Вместе

Глубокий вдох, затем выдох. Всё просто - нужно держать в голове только это, нужно делать только это. Вдох… Послышались громкие шаги. За свисающей простыней Грегори мог видеть отвратительные, с облупившейся позолотой ботинки. Не работает… - Мелкое отродье! - Громкий ор, который вызывает только чувство страха. Грегори хватается за голову, больно оттягивая волосы. Он не помнит. Он не помнит. Этого не было. Никогда не было. - Грегори, блять! - Ор продолжался, и был совсем рядом. - Мелкий, гаденыш, если ты сейчас же не вылезешь, то, сука, богом клянусь, я придушу тебя! Страшно. Это всегда было просто ужасно. Это сейчас у Грегори внутри вскипает ярость. Но этот ор, этот въевшийся запах спирта и блевоты, эти чертовы дешевые позолоченные ботинки… Это обезоруживает. Он и тогда не мог ничего сделать, сейчас тоже не получится. Никогда не получится. «Потому что этого больше не произойдёт.» - Грегори старался себе это внушить. Этого не происходит. Но он все равно зажимает себе рот, до крови кусая губы. Лишь бы не дышать. Не дышишь - не существуешь, а значит и найти тебя нельзя. - Мелкий выродок! - Он слышит, как кровать трещит. Чувствует, как кусок дерева ударяет его по лицу, ощущает эту боль и металлизированный запах крови. Но кровать цела. Нос не разбит и кровь из него не течёт. Даже ему самому не шесть лет. Но осознание нереальности, не мешает заливаться слезами, не дышать и боятся. Не по настоящему. Не по настоящему. Тихий скрип двери. Обеспокоенное «Грегори?» голосом Фреда. Это слышится как ломающиеся доски и яростное «Ебаный выродок» По настоящему. И Грегори кричит. Это невыносимо. Реальность плывет. Это не Фред испуганно пытается вытащить его из под кровати и успокоить. Это отец яростно пинает старую кровать и пытается убить мальчика. СноваСноваСноваСнова… - Грегори! Смотри только на меня и повторяй за мной! - Фред держит его лицо ладонями, крепко, но не больно. Он испуган, обеспокоен, но пытается показаться спокойным. Нет, это отец сжимающий его лицо. Пытается его смять, разломить, убить мальчика. - Звёздочка, это я, Фредди! - Голос Фреда, более громкий, чем обычно. Его голубые глаза смотрят только на него. Он тоже старается смотреть только в них, потому что все остальное кажется его отцом. - Повторяй за мной. Вдох… Грегори пытается вдохнуть. Получается рвано, но он не чувствует воздуха. Всё вокруг стало чистым ужасом и заменило всё в этом мире. Но он пытается, хотя бы смотреть в голубые глаза. Потому что среди всего отвратительного, они такими не были. В них спасение. Они защитят. Они не будут ломать кости, разбивать его голову и душить, лопая сосуды. Пожалуйста… Пожалуйста… - Выдох. - Грегори почувствовал слабый поток воздуха на лице. Им хотелось дышать, потому что ничем больше нельзя. - Ещё раз, звезда моя. Вдох… Он пробует. Кажется… получается. Всё ещё рвано, но он чувствует, что снова дышит. Теперь Грегори видит лицо Фреда, не только глаза. - Молодец, давай ещё. Выдох… Он просто продолжает. Кажется, почти не моргая смотрит на Фреда. Пусть это и окажется неправдой. Просто дышать, просто смотреть. Что угодно, лишь бы не чувствовать ужаса. Он не один. Его защитят от кошмара. Реальность снова обрела привычный вид. Вокруг его комната в доме Фреда, на стене маленькие наклейки со звездочками, слабо светящиеся в темноте. Они одновременно выдохнули. Мужчина запрокинул голову назад, прижимая мальчика к себе сильнее. Грегори пока трудно понять, что вокруг. Ощущалось, будто он за секунду очутился в незнакомом месте, где всё не пропитанно страхом и яростью. И руки, обнимающие его, это доказывали. Всё это было. Он здесь. Он в реальности. *** - Звёздочка, нам нужно об этом поговорить. - Фред поставил перед ним чашку с тёплым чаем, присаживаясь рядом. Они довольно долго успокаивались. Просто сидели в комнате и обнимались. Паника мальчика отступила, но тревожность осталась. Поэтому он не хотел отпускать Фреда из объятий или в другую комнату. Он слишком боялся, что «приступ» вернётся, или, ещё страшнее, что все это окажется ненастоящим. Мужчина понимал, поэтому был рядом. Фазбер, на самом деле был не просто обеспокоен, а напуган. Да, он уже сталкивался с его вспышками агрессии, что наедине, что на людях. Но это было что-то другое. Он никогда не слышал такого надрывного крика от ребёнка. Никогда не видел в глазах Грегори такой ужас. Настолько настоящий, животный, не подавленный раздражением и обидой. Он понимал, что они итак пойдут на приём к Санни раньше обычного. Но Фред хотел сначала сам поговорить об этом с мальчиком. Грегори молчал. Всё ещё подрагивал время от времени и иногда напугано бегал глазами по комнате. На это больно смотреть. На это страшно смотреть. Страшно чувствовать это. Особенно, когда это происходит с твоим ребёнком. - Звёздочка, тебе плохо? Хочешь, я тебе что-нибудь приготовлю, твою любимую пиццу, например? - Он старался звучать успокаивающе. Фред правда был готов на всё, лишь бы Грегори полегчало. Возможно, он слишком рано начал эту тему, потому что мальчик ещё не отошёл от паники до конца. - Нет. - Грегори покачал головой. Он выглядел потерянно, все ещё испуганно. Да и чувствовал себя так же. Ему никогда не хотелось об этом рассказывать. Никто и не хотел этого слышать. Мальчик не хотел портить кому-нибудь этим настроение. Да и самому хотелось забыть и никогда не вспоминать. Это слишком болезненно. И… да, именно тогда он не чувствовал злость. Но лучше бы он что-нибудь ломал. Потому что тогда у него есть силы, а перед этим страхом, перед этим воспоминанием он бессилен. - Я не знаю, не хочу рассказывать. Но понимаю, что ты волнуешься… - Грегори опустил взгляд на свои ладони. Они всё ещё перебинтованы, всё ещё болели. Стало противно. Он не хотел, чтобы кто-то был рядом с ним в эти моменты, не хотел расстраивать и чувствовать за это вину. Но он нуждался в чьём-то присутствии. Тогда легче справится, «приступ» проходит быстрее. И в эти моменты он не думает ни о чём, только лишь бы всё закончилось. - Понимаю. Ты не обязан рассказывать, если не хочешь. - Фред положил свою руку поверх Грегори. Бинты были не очень приятные на ощупь. Стоило их заменить. Но это позже. - Но если тебя это очень тревожит, то не нужно держать это в себе. Я рядом и всегда готов тебя выслушать. Мальчик напрягся. Это событие сидело в нём очень давно. И, по правде, он никому об этом не рассказывал. Потому что этот день был ужасен. А дальше всё будто шло по нарастающей, не сбавляя темпа. Но сейчас с ним рядом Фред. Он не ругает, не пытается упрекнуть. Он понимающий, он добрый. Он теперь его папа. Поэтому, может и правда следует рассказать? - Просто это был такой ужасный день… - Мальчик посмотрел на Фазбера. Его глаза были понимающими, сочувствующие и полны такой не знакомой Грегори любви. Он слушает. Он рядом. - Отец всегда был злым, даже из-за мелочей взрывался и кричал на меня и мать. И… - Он сглотнул. Даже просто слово, просто упоминание вызывало странное сковывающее ощущение. Сразу вспоминались его крики, его удары, их с матерью драки. Кажется, именно при виде последнего, мальчик впервые и спрятался под кровать. Она не спасала от звуков, но казалось, что здесь его не тронут. Кто же захочет лезть к монстру? Но рассказывать об этом сложно. Мысли сами по себе были болезненными, но слова вызывали боль намного сильнее. - Они часто с мамой дрались. И потом искали меня, чтобы ругать. Но тогда отец был… очень зол. Кричал, что убьёт меня. Он ломал кровать, чтобы я от туда вылез. Одна из её частей даже ударила меня по лицу. Грегори сместил взгляд с рук и посмотрел на Фреда, будто ожидая чего-то. Но такую реакцию он точно не ждал. Фазбер выглядел поражённо, и во взгляде читалась жалость. Но не отвращение, не злость. Мужчина правда не находил слов. Его одолевала и злость, и бесконечное сожаление, что он не смог помочь Грегори раньше. Но мальчик итак был сыт своими эмоциями настолько, что они мешали ему жить. Поэтому Фред не хотел добавлять ещё и своих. Но доверие не одностороння вещь, она выстраивается двумя, даже если эти двое ребёнок и родитель. Поэтому, если он хочет, чтобы Грегори был с ним честен во всем, то и мужчине нужно поступать так же. - Это и правда ужасно, Грегори. - Фазбер пытался собрать мысли в кучу, вычленить из своих эмоций что-то понятное, при этом сопоставляя события в голове. Скорее всего, в этот день мальчик и убежал из дома. Поэтому ничего хорошего с ним больше не случалось. Но если они теперь семья, то Фред выцарапает счастье для мальчика. - Я понимаю, почему тебе сложно об этом вспоминать, не то, что рассказывать. Но ты огромный молодец, потому что смог это сделать. Грегори отвернулся, снова смотря на бинты, поверх которых рука мужчины. Мягкая, успокаивающая, принимающая. И слова его такие же. И это трогает настолько, что снова хочется заплакать. Потому что никто не вставал на его сторону. Никто не хотел с ним говорить. И когда теперь появился тот, кто хочет, кто говорит простые, но такие важные вещи, кто любит… Это разрывало в нём что-то. И это что-то болело. Не знает как реагировать, поэтому и злилось. А сейчас плачет, потому что нуждается. Грегори в этом нуждается. - Звёздочка, не бойся. - Фред придвинулся ближе, заключая мальчика в объятия. - Ты больше не там. Ты справишься и я обязательно буду с тобой. - Мужчина чувствует робкие объятия в ответ. Мальчику всё ещё сложно, и так будет ещё долго. Но ведь теперь рядом папа. Не безразличные социальные работники. Не озолочённые своими проблемами взрослые. Не спившиеся и жестокие родители. А папа. *** Монти ожидал Фазбера в кафе, за куском пиццы. Необычно для Фреда было самому назначать встречу, особенно с его плотным графиком. Вообще было необычно то, что им удавалось как-то общаться спустя столько лет, даже когда их «профессиональные» дороги не пересекались. Невольно вспоминались многие события из прошлого. Даже собственные размышления, которые мало поменялись с того времени. Например то, что Монти не то, чтобы не любил детей. Скорее не совсем понимал. Он мог выступить с песней для ребёнка. Посидеть с ним немного. Даже поговорить. Но это довалось ему сложно. Особенно с его агрессивностью. Но он был давно убеждён, что родительские инстинкты у него отсутствуют полностью. Как и у большинства его друзей. Но Фред был исключением. Мало того, что он учился на воспитателя в университете, так ещё и работал с детьми. Даже ребёнка усыновил, при чем, достаточно проблемного, как он мог рассудить из их разговоров. Фазбер всегда был достаточно занятым. Как раз из-за своей работы с детьми. Редко выбирался с Монти и их подругами даже поесть в кафе или, как в те времена, посидеть в баре. Но в этом не было ничего необычного, у всех со временем появилась работа, новые проблемы. Только у Монти к их среднему возрасту с этим как-то не сложилось. И это его по-большей части устраивало. Да и неудивительно. Он ещё с подросткового возраста знал и был готов к жизни «настоящего» музыканта. К скитанию по подработкам и по съемному жилью, даже к жизни на улице. «Лишь бы жизнь была в кайф» - говорил он и себе и людям. Это и был его девиз по жизни. И так ему было и легче и правильнее. - Привет, Монти! - Неожиданно раздался голос друга над головой. Он даже чуть не подавился куском сыра. - Быстро ты, приятель. - Сказал он со свойственной ему усмешкой в голосе. - Как поживаешь, а то давно от тебя ничего не слышал. Фред и правда изменился за недолгое их расставание. По правде говоря, Монти подметил в нём эти изменения достаточно давно. Как раз тогда, когда он усыновил ребёнка. Грегори, кажется. Фазбер стал каким-то обеспокоенным, сам себе на уме, что было ему не свойственно. Он же Фред! Душа компании и просто невероятно добрый парень. И честно, Монти эти изменения не нравились. Он хоть и не видел ни разу этого мальчика, но время от времени хотелось дать ему пинка, чтоб не так сильно расстраивал его друга. Хотя Монти и знал, что Фазбер будет мягко говоря недоволен. Но ничего поделать со своими эмоциями Монти не мог. - Да всё понемногу. - Тот отшучивается. - Ты же знаешь, у меня жизнь не слишком разнообразна. Уж точно менее насыщенная, чем твоя. Ты сам-то как? - Ой, да не выдумывай ты. - Монти подхватил настрой друга. Тот казался оживленнее, что не могло не радовать. - Могу поспорить, у тебя с твоим... - Он хотел по привычке сказать «спиногрызом», но вовремя себя остановил. Фреду подобные слова уж очень не нравились. - новоиспеченным сыном за последнее время произошло много всего? - Ох… достаточно. - Фред тяжело вздохнул, хотя и продолжал улыбаться. Но Монти показало, что на мгновение в лице друга проскользнули несчастные нотки. А вот это ему уже совсем не нравилось. Фазбер тоже заметил сразу ставшее более раздражительным лицо Монти, тот не умел прятать эмоции. - Ты не подумай ничего. Просто ещё прошло не так много времени. Он ко мне не совсем пока привык. Да и ситуация у нас неоднозначная. - Что за ситуация? Фред, можешь рассказывать спокойно, мне интересно, и то как ты себя чувствуешь, и чего такого вытворяет твой Грегори, что ты мрачнее тучи ходишь. - Своё раздражение он не прятал. Да, возможно жестоко. Но по факту, у него есть омраченный друг, с которым они буквально прошли огонь и воду. И маленький человек, абсолютно ему незнакомый, но заставляющий такого доброго парня, как Фред, переживать. - Монти, я не могу за него не переживать. Он просто ребёнок, с которым происходили ужасные вещи. - Ой, да не приукрашивай! - Монти откинул голову назад. И всегда же так! Фред слишком восприимчивый человек. - Пожив он моей жизнью, то вряд ли бы… - Монти, ни один из нас не сталкивался с таким дерьмом, через которое прошёл этот ребёнок. - Фазбер прервал его серьёзным тоном, что он даже вздрогнул. Друг редко говорил так жестко. А чтоб ещё и услышать от него ругательное слово, даже, казавшиеся для него легким. Фред явно знал о чём говорит, поэтому Монти одновременно будто и отрезвился от раздражения, и сам стал серьёзнее. - Да, нам обоим непросто. Но мы вместе с ним работаем над взаимопониманием. Я понимаю, что ты можешь волноваться за меня. Но Монти, это мой ребёнок и его проблемы - это и мои проблемы тоже. Поэтому, отнесись к этому серьёзней, пожалуйста. Они оба тяжело вздохнули. Фазбер слишком часто сталкивается с таким. Проблемы Грегори, да и других детей, с которыми он раньше работал, часто обесценивались. Да, он понимал, что люди просто не хотят портить себе лишний раз настроение, что им часто просто не верится. Да и Монти, действительно не со зла. Но иногда, как сейчас, Фреду с этим сложно. Особенно сейчас. Монти чувствовал свою вину. Пусть и до сих пор, заочно, недолюбливал этого Грегори. Но его друг не из тех, кто шутит или приукрашивает такие вещи. - Извини, может я и правда сужу только со своей колокольни. Просто, ты всегда так вовлекаешься в весь этот мрак. Сложно видеть тебя страдающим. - Монти тоже сложно даются слова с извинениями. Ему иногда самому кажется, что это ещё один аспект в котором он не вырос. Но как ни крути, дружба ему важнее, чем собственные выдумки. - Всё настолько плохо? - Ну… сейчас определенно лучше. - Мужчина потёр глаза, немного грустно улыбаясь. - Его проблемы с агрессией никуда не делись, но доверять друг другу мы с ним точно стали больше. Лицо Монти исказилось в понимающей реакции. Да, ему это было очень знакомо, правда, в собственном случаи. Но об этом ни вспоминать, ни раздумывать не хотелось. Это было грустно, ни смотря на всю его неприязнь к подобным штукам. Да и не очень к месту, как казалось. - Ладно, извини, не об этом хотел поговорить. - Фазбер убрал руку от лица, немного просветлев. - Хотел узнать, как дела у тебя, да и у Рокси с Чикой? А то, со своими проблемами, часто выпадаю из реальности. - Да ладно тебе. - Монти усмехнулся в ответ. Тоже просветлев, и немного радуясь внутри, что они всё же съехали с болезненных тем. - У нас тоже не сказать, чтоб жизнь кипела, всего по немногу. Мы с Рокси часто пересекаемся на всяких выступлениях в ресторанах. Она недавно снялась для какого-то журнала и попала на обложку. Все уши мне прожужжала этим! - Он откинулся назад усмехаясь. Фред тоже улыбнулся. «В этом вся Рокси!» - Чика вроде устроилась в другой ресторан, основательно так, ещё и на должность шеф-повара. - Ого, прямо как она хотела! - Фред внимательно слушал. Конечно, ему бы хотелось услышать все новости от них лично, но выбирать не приходилось. После того, как они все вышли на работу, то и времени на совместный досуг становилось меньше. Но вместе их всё ещё держала страсть к музыке, пусть в полной мере проявить её сумел только Монти. - Ты кстати не думаешь на сцену вернутся? - Неожиданный вопрос друга поставил его в тупик. Фазберу даже пришлось немного дольше подумать перед ответом. - А то девочки тоже задумываются. Как в старые добрые. Только подумай, как это было бы круто! - Ох, честно, даже не было времени задуматься. - Он виновато усмехнулся, осторожно бросая взгляд на часы. Скоро надо будет забрать Грегори от Санни, но время ещё было. - Ну, в ближайшее время точно не получится. - А ты сам-то хочешь? - Монти приспустил очки, внимательно смотря на друга. - В жизни не поверю, что твоя страсть пропала. - Конечно хочу, Монти! - Его голос прозвучал неожиданно воодушевленно, даже для самого мужчины. - Но, пока в приоритете Грегори, так что, придётся отложить это всё на неопределенный срок. - Понимаю. - Неожиданной была и спокойная реакция Монти. Раньше бы он начал длинную тираду о том, как это для них важно, что от мечты отказываться нельзя. Но правда и понимание, что у всех жизнь сложилась по другому, более «обычному» для него, сценарию, пришло сравнительно недавно. Они не оставили мечту, но жизнь сама выставляет приоритеты, и не всегда ты можешь их сломать. И если у Монти получилось, то не значит, что получится у друзей. - Просто, постарайся всё же не забывать об этом время от времени. - Постараюсь. - Фред кивает со своей неизменной тёплой улыбкой. Он чувствовал, будто даёт обещание. Пусть бессрочное, но обещание. И пусть даже не столько другу, как себе. А он не привык их не исполнять. Совесть не позволяла. Снова беглый взгляд на часы. Теперь пора. - Извини, что так не надолго. Мне пора ехать за Грегори. Рад был… - Слушай, а давай я с тобой поеду, как раз в гости загляну к вам. - И снова сказанное Монти с усмешкой, ставит в тупик. - Хоть увижу твоего ребёнка. Сразу возникает вопрос, а как на это отреагирует Грегори? Но это всё равно бы когда-нибудь произошло бы. Как и знакомство с Роксаной и Чикой. Они все - большая часть жизни Фреда, как и мальчик. Не собирается же он совсем закрывать их друг от друга. Монти продолжает сверлить Фазбера через очки огоньком в глазах. И после небольшой паузы, последний сдаётся, не находя поводов отказать. - Хорошо. *** Ожидание было утомительным, хотя Монти знал на что шёл. Да и Фред сразу сказал, что они могут задержаться. Поэтому он и пытается занять себя разглядыванием вещей в машине друга, или здание за окном. Хотя, в основном последнего. Это была детская психиатрическая больница. Фазбер, конечно, говорил ему, что у мальчика проблемы. Но по правде, у него в голове это не очень укладывалось. Пока сама реальность не ткнула его темными очками в действительность. Неужели, дела у этого ребёнка настолько плохи? Ну, раз мальчик находится там не всё время, значит не совсем ужасно. Но, как сказал он себе и даже сам Фред перед уходом - « Будь с ним помягче» На крыльце появился сам друг с ребёнком. Монти сложно было что-то разглядеть, но увидеть того самого Грегори он всё же смог. Воображение успело рисовать его разным. И противным карикатурным толстиком, и вообще любым самым противным ребёнком, которого Монти только мог себе представить. Но он был обычным мальчиком. Достаточно хилым и перебинтованным в разных местах, точно разглядеть получилось только руки. И мужчина даже удивился. Хоть этот парнишка и выглядел угрюмо, но если бы он не знал Фреда, то бы точно не догадался, что они не родные друг другу люди, настолько мальчик был похож на Фреда. А ещё он не догадался, что именно у этого ребёнка есть проблемы с агрессией. У Монти был хороший нюх на определение всяких мелких ублюдков, но этого мальчика он точно не смог бы к ним отнести. Честно, он бы и не отнёс его к тому Грегори, о котором думал последние два месяца. Конечно, это только до момента, пока он не откроет рот. Тогда Монти точно сможет сказать. Они ненадолго задержались на крыльце, видимо, разговаривая. Фред даже на колени встал. И Монти увидел на его лице такую улыбку, которую, пожалуй, не видел никогда за всю их долгую дружбу. Фазбер в принципе был и оптимистичным и очень улыбчивым, но всё же таким заботливым, таким понимающим, он его увидел только сейчас. «Похоже, сегодня и правда день открытий.» - подумал про себя Монти, смотря, как эти двое шли к машине, взявшись за руки. И где-то в подсознании сидела мысль, что они и правда были похожи на настоящую семью. И Монти был уверен, что пусть их заочное знакомство и не задалось, может и это пройдёт не совсем гладко. Но раз это ребёнок его друга, значит они точно поладят.