Детективное агентство "Анна и её духи". Солнечный цикл. Под солнцем Египта. Каир.

— Верблюд, платок и браслет всего за пол-ливра! — радостно приговаривала Соня, разглядывая лакированную фигурку. Алекс, Штольман и Аня старались не смеяться и не оглядываться на торговца, который воздевал руки к небу и поминутно поминал шайтана, когда думал о маленькой железобетонной европейке, которая ни на пиастр не сдвинулась с предложенной стоимости. Кто бы мог подумать, что белые женщины бывают такими упрямыми! Лидочка же не думала ни о чём, она просто грызла медовый хворост и посматривала по сторонам, сверкая глазами. Господин Ратиб выслушал Штольмана и ответил, слегка качая головой: — Вы не найдете здесь пьяницу Джамруза! Его больше нет! — Но нам сказали, что он тут! — нахмурился Яков. — Джамруз действительно здесь, — согласно кивнул владелец лавки, — но он уже не нищий пьяница. Он работает у меня. Тяжёлый труд, но позволяет ему платить по счетам. Вы найдёте его на заднем дворе. Яков прошел сквозь лавку, оставив Аню и детей внутри. Открыв дверь, он оказался на крохотном пятачке, где лежали тюки с товарами. Там же обнаружился сильно побитый жизнью мужчина лет пятидесяти, который что-то растирал в плошке. — Вы Джамруз? — спросил Штольман, отмечая чистую, но очень старую одежду и следы многолетнего употребления алкоголя на лице мужчины. — Да, — настороженно ответил рабочий и отложил ступку. Говорил он на французском, но с ужасающим акцентом. — Меня зовут Яков Штольман, — сказал Яков, решив говорить правду. — Мы снимаем виллу неподалеку от развалин старого дома на той стороне реки. Ту самую, — уточнил Штольман, чтобы сомнений не осталось. — О нет! — покачал головой Джамруз. — Только не снова! Столько лет уж прошло! Сколько можно ворошить прошлое! Оставьте эту историю! Сколько она мне крови выпила! — Я — сыщик, — серьезно сказал Яков. — У меня пятеро детей. И мне совершенно не ясна история, в которой две девочки пропадают посреди приема и никто не может ничего сказать по этому поводу. Это странно, согласитесь! Я хотел бы что-то сделать для них. — Ох, и не говорите! — с тяжёлым вздохом проговорил Джамруз. — Я тогда…ладно, чего уж там греха таить, жил на улице, пил по-чёрному и не видел в своей жизни никакого смысла. Почти тридцать лет я ничего не менял, но как ни странно Аллах меня так и не прибрал, хотя я не могу сказать, что не пытался! Столько дешевого вина в себя влил! — криво ухмыльнулся мужчина. Он помолчал секунду, вздохнул и продолжил: — Я понял, почему продолжал жить, полгода назад! Моя сестра и её муж умерли в одночасье от холеры. А мой племянник Шафик выжил. У него никого, кроме меня. Пришлось браться за ум. Дом у нас теперь есть, но за всё нужно платить! А у меня ни профессии, ни опыта. Спасибо господину Ратибу, дал мне шанс, платит за подсобные работы. Так хоть как-то удается удержаться на плаву. Да и Шафик не сидит на месте. Устроился в зверинец передвижной помощником. Он с животными на короткой ноге. У нас живут ворон и мартышка, он их дрессирует. Замечательный парень! — посветлел лицом Джамруз. — Поэтому, господин, теперь я всегда печалюсь особенно, когда вспоминаю маленьких мадемуазель. — Вы были тогда около дома пропавших девочек, — сказал Штольман, думая о перипетиях судьбы. Сорок лет человек не видел никакого смысла в жизни, пока не обрел того, о ком следует заботиться. — Что-нибудь вам запомнилось? — Да я был пьян в стельку! — выкрикнул Джамруз. — Что я мог запомнить? Когда я там шел, никого больше на улице не было. Вот и всё, что я помню! Ничего подозрительного! Ничего! Яков задумался. Неужели этот след никуда не выведет? Внезапно одна из дверей, ведущих во двор, распахнулась, и за ней появился кудрявый черноволосый паренек, который застыл, не ожидая увидеть здесь кого-то, кроме своего дяди. — Шафик, поздоровайся! — улыбнулся Джамруз. — Это господин Штольман. Он пришел задать мне несколько вопросов про тех девочек, которые пропали тридцать лет назад, помнишь, я тебе про них рассказывал! Мальчик не двигался. — Ну, поздоровайся же! — недовольно повторил мужчина. Шафик кивнул и пробормотал себе под нос что-то, что можно было счесть приветствием. Он не отрывал взгляда от запястий Штольмана. Яков удивленно поднял брови. Взглянув вниз, он понял, что привлекло внимание мальчика. Он смотрел на его ониксовые запонки. Смотрел со страхом. А когда сверху раздалось странное стрекотание, и на плечо Шафика приземлилась мартышка-капуцин, Штольман догадался, кто именно собирает по домам пропавшие вещи.