"Ты только живи и жди"

Уже пол ночи прошло, а Попов так и лежал, глядя в потолок, пытаясь зарыться в своих мыслях. В голове одновременно была и злость, и паника и тишина. Словно кто-то ворвался в его мозг, пошерудил там рукой и ушел во свояси.

***

— Я бы просто отправил бы его обратно в клинику, а еще лучше не в нашу, а подальше. — Слова Матвиенко хлестали наотмашь, но последнее время казалось, что это единственное разумное решение для них обоих. Они друг друга словно добивали последнее время совместного нахождения. Еще чуть-чуть и кто-то бы точно потерпел фиаско. — А с чего ты вообще взял, что ему нужна эта "твоя" помощь? — этот противный нажим на слове "твоя" Арса начинал порядком бесить. — Жил парень, не тужил, да бухарик, да наркоша, ну и все. А тут ты такой врываешься, лезешь куда не следует и нате, я ваш Папочка. Принимайте меня. — Да причем тут это, Серег, тут есть проблема поважнее. Этот ребенок явно находился в каком-то дерьме похуже наркоты. — Не унимался Попов. — Да, а теперь он все еще находится в том же дерьме, только еще и неизвестный мужик под боком. Отпусти ты его, может он сам решит что ему делать, как быть и куда идти. Может он уедет с одним из своих друзей торчков и начнет строить жизнь по своему. — Да, мы это уже проходили и видели, как он начал строить.. — А тебе то что?! Какое твое дело?!! — У Матвиенко уже глаза норовили выскочить из орбит. Он искренне не понимал и не хотел понимать то, что творит его друг. Взять на поруки такого сложного парня.. Однозначно зерно сомнений ему удалось там посеять, но все еще больше усложнял тот факт, что с того момента как произошла та заварушка в квартире, Антон больше не разговаривал. Равнозначно брошенные — Да, нет, понял — совсем не удовлетворяли взор Попова. То что парень чист, было видно сразу, что тоже довольно напрягало. Не мог же он начать тайком принимать синту, радоваться своей вольности и тут внезапно после истерики Арса сложить все в дальний ящик.

***

У Антона же в голове были обратные реакции. Что-то, на что не похоже то, что было раньше. В тот день он впервые увидел страх. Страх человека, явно боявшегося его потерять. — Ты придурок, Шастун. А что ты видел раньше? Он давно о тебе печется.. Кому добровольно захочется это делать, если только за этим не стоит что-то большее? А оно явно есть. Он не мог этого не замечать раньше.. По каким-то неведомым причинам подросток закрывал на это глаза, но сейчас это делать стало совершенно невозможно. Что-то поменялось в нем самом, что не давало больше поступать с ним так. В Антоне что-то ёкнуло в тот момент, когда он увидел этот странно бегающий взгляд Попова. Тот смотрел на него словно загнанный ребенок, которого захотелось обнять, успокоить и больше никуда не отпускать. Они словно поменялись ролями в ту секунду. Кто главенствовал не понятно, но та истерика впервые показала слабость Арса. Что-то было у него за спиной, какие-то скелеты в шкафу имелись у лечащего врача. И их было явно лучше не ворошить. Это нагнало некий ступор на подростка, потому что ближайший месяц он буквально не мог ничего из себя выдавить, кроме пары дежурных фраз. Попов напрасно пытался разговорить подростка, потому что все его действия еще больше закрывали тому рот. Антон не понимал как себя вести, что будет лучше.. — Может ты вообще ему надоел давно.. — Так стоп, Шаст.. Сидя на диване, листая ленту в полумраке, Антон уже почти клевал носом. Что он тут выжидал один в квартире, он не понимал, но так и не смог отправить себя спать. Оставив телевизор без звука, тупо пялил на сменяющие друг-друга каналы. А рандомно неконтролируемое действие пальцем на пульте сильно успокаивало. Щелчок двери слегка сбил подростка с действия, но спустя секунду все вернулось на свои места. Слегка напыщенный равнодушный вид, в спешке нацепленный Антоном по инерции уже вызвал у Попова вздох. Пройдя мимо тот зашел на кухню. — Снова кофе.. Иблан взрослый.. — Думал Шастун, слыша начавшуюся работу кофе машины. Он давно перестал нормально ужинать, что нагоняло мысль о том, что он в принципе это делал только ради живущего рядом подростка. А после их недопонимания, которое явно затянулось, и вовсе перестал соблюдать все свои бытовые "правильные" привычки. — Нахера на ночь кофе пить?! Утром, днем, на работе, вечером, на ночь... — Разгонял гнев в себе подросток. Он прекрасно помнил моменты из клиники, когда ловил себя на мысли, что его доктор состоит из кофеина. Подорвавшись с дивана, сам того не ведая что делает, прошаркал на кухню. Облокотившись о любимый косяк, привстал слегка наклонив голову, начал наблюдать. Арс явно уловил все это, но оборачиваться не стал, продолжив слегка трясущимися от рабочего переутомления руками, свои ритуалы возле кофемашины. Синяки под глазами, осунувшееся, по привычному лицо напомнило Антону того самого доктора, которого он встретил впервые в своей палате. Тот Арсений, нет .. Арсений Сергеевич был совсем скуп на эмоции, на слова. Приезжал утром рано, закидываясь своей черной отвратительной жижей из аппарата, шел на обход, совершенно равнодушно, не вникая в подробности дел завершал его и садился в кабинет. Сейчас это снова тот Попов. Усевшись с кружкой кофе за стол, направил свой взгляд на Антона. Что-то слегка нагловатое мелькнуло в глазах врача, с каким-то словно вызовом и тут же потухло, направив свой взор куда-то сквозь парня. Может Антон уже сходил сума от этого противостояния, но ему словно показалось — Ну и что? Что снова ты сделаешь? Что выкинешь такого, что бы меня удивить, Мальчик? Сглотнув первый глоток из кружки, Арс тут же привычно поморщился, сострив гримасу, означавшую что либо снова слишком крепко, либо горячо. Этого момента Антону хватило с лихвой. Подойдя вплотную к столу, подросток схватившись за кружку, выхватил ее из рук сидящего и вылил в раковину, с грохотом поставив ту обратно. Словно демонстративно показав — На смотри что я могу, не ожидал ? — Мысли так и остались в пределах черепной коробки, наружу вырвалось только короткое и сердитое — Бесишь.. — Утопав в зал и оставив с немым возмущением Попова, подросток схватился снова за пульт и за привычное уже пару часов ему занятие. Арс же продолжил сидеть, не понимая что тут произошло. Что-то вывело его мальчика из себя, что довольно комично выглядело, но на душе как-то сразу потеплело, что-то оттаяло. Ему надоело уже смотреть на такого Шастуна, но выводить того на эмоции тоже не представлялось обязательным на данный момент. Легкая улыбка коснулась сурового лица, тут же поселив какую-то надежду на исправление ситуации. Прошел уже почти час, Шаст продолжил свое бестолковое занятие, при этом размышляя о том, что можно делать за пустым столом столько времени. На лицо были признаки тотального выгорания, только вот причина.. Та причина, которая приходила на ум, совершенно не нравилась подростку. Звуки шагов отвлекли от дум, вернув Антона к своему занятию и равнодушному выражению лица. Шаги были стремительные и непреклонно вели своего хозяина мимо дивана в комнату. Внезапная тишина напрягла Шастуна. Его вообще последнее время напрягало все абсолютно в этой квартире..Но эта странная остановка побуждала к действиям. Резко обернуться, вскочить.., да что угодно, лишь бы не терять контроль над ситуацией, но он не мог, не хотел.. Не хотел подать виду, что его что-то волнует. — Да, я такой безэмоциональный, равнодушный сижу такой в твоей гостиной, тычу по каналам. Боже Шаст как тупо.. Внезапно за спиной Антон уловил движение и странное тепло, словно кто-то дышит ему в затылок. Но продолжил игнорировать все то, что черт возьми происходило. Теплые, крепкие руки обхватили сзади и сомкнулись на груди Шастуна. Пульт вросший казалось уже в руку, замер. А остановившийся рандомный канал выдал реакцию Антона с потрохами. Возле уха тут же раздался шепот — Тише, посиди так секунду.. — Антону хотелось развернуться, посмотреть на лицо Арса, получить объяснения, но их явно не последовало бы, поэтому он не нашел ничего лучше, кроме как выключить телевизор, окончательно оставив себя и Арса в темноте. Они не знали сколько так просидели и чего ожидали друг-от друга, но это что-то явно было новым в их отношениях, что-то совершенно не походящее ни на что и не отвечавшее никаким моральным нормам этики. Один сидел на диване, боявшись пошевелиться и спугнуть это странное чувство безопасности и спокойствия, которое тут же укутало его с головой, а другой почти вися на спинке дивана, крепко обняв подростка уже готов был так замереть на всю ночь, но увы. Все хорошее когда либо заканчивается. — Спокойной ночи. — Руки тут же разомкнулись, Арс поднялся, направившись в комнату. И только в дверях развернувшись на замеревшего подростка, сказал — Спасибо, Антон..