Вместо предисловия

- Мэнс, познакомьтесь. Это Тэхен. Он ваш новый трейни. Прошу любить и жаловать! – Преувеличенно весело сказал менеджер. По уставшим и безнадежным взглядам, он понял, что всем уже наплевать, кто пришел, лишь вопрос – когда уйдет? - Здравствуйте, я Ким Тэхен! Прошу, позаботьтесь обо мне! – Резким поклоном, он обдал всех воздушной волной тростникового сахара. - Привет. – Неровным строем голоса, все заебались после тяжелой тренировки. - Так! Всем отдыхать! А ты, Тэхен, будешь жить вместе с Хосоком, Сон Тэ и Чонгуком. Как раз и познакомитесь поближе. Все-все, всем расходиться. Мы здесь никого не мучаем до изнеможения. Ты попал в хорошие руки. Чонгук с подозрением косится на странного пацана, немногим его старше, с туманными глазами и острым подбородком. Хосок же не видит в нем опасности для макнэ, хотя, эти мелкие бывают особенно сложными. Сколько их уже прошло. - Ты будешь спать на верхней кровати, постельное чистое. Там, в шкафчике, есть пустая полка для тебя и несколько плечиков. Если не хватит, поделюсь своими. – Хосок все же решает смотреть на новенького благодушно, пока тот не будет творить херню. Тэхен благодарно и немного зажато кивнул, распаковывая свой чемодан. - Ого! А это что у тебя? – с детской непосредственностью Чонгуки бросился к вещам. – Это саксофон? – Улыбка, детская и невинная, озарила глаза, из которых на ребят смотрела сама непосредственность.. - Ээ, да. – Смущенно щурясь – я немного играю. Взял вот, вдруг. Ну вдруг, нужно будет играть. Мне сказали, что можно играть. – Тэхена окутало теплом Гукиных глаз, как маленький солнечный зайчик, он стоял с его саксофоном в тесной комнатушке, окруженный кроватями, вещами и стенами, пропитанными запахом рамена. Грудной вибрирующий голос располагал к себе, неуверенные рваные движения говорили, что новенькому неуютно: «Во и хорошо» - подумал Хосок. Он считал своим долгом старшего оберегать их золотого макне от неприятностей, особенно, после того случая. Слишком много гормонов, слишком большое напряжение и отсутствие его сбросить. Он все понимал, сам еле справлялся, чего уж говорить о неопытных мальчишках, которые сами не знают, что творят. Но! Несовершеннолетние неприкосновенны! Независимо, нравится им или нет. Это правило жизни в обществе, это правило, которое он никогда не забудет. Сморгнув воспоминания детства, Хосок улыбнулся своей самой шикарной улыбкой. - Конечно, Тэхен, ты сможешь поиграть. Только не играй в комнате, прошу тебя. Пусть это место будет местом отдыха от всего. Оазисом спокойствия, прошу всех вас. – голос перешел на шепот, улыбка стала гримасой. Хосоку тоже не нравилось, что ему пришлось сделать с Ан Со Чоном. Он не оправдывал себя, он был слишком честен с собой. Дисциплина, тяжелый упорный труд, чистая совесть – три кита, на которых он еще держался, только они продолжали двигать его уставшее сердце, его истончившееся нервы. Мальчишки переглянулись и дружно кивнули.