Пролог
12 января 2022 г., 20:34
Why don't you run from me?
Сюэ Ян сидел на широкой лестнице и курил. Юное лицо мальчика покрывали алые капли, сигарета была вся в красных пятнах, словно от краски, как и пальцы парня. Затянувшись, он поднялся. На его юном лице играла самодовольная улыбка, и вскоре он истерично рассмеялся. Мальчик успокоился только когда вдохнул дым и закашлялся.
Сюэ Ян стряхнул пепел на роскошный, когда-то светлый ковер, впитавший в себя алые пятна. Хозяевам было бы трудно его отстирать, если бы они были живы. Если бы….
Сюэ Ян поднялся и пнул ногой мужчину, что лежал на полу с перерезанным горлом и пустым взглядом безжизненных глаз. Рядом с ним лежала женщина с подвернутой ногой и разбитой головой: очевидно, она пыталась убежать, но не смогла, споткнувшись на ступенях и упав на пол.
— Это только начало. Скоро я вырежу всех богатых ублюдков, — выплюнул он и перешагнул через труп.
Сюэ Ян прошел на кухню, и начал открывать шкафы друг за другом. Можно было подумать, что он ищет деньги: он выглядел как оборванец, в этой рваной футболке, потертых джинсах и старых ботинках. Среди всей этой роскоши он казался черным пятном на идеально белом.
Наконец-то он добрался до хрустальной вазы, наполненной конфетами, явно для их деток. Их тела висели наверху. Сюэ Ченмэй бросил сигарету в мусорку и забрался с вазой на стол, не обращая внимания на вспыхнувшие отбросы и едкий дым из-под тумбы. Парень развернул шелестящую обертку и закинул в рот леденец, тут же ощутив вкус сладости и крови на языке. Он блаженно улыбнулся.
Сюэ Ян не боялся попасться. Его главным желанием было убить каждого богатого ублюдка собственными руками. Он посмотрел на свою левую руку и на собственноручно сделанный протез мизинца.
— Вы все сдохнете! Все! — воскликнул Сюэ Ян и засмеялся.
Он до сих пор помнил тот день, словно это было вчера, а не семь лет назад.
Тогда стояла солнечная и теплая погода. Маленький мальчик в мешковатой кофте и порванных джинсах стоял рядом с витриной, разглядывая всевозможные сладости. Его ручки прижались к стеклу, а карие глаза пытались рассмотреть горы мармеладных конфет, шоколадок и ярких леденцов, и, конечно, тарелок с воздушными ягодными пирожными и шоколадными тортами.
— Ты что здесь забыл? — раздался голос сбоку.
Мальчик повернул голову и увидел хмурого мужчину в фартуке с названием магазина. Он упер руки в бока и еще сильнее свел брови, после чего посмотрел на отпечатки рук на стекле. Мужчина побагровел от злости и сжал кулаки.
— Кыш отсюда! Клиентов только распугиваешь мне!
Сюэ Ян нехотя отошел в сторону, все еще бросая взгляд на сладости. Он обхватил руками урчащий живот и сел в сторонку.
Кондитер вытер тряпкой грязные отпечатки рук и зашел внутрь. Через несколько минут в магазин зашли два клиента. Продавец сразу же окружил их вниманием, не заметив, как в помещение вбежал ребенок.
Вблизи все выглядело еще ярче и аппетитнее, не говоря уже про манящий сладкий запах теплой выпечки с кремом. Он потянул ручку к одной из шоколадок, но тут же ее одернул. Как бы он не хотел все это, мальчик знал, что воровать плохо.
И только Сюэ Ян повернулся, чтобы покинуть магазин, как перед ним возник мужчина. Он открыл рот, чтобы накричать на него, но в магазине все еще были покупатели. Поэтому кондитер вздохнул и нагнулся к оборванцу.
— Давай договоримся? — он взял железную коробочку, что стояла на полке, и открыл ее, показывая ассорти конфет. — Хочешь?
Глаза ребенка восторженно распахнулись. Сюэ Ян энергично закивал, разглядывая карамель и стараясь держать себя в руках, чтобы не протянуть руку.
— Тогда выполни два условия. Первое: я тебе передам бумаги, которые ты отдашь одному человеку, — он закрыл коробочку. — Второе: ты больше не появишься здесь. Никогда.
Маленький А-Ян был согласен на все, только бы заполучить желанную коробку. Он был еще ребенком, и вряд ли мог ожидать подвох во всей этой ситуации. Кондитер же протянул ребенку папку с бумагами и улыбнулся, не показывая облегчения, что ему самому не придется идти на встречу с таким человеком, как Чан Цы Ань.
Перед глазами Сюэ Яна стоял образ ярких фантиков и конфет. По дороге к нужному дому он уже представлял, как ощутит сладость во рту. Как спрячет красивую баночку и будет растягивать удовольствие на несколько дней или даже на месяц. Хотя, может он не вытерпит и съест сразу все. Счастливая улыбка появилась на его лице, и он побежал, чтобы как можно скорее оказаться на месте.
Отец редко покупал ему сладкое, зато тому всегда хватало денег на выпивку. На сына ему было плевать. Мальчик для него был обузой, а не сыном. Лишь иногда он вспоминал свои отцовские обязанности и воспитывал Сюэ Яна. В такие моменты Сюэ Лиу мог купить шоколадку ребенку, в то время как другие родители детям дарили игрушки.
Маленький Ян был рад и сладкому, ведь поиграть он мог и с тем, что найдет на улице: камни, палки, насекомые и мелкие животные. Им он строил домики и норки, давая заботу, которой никогда не ощущал сам.
Сюэ Ян оказался в ухоженном и элитном районе. Он проходил мимо огромных зданий, чистых лужаек и тропинок. Наконец, он нашел нужный особняк и тут же позвонил в дверь.
— Да? — дверь открыл дворецкий. Он удивленно посмотрел на мальчика лет пяти-шести в простой одежде с какой-то папкой в руках.
— Здлавствуйте, — мальчик поклонился мужчине. — Меня поплосили передать, — он дрожащей ручкой протянул свою ношу.
— Проходи, я позову хозяина, — дворецкий открыл перед ним дверь.
Мальчик прошел внутрь, озираясь большими глазами по сторонам. Он впервые находился в таком месте. Здесь не просто все выглядело роскошно, здесь пахло дороговизной: начищенные полы, высокие потолки и хрустальная люстра над широкой лестницей, по которой спускался мужчина.
Тогда Чан Цы Ань даже не подозревал, что будет ползти по ступенькам, оставляя кровавый след позади.
— Господин, — мальчик неуклюже поклонился и протянул ему бумаги, — вам просили передать.
Мужчина с презрением взглянул на ребенка, затем на дворецкого.
— Зачем ты впустил это отребье сюда? — возмутился господин Чан. — Выбросите его отсюда.
Прислуга растерялась, зато мальчик вцепился в брюки мужчины и посмотрел на него чуть ли не умоляющими глазами.
— Пожалуйста, плосто возьмите, — попросил Сюэ Ян, мечтая получить заветную коробочку.
Мужчина с такой силой оттолкнул ребенка, что тот завалился на спину, а документы вывалились из папки и разлетелись по всему холлу.
Чан Цы Ань успел взглянуть на то, что было написано на листах, и еще больше раскраснелся, сжав руки в кулаки.
Он схватил за шиворот ни в чем не повинного ребенка и выбросил его на улицу. Мальчик рванул обратно, но не успел: дверь захлопнулась перед самым носом. По дереву потекла кровь. Маленький А-Ян не сразу понял, что произошло. Он отстранился и упал на землю, смотря на свою ручку, залитую кровью, а маленький мизинец валялся рядом с дверью. Ужас охватил его настолько, что он не мог дышать. Когда шок прошел, острая, невыносимая боль пронзила его.
Сюэ Ян громко заплакал, завывая и обнимая раненую руку.
Никто не обратил на него внимания. Хозяева дома даже не открыли дверь, хотя и наблюдали за ним в окно, мечтая, чтобы он поскорее ушел.
Под вечер мальчик пришел к кондитеру, но дверь магазина была закрыта, а на следующий день он будто и не помнил, что обещал ребенку коробку с конфетами.
И он вернулся в дом этих богатеев, пока они мирно спали и не подозревали, что их камеры давно уже не работали, а сигнализация была изучена вдоль и поперек. Отключить ее не составило ни малейшего труда.
Воздух наэлектризовался. Сердце стучало как бешеное, ладони вспотели. В руках у него были веревка и нож. Первым делом он повесил детей, а следом ранил мужчину — так с ним справиться было куда легче. Убивать во сне не так весело, как наяву, когда двое взрослых людей бегут от подростка и визжат, умоляя отпустить их.
Лицо Сюэ Ян не скрывал: они должны были видеть того, кто расправился с ними, пока сами тонули в соплях и крови, предлагая ему свои деньги, лишь бы он отпустил их.
Шикарный особняк сгорел вместе со следами и телами богачей.
В карманах шелестели конфеты, а он смеялся, наслаждаясь тем, что совершил.
