Побочный эффект

Удивительно, но вплоть до выходных Авдеева не напоминала о себе. Не писала, не приезжала ко мне на работу, не играла в преследователя. Правда, один раз меня все-таки знатно «бомбануло», когда в четверг ко мне подошел Тимур и сказал, что «Авдеева хочет со мной поговорить», при этом парень протягивал мне трубку. Я с минуту пялилась на него, открыв рот, и не понимала, как она добралась уже и до него. Наконец, когда он многозначительно кашлянул и потряс телефоном, спрашивая, отвечу ли я Свете или перезвоню со своего, только тогда я пришла в себя и «отмерла». Оказалось, что мой телефон был на беззвучном и коллега не смогла дозвониться напрямую. И с одной стороны отсутствие Авдеевой дало мне возможность немного расслабиться, решив, что она все же услышала меня и решила отступить, с другой, я прекрасно знала, что такой человек, как Надежда Викторовна, так просто не сдастся, не добившись своего. И я убедилась в этом уже в воскресенье, когда вечером после кинотеатра и небольшой прогулки мы с Настей пришли домой. Девушка была в ванной, смывала макияж, чтобы сделать какую-то маску для лица, а мой телефон неожиданно зазвонил. Я подскочила на кровати, увидев, что на экране горит ее имя. В панике глядя в сторону ванной, дрожащими пальцами я провела по экрану, отвечая на звонок. — Что?! – вместо приветствия прошипела я в трубку, только потом подумав, что нужно было просто не отвечать. А лучше вообще ее заблокировать. — И тебе привет, — довольно спокойно ответил приятный низковатый голос, из-за которого в голове тут же всплыл ее образ. – Я так понимаю, ты не ждала моего звонка? – не меняя абсолютно невозмутимой интонации, спросила Надежда Викторовна, чем только больше возмутила меня. — Правильно понимаешь! – продолжая озираться в сторону входа в комнату, как какой-то вор, шипела я. – Что тебе нужно?! — Ты знаешь, что мне нужно. — Я вроде тебе все по-русски сказала, я не хочу с тобой общаться и тем более видеться! Ты не можешь просто отстать от меня?! — Очевидно, не могу, — словно испытывая мое терпение, ворковала она. – Мне нужна одна встреча. Мы поговорим и, если ты захочешь, я исчезну. Если захочешь, — добавила женщина. — Я уже этого хочу, разве непонятно?! – прикрывая рукой рот, рявкнула я, прерывисто дыша. Я так боялась, что Настя застукает меня за этим разговором, что казалось, вот-вот упаду в обморок от перенапряжения. — Слава… Пожалуйста, — тихо проговорила она и… что-то сломалось во мне. Ее голос, это «пожалуйста» были настолько несвойственны ей, что на секунду мне показалось, что я разговариваю с кем-то другим. В ее тоне никогда не было просящих ноток, а тут… буквально слышалась мольба. Я услышала, как открылась дверь ванной, и поспешила с ответом: — Ладно, черт с тобой! В понедельник, в семь, у моей работы. У тебя будет полчаса. — Мне этого хватит, — тут же ответила она в уже привычной манере. Не прощаясь, я отключила телефон, сунув его в карман. Настя вошла в комнату с чем-то глиняно-серым на лице и с полотенцем на голове. — Ты по телефону разговаривала или уже сама с собой беседуешь? – усмехнулась девушка. — Я… Да… Ба… буля звонила, — пробормотала я, смущаясь. Ненавижу врать. — О, правда? Блин, я хотела ей сказать, что купила то удобрение, что она просила. — Я… Я передам, — выдавив улыбку, сказала я. — У нее все хорошо? – взяв с тумбочки крем, Настя нанесла его на шею, аккуратно растирая. — Да, все отлично, — выдохнула я. – Мы будем смотреть «Анатомию»? – спросила, поспешив перевести тему. – Или… Может, чем-нибудь еще займемся? – пошевелив бровями, я улыбнулась, дернув Настю за край шорт. — На мне маска, и завтра очень рано вставать, — смеясь, ответила девушка, подтягивая их обратно. – Ты прям какая-то ненасытная стала, весна вроде почти прошла? – улыбнулась она, закрывая крем и убирая его обратно. — Ненасытная? Ради Бога, у нас секс не так часто, чтобы назвать меня ненасытной, — усмехнулась я. — И, я так понимаю, это становится проблемой? – Настя села на кровать рядом со мной. – Хочешь, поговорим об этом? — О чем? – нахмурилась я. – Все нормально. Просто… Мне кажется, мы стали жить, как соседи. Настины брови слегка приподнялись в удивлении, и девушка уставилась прямо перед собой, словно обдумывая мои слова. — Ну… Я не претендую на самую сексуально-активную девушку в мире, но, по-моему, ты преувеличиваешь масштаб проблемы. Что с тобой происходит в последнее время? Ты… Ведешь себя странно. — Странно? – усмехнулась я с ноткой горечи. – Странно, что я хочу свою девушку чаще, чем раз в две недели? — Оу, а вот это было грубо, — хмыкнула Настя. – И… для справки, последний раз это ты не смогла… — Кончить, Насть, — проговорила я, когда девушка замолчала. – Это слово не кусается. — Что с тобой происходит, Слав? Ее глаза смотрели на меня с искренним непониманием. И я не могла ее винить. Я никогда так не вела себя. Никогда не грубила и тем более не нападала, атакуя. И я сама это прекрасно знала. И мне было стыдно. — Черт, — вздохнув, я на секунду прикрыла глаза. – Извини, ладно? Я сегодня… не в себе немного, — проведя ладонью по лбу, я сдвинула брови. – Простишь меня? Настя посмотрела на меня долгим взглядом, после чего он смягчился, и она кивнула. — Все хорошо. — Спасибо, — я благодарно поцеловала ее в щеку и встала с кровати. – Пойду пока в душ схожу. Смою с себя… это странное ощущение. Настя молча кивнула, провожая меня взглядом. Когда я оказалась в ванной, то просто уперлась лбом в дверь, зажмурившись. Все хорошо. Но все не было хорошо. Все было очень далеко от «хорошо», и я не могла понять, почему. Почему именно сейчас, в данный момент все как-то одновременно вышло из-под контроля. Авдеева, Настя, какие-то выяснения, недопонимание, недомолвки, ложь. Почему я не отказала ей, зачем согласилась на встречу? И теперь вру своей девушке. Которая уже когда-то страдала от измены. Встряхнув головой, я развернулась к зеркалу, висящему над раковиной. Я не изменяю ей. Просто хочу закрыть старые вопросы. Я же не буду делать ничего противозаконного – просто поговорю с ней и все. Насте необязательно знать об этом, к чему лишнее волнение? Я прекрасно отдавала себе отчет в том, что эта мантра для меня самой. Что это – тоже ложь. Что я просто сама ищу оправдание тому, что оказалась настолько слабой, что согласилась на встречу.

***

Весь день я была как на иголках, стараясь не думать о том, жду ли я этой встречи или, напротив, хочу, чтобы она не состоялась. Но время бежало, и семь часов неумолимо приближались. И когда на часах было 19:00, на мой телефон пришло сообщение. Авдеева: «Я внизу». Кто бы сомневался, что она не опоздает. Хотя помнится, как-то я прождала ее несколько часов в травмпункте, и она так и не появилась. А сегодня, смотрите-ка, минута в минуту. Я выключила компьютер, взяла рюкзак и собралась покинуть офис, как около меня появился Тимур. Красный и взъерошенный. — Слав, это полный пи*дец! Сервак полетел, у нас все отчеты там! – он буквально вибрировал от напряжения. – Но это полбеды! Есть бэкап, все восстановят. Проблема в том, что у меня презентация улетела к чертовой бабушке! А завтра мы должны «гене» предоставить все в лучшем виде! Я мысленно чертыхнулась, так как из-за всей кутерьмы, что творилась в моей жизни, я снова забыла о собрании. Еще более важном, чем прошлое, на котором я выставила себя идиоткой. — Слав, что делать? – глаза Тимура были полны паники. – Они нас четвертуют! — Так, успокойся, — я взяла его за плечи и слегка встряхнула. – Мы сейчас сделаем все заново. Я всегда сохраняю все отчеты. Мы все восстановим… вместе, — добавила я, вздохнув. Так как понимала, что вернусь домой не раньше полуночи. — Правда? – Тимур сложил ладони в молитвенном жесте и уставился на меня, как крепостной на боярина, который пообещал ему вольную. — Да, — еле скрывая раздражение, кивнула я. – Только если ты сбреешь бороду за это. — Слав… — обиженно проворчал парень и снова взялся мять свою бороденку. — Ладно-ладно, можешь оставить, — рассмеялась я над лицом Тимура и добавила. – Включай мой комп, папка «Отчеты». Там все по месяцам. Пароль как у тебя, только на конце три семерки. А я вернусь через минуту. — Окей, — радостно кивнул парень. – Спасибо, Слав. — Да не за что пока, — вздохнула я и, бросив рюкзак на место, направилась к выходу. В офисе еще были коллеги, и теперь я понимала, откуда взялся этот возмущенный гул. Все были ошарашены тем, что наша система дала сбой, но рады, что все можно восстановить. Зато это дало всем возможность уйти вовремя с работы. Кроме нас с Тимуром и айтишников, конечно. Я вышла на крыльцо и увидела «Тигуан», который отдавал каким-то перламутром в лучах уходящего солнца. У машины, спиной оперевшись на пассажирскую дверь, стояла Авдеева. В тонких светлых джинсах, легкой блузке с какими-то завязочками на груди, и в бежевых мокасинах она выглядела лет на тридцать пять, не больше. Волосы были собраны вверху, открывая ее шею. Глаза ее были скрыты за стильными солнцезащитными очками, но судя по тому, куда была повернута ее голова и как изогнулись губы, смотрела она прямо на меня. Привычно осмотревшись, я спустилась к ней. Подошла ближе и, когда она сняла очки, улыбнувшись мне, сказала: — Извини, нашу встречу придется отменить. Возникли непредвиденные обстоятельства. Улыбка медленно сползла с ее красивого лица, а глаза начали буквально сканировать меня, словно пытаясь понять, вру я или нет. И я решила объясниться. — В последний момент коллега попросил помочь, — я махнула рукой в сторону здания. – У нас сервер полетел, а завтра презентация перед начальством. Я… Буду работать до ночи. — О, — протянула Авдеева, понимающе кивая. Я видела, что она поверила. И что понимала, что такое «надо», когда дело касалось работы. – Что ж, жаль. Но, я надеюсь, мы сможем перенести нашу встречу? — Надь, — сжав на секунду переносицу пальцами, я вздохнула. – Давай начистоту. Я правда не вижу смысла в том, чтобы нам видеться. У нас когда-то что-то было. Но это было очень давно. Ты уехала, отказавшись от всего этого. Чего ты хочешь теперь? — У нас было «что-то»? – как-то странно усмехнулась она. – Когда-то ты называла это иначе. — Да, Надь, — с раздражением ответила я. – Когда-то мы с тобой шли по одной дороге. Правда, двигались в разные стороны. И теперь мы настолько далеко друг от друга, что нет смысла вновь сближаться. — Ты что, боишься меня? – подняла она бровь, глядя прямо в глаза. — Боюсь? Тебя? С чего ты взяла вообще? – слишком сильно фыркнула я, чтобы это выглядело действительно непринужденно. — Потому что очень на это похоже. — Надь, у меня есть девушка. Я ее очень люблю. И я не хочу все портить из-за того, что у тебя какие-то незакрытые гештальты. — Тем более, чего тебе бояться, если ты ее любишь и у вас все прекрасно? – пожала она плечами, наклонив голову. – Если все, конечно, на самом деле так. — Да, черт возьми, все на самом деле так! – рявкнула я. – Не поверишь, нашелся кто-то, кто смог меня полюбить! Представляешь? — Я никогда не говорила, что тебя нельзя любить, — твердо сказала она, чуть наклоняясь в мою сторону. – Более того, я… — Да, ты вообще ничего не говорила насчет этого, — снова фыркнула я уже более естественно. – Для тебя это запретная тема. Так что тебе нужно сейчас? — Один разговор, — как заведенная, повторила она. — В спокойной обстановке. Ты и я. И все. Вздохнув, я посмотрела на небо. Облака плыли расслабленно-медленно, не торопясь. И это шло в полнейший резонанс с моими внутренними ощущениями. — Я дам знать, когда у меня будет время, — наконец, ответила я, собираясь вернуться обратно. — Слав, — как-то мягко, слишком мягко, что было очень непривычно, произнесла она. – Я понимаю твою злость. Но прошу тебя, не отыгрывайся. Не тяни специально время, не набивай себе цену. Тебе это не нужно, уж поверь мне. Я не малолетняя девчонка, которая будет бегать за тобой, как фанатка. Я просто хочу поговорить. И я думаю, тебе следует услышать то, что я хочу тебе сказать. Я молча смотрела на нее несколько секунд, после чего кивнула. — Хорошо. Я напишу тебе. Скоро. — Спасибо, — слегка улыбнулась она, и губы снова очаровательно изогнулись. – И… удачно поработать. — Спасибо, — поблагодарила я, глядя, как она грациозно обошла автомобиль, открыла двери и уселась за руль. Через полтора часа, когда мы с Тимуром корпели над его презентацией, мне позвонил курьер. Я удивленно спустилась вниз и получила две коробки пиццы, кофе и чай. После того, как вернулась в офис, получила смс. Авдеева: «Подумала, что ты и твой коллега проголодались. Надеюсь, с чаем угадала». Сообщение завершал улыбающийся смайлик. Я не смогла скрыть улыбку, а Тимур, который уже откусывал от куска пиццы, с набитым ртом пробормотал: — Хто это тахой щедрый? Я лишь пожала плечами, печатая скромное «Спасибо».

***

В среду Авдеева снова напомнила о себе, прислав смс с одним знаком вопроса. Я так и не назначила ей встречу, потому что пыталась заставить себя поверить, что ничего не поменялось. Что все вокруг все еще прекрасно, спокойно и как раньше. Но гром грянул, когда не ждали. В эту же среду вечером Настя сообщила, что ей предложили один очень выгодный проект. Очень. Но ей придется уехать почти на две недели. Какая-то фирма, торгующая стройматериалами, предложила ей поработать с ними за очень хорошие деньги. И, конечно, у меня не было ни одной достойной причины, чтобы уговорить ее отказаться. Я просто чувствовала, что падаю в пропасть, когда она сказала, что уже в пятницу должна уехать. — Но почему в пятницу, а не в понедельник? Или воскресенье, в конце концов. Кто начинает работу на выходных? — Они тендер выиграли, им срочно нужно все сделать. И, милая, у меня вообще там не будет выходных, — Настя смотрела на меня так, словно была в чем-то виновата. Точнее, я вела себя так, словно она была в чем-то виновата. — Блин, Насть, две недели… Это так… Так долго, — простонала я, опускаясь на кровать. – А я? — Слав, ты у меня большая девочка, — рассмеялась Настя и села рядом, взяв меня за руку. – Я буду тебе звонить. По видеосвязи будем разговаривать. Это время пролетит, ты не заметишь, я обещаю. — Я… Я буду скучать по тебе, — пробормотала я, думая только об одном. Если она уедет, я одна не справлюсь. Я не выстою против Авдеевой. Просто не смогу. Поэтому, поразмыслив над всем той же ночью, я подумала, что напишу Надежде Викторовне, что наша встреча состоится еще очень нескоро. И если она не хочет ждать, то лучше отпустить эту ситуацию вовсе. И, решив поступить именно так, я наконец смогла уснуть.