Ты как подснежник

Ромка шёл обратно к дядиной машине, прижимая к груди коробку, внутри которой покоились нежные цветы. Он смог добыть этот подарок для Антона. И завтра... Завтра всё случится. Пройдёт ночь пятницы... Всего лишь ночь пятницы и они увидятся. Хотя, какая ночь пятницы? Суббота же наступит. Логичнее было бы сказать «ночь с пятницы на субботу». Но у Ромки были своё понимание времени. Например, «когда проснулся – тогда и утро». Следовательно, всё, что до этого момента, можно смело считать прошлым днём. Предвкушение встречи будоражило его. Тело желало пуститься в пляс, а молчать было и того тяжелее. Неистово хотелось орать песни и скакать галопом. Но сейчас Ромка такого позволить себе не мог. Эти цветы слишком нежные и нужно сберечь их до завтра. Показался Ижик. Дядя Толя курил около багажника, поджидая племянника. Ромка подошёл ближе. – Заждались меня? Простите, долго получилось, – начал извиняющимся тоном он. – Да ничего, Ромыч. Ты подсобил и это главное. Старик еле шёл. Его счастье, что мы тут были. – Да уж… Я ему даже в дом помог зайти и мешки эти положить, –подтвердил Ромка. – То – то и оно. Быстро тут не получится. С мешками я разобрался, с Митричем ещё потолковали. Вот, даже курнуть успел. Поедем гружёные, не спеша. Ижик вон как присел, – Анатолий Михайлович хлопнул по багажнику. – Ты садись спереди тогда. Равновес нам нужен. Мальчик кивнул и направился к переднему пассажирскому сиденью. На ходу расстёгивая куртку, он спрятал коробку внутрь. Не хотелось, чтобы дядя видел её и задавал вопросы. А так для всех спокойнее будет. Пятифан собрался было уместить пятую точку поудобнее, но открыв дверь, он увидел кассетник. Недолго думая, Ромка взял его за металлическую ручку, расположился, а это чудо техники нашло пристанище на его коленях. Дядя Толя занял законное водительское место. – Пока тебя не было, я в бардачке копался. Нашёл там кассету. Иностранцы какие – то поют. В городе иногда дискотеки бывали, вот решил записать себе. Я на их языке не понимаю, но больно мелодия задорная, – сказал дядя Толя, заводя двигатель. – Послушаем? – обратился к нему Ромка. – Конечно. Нам в дороге грустить нельзя! – хохотнул Анатолий Михайлович. Ромка нажал на кнопку и женский голос запел на иностранном языке. Мелодия была чудная и непривычная для ушей. Но её ритм растворял, успокаивал и погружал в танец. Английский язык Пятифан с грехом напополам пытался выучить в школе. Однако, тот ему не поддавался из – за отсутствия усидчивости и постоянной практики. Впрочем, Ромка отдельные слова знал хорошо. Его ухо выцепило сейчас «Friday night», что он перевёл как "Ночь пятницы". Довольный, он сочинял про себя: "Пятничная ночь пройдёт И субботу позовёт". Нагруженный мешками, Ижик неторопливо полз. Особо не разгонишься с таким весом, потому ехать пришлось медленно. Начинало темнеть. Дядя Толя барабанил пальцами по рулю и внимательно следил за дорогой. Водитель он был строгий и аккуратный. Болтать в дороге вечером особо не любил. Говорил, что отвлекает. А вот песня другое дело. Звучит, не даёт заснуть. Ромка размышлял о своём. Его одолевало лёгкое беспокойство о подснежниках. Он ещё раз повторил про себя слова Антипыча про то, как надо позаботиться о цветах. Понемногу тревога стала отступать. Пятифан закрыл глаза, но спать не хотелось. Песни играли и играли, их было штук десять. Затем раздалось шипение и магнитофон щёлкнул кнопкой, давая понять, что надо перевернуть кассету другой стороной. Мальчик делать этого не стал. Слишком уж много всего было за эту пятницу. Хотелось некоторое время побыть в покое. Фары освещали путь, Ижик мерно гудел мотором, набирая и сбавляя обороты с переключением передач. Слегка гудела и Ромкина голова. События, происходившие сегодня, перевернули его жизнь. Теперь она заиграет яркими красками, это уж точно. Прошло больше часа, по ощущениям. Ромка посмотрел в окно. Где же они? Тем временем, Ижик уже повернул на знакомую улицу и уверенно ехал по дороге. Вот и дом Пятифана. Встречает его тёмными окнами. – Ну что, племянник? Здорово мы с тобой сегодня скатались? – спросил дядя Толя, глядя на Ромку. – Дааа, отлично! – рассмеялся Пятифан. – Вот и хорошо. Видно, что у тебя хорошее настроение! Что ж, поеду я до дома, Ромыч. И ты давай к себе. – Дядь Толь, а можно я эту кассету возьму ненадолго? – кивнул Ромка в сторону «Романтика». – Я аккуратно. – Верю, верю. Бери! – разрешил Пятифанов – старший. Ромка бережно извлёк кассету и положил в карман куртки. – Пойду я. До свидания! Анютке с Васькой привет передайте! – попрощался Ромка. – Передам, а как же! Заходи в гости, соскучились они по тебе! – Анатолий Михайлович подмигнул племяннику. Ромка выбрался из машины, хлопнул дверью. Машина тронулась с места и поползла вдаль по освещенной улице. Ромка проводил Ижика глазами. Заходя во двор он понял, как же нестерпимо хочется есть. И покурить тоже хочется. Но сначала подснежники.