Город, похороненный пеплом

Антон еле открыл глаза. На душе было тяжко, а из-за снегопада на улице была словно всё ещё ночь. Деревянные доски казалось промёрзли годы назад и теперь грозились отморозить ещё и пятки блондина. В полутьме, Антон несколько раз неуверенно косился на часы. Настенные не внушали доверия, но даже будильник упорно показывал раннее утро. Дом показался парню слишком большим. Лишние комнаты… Зачем его родители приехали сюда, неужели планируют пополнение? Стеклянным взглядом Петров сверлил себя в зеркале. Сонливость так и не отпустила и очки могли столкнуться с другой стеклянной поверхностью. И зачем он так рано встал… Туман в голове всё окутывал блондина, пока он не спустился на кухню. Образ девушки за плитой вдруг кольнул его и сразу рассеялся. Кстати всплыли слова Ромы: те, кого забрали, стирались из памяти других. Он потерял кого-то! – Нет, нет, нет… – Посреди коридора блондин присел на корточки, хватаясь за голову. – Кого они забрали… Лишняя комната, использовалась ли она? Продолжая бормотать, Петров рванул обратно наверх, врываясь в «чужую» комнату. Повсюду валялись игрушки, кровать не застелена и всё кричало о том, что минуту назад хозяин комнаты просто вышел и скоро вернётся. Однако, ни одна из вещей не вызывала в парне эмоций. Словно… он находиться в музее с реконструкцией чей-то жизни, которая оборвалась слишком давно, чтобы грустить. Усилием блондин концентрировался на мыслях о той девушке. Словно его силой тянули за руку в совершенно другую сторону. Поспешно схватив блокнот и ручку с помпоном, парень записал то, что выяснил. Лишь образ девушки и комната. Даже помещение он решил описать. Следующей мыслю был звонок Роме, тот ведь всегда знал, что делать… Он поможет… Страх и отчаяние то вспыхивало, то гасло. Антону казалось, что его как рыбу, то достают, то опускают в ведро. В воде шумы гасли и не тревожили юное сердце, однако внешние ощущения так и врывались в его мир. Парень сам стремился остаться в том, живом, мире. С трудом натянув на себя одежду, блондин вновь спустился на кухню, веря в новые факты. Но даже прошлое видение казалось самообманом. Сидя на полу, парень впервые застал родителей. Двое взрослых синхронно прошли мимо. Женщина сразу механически открыла холодильник, начиная готовить завтрак, мужчина просто смирно сел за стол. «С родителями что-то не так» Чьи-то слова ворвались в белый шум. Антон смотрел на свою семью и всё больше ужасался, ведь на него даже не посмотрели. Супруги молча закидывали в себя пищу, оглушительно громко пережёвывая её. – Мам… Пап? – Однако на сына никто так и не обернулся. – Вы не помните..?! Пропала… Она пропала! Петров не знал кто, но был уверен, он давно лишился разума в этом городе! На крики восковые куклы, парень не мог назвать их родителями, наконец повернули головы в его сторону. С минуту они молча смотрели на Антона, словно впервые видели. Затем лицевые мышцы женщины с трудом напряглись, выражая улыбку. – Ходи в школу, дорогой. – Ни одной эмоции не прозвучало в голосе и мать отвернулась обратно к тарелке. – Почему вы.. – Но Антон вынудил себя замолчать. Ощущение, что эти монстры в человеческом костюме могут сожрать его, если он не будет играть по сценарию. Как плохой актер, блондин кивнул и не разворачиваясь отступил в прихожую. Пусть взрослые и не отреагировали, ощущение опасности не исчезло. Парень обувался, стараясь даже не моргать, наблюдая за завтракающими. Теперь казалось, что те совсем перестали притворяться и запихивать в себя ненужную пищу. Куртку блондин схватил уже открывая дверь. В лицо сразу ударил мокрый снег, прилипая к одежде и телу. Придержав пару лишних секунд дверь, Антон рванул в школу. Растаявший снег замерзал, соприкасаясь с парнем и тому становилось труднее бежать. Однако холода тот не ощущал. Со всех сторон наступала опасность, белое марево старалось затащить парня обратно в лес. Блондин не верил себе, когда всё же увидел здание школы. Он стоял в паре метров и только сейчас смог увидеть серую обшарпанную стену. Снег был хуже тумана, хотя тот проникал даже в одежду, пропитывая всё собой. Ощутив облегчение, Антон, не думая, скрылся за тяжёлыми дверьми. Он почти добежал до своего класса, до Ромы, но что-то было не так. Когда оно вообще было «так»! Краска на стенах держалась чудом, теперь же она полностью лопнула и слезла на пол, словно срезанные полоски кожи. Замерев, Петров вновь глянул в окно. Вместо снега на землю оседал пепел. Взгляд медленно перешёл на рукава, те также были в саже… Как давно он… И почему он снова не услышал сирену?! Страх медленно полз по ногам, оплетая стопы, икры, бёдра, переходя на руки и сжимаясь на горле. Было тихо. Блондин медленно оглянулся, судорожно обдумывая, куда ему идти. Пора было перестать надеяться на друга и действовать самостоятельно. Пусть он и хотел поговорить сначала с брюнетом, но проблема была только его. Ту девушку.. он больше не помнил её внешность.. забрали не так давно, возможно есть шанс отыскать её тут? Приняв решение, Антон двинулся вдоль коридора, осматривая школу. Ему было проще искать несуществующую девушку, нежели возвращаться к тем сущностям домой. Тоской отдавались воспоминания о Роме. Что-то продолжало плескаться на дне его сердца, убеждая парня, что хулиган лишь использует его и привязан только один из них. Погружаясь во тьму, приезжий обходил пустое здание. Пустота помещений пугала ещё больше, за каждым новым поворотом блондину мерещился треск и срежет когтей по стеклу. Однако все три этажа были пусты, за окнами больше не было видно ничего, кроме серого цвета. Почти выдохнув, что в здании он один, нечто заставило его задержать дыхание. Словно рыцари, долговязые фигуры выстроились вдоль стен, в конце парня ждала дверь на выход. Он уже встречал раньше этих существ без глаз и зубов. В тот раз между ними было стекло, а твари всё равно сразу бросились к нему. Помня о прошлых ошибках, блондин осмотрел пол и сосредоточился на двери. Шаг за шагом парень двигался к ней, слушая чужое дыхание. Иногда один из строя заламывал себе руки, тяжело дыша через нос. Оказавшись в метре от гнилых досок, рука Антона замерла в воздухе. Она ведь… обязательно заскрипит, и тогда вся толпа позади него ринется на звук. Стоило появиться щели, словно языки пламени, внутрь проникал туман. Под звуки бьющегося о кости сердца, блондин оказался на улице. Теперь нельзя было сказать, день или ночь. Из-за тумана ничего нельзя было рассмотреть дальше пары метров, пепел растворялся, так и не долетев до земли, а серое безоблачное небо и грязный снег легко могли заменить друг друга. Холода вдруг не стало. Антон двинулся вдоль дороги. Большинство дверей были заколочены досками, однако окна были побиты и грязные занавески, словно языки, метались туда-сюда. Не зная, куда именно идти, парень старался просто осматривать дома. Он почти забыл, где находиться, зачем он вообще куда-то идёт. Но туман вдруг расступился, а на Петрова вышло… тело. Чудище с трудом переставляло ноги, из шеи клубился дым, а в распоротой грудной клетке что-то ярко пульсировало, грозясь вот-вот вырваться. Не желая выяснять, что же произойдёт дальше, парень заскользил по снегу, убегая. Послышался взрыв, но тяжёлые шаги продолжали звучать позади. Чем бы оно ни было, блондин молил всех богов, больше не встречать подобного, хотя знал тщетность своих просьб. Вспомнилась кровь, Ромина кровь. Тот всегда встречал подобных тварей, возвращался к друзьям, а потом снова возвращался к ужасам по своей воле… Захотелось прижать брюнета к себе и разрыдаться как в детстве, только теперь лить слёзы не из-за сломанной игрушки, а… сломленного друга. Петров вымотался, казалось он уже трижды прошёл одной и той же улицей, иногда замирая в переулках и прячась от странных существ. Парень больше не подпускал тех близко, лишь заслышав шаги, скрежет или хриплое дыхание. Забравшись в пустую квартиру, даже мебели там не осталось, Петров присел в углу, чтобы было видно окно. По ту сторону словно всё время кто-то ходил, тени мелькали совсем близко, и парень не мог позволить себе даже прикрыть глаз. Почти не моргая, тот старался смириться с одиночеством и возможной смертью от голода. *** Парень уже несколько часов усмирял популяцию тварей, уверенно орудуя небольшим ножом. Время на этой стороне словно не шло, небо не менялось, продукты не портились. Однако парень знал себя достаточно хорошо, чтобы по своей усталости высчитывать время. Рома был уверен, что тот, кто ему нужен, тут. И пусть, «искать кого-то» стало уже рутиной, сейчас он обязан отыскать пропажу. Сердце словно утратило пульс. На секунду Пятифан даже подумал, что, если остановится и задержит дыхание, монстры пропустят его. Только у него была своя охота. Вдруг, если он однажды перебьёт всех и тьма их города сможет рассеяться… – Сына, закрой глаза. – Мужской голос звучал словно снизу. Каждый раз слыша его, брюнет вздрагивал. «Отец» постоянно звал его, что-то просил сделать или просто тяжело вздыхал. Реже кричал, плакал и требовал помощи, возможно потому, что это слабее действовало на гостя. Даже зная, что голос на самом деле был чужим, хулиган не мог не проверить его источник. Так он каждый раз и оказывался зажат существами. Пятифан завернул в переулок, дальше был тупик. Нечто уже ползло за ним, царапая землю серпом на хвосте. Голое туловище не замечало снег, приближаясь. Самый тяжёлый противник, ведь подходить близко к такому было смертельно опасно. Тварь крепче вцепилась в землю передними человеческими руками, размахивая и целясь хвостом. Шанс был один, обычно лучшей тактикой был побег. Сейчас же брюнет ждал момента, когда сможет проскользнуть мимо. Серп вдруг со свистом полетел к человеку, который в тот же миг прыгнул к стене. Плечо жгло болью, однако тварь застряла, появилось несколько драгоценных секунд. Рома бежал, вдруг задыхаясь. Боль как вспыхнула, также и потухла, но кровь пропитывала рукав и стекала на снег. – Антон, где же ты. – Пробормотал брюнет, звук своего голоса показался чужим. За углом вдруг показался силуэт. Размытый, он двигался по широкой главной улице. Рома отчаянно пошёл следом, хотя знал, что миражи не были редкостью. Остаточный след от других людей иногда проявлялся и тут. Однако нечто в пухлой куртке и идиотской шапке явно было его Антоном. Силуэт часто петлял, показывался на одном и том же месте не двигаясь, но постепенно они приближались к конкретному месту. Поворот был не глубоким, упирался в тупик. Лишь одно окно должно было выходить туда, бывшая квартира старика Макара. Тварь блуждала рядом, вынюхивая жизнь, поэтому брюнет затаился неподалёку. Ждать было сложно, изнанка словно застыла. Пятифан старался не думать о времени, которое проходило в реальности, оно волновало его теперь меньше всего. Вскоре удалось подгадать момент, отвлечь нечто на себя. Парень сделал круг по району, легко плутая и возвращаясь на место. Секунда и он влетел в окно, сразу приседая и прижимаясь к стене. Вздрогнули оба. Напротив сидел скомканный, зажатый потерявшийся. Они узнали друг друга спустя долгую минуту. – Рома… – Одними губами произнёс блондин, боясь каждого звука вне их укрытия. Петров просидел в одной позе достаточно долго, кости промерзли насквозь и пошевелиться тот уже просто не мог. Его мысли путались и со временем очищались. Если бы не появление одноклассника, парень забыл бы уже кто он сам. Теперь блондин фокусировался на друге, который медленно приближался. – Идти сможешь? Надо уходить отсюда. – Хулиган непроизвольно протянул руки к чужим, сжимая и растирая. – Не могу. Уйти в смысле. – Парень вновь поник, ведь он не мог объяснить свою цель. – Так, хорошо. И какой план? – Пятифан сел рядом, вытянув ноги и, так и не отпустив руки. – Я… должен найти кое-что. – Блондин был шокирован, что объяснений от него и не требовали. – Хочешь начать от леса и заводов или со стороны моста? – Прямой взгляд сверлил серое небо в квадрате, в поиске ему не было равных. – Думал скорее начать со школы, а потом проверить другие крупные здания. – Несмотря на тепло друга, холод всё сильнее подкрадывался, перехватывая дыхание. – Лучше изучать территорию квадратами, но хорошо, давай сначала школу, больницу и отель на въезде, потом пойдем к твоему дому и далее. – Взгляд упал на новенького. – Но и тут оставаться плохая идея, пойдем. Даже держась за чужую горячую руку, блондин не мог подняться. Благо, кровь перестала идти у второго и его мимолётное ощущение боли было не замечено. С нескольких попыток оба оказались на ногах и тихо двинулись к двери. – Нести я тебя не смогу, разминай ноги. – Роман двигался чуть впереди, проверяя каждый закуток, прежде чем пускать своего спутника. – Всё в порядке, уже лучше. – Лучше не было, теперь на каждый шаг ноги словно протыкало тысячей игл. – Куда мы идём? – Ко мне. Рома жил среди других небольших домиков с довольно большим участком. Однако Блондин не был уверен, что ему нравиться больше: Пустые глазницы соседних домов, которые следили за каждым их шагом или лес вокруг его дома и сам дом, пожирающий все звуки. За небольшим забором стояло два дома, небольшой с маленькими окнами и жилой одноэтажный. Антон был готов увидеть дом друга, но тот оставил его снаружи, скрывшись внутри. Ветер свистел вокруг, однако улица казалась безопасной, и парень чуть выдохнул, представляя, что просто ждет друга на прогулку. Второй же колебался мгновение, но всё равно оставил своего друга. Его дом даже вне этой стороны выглядел покинуто и пусто, сейчас же ему было стыдно показывать своё запустение. С пропажи отца он перестал именно жить тут, перекусывая безвкусной едой из школьной столовой и приходя только ради редкого сна. Остальное время он проводил на ногах, путаясь в мирах. Только с приходом яркого пятна в виде приезжего блондина изнанка стала особенно серой. Схватив пару одеял из шкафа, свечи, что ещё валялись в ящике и пару фонарей, брюнет с тоской осмотрел помещение. Очень давно он не считал это место домом и скучал. Взгляд зацепился за холодильник, но открыть тот он так и не попытался – вся еда давно стухла, если вообще была там. – Ты как тут? – Прошептал парень, показываясь из-за двери. Антон послушно стоял напротив двери и радостно улыбнулся, завидев друга, кивнул на вопрос. А щёки хулигана горели не от того, что он снова вышел на колючий ветер. Перед ним сиял блондин и серость вокруг словно рассеивалась. Рома с трудом подавил желание обнять парня и ощутить ещё и физическое тепло. – Пойдём. – Хмуро произнёс брюнет, направившись к бане. – Там будет безопаснее, чем в доме, в дома они тоже могут зайти. – Внутри точно пусто? – Петров жался ближе, но улыбка с его губ не исчезла. – Я часто оставался там, когда нужно было перевязать раны или отдохнуть. Возьми-ка. – Парень скинул ворох одеял на другого, открывая тяжёлую дверь. Ткань пахла старостью, словно пара движений и они раскрошатся в пыль. Антон почти чихнул, но отвлёкся на обстановку. Над самой дверью висел почерневший крест, больше парень не успел увидеть, света в окна поступало крайне мало. – Залазь. – Двери не было, лишь такое же потрёпанное одеяло, прибитое сверху на гвозди. Парни разместились в предбаннике, небольшие две скамейки были сдвинуты ко входу в баню, также завешанному тканью, и блокировали проход. В узком помещении они постелили одно одеяло на пол, другое кинули рядом. Свечи Рома высыпал в углу, выкинув свою зажигалку к ним. Он всё равно пассивно надеялся оставить блондина в безопасности. – Тут уютно. – Антон приземлился, подняв тонну пыли. Однако запах влажного дерева перебивал сырость и пыль. В полумраке было приятно, а из-за маленького пространства они дыханием согревали воздух. Силы хулигана давно были в минусе, поэтому тот также упал, не снимая верхней одежды. Одной рукой брюнет захватил блондина, также заваливая на импровизированную кровать и прижимая к себе. Антон, устраиваясь удобнее, повернулся на бок и накинул одеяло. Казалось, словно холод отступил от их логова. Даже сквозь две куртки ощущалось чужое тепло, опасности вдруг забылись, и блондин даже смог спокойно уснуть. Рома старался расслабиться, только тело то и дело напрягалось. Он вспоминал, что обнимает другого, поэтому силой заставлял руки перестать дрожать и не сжимать тело рядом слишком сильно. Брюнет знал, через что придётся пройти им, не хотел он всего этого для Петрова. *** На последнем уроке раздалась сирена, вместо звонка. Только один в классе испугано поднял голову, беззубый парень Бяша оторвался от тетрадки и огляделся. Он помнил своих друзей и не нужно было быть гением, чтобы понять, куда они ушли. Рома был его лучшим другом, который часто вытаскивал его из личной бездны, даже не замечая этого. Парень боялся теперь одного – забыть друга и затонуть в серости быта. Сам он никогда не стремился что-то менять, восхищаясь Ромой. Он писал от руки имена, «Рома – Антон» покрывали уже несколько страниц. Паническая боязнь забыть не отпускала его уже пару дней. Пока ученики и преподаватель смотрели в стену, Бяша старался вернуть дыхание в норму. И почему его друзьям не сиделось на месте! Сначала он решился сразу записать кто они и что нужно помнить, небольшая книжечка всегда оттягивала его карман. Теперь имена хотелось вырезать на коже. Однако после второй сирены, когда ученики могли безопасно покинуть кабинет, парень переменился. Рукой ощущая записную книжку, он торопился оказаться на улице. Пусть он не получил никаких указаний, не мог бросить дело друга на самотёк. Они с брюнетом следили за безопасностью своего города, насколько могли. Редкие магазины часто работали под их контролем. В холодное время дикие собаки часто объединялись в стаи, так и молодёжь у них. Банды создавались ради пустяков, но так люди находили хоть какой-то стимул жить дальше. Бяша старался разобраться с теми, кто начал копать под них, однако возникла и новая проблема. Кто-то воровал из единственного крупного магазина. Пропадала не только еда, но и материалы. Никому из местных это было не нужно. Теория о приезжем, кто мог… Семёна… Не зря же они бегали по городу с Антоном тогда. Воспоминания о блондине кольнули. Петров был с ними не долго, однако легко влился в компанию, словно их всегда было трое. Если раньше с ними ходил Свинья или кто-то из девушек ещё пытался проявить внимание, те каждый раз рушили атмосферу. Между Ромой и Антоном же была своя химия. Брюнет спорил с ним совсем недавно, что нет, не нравиться он новенькому и что вообще за разговоры. А потом они оба заметили направленный на них взгляд. Петров смотрел, постоянно следил взглядом, возможно и не замечая этого сам. Бяша хихикал, вспоминая красные уши Пятифана. Всё что он мог, только вспоминать. И быть внимательнее. Теперь он ходил на занятия, чтобы не сойти с ума, внося в жизнь элемент рутины. Но всё остальное время парень наблюдал и подмечал детали. Если бы что-то изменилось, он тут же бы пошёл по следу. Жаль только, что, кроме магазина, зацепок не было. *** Слишком тихо. Утро обычно сопровождалось незаметными звуками города и птиц. Люди просыпались, машины и заводы гудели, животные также начинали свою жизнь. Антон первый открыл глаза, всю ночь прижимаясь к другу - холод пробирался даже в их берлогу. Отсутствие звуков нервировало, однако это было лучше шаркающих шагов вокруг. Рома натянул на голову капюшон, также прижимаясь к тёплом телу и мелко дрожа. Блондин думал, как помочь тому, но снять незаметно куртку бы не вышло, да и самого то и дело пробирала дрожь. Это была их первая ночь, ужасно хотелось тепла. Петров допустил мысль, что раньше хулиган мог ночевать так один. Медленно выпутавшись из объятий, блондин на ощупь направился к свечам. Их не стоило зажигать много и на долго, кислород мог закончиться, однако Антон не мог смотреть на то, как теперь сжался друг. Свою куртку проснувшийся также отдал, а сам сжимал в руке небольшую свечу. При свете пламени стало только хуже. Пламя трепыхалось от сквозняка и отбрасывало пугающие тени. Монстры были снаружи, однако вскоре Антона потряхивало ещё и от страха. Время суток определить было невозможно, парень не собирался выходить один, и ночная атмосфера неизвестности и опасности захватывала его. – Антон? – С утра Рома хрипел. – Я тут. Ужасно холодно. – Он поправил очки, поворачиваясь к брюнету. – И поэтому ты решил снять куртку? Забери. – Пуховик пролетел в опасной близости от огня. – Ты часто... оставался тут? – Не будем об этом. – Пятифан быстро снова овладел собой, напрягаясь и переставая дрожать. – Сейчас мы не можем выйти обратно, пока искал тебя, я уже заметил перемену. – Мы заперты? – Паника вмиг поглотила блондина, а холод с новой силой напал на него. – Не думай сейчас об этом, лучше реши, что мы ищем. Реши для себя. – Рома подвинулся ближе, незаметно греясь о пламя. – Когда время придёт, я вытащу нас, ты же мне веришь? – Верю. – Блондин глубоко вздохнул, чуть улыбаясь от прикосновения к своим рукам чужими. – Сейчас уже утро? – А кто его знает! – Пятифан широко улыбнулся, задувая огонь. – Тут нет времён суток, но нам нужно идти. Антон успел отставить свечу на деревянный пол, прежде чем его дёрнули вперёд, буквально роняя на брюнета. Ноги переплелись, занимая удобное положение, а уверенные руки прижали к себе снова. Петров вздохнул, втягивая носом уже привычный запах табака и обнимая в ответ. Руки Ромы прошлись по спине, переходя на затылок и замирая на волосах. Поцелуи от хулигана всегда были неожиданными, либо он сейчас укусит, либо приласкает. Как ни в чём не бывало парни оторвались друг от друга, покидая своё убежище. Оказавшись среди снега, Антон забрал свои слова о холоде, у них там было даже тепло. Руки сразу покраснели, а кожа натянулась, щёки также начало щипать. Даже дышать было неприятно. Оба парня нахмурились, не рискуя обсуждать находку в слух. Обычно снег возвращался в исходное состояние, словно выпадая каждую ночь толстым слоем заново. Однако двор, ещё вчера покрытый нетронутым полотном, теперь был рыхлым, словно кто-то ходил вокруг их бани, а потом заметал следы. – Пойдем. – Рома ускорил шаг, чаще оглядываясь. Блондина передёрнуло. Они ведь были одни? Чудища были частью «природы», они не могли оставить таких следов. Что-то ещё более неизвестное пугало до подкошенных ног. Парни молчаливо согласились обсудить произошедшее в более безопасной обстановке. Впереди было то, что требовало полного внимания. Парни в тишине вернулись к школе. Любой звук мог привлечь тварей и Рома следил за территорией. Второй путник не мог избавить от противоречия. Ведь они шли на учёбу, словно обычные люди! Если бы не совершенно пустой город, Петров бы забыл вовсе об опасности за каждым поворотом. Двор было сложно рассмотреть, утрений туман клубился за воротами, хотя парни были уверены, что не могли проснуться так рано. Взявшись за руки, двое приближались к тяжелым дверям. Одна из них была сорвана с верхних петель и пропускала снег и ветер внутрь. Оба молча переглянулись. Мыслей в голове крутилось множество, страхи и сомнения в том числе, однако всё приходилось сдерживать и не издавать ни звука. На снегу остались только их следы, однако это не означало, что за стенами больше никто не скрывался. Ощущая чужой взгляд на спине, парни скрылись в здании. Их ждало три этажа тишины. Антон послушно шёл позади, пожираемый своими мыслями. Он винил себя, не знал ведь даже, что ищет, а брюнет ради него рискует остаться навсегда забытым. И если Пятифан мог за себя постоять, сейчас тому приходилось следить и за своим спутником. Собравшись, блондин хотел уже начать действовать, однако решимости хватило поравняться с другом. Тот странно глянул в ответ, но мешать не стал, открывая очередную дверь. Каждый поход в храм знаний всегда оборачивался для Петрова встречей с «незнакомцами», и он ужасно сильно хотел спросить, видел ли их друг. Он ведь обязан предупредить о том, что знает… Вместо этого блондин вслушивался в их громкие шаги, стараясь не вздрагивать при каждом взгляде в окна. Они прошли уже несколько кабинетов, ничего не найдя, туман же не позволял рассмотреть происходящее на улице. – Ром… – Почти неслышно произнёс Антон, когда они оказались в небольшой подсобке. – Что? – Молниеносно отреагировал второй, их голоса всё равно расходились эхом. – Я встречал тут длинных… – Ага, они любят это место, странно, что мы никого не встретили. – Брюнет прикрыл дверь, оставляя их в полной темноте. – А кто они? – Понятия не имею. Будь у нас ответы на вопросы, и нас бы тут не было. – От чужого тела исходило тепло, из-за холода оно обжигало. – Готов? – Идём. Они покинули помещение, непроизвольно сцепляя руки. Жутких тварей на первом этаже не оказалось и двое немного расслабились, наивно веря, что их вылазка пройдёт спокойно. Однако, Роме казалось, что если они никого не встретят, то так ничего и не найдут. Спокойно для него давно означало бесполезно и потрачено в пустую. Ведь если бы его отец спокойно сидел один в безопасности, почему он сам не вернулся домой? На втором этаже было шумно, в сравнении с первым. Словно в каждом кабинете что-то шуршало, двигало стулья или стучало по доске. Здесь же находился и актовый зал, в котором Антон так и не побывал. Из широких дверей изредка доносились отдельные ноты старого пианино. Парни, а именно брюнет, устали ходить по пустым помещениям и резво бросились на звук. Однако стоило Роме открыть дверь в класс, всё затихало. Они стали быстрее проверять помещения, иногда замечая, как падал мел или завершал движение стул. Нечто явно убегало от них, чем усиливало уверенность парней. Даже в зал старшеклассники смело шагнули вперёд. Сцену покрывал толстый слой пыли, поэтому парни даже не стали туда подниматься. Музыкальный инструмент также был словно в серой плёнке. Лишь у самого входа и окна можно было не поднимать облака пыли. Антон спокойно двинулся к окну, пока второй продолжал всматриваться в каждый угол. Яркий снег продолжал сверкать даже с такого расстояния, хотя блондин ожидал вновь увидеть вечный туман. Но в этот раз ему хотели что-то показать. За углом здания, чтоб увидеть который парень прижался к стеклу щекой, снег лежал не ровно. Словно кто-то недавно там прошёл, возможно даже бежал. – Ром! Есть окна, выходящие туда? – Блондин активно указывал сторону, не отлипая от стекла. – Третий этаж. Что ты увидел-то? – Пятифан оперативно двинулся в нужную сторону, напугав друга. – П-подожди! – Петров рванул следом, почти поскальзываясь. Брюнет, остановившись в дверях, протянул руку, давая фору второму. Сжимая чужую тёплую ладонь становилось спокойнее, Петров ещё и ощутил что-то внутри. Его задело, ведь бунтарь и одиночка только что подождал его, взял с собой. На последнем этаже и правда находилось небольшое окно в конце коридора. Блондин сразу рванул туда, пока хулиган бегло осматривал распахнутые двери. Кроме выбитых окон и листьев, заполнивших кабинеты, ничего не было. По белому снегу шаркали твари, которых до этого встречали в здании школы. Сгорбленные фигуры шагали ровным быстрым шагом, оставляя полосы на снегу опушенными руками. Парень быстро отошёл от жути, сковывавшей его каждый раз, проследив взглядом за направлением тварей. Петров успел увидеть тень между домами, существа явно преследовали его. За несколько секунд те успели преодолеть весь двор и выйти на улицу. Блондин застыл, ожидая худшего – когда они повернут обратно к школе и обнаружат их. – Ты как? Порядок? – Брюнет тронул чужое плечо, стараясь не выпускать из виду лестницу, по которой они шли. – Да… Там. Они. – Речь прерывалась, парень всё боялся отвести взгляд, хотя вид опустел. – И кто-то чужой, я не видел точно, но его преследовали. – Какой теперь план? – Рома спокойно прислонился к стене спиной, олицетворяя оазис спокойствия. – Надо.. поймать его? Но и искать… – Только что же он ищет… – Понял. Домой? Для Антона было странно, что его друг каждый раз так просто ему верил. Разве можно так просто полагаться на чужие слова? Петров кивнул, недоверчиво смотря на чужую спину. Они возвращались. Пусть приезжий и не мог ответить на многие вопросы даже себе, но он никогда не запрещал их задавать! Словно… ему просто не верили вовсе, поэтому никакие слова были не нужны. – Ром… – Дрожа начал парень. – Тише, давай потом. – Пятифан быстро глянул на спутника, мимолётно улыбаясь. Они направлялись к своей базе, бане у дома. Пусть так и было немного теплее и возможно безопаснее, но Антон не хотел сейчас возвращаться в темноту. Мысли и так не отпускали его, запираться словно в ящике, было для него фатально. Темные окна домов вновь смотрели на них, облизываясь оборванными шторками. Блондин то жался к чужой спине, то наоборот отступал, чувствуя себя лишним. Им везло не так, как в школе. На встречу вышел старый знакомый, тварь с главных улиц. Пусть на улице был день, Антону хотелось включить свет. Словно чего-то не хватало, а здания даже днём смотрели непроглядной тьмой. Блондин всеми силами старался отвлечься и не поднимать глаза от земли. Снег продолжал сиять чистотой, опасности вокруг как будто бы и не было. – Антон. – Вдруг остановился брюнет, рукой прикрывая грудь друга. – Сейчас ты бежишь вперёд и ждешь меня дома. – Что происходит? – Петров в миг пришёл в себя, оглядываясь. – Потом. Спустя долгую секунду блондин расслышал скрежет. За ними что-то следовало и возможно очень давно. Вести тварь за собой дальше никак нельзя, вот хулиган вновь принял решение в одиночку. Рома уже присматривал пути отхода или возможное оружие. Без Антона под боком брюнет был гораздо мобильнее и мог не волноваться лишний раз. – Я тебя не брошу, ты о чём вообще? – Блондин непроизвольно отошёл от источника звука. – Тошь. Не дури. – Серьёзные глаза поймали серые. Расстояние между парнями вдруг сократилось. Счёт шёл на секунды, но Пятифан притянул друга, хватаясь за воздушную куртку и целуя. Брюнет всегда делал это агрессивно, отдавая себя полностью, второму только и оставалось, что догонять. – Я вернусь. Обещаю. – Облачко пара растворилось между ними. Твёрдые руки оттолкнули, вынуждая отступать. Нервно поправив очки, Антон поспешно скрылся среди дворов. Опрометчиво бежать он не стал, лишь ускорил шаг, спеша домой. Ужасно не хотелось бросать друга так, словно он слишком бесполезен. Рома же готовился к драке. Ему нужно было показаться на глаза монстру, чтобы тот точно последовал за ним. Тревожное ожидание быстро закончилось и ползущий показался перед человеком. Хвост серпом мигом взбодрился, метаясь теперь из стороны в сторону. Пятифан сглотнул, застывая. Лезвие застыло на уровне его головы. Пусть парень всегда предпочитал действовать в лоб, использовать нападение как защиту, но сейчас враг точно превосходил его. Старая рана начала ныть, напоминая о недавней встрече. Человеческие руки существа напряглись, черные пальцы царапали дорогу. От первого выпада брюнет отскочил назад, падая. Рома быстро отталкивался ногами, уходя от следующих ударов наотмашь. Одежда намокала, где-то успела порваться, а спина горела. Но в первую очередь хулигана беспокоила своя жизнь. Встать у него не получалось, проблема была лишь в этом. Тварь была достаточно крупной и медленной для резвого человека, тот легко бы сбежал, если бы мог. – Да чего ты пристал ко мне…! – Кричал парень, путаясь руками в сугробах. Костяшки пальцев полопались и покраснели. Замок на куртке порвался и мороз аккуратно обнимал Пятифана за талию. Движения всё больше замедлялись, однако не только человека. Улучив момент, хулиган вскочил на ноги, быстро ныряя в переулок. Скрежет вновь прозвучал, удар хвоста пришёлся на стену. * Антон послушно спешил в укрытие, однако с каждым шагом он замедлялся. Мысли пожирали. Враги Ромы были снаружи, ну, а у блондина внутри. Словно вязкие нити, что-то держало парня, затрудняя движение. Он упорно двигался, переставляя шаги. Он был бесполезен, в который раз. Без воспоминаний, без каких-либо талантов и умений… Появились сомнения, зачем другим помогать ему. В том числе Роме. Ощущения и чувства, словно монетка, переворачивались туда-сюда. Он любил своего спутника или ненавидел. Каждый шаг откликался разными мыслями. Дойдя до бани, блондин уселся на ступеньки, всё время оглядываясь и прислушиваясь. Расслышь он хоть один шорох, сразу бы скрылся, однако брюнета хотелось дождаться снаружи. Темнота пугала не хуже прямого нападения. Сидя и глядя на небо, блондин ощутил лёгкое отчаяние. Словно вот ещё чуть-чуть, он расслабиться и потеряет все свои мысли окончательно. – Нашёл где сидеть. – Пятифан неожиданно опустился рядом. – Рома! Ты цел? –Петров пришёл в себя, не заметив, как просто всматривался в одну точку. – Потрепали немного, но не задели. – Парень уселся рядом. – Внутрь? – Посидим немного тут? – Блондин вздрогнул, представив темноту позади. Брюнет кивнул, хотя внутри его сжирал холод, его вещи промокли насквозь. Дрожь всё не отпускала парня, но тот упорно сжимал ладони. Если его солнцу нужно посидеть на свежем воздухе, если его можно назвать таковым, то брюнет не против побыть сторожевым псом. – Мне ведь не показалось, тут есть кто-то ещё. – Блондин поежился, продолжая сверлить взглядом снег перед собой. – Бяша упоминал, что вы думаете об убийце. Думаю, это так, мы ведь ещё помним свинью. – Да, но мы так и не нашли подозреваемых. – Тебе это и не нужно. – Пятифан нервно пожал плечами. – Ведь ты не помнишь, верно? – Оно вертится на подкорке, образ… человека. На минуту обоих захватила паника. Вдруг, это была девушка или даже парень Антона. Тогда… их отношения, что это? Петров быстро пришёл в себя, ведь образ мелькал и у него дома, и не мог хулиган вызвать столь тёплые эмоции. – Кто-то очень важный для тебя? – Рома сглотнул ком, подумав в том же ключе. – Сестра или брат, я думаю. – Блондин чуть улыбнулся, успокаивая друга. Чувства брюнета всегда были честными, он делал то, что хотел прямо сейчас и доверял чутью. Однако, появившийся новенький рушил его мир. Хотелось быть рядом, быть героем и исполнять любую чужую прихоть. Только тот был парнем. Если бы он хотел девушку, то давно следовал своему шаблону, сейчас же он каждый раз ступал по тонкому льду дозволенности. – Я найду его? – Скорее себя, спросил приезжий. – Я помню своего отца.. – Вдруг, даже если найду, то не узнаю и пройду мимо? Точно ли пропавшие исчезли, может просто воспоминания пропали, а они всё ещё в том городе… Антон не слышал чужих ответов, продолжая говорить сам с собой. Он устал, боялся даже лечь спать и не доверял никому. Вдруг, они проснуться чужими друг другу или Рома устанет терпеть и оставит его одного. А может и того хуже, запрёт, уйдя заткнув уши. Куртка застыла ледяной коркой на спине, а Рома прижался к спутнику, обнимая. С неба начали падать лёгкие снежинки, но брюнету было всё тяжелее поднимать взгляд. Ещё немного и их похоронило бы под этим снегом. Облачное одеяло было слишком заманчиво, но хулиган нашёл последние силы, подняться. Подтянув за руку блондина, тот легко последовал за движением вверх, Пятифан ввалился в здание. Пальцы не слушались, ноги еле сгибались. Оставив друга на одеялах, брюнет накидал старых коробок, мусора и каких-то банок перед входом. Если к ним кто-то и войдет, они сразу об этом узнают. – И ты так сидел на улице?! – Шум привёл в себя и Петрова, который успел зажечь свечи. – Нормально. – Зубы предательски стучали друг о друга. – Снимай живо куртку, – Но руки также не гнулись, даже просто стянуть одежу у того не выходило. – Дай помогу. Оба парня разделись, повесив одну куртку на лавку, в другую завернули замершего. Рому трясло, но тут упорно смотрел в сторону, отказываясь от тепла. Проявление слабости, а он видел это именно так, было для него недопустимо. – Давай, иди сюда. – Блондин распахнул объятия, сидя рядом. – Мне тоже холодно, согреешь? Хулиган сдался, прижимаясь к тёплому. Усевшись поудобнее, они завернулись в одеяло у стены. Огонь догорал у противоположной, свечи заканчивались, как и их мнимое тепло. Постепенно сон подкрадывался ближе, и оба так и отключились, крепко обнявшись. Несмотря на нервы, напряженные до предела. *** Брюнет вздрогнул, просыпаясь и сразу напрягаясь. Словно молния, его пронзил страх. Антон успел устроиться на чужих ногах, закутавшись в одеяло, оставив друга в своей куртке. Оставив блондина сладко спать, сжавшись в комок, парень нащупал сигареты. Накрыв блондина напольным вторым одеялом, хулиган выбрался на ещё больший холод. Обычно парень не позволял себе поддаваться вредным привычкам, всегда держал себя в напряжении специально. Однако, обычно он и не оставался по ту сторону дольше чем на сутки. Слабая струйка слилась с застывшим серым небом. Вокруг никого не было, даже следов на снегу и ужасно тихо. Оглянувшись на дверь в баню, Пятифан захрустел снегом под ногами. Парень планировал сделать небольшой круг вокруг своего дома, успокоить сердце и подготовиться к новому дню. Издалека звучал чей-то рёв, беспокойства он не вызвал, в отличии от дороги. Глубокие человеческие отпечатки вели вдоль. От чего-то снег заметал все следы жизни, но не трогал именно этого человека. Пусть это могло быть совпадение, направление преступника совпадало с планами парней. Больница находилась там же. Не хотелось пугать Петрова с утра, но перемену планов тот также не принял бы. Блондин и так был сам не свой, словно часть его потухла и тому приходилось выдавливать улыбку. Брюнет волновался, но всё что мог сделать, так это помогать идти вперёд. Антон окликнул друга еле слышно, стоя на крыльце. Парень был без куртки, завёрнутый в одеяло. Они ещё не проверяли куртку хулигана, возможно та так и не высохла. Брюнет молчаливо встал рядом, в руках была уже третья сигарета, экономить или беречь здоровье смысла не было. – А если твоя куртка ещё мокрая? Да и порвана ведь… – Блондин тяжко вздохнул, сильнее укутываясь. – Нормально, я что-нибудь придумаю. – Сигарета полетела вниз, проделав аккуратное отверстие в толще снега. Только вот… куртка так и не высохла. Пока блондин сидел на крыльце, Рома активно искал хоть что-то теплое в доме и бане. При всём желании они не могли никуда идти только с одной курткой. Вскоре, они в отчаянии решились развести костёр. Перебравшись в соседний двор, парни собирали рухлядь. В центре двора быстро вырастала гора из тумбочек, стульев и обрывков газет. Огонь облизывал дощечки и возвышался над парнями. Куртку повесили рядом. Однако, даже Антон, стоя в своей куртке, не ощущал никакого тепла. Рома в одной толстовке активно делал вид, что его греет, хотя то и дело носился вокруг, подкидывая «дрова». Пламя ярко горело на верхушке, но внутри словно наоборот, поглощало свет. Обуглившееся ножки стульев покраснели, окружённые темнотой. Петров всматривался в глубь их костра, шаг за шагом подходя ближе. Горячо не было, однако парень смог остановиться вовремя. Мысли были в тумане, ничего не хотелось. Вдруг, всё потеряло смысл. – Плохо только, что теперь мы очень громко озвучили, где мы. – Брюнет стоял рядом, прощупывая куртку. – А. Да. – Глаза парня высохли и теперь тот протирал их. – С тобой всё хорошо? – Хулиган уже натягивал куртку на себя, видимо та всё же смогла высохнуть. – Угу. – Новенький оставался потерянным. – Тушить? – Не нужно, – Пятифан поспешно кутался в куртку. – Пусть думают, что мы ещё тут. Отправляемся? – Да. Больница? Хорошо, что я там так и не побывал. – Светлые глаза наконец сфокусировались на друге. – Мы тоже стараемся туда не ходить. – Улыбка вышла не ровной, и брюнет поспешил убрать её с лица. – Остались ли вообще взрослые… в себе? – Петров неуверенно схватился за чужой локоть. – Так или иначе, все теперь не в себе. – Рука нарыла чужую, чуть сжимая и придавая уверенности. – Но всё будет в порядке, верь мне. Парни прижимались друг к другу боками, однако быстро перебирали ногами. Холод гнал вперёд, хотя тепло они не ощутят даже когда снова вернуться в баню. Оба старались не думать об этом и привыкнуть к вечному снегу и льду. Антон старался вовсе не думать, его не покидал страх остаться навсегда на этой стороне. Здание городской поликлиники не было окружено забором, из-за чего казалось неприметным и сливалось с другими домами. Только правильное формы выдавали государственное учреждение. Слишком гладкие стены и решётки на окнах. Антон проглотил все свои комментарии и вопросы. Не хотелось который раз тревожить своего спутника. Серость вокруг стала нормой, и парни не обратили внимая, что стоило им ступить на территорию, как туманно постепенно рассеивался. Брюнет отметил, что следы человека теперь перекрывали другие, не человеческие. Петров решил не обращать внимания на возможную опасность впереди. Одинокие ели, словно оторванные от леса, напоминали о доме новенького. Однако не внушали ничего приятного. Сколько раз твари выползали из-за стволов и караулили блондина… Тряхнув головой так, что почти слетели очки, Петров вдруг захотел оказаться один. Подальше от всего этого. Вдруг, если бы не его знакомство с Ромой, всё было бы в порядке. Антон смотрел на чужую спину и вспоминал. Ведь и свинья общался с ним… Да и монстры наверняка появились уже после их знакомства. Антон почти сорвался с места посчитав и Пятифана своим врагом. Но истинным врагом был не идущий впереди, он ведь тоже рискует. Да и в город его привезли родители, они же и стали потом аморфными. – Рома… Можно обнять тебя? – Обернувшись, брюнет увидел влажные глаза напротив. – Ты чего? – Грубый ответ, но Пятифан шагнул ближе, распахивая руки. – Извини. – Антон извинялся за свои мысли, что постоянно допускает подобное. – Ничего, я тут по своей воле, помнишь? Ты же без меня тут со скуки умрешь. – Крепкие руки прижимали к себе. – Ну что, идём? – Да. Среди сухих листьев на входе, парни заметили также металлические плоские бруски. Рыжие листья клёна – хотя рядом были только хвойные – маскировали ржавые прямоугольники. Споткнувшись, блондин дёрнулся от ужасного скрипа и лязга, пара деталей упала со ступеньки. – Я даже не знаю, у меня вопросы откуда листья или эти куски… – Двери были распахнуты и демонтировали широкий зал регистратуры. – Ты ещё способен удивляться? – Речь брюнета стала тише. Тишину нарушало легкое поскрипывание, сидения были проржавевшими и скалили свои зубы. Однако… парни не ощущали тревоги и страха. Их беспокоило только то, что у одноэтажной больницы был ещё и подвал. После тысячи ужастиков, блондин отказался спускаться и в обычную платную поликлинику, не то что в заброшенную. Внутри, несмотря на то, что здание продувалось насквозь, было как-то чисто. Даже коричневые пятна на полу и стенах казались нормальным явлением. В углу, напротив лестницы огромная куча хлама блокировала вход в архив. Антон с интересом осматривал клочки газет, ткани и обломки мебели. – Антон… – Рома вдруг схватил чужой рукав и развернул к себе друга. – А? Что случилось? – Блондин сразу посмотрел вокруг, не заметив изменений. – Не смотри туда. Не послушав, парень машинально обернулся и присмотрелся. Там не было обломков мебели. Обрубки какого-то огромного насекомого лежали среди мусора. Оно лежало лапками вверх, некоторые из которых были оторваны. Казалось, что это муляж, но парень всё равно развернулся спиной. Лестница вниз также не внушала доверия, но та хотя бы была закрыта на решётку. – Давай, покончим с этим. Теперь нужно искать ещё и нашего убийцу. – Пятифан потащил за собой блондина. Больница была довольно обычной, тяжёлые операции в ней не проводили. Люди не могли, даже не думали о том, чтобы покинуть город, поэтому часто умирали от серьёзных болезней. Однако Рома не мог вспомнить, когда кто-то последний раз болел. Из-за этого в кабинетах не должно было быть чего-то сложного или опасного. Так, в кабинете педиатра, находилась лишь кушетка, стол, пара стульев и табуретка, содержимое которой рассыпалось по полу. Парни не удивились тому, что все эти предметы были сметены к одной стене, словно порывом ветра или чей-то огромной рукой. Комната казалась пустой и чистой, широкое окно только усиливало эти ощущения. Следующая комната почти не отличалась составом предметов. Флюорографию Рома даже делал однажды, удивительно, но с тех пор ничего не поменялось. Как стояла деревянная скамейка, так она и не была потревожена. Даже ржавый аппарат казался вполне себе рабочим. – Больницы всегда страшные, что тогда, что сейчас. – Парни даже смогли улыбнуться друг другу. Изменения начались в следующих комнатах. Теперь предметы были сдвинуты в кучу, также, как делали утром двое. Кто-то то явно устроил себе костёр. Рядом также стоял стул, окурки и жестяные банки из-под тушёнки или чего-то подобного. Переглянувшись, оба пришли к одному выводу. Их преследователь часто захаживал сюда. – Антох, подбери палку, что приглянется. – Сам брюнет достал нож, готовясь к встрече. – Понял. Другие кабинеты были просто пустые. Даже мебель отсутствовала, видимо её принесли в дар костру. А судя по тому, сколько помещений было пусто и количеству банок от еды… Гость давно уже живёт в городе. Уже стоя перед запертым подвалом, Антон хотел верить, что внутри они чего не найдут. Попасть же внутрь парни решили просто. Рома яростно выбивал ворота, грохот звучал словно на весь город. У блондина звенело в ушах. Вскоре решётка звонко ударилась о стену под натиском чужих ботинок. – Любой каприз! – Брюнет чуть запыхался. Блондин проглотил слова, вспомнив почему ему понравился Пятифан в их первую встречу. Даже под пуховиком новенький мог вспомнить ощутимые мышцы. И вот, брюнет вновь доказывал свою силу, уверено работая ногами. Опустив взгляд вниз, Петров сглотнул слюну. Так не вовремя голову заполнили похабные мысли, однако они точно принадлежали ему. Это успокаивало. Парень поклялся себе, как всё кончится, он затащит свою злую собаку в постель. Первое, что бросилось в глаза, это свет. В широком пролёте горел фонарь, подвешенный на место лампочки. Парни заметили крупные двери операционной, видимо их таки проводили когда-то. Однако само помещение было пустым, даже кушетки, капельницы и другое подобное оборудование отсутствовало. По бокам находилось ещё по одной двери. Пластиковая и металлическая. За пластиковой находилось ещё большее помещение с кучей кушеток, прикрытых ширмами. Двое с осторожностью проверили каждую, однако ничего не обнаружили. Воняло тухлятиной, и парни поспешили вернуться в коридор. Они не закрыли за собой путь, поэтому постоянно прислушивались. Металлическая же не открывалась. Выбить такую не представлялось возможным, а замок не удавалось рассмотреть во мраке. Да и любимая отмычка давно выпала из кармана. Парни подозревали, что ключ явно был у того, кто там поселился. Возможно он же сидел там прямо сейчас и просто играл с ними.