Больше, чем друг

      Все помнят эту историю. Вспышка молнии. Безумный гений. Дьявольское создание. Мир, конечно же, запомнил монстра, а не человека. Но если хорошенько призадуматься, всё не так однозначно. Порой монстром становится человек.       Всю жизнь ей твердили, что порядочная девушка должна быть сдержанной, грациозной, скромной, покорной и так далее по списку. Но Элен никогда не была такой. Нет, она, разумеется, старалась не грубить, спину держала прямо, не сыпала ругательствами налево направо, как заправский сапожник. Но и сказать, что она по всем пунктам соответствовала представлению родителей об идеальной благородной девушке, было нельзя. Да, на людях она соблюдала все правила хорошего тона (ну почти). Однако дома маска «сама невинность» довольно легко сбрасывалась, и на свет выходила настоящая Элен Блек, которая вполне могла довольно резко высказать своё мнение по тому или иному поводу, не прочла полностью ни одного любовного романа, забросив каждый ещё на первой-второй главе (хотя была одна книжонка, которую она осилила на половину, но в итоге и та отправилась на полку) и всей душой ненавидела корсеты, кринолины, белила и прочий марафет. Кроме того, девушка терпеть не могла, когда её к чему-то принуждали. Ну что сказать… в ней говорили русские корни, отсюда и свободолюбие. Когда она была ещё девчонкой, то частенько убегала в сад, забиралась на одно из деревьев и сидела там, довольно долго игнорируя все упрашивания и угрозы слуг и няни, или вообще переодевалась мальчишкой и шаталась вместе с уличной шпоной. А после того, как семья провела пару месяцев в России, когда навещала родственников по отцовской линии, Элен, по мнению родителей и прислуги, стала совершенно не управляемая. Ну прониклась девчушка к русскому народу. Каждый день она потихоньку ускользала в конюшню, упрашивала конюха Гаврилу дать ей коня и на несколько часов пропадала в поле, наслаждаясь скоростью, свистящим в ушах ветром и непередаваемым чувством свободы, а возвращаясь ближе к закату, слушала сказки и байки Гаврилы, с которым очень быстро нашла общий язык, как и со многими другими служащими усадьбы и их детьми.       Пока Элен была ребёнком, её бунтарство и непоседливость отчасти списывали на возраст, но, когда она выросла, стали довольно часто происходить размолвки с родителями. Главным образом из-за её «ангельского» характера и нежелания следовать всем общественным нормам. Чаще всего это происходило, когда ей в очередной раз навязывали жениха, мол: «Элен, пора тебе уже задуматься о своём будущем. Не век же сидеть на шее у отца.» В какой-то момент это всё окончательно её доконало, и она заявила, что если и выйдет когда-нибудь замуж, то только по собственному желанию, а чтобы не быть обузой родителям, поступит в медицинский колледж. (Почему именно туда? Вполне возможно, что это наследственное. Медицина заинтересовала Блек ещё в детстве, когда отец первый раз взял её с собой на работу. С тех пор она часто приставала к нему с расспросами на медицинскую тему, и тот, в конце концов, стал время от времени обучать её основам своей профессии.) Скандал был тот ещё. Их перебранку едва ли не во всём Лондоне было слышно. В итоге она хлопнула дверью и заперлась в своей комнате на несколько дней. Оттуда выходили только конверты с письмами и служанка, которая приносила эти самые конверты и еду. Через несколько дней почтальон принёс пакет из академии, который был адресован Элен. Не прошло и пяти минут после того, как конверт оказался в руках девушки, как она влетает в столовую, где завтракали родители и младший брат, наспех одетая в домашнее простое платье без корсета, с немного растрёпанной русой косой, но с гордой улыбкой на лице и с сияющими от радости светло-серыми глазами.       - Вот! – воскликнула она, припечатывая открытый конверт к столу перед отцом. – Меня приняли!       Тот взял письмо и, всё ещё пребывая в лёгком недоумении, углубился в чтение. Выражение его лица менялось с каждым прочитанным словом. То он сосредоточенно хмурился, то его брови удивлённо взлетали вверх. Наконец он отложил конверт и внимательно посмотрел на дочь.       - Почему ты не сказала, что подала документы в колледж? – он не злился. Он просто спрашивал, а в его глазах девушка разглядела гордость и хитрые искорки.       - А вы бы позволили мне это сделать? – вопросом на вопрос ответила она, садясь за стол. – Да если бы и позволили. Я хочу, чтобы приняли меня и мои знания, а не твоё имя и влияние. В конце концов, ты ведь один из лучших докторов в Лондоне.       Отец только покачал головой и, усмехнувшись, дал добро. Зато мать начала причитать, что «негоже благородной девице заниматься подобными вещами», что это противоречит всем нормам и прочее в том же духе. Элен только закатила на это глаза, быстро заглотила завтрак и удалилась в свою комнату, начав готовиться к первому дню в колледже.       Однако поступление девушки в медицинский не остановило бесконечных предложений кандидатур на её руку и сердце и учений, как ей жить. Не выдержав напора, Элен собрала вещи и съехала на съёмную квартиру, которую заранее присмотрела себе, хотя и тогда мать засыпала её письмами о потенциальных женихах.       Девушка продолжала посещать занятия в колледже, иногда репетировала детей из состоятельных семей в некоторых науках, несколько раз съездила за границу… Но могла ли она думать, что встретит человека, который перевернёт её жизнь с ног на голову?