Оживи меня.

Прошло время, и весна наступила не только на улице, но и в моей душе. Непонятно каким образом, но Арсений действует на меня, как антидепрессант. После моей истерики в лесу, как он и говорил, не стало резко хорошо; напротив, тараканов в голове стало ещё больше: теперь я съедала себя ещё и за то, что позволила своим чувствам выплеснуться перед человеком, которому не надо бы видеть этого. «Как я теперь выгляжу перед ним? Как психичка — не иначе». Даже извинялась перед ним раз десять, но каждый раз он начинал читать мне лекцию о том, насколько этот поступок был важен для меня, и что он наоборот рад, что я смогла распахнуть душу перед лесом. И каждую его лекцию мне ничего не оставалось, кроме как кивать и соглашаться. Ведь правильные вещи говорит… По поводу весны в душе — может и громко было сказано, но там, по крайней мере, больше нет вечного холода. Иногда даже птички поют. Чего только не бывает, когда Арсений рядом… посмотришь в его бездонные ярко-голубые глаза, и там птички не то что защебечут, — серенады петь начнут. Тем не менее, несмотря на всё, через что он протащил меня, не думаю, что мы стали лучшими друзьями. Либо он держит дистанцию со своим кредо «я же актёр», либо просто считает меня своим эдаким пациентом. Хотя и это можно связать с актёрством, человек-загадка, как и всегда. Что касается меня — до встречи я его обожала. Сейчас же это обожание переросло в некий… трепет? До Рождества ведь никому и в голову не пришло бы заговорить со мной, даже старым друзьям. А потом в мою жизнь пришло такое вот исцеляющее «чудо», как он сам выразился. Несмотря на его плотный график, личные дела, он всё равно почти моментально отвечает на мои сообщения (если не занят на концерте или съёмках, конечно). Я ведь даже не просила его о быстром реагировании, у него всё-таки своя намного более интересная жизнь, но отчасти и за это я безмерно благодарна ему. Сегодня мы решили встретиться: он вернулся из тура в Москву. Договорились пройтись по милой и практически безлюдной улочке, куда я, собственно, и опаздываю сейчас. — Что-то остаётся вечным! — Почти добежав до места встречи, вижу идущего навстречу Арсения. Улыбается во все 32, жук. — Ха-ха, куда уж мне до вашей супер-пунктуальности, мсье Арсений… — тяну я, переводя дыхание. Всё ещё ехидно посмеиваясь, он обнимает меня: — Ну чё там, рассказывай! Не хочется выброситься из окна? Высвободившись из объятий, отвечаю: — А ведь ты подбросил мне отличную мысль… Не ожидав такого ответа, Попов уже хотел было возмутиться, широко распахнув глаза, но я опередила его: — … Сказала бы я, если бы ты не помогал мне! — Слушай, я ведь не молодею, зачем так пугать? — А чтобы не расслаблялся! Мало ли что я учинить могу. В ответ на мои слова Арсений легко пихнул меня в плечо, тихонько посмеиваясь. Да, исходя из этого лёгкого разговора могло показаться, что мы самые лучшие в мире друзья, но это не так. Как я уже упоминала ранее, об Арсении я не знаю ровным счётом ничего, в то время как я вечно болтаю о себе, выдавая всё что можно и нельзя. Ведь дружба — это когда вы всё друг другу рассказываете, ну или хотя бы что-то. А тут получается какая-то игра в одни ворота. Может, у него тоже в голове какая-то котовасия, а я его своими проблемами загружаю. Но этого я никогда не узнаю. Хотя может и повезёт однажды?.. Несмотря на то, что Арсений знает практически всё обо мне, я не решаюсь заговорить с ним о его «скелетах в шкафу». Не знаю, у меня будто блок стоит: вроде и общаемся более чем хорошо, но я не могу просто так взять и сказать: «Эй, Арс, а расскажи-ка ты о себе, чего это ты всё молчишь? А ну выкладывай!» — … нет, ну ты представляешь, даже такое на концертах случается! — Пока я думала о наших с ним отношениях, Арсений уже оказывается успел рассказать целую, наверное, увлекательную историю. Вот же, а я, дура, прослушала. — Ты меня не слушала, да? — Он подметил это с такими разочарованными глазами, что мне стало ещё более стыдно, чем было до этого. — Д-да… прости, — попыталась состроить самую сожалеющую физиономию на свете. Арсений почти театрально вздохнул: — И о чём же ты думала? О тебе, не ожидал? — Э-э, да так, о делах. Думаю в каком месте или на какой улице петь завтра вечером, — я почти не соврала: об этом я думаю каждую неделю. — И что решила? — Мои идеи иссякли… А что бы ты посоветовал? Арсений хитро ухмыльнулся: — Ну, знаешь, по-моему ты уже все улицы запела. Вот есть один такой великолепный город… — Ну Арс, ты опять за своё? Не поеду я в твой Питер! К слову, да, он вот уже полтора месяца пытается завлечь меня в его любимый город. Я не спорю с ним, Санкт-Петербург действительно невероятно красив и имеет свою уникальную атмосферу, но в поездке туда есть куча нюансов, хотя бы тот факт, что я попросту не потяну её финансово. К тому же, если и ехать туда, то с Арсением, а это уже будет как-то неловко… а если придётся жить с ним? В общем, пока мне удаётся побеждать в спорах с Арсением, но не думаю что и дальше будет получаться. Между тем, Попов продолжает упираться: — Сонь, ну скажи, что ты потеряешь, если поедешь со мной? Я чуть потупила взгляд: — А, то есть ты теперь точно заявляешь, что я поеду с тобой? — Подожди, а разве это не было очевидно? Я же Питер знаю, как все свои двадцать пальцев! — О как. Теперь стало интереснее. Ну расскажи мне, где и на какие шиши мы будем жить? — Господи, Сонь, если ты только о «шишах» беспокоишься, то тут же прекрати это делать. Не забывай о том, что я всё-таки мужчина. Я всё оплачу, даже не беспокойся. А жить мы будем в гостиничном номере. — Но… — Никаких «но». Что, стесняешься передо мной ходить в пижаме с мишкой? — Откуда ты… может быть, дело совсем не в этом! — Кажется, я стала пунцовой. — Да знаю я вас… — тут он вдруг резко посерьёзнел, — Сонь, это же такая возможность, ну неужели ты не осознаёшь этого? Я знаю, что ты борешься сейчас со своими демонами, и ты большая умница, но эти демоны могут вернуться спустя время. Поверь, я знаю, о чём говорю. Тебе нужно наполнить свою жизнь яркими красками, понимаешь? Если ты будешь уже существующие краски разбавлять бесцветной водой, они исчезнут. Ох уж этот его дар к убеждению… но он прав. Как всегда, он прав. Мне нужна встряска. Но что значит это его «Я знаю, о чём говорю»? Может, самое время спросить… Я вздохнула: — Хорошо. Убедил. Мне действительно не хватает красок, как ты сказал. — Неужели. Я рад, что ты наконец решилась на это, — сказал он с какой-то вымученной улыбкой. — А я рада, что ты рад. Послушай… что ты имел в виду, когда сказал, что знаешь, о чём говоришь? Ух, какая квинтэссенция эмоций пронеслась у него на лице. Что, не нравится когда тебя просят быть взаимным и хоть что-то о себе рассказать, Арсений Сергеевич? Он выпрямился, и посмотрел, кажется, в самую душу: — Когда я тебе сказал такое? Слушай… не бери в голову. Да и вообще, ты допускаешь возможность, что тебе послышалось? Не забивай свой мозг всякой ерундой. Пойдём лучше вон в ту забегаловку, есть хочется просто жуть как! — Я застыла на месте, широко раскрыв глаза. — Пойдём, пойдём! Что это, чёрт возьми, было?..