ЗЕРКАЛО БЭНКИ

– Оооо, Макс! Ты спрашиваешь, как проходили съемки на пляже? Да я просто вымотался. Я все время был сонный. Надо было снимать ту сцену, ну ты помнишь, где признание Мэй ? Так вот, это на пляже. А перед этим срочно лететь в ЧиангМай. Где родилась Мэй. Ну, ты понимаешь. Из самолета – сразу снимать сцену на пляже. Я так устал! Невероятно… Хорошо, что мы смогли с тобой вырваться сегодня хоть поесть хорошенько. – Да… А я только что ведь из Сеула. Ну, я говорил тебе. Реклама. Работали практически сутки, потом я улетел, а все там еще остались, все: и Кан, и Джьу… – Вот, ешь больше. Попробуй, новый чесночный соус. Очень вкусный. Я взял побольше свининки. Давай поедим! – Ага… Ты тоже ешь, вот, смотри… Ну как тебе? – О, круто получилось! – Так ты говоришь про ту иностранку. Продолжай. Что у тебя с ней? – Да что у меня с ней? Она улетела. Или срочные дела, или еще что-то. Но она уже на другой день улетела. Я узнавал. – Хоть фото покажи. Красивая? – Да, красивая. Необычная. Улыбчивая очень. Но фото нет. Я помню, как пришел туда, ну, в «Бамбук»… Сразу увидел ее. И захотел еще на нее посмотреть. Пока они все заметили меня, Парн и другие… Где-то минуты три удалось постоять. Потом меня увидели, подойти хотел Айс… Но я ему так потихоньку: «Не надо, не замечай! Отвернись!» – делаю жесты ему, пока не заметили другие меня. И им делаю жесты: «Потом, потом подойду». Мне почему-то рассмотреть ее захотелось. Ну и он отвернулся. Я дальше смотрю. Она такая голодная была! Все ела, и ела. Ела только креветки. Ты представляешь, Макс! Только креветки. Я еще думаю: «Что это она на них так накинулась?» – Наверное, это для них деликатес. На родине же нет таких, скорее всего… – В общем, потом она сказала, что на острое у нее аллергия. Что еще оставалось есть? И вот, я думаю: какой хороший аппетит у девушки! Это было забавно. А еще у нее волосы… такие … как будто бы золотые, как кассия, ты понял? Так переливались! И она там одна светловолосая была. А еще в синем платье. Я бы сказал: светло-синем. С прозрачными рукавами. Красивое платье такое. И я на нее смотрю, а она немного вертится по сторонам. Я думаю: «Сейчас она увидит меня, и конец моим наблюдениям!» Но нет… Ты ешь, Макс, вот смотри, еще салат. Заверни, как ты любишь. – Да ты сам ешь, Танапон. Ты ешь и рассказывай. А то ты со своей иностранкой так голодным останешься! Я все съем, приятель! – Ооо, дружище! Еще можно свинины же взять. Ем я тоже… Уу, как вкусно! Соус великолепен просто, не так ли? Ну, так вот. Смотрю я на нее, и тут конец всему: она вдруг поворачивается и меня замечает! Я тут же отвернулся, будто на других смотрю. Честно? Как будто застигла она врасплох. Я думаю: «Ну что же, буду стоять еще немного». Честно? Я растерялся, Макс! Я хотел за ней понаблюдать, а потом понял, что это она за мной наблюдает! ЕЕ взгляд прямо прожег мое лицо все! Я чувствовал, что она долго меня рассматривала. Прямо чувствовал это, что смотрит. – А дальше? – Я просто пошел и сел. Смущен был очень, ты не представляешь! У меня всегда девушек было на выбор любых! Ты знаешь. Но от нее я почувствовал, что стесняюсь. Стесняюсь, представляешь, Макс! Я – стесняюсь. Уж как-то на меня не похоже. И вот, сидим мы, с Парном за столом, я ему говорю: «Видишь, ту девушку? Напротив нас сидит. В синем платье» Он мне говорит: «Вижу. Она, между прочим, все смотрит и смотрит на тебя, Бэнк. Скоро так лицо твое до дырок протрет своим взглядом!» Я тогда взглянул на нее: действительно смотрит. Но она так застеснялась, Макс! И я подумал: «Ну, я понял тебя, теперь мне все понятно» – Что тебе понятно-то? – Если бы она прямо смотрела, не отвела глаз, то я подумал бы, что она либо вызов бросает мне, ну ты понял, Макс… либо просто играет в игру: «Кто сильнее». Мне не нравятся такие. И вот, когда она глаза опустила, я понял: я ей понравился. Она проиграла мне сразу! – Так она же тоже тебе понравилась. Кто еще кому проиграл! Вон ты не умолкаешь про нее весь вечер. – Ну да, понравилась, причем, очень понравилась! И я думаю: надо узнать, кто такая. А она вдруг встала и ушла, ты представляешь? – Представляю… – Я думаю: должен узнать про нее. Хоть как зовут. Откуда. Все такое. А она от меня – бежать. Ну, кто от меня бегал-то? Все всегда было наоборот. Ты знаешь, друг. А тут она… – Ну, одна-то от тебя сбежала, насколько я помню… – Ты про Тонг? Да и ладно. Что теперь вспоминать. Речь не о ней сейчас. Я, кстати, до того, как Брайт увидел, и не думал ни с кем… Муторно все это. Некогда. Не до них. А она… засела в душу, Макс. – Может, пива? – Не, я за рулем. И я… ты же знаешь, не люблю я это. – А я закажу себе. – Ок. Ну так вот. Потом пообщались с ней. Милая такая оказалась! А потом улетела. И все. – Разбили тебе сердце, друг… – Попытаюсь найти ее ID, или еще как. Ну а если нет, то все. – Слушай, не расстраивайся ты так. Найдешь ты свою иностранку, будете общаться, посмотришь. Узнаешь получше. – Ты знаешь, я в тот вечер туда даже идти не хотел. Пи говорит мне: «Давай сходим» Я так не хотел! Но почему-то пошел. Раз Пи просит… Да и чтобы домой не ехать, а в Районге остаться. А то сам знаешь, как трудно с Мэ. Устал я. Только в Районге отдыхаю. Приеду, один там, как будто царствую… Посплю вдоволь… И говорить ни с кем не надо, доказывать, объяснять... Ты ешь, ешь больше, Макс. – Ем, ем я. Ты сам давай ешь больше, друг! Ну и что, говоришь, в бар тогда идти не хотел? Вот так номер! Хорошо, что пошел ведь, не так ли? – Yes, Max, it's very good that I went anyway.