Митя Кремлевские Елки

Следующая картинка белый день. Анютка гремит чем-то на кухне, потом проходит мимо в халате, что-то поднимает с пола, уже умытая, хмурая, на Митю не смотрит. Митя молчит, флегматично дрожит ресницами, сканирует эмоции, анализирует. Накидались вчера, бесились, как дикие, мужика чужого притащили с сайта, божежмой, не девушку. Хочется думать, что это был секс втроём, но Митя честен перед собой - секс был вдвоём, и Анька в нем не участвовала. Митя вздыхает, подавленно сглатывает, немного ужасается, но он не склонен к рефлексии, он себя простит. Один раз не водолаз или как там… не в Гондурас. Митя решается, тихо анькает, и она останавливается, садится к нему, задумчиво треплет волосы, смотрит нечитаемо. Митя прячет лицо в складках халата, застывает с драматичной недосказанностью. «Ты как?» - спрашивает Аня робко, и Митя честно отвечает, что не знает, как он. И не хочет думать. Может, завтра, или когда там ещё. Прокрастинирует. Аня отводит глаза, ясно даёт понять, что это не ее, вот все это. Типа, да, вышло феерично, но повторить не-не-не, , навряд ли. Может быть, когда-нибудь потом, вообще потом. Митя вздыхает, кивает, соглашается. Да, когда-нибудь совсем потом, может быть. Пятого Митя с друзьями едет в парк Туутари кататься на сноуборде. Это первый раз в новом году, Митя оживлён непривычно, возбуждён, говорлив, довольно жмурится за столиком кафе, попивая горячий глинтвейн в большой компании. И случайно выхватывает взглядом знакомое лицо. Теперь уже знакомое, иронично поправляет внутренний голос, и Митю обдаёт неожиданно жаром, кровь бросается в лицо, затемняя смуглые щёки, а потом неожиданно сменяется морозом и чем-то ещё непонятным, парализующим, неправильным, как воспоминание о воспоминании, и тепло становится вдруг ниже пояса, даже жарко. Будто что-то запретное шевелится там, на дне души. Митя хочет отвернуться, но Саша его тоже увидел и узнал, и улыбается так открыто, приветливо, голубоглазо, и машет рукой, и неудобно уже делать вид, что незнакомы. Митя вяло отмахивает в ответ, отводит глаза. Питер - маленький город. Анька спит уже и десятые сны видит, а Митя ворочается, думает. Вернее, не так - не думает, а вяло так пережёвывает намерение, прислушивается к себе, к ощущениям. Намерение вылепляется и обретает форму. Митя громко выдыхает, он не привык сопротивляться намерению, он сдаётся и берет телефон, и заходит на сайт. Саша онлайн. Митя кусает губу, межуется какое-то время, потом пишет: «Привет». И ждёт . Ответ прилетает почти сразу: «Привет. Я ждал тебя». Митя и рад, и смущён одновременно, и не знает, как классифицировать эмоции. «Встретимся?» Митя слегка растерян, чуть-чуть не готов, но намерение есть намерение, оно не даёт соскочить. Митя отвечает: «Можно». Он ещё хочет добавить, что лучше бы сегодня без Ани, и тут Саша сам пишет: «Давай у меня, и без девушки. Сможешь?» Митя кивает виртуально, Саша пишет адрес. Митя суетится, вскакивает, мечется, быстро принимает душ - собирается. Аня ворочается, он целует ее в ухо, говорит, сонной, что едет к друзьям, что позвали, дожидается хриплого «ага» и спускается к такси. В кармане остатки вещества, не называемого в приличном обществе, в голове сумбур, в душе метания. В общем, узнаваемый Митя. У Саши приличный холостяцкий лофт на Крестовском. Кирпич, стекло, хайтек. Пространство ненавязчиво зонировано, остров с двумя барными стульями, диван в форме полукруга, напротив плазма. В нише на возвышении ложе сибарита, иначе не скажешь: кровать огромная, основательная, прочная, явно рассчитанная на нагрузки. Саша одет по-домашнему, в футболку и пижамные брюки, улыбается мягко, варит кофе. Неловкости нет уже, вещество начинает действовать. Митя отмирает, расслабляется, непривычно много говорит, смеётся, откинув голову, небрежно перехватывает резинкой рассыпанные по плечам кудри. Саша останавливает: не надо, красиво… Митя знает, что красиво, он нарочно кокетничает, он такой. Красуется, прикрывает глаза и взмахивает ресницами-опахалами - знает, как это действует на феминистичных барышень, и вот, похоже, на брутальных мужчин тоже. Она всегда в нем была и есть, эта тягучая загадочность, акварельность, будто постановочная, рафинированная, прирученная. Митя, как необработанный алмаз, ждёт своего мастера, чтобы заиграть всеми своими гранями. Кандидат в мастера сидит близко, так близко, что Митя чувствует дыхание, и тепло тела, и лёгкий шлейф свежего парфюма. И рука его уже опасно близко к Митиной на столе, и Митя как бы невзначай убирает свою вниз, мало ли что, он не за этим пришёл. А Сашино лицо все больше и больше, и заслоняет уже обзор, и Митя не знает, то ли это кажется ему, то ли и правда Саша намекает на… будь Саша девушкой, Митя бы точно знал, на что. А тут он теряется, ведь кто их знает, этих гомосеков, что у них на уме. И быстро разворачивает русло разговора - типа, все это прекрасно, а не изволите ли все-таки к делу. Саша внимательно прищуривается и несколько секунд смотрит на Митю, потом встряхивает головой, напевает : «Буууудет все, как ты захоооооочешь…». И Митя не совсем понимает, то ли он согласился, то ли подстраивается, то ли обиделся слегка. Мите, честно, не слишком интересно, Митя жаждет телесных увертюр, а вовсе не малопредметных эмоций. Он без приглашения идёт к кровати, раздевается догола и становится в пятую позицию. Митя конкретный человек, он хочет понять: это была случайность или закономерность? Саша хмыкает, но поддерживает, а симфония все нарастает, нарастает по проверенному уже сценарию. И Саша так же умел и техничен, как в прошлый раз, даже лучше, ведь он уже немного знает Митю. А Митя так же отзывчив и реактивен, и даже более осознан, ведь он теперь не просто чистый лист, а, скорее, чистый лист с написанным оглавлением… После всего Митя минут пятнадцать лежит без сил, со звенящей пустотой в голове. Потом споро собирается, не слушая никаких слов и уговоров, уезжает домой. Я подумаю об этом завтра, говорит он себе. Митя умеет абстрагироваться от проблемы, он прямо чемпион по игнору неудобных вопросов, рассеянно следит за проползающими за окном фонарями, в наушниках брейкбит, и Митя торжественно отпускает себе грехи без всяких там епитимий. Второй раз - он тоже не Гондурас. Он как первый, только ещё лучше.