсон успел сделать пару шагов к замершему Салиму. Копье попадает в цель. Салим хватает Джейсона и опускается с ним на колени. Он чувствует, как стекающая по острию кровь впитывается в одежду. Несколько секунд он даже дышать не может. — О нет. Нет, нет, нет, — бормочет Салим, прижимая Джейсона к себе, — мы же хотели обмануть смерть, помнишь, — шепчет он на ухо, положив его голову себе на плечо и почувствовав на шее предсмертный вздох. Пальцы Джейсона последний раз скользнули по коже, из последних сил пытаясь задержаться на ладони, но вскоре ослабли и замерли навсегда. Салим крепко обнимает друга, сжимая со всей силы кулаки. От опустошения Салим подумал, что хотел бы остаться прямо так, здесь, и подождать свой черед умереть. Стены храма дрожали все сильнее. Пол уже буквально ходил ходуном. — Как же я не хочу оставлять тебя здесь, — прошептал Салим в пустоту. Полоска света, преграждающая Войну путь, стала смещаться и блекнуть. Он был готов броситься в атаку. Безвольно Салим встает, смотрит на своего "Последнего друга", на его бледное, но умиротворенное лицо и думает лишь о том, что они скоро снова встретятся. И он снова посмотрит в его живые глаза. Салим в это искренне верит. Солнце ослепляет, заставляя прятать глаза, а вместе с ними и накопившиеся слезы. В душе было пусто, слабая надежда пережить этот день осталась под землей вместе с телом человека, который дал эту надежду. Только мысли о смерти теперь не казались такими страшными, ведь теперь на другой стороне его кое-кто ждет. Никто не проронил ни слова, все стояли в безмолвном понимании, и Салим был очень благодарен за это молчание. Ник отвернулся, на фоне солнца можно было разглядеть его напряженную спину и руки. Салим боялся на себя смотреть, боялся видеть чужую кровь. Скорбь прервало внезапное солнечное затмение, за которым последовала очередная атака монстров. — Скорее в хижину! — услышал он крик Рейчел, который заставил прийти в себя. Затем почувствовал, как резким движением Ник хватает его под локоть и ставит на ноги. И они бегут. Салим боролся на автомате, лишь бы побольше и побольнее нанести урон тварям. С несвойственным ему остервенением, он затолкал ракету в глотку зараженному копьеносцу, и с наслаждением смотрел, как плавится его обезображенное лицо. Так же он чувствовал, как отчаянно Эрик и Ник бросились на помощь и выхватили его из лап чудовища, норовившего вытянуть через крышу. Когда все закончилось, Салим, лишенный всяких мыслей, осел у стены на пол и закрыл глаза. — Салим… — голос Рейчел звучал будто бы издалека, — за нами скоро прилетят, но ты успеешь уйти. — Спасибо, — только и смог проговорить он. Ник ободряюще похлопал его по спине, Эрик проводил одобрительным кивком, а Рейчел искренней улыбкой. Осман шел по камням в гору. Солнце было вечернее, не палящее, но все еще обжигающее. Салим миновал несколько песчаных плоскогорий, затем по узкой горной тропе пересек ущелье. Он старался ни о чем (и ни о ком) не думать, кроме сына. Не получалось. Казалось, он идет бесконечно долго, за каждым поворотом дороги ожидая узреть очертания своего города. 19:08 Салим даже не поверил глазам, когда увидел дом. Он с трепетом открыл дверь и вошел в параллельный, безопасный мир. Последний раз он был здесь в другой жизни. Зейна дома не оказалось. Это дало время привести себя в божеский вид — принять ванну, переодеться, и немного передохнуть. Как он сегодня и хотел — включил радио и наконец-то расслабился. Удивительно, даже это крохотное желание и то сбылось. Примерно через пол часа он услышал за дверью голос сына, он весело прощался с другом. Сердце Салима забилось сильнее, усталость отступила в предвкушении встречи. Дверь открылась, и он увидел его — веселого, с растрепанными волнистыми волосами и задорной улыбкой. Салим обнял сына. «О, Аллах, спасибо» — прошептал он. Но «Спасибо» было мысленно адресовано человеку, который, как и обещал, сделал все, чтобы эта встреча состоялась. — Папа, ты вернулся! — с восторгом произнес Зейн, уткнувшись отцу в грудь. Салим подарил сыну заранее заготовленный подарок и наблюдал с каким интересом он его распаковывает. Он так рьяно и так много всего желает Зейну, что тот в какой-то момент даже мог заподозрить, что с отцом что-то не так. Салим обязательно расскажет. Позже. Зейн рассказывает, как провел свой день рождения с Тариком. Они весь день гуляли по городу, встретились с друзьями, катались на велосипедах. Мама Тарика приготовила небольшой праздничный обед, а после, уже почти ночью, они пошли в горы. Салим был тронут. Почти в одно время они бродили в горах под звездами вместе с дорогими им людьми. Потом Салим с Зейном пошли на улицу и гуляли до полной темноты. Они были на базаре в центре города, где Зейн выбрал себе какие-то милые безделушки и сладости. Потом направились в старую часть города с историческими зданиями — любимое место Зейна, как ценителя всякого рода древностей. Отец и сын говорили обо всем. Салим даже забыл, что сегодня за день. Так же как он это забывал, когда был с Джейсоном. — Я очень рад, что у тебя есть хороший друг, — Салим был счастлив, ведь Зейн останется не один, — береги эту дружбу. Вернувшись на свою улицу, они зашли в любимое кафе Салима, которое держал его старинный знакомый. Там он встретил беспечно отдыхающих приятелей. Салим, как всегда любил и умел, травил байки. Все как один хвалили Зейна за поступление в университет, вгоняя того в краску, а отца заставляли еще больше гордиться сыном. Так за непринужденной беседой прошло больше часа. Около десяти они вернулись домой. Салим с горечью осознал, что пора рассказать сыну о своем последнем дне. Он в задумчивости остановился посреди большой комнаты, наслаждаясь последними минутами спокойствия. Салим понял, что сын, скорее всего, обо всем догадался. Зейн подошел и со вздохом посмотрел отцу в глаза, а потом резко и крепко обнял. — Папа… — Прости меня. Прости, что меня больше не будет рядом. Ты со всем справишься, я верю. Он почувствовал, как Зейн плачет. Салим рассказал все о прожитом дне. Все, что он пережил, не утаивая ровным счетом ничего. Про вампиров, войну, подземелья. И с гордостью показал «сувенир» из аккадских пещер. Зейн, конечно же, поверил. — Твой отец — убийца вампиров! — подбадривающе произнес Салим. — Несмотря ни на что, ты выглядишь счастливым, — сказал Зейн, стараясь больше не плакать. — Я счастлив и благодарен Аллаху за все, что у меня было и есть. И за этот последний день тоже. Человека, благодаря которому я вернулся, звали Джейсон Колчек. Он лейтенант морской пехоты США. Запомни пожалуйста его имя, для меня это очень важно. Если бы не он, меня бы здесь не было. Мы обязательно встретимся с ним на новом уровне. — Новом уровне? Это он так называл рай? Они засмеялись. Щеки у Салима заметно порозовели. Последний день дается для того, чтобы провести его с дорогими людьми. Именно так он его и провел. Салим не знал сколько они просидели на втором этаже в комнате Зейна. Сын уснул, положив голову отцу на плечо. Салим аккуратно поднялся, положил его голову на подушку и накрыл мальчика пледом. — Я люблю тебя, сынок, — почти беззвучно произнес Осман, смотря на его умиротворенное лицо. В доме стояла теплая уютная атмосфера. Салим спустился на кухню, чтобы заварить чай. Сколько у него осталось времени? Ручка подачи газа опять застряла. «Давно нужно было бы починить» Часы показывают 00:04. Салим не сразу осознал увиденное. Он единственный в истории, кто смог пережить день своей смерти? Неужто безумная теория, о которой рассказал Джейсон правда, и действительно редкий шанс выжить все же есть? На эти размышления уходит не больше секунды. Машинально поджигая газ, он вспоминает, что часы спешат минут на десять, все внутри опускается от чувства сожаления. Даже когда знаешь, что перед тобой твоя смерть, вспышка все равно ошарашивает. «Прощай, сынок» — думает Салим, когда его охватывает пламя. Он улыбается, зная с кем скоро встретится на «Новом уровне».