Теперь, когда ты здесь

      

Десять лет спустя.

      Её Высочество Хуа Цзы сидела за большим столом вместе с отцом и Его Величеством за трапезой. Черноволосая красавица была облачена в алое ханьфу с золотистым узором бабочек. Черты лица её были гладкими и изящными, тонкая талия подчёркнута золотистым поясом, а бледная кожа, словно снег, сияла.       Напротив сидел Хуа Чэн вместе с мужем и все время с ним перешёптывался. На самом деле никакого секрета нет. Супруги просто по тихому очень гордились своими детьми и жаловались друг другу, что те вовсе перестали навещать их, хотя вести они получали регулярно, но через пару недель они должны были собраться вместе вновь.       — Это печально, Ваше Величество, — начала А-Цзы, — я ни за что не уеду от вас! И Вас и отца никогда не брошу, обещаю.       Хуа Чэн и Се Лянь лишь с гордостью и радостью посмотрели на госпожу, а затем Сань Лан коснулся её щеки, произнося:       — Однажды и тебя ждёт большая счастливая жизнь, милая. Ты встретишь человека, который тебя полюбит, выйдешь замуж по чистой любви, но эти двери всегда открыты для тебя, это твой дом.       — Я уже его встретила! — Твёрдо говорит девушка, смотря на отца, а затем прислоняется лицом к его груди и ждёт, что её обнимут, — я уже его встретила и никогда его не покину, потому что он не заслужил этого, потому что мой папа самый лучший!       Се Лянь стоял в сторонке, не решаясь им мешать. Он ощутил, что глаза начинает щипать от столь нежной и прекрасной картины. Хуа Цзы взглянула на Се Ляня, а затем, подойдя, низко поклонилась, принц же в свою очередь раскрыл руки, чтобы принять её в свои объятия. Такое они делали лишь, когда были втроём: по семейному обнимались маленьким кругом, когда Хуа Чэн забирал в свои объятия обоих, дарил поцелуи в лоб.       А потом каждое утро Се Лянь наблюдал один и тот же ритуал: Хуа Чэн с дочерью брались за руки, начиная испытывать всё одинаково: от холода до того, что они словно одно единое целое, и сотни бабочек поднимались к потолкам дворца. Таким образом они укрепляли связь и могли залечить какие-то маленькие раны и шрамы.       Эмин, заметив на поясе Её Высочества роскошную саблю, расширял глаз от восхищения и обожания. Замечая это, А-Цзы оглаживала свою Ли рукой и приветливо улыбалась Эмину. Теперь, когда всё улеглось, дни в основном проходили односложно и похоже.       

***

      Дворец Лиюн поражал своей красотой и богатствами. В нём сейчас было особенно тихо и умиротворенно. Поговаривали, что места тише вообще найти невозможно на свете. Его Высочество принц светлых гор, хранитель ветра вместе с супругом, что не боится океанов, всякий день выходят в свой сад на рассвете. Они очень любят свой дом и почитают свою семью, а потому не очень людны и их нельзя встретить на базарах, в лавках и тавернах. Простым смертным тем более никогда не увидеть господ.       Однако, когда направление ветров изменяется, чтобы избежать грозы или наоборот в засуху принести её в края, то жители точно уверены: Его Высочество как никогда щедр, а в водах земли и небожителей царит вечный покой, лишь изредка поднимая волны: тогда жители шутят, что, кажется, Его Высочество принц морей ссорится с дорогим отцом и снова они не могут поделить сегодня воду.       Когда наступают ураганы и даже смерчи — поговаривают, что это Повелитель Ветров на помощь Его Высочеству подоспел, ну ничего, переживём, ведь потом Его Величество Небесный Император посылает им солнца и огненных цветов вместе с дорогим супругом. Говорят, что каждое новое солнце всякое утро рождается от их поцелуя. А если же господа Небес в ссоре, то солнце не взойдёт и будут люди во тьме свой день коротать, надеясь и посылая молитвы к их примирению.       — Ох, красиво же о нас пишут, — восхитился Вэймин, сидя при луне на веранде в объятиях Юймина, — словно легенды слагают.       — Так и есть, — отзывается супруг, целуя чужую макушку, — наш дворец самым загадочным описали, — хмыкает он, — может в мир выйти? Через две недели Его Величество ожидает всех в Небесном дворце.       — Хм? Интересно: что же тогда люди о нас напишут, об этом самом дне, что предстоит. Трапеза богов? И ничего мы не тихие! Просто очень скромные.       — Счастье любит тишину, А-Мин, — нежно говорит Юймин, смотря любимому в глаза, — я люблю тебя и благодарю каждый день, проведенный подле тебя, а люди… Люди счастливы, пока есть мы, — небожитель забирает мужа в поцелуй, поднимая на руки и возвращаясь в их дворец.       Сюин же с Киу Ли тоже не горевали и не жаловались. Жили они в тесной связи со Столицей и родителями. Как и полагается через две недели они тоже явятся во дворец Небесной Столицы для трапезы.

***

      Особенно, когда все демоны и небожители собирались вместе наступала особая гармония. Прямо как сейчас. Жители земли, пережив две недели, могли любоваться прекрасным оттенком вечернего неба. Солнце в этот день, говорили, зайдёт поздно, пока Его Величество изволит с родными вести трапезу, то оно будет в самом свете.        — Прекрасный семейный ужин, — говорит принц, — наконец-то я увидел всех вас вместе, живыми и здоровыми, — улыбается он.       Се Лянь сидел с Хуа Чэном на троне. В первом ряду, ближе всех сидели Вэймин с Юймином, затем Сюин и Киу Ли, А Цзы же сидела справа от отца вместе с Се Лянем и Хуа Чэном. Наверное, это был самый лучший вечер в их жизни, самый спокойный и прекрасный.

***

      Солнце, которое весь день беспощадно палило лучами, медленно скрывалось за горизонтом. Закат уже начал хлопотать, спешно окрашивая небо и облака розовыми, оранжевыми и жёлтыми красками, которые так и манят к себе чужие взгляды. Над землёй проносится тёплый летний ветерок, настолько приятный, что хотелось продлить этот момент навечно, а вдали слышится беспрерывный стрекот сверчков.       Заметив это, Хуа Чэн посмотрел на своего мужа, как бы думая над чем-то. Он тихонько взял супруга за руку, чтоб тот обратил на него своё внимание.       — Сань Лан? — Они стояли на веранде вдвоём, любуясь всеми красками неба. Принц обернулся к мужу с ласковыми взглядом, полным любви, — всё в порядке? — спрашивает Се Лянь, заметив какое-то замешательство, словно секундную нерешительность Хуа Чэна.       Демон же лишь берёт руку супруга и кладёт её к себе на животик, смотрит внимательно и молчит, а затем обращается:       — Ваше Высочество, — рука принца проходит верх и вниз по чужому животу, — я понимаю, что, может, это слишком но… — Се Лянь резко мотает головой, пытаясь поверить в то, что снова происходит.       — Сань Лан, ты… — Он пропускает смешок, — ты погубишь меня, — шутливо говорит он, но затем тон становится тихим и серьёзным, — с тобой я готов на всё, — он склоняется к чужому животику и дарит ему поцелуй, — теперь, когда ты здесь       Фраза растворяется в поцелуе.