Will you save me?!

      Шиндо вернулся в квартиру. Невзирая на разговор с Хиираги и его искренние заверения по поводу невиновности Юичиро, он все еще злился на него. Желалось лишь одного — поскорее пойти в спальню или на кухню и побыть наедине со своей обидой, нежно обхватившей за плечи и помолчать с ней на пару обо всех несправедливостях бытия. Но осуществить это заветное желание, оказалось не так просто, точнее, не так быстро. В прихожую вошел Амане.       — Мика, — сдавлено начал он, не поднимая взгляда на партнера, только хмуро глядя в сторону.       — Я не хочу сейчас разговаривать, — твердо ответил ему Шиндо и молча проследовал в спальню.       Он и впрямь не хотел сейчас говорить. Что говорить? Что обсуждать? Нечего. Просто нечего.       — Я не хочу больше выслушивать твои нападки, оставь меня в покое, — не оборачиваясь, стоя посреди комнаты, сказал парень, когда услышал, что Юу вошел следом. — Понимаю, ты еще не все сказал и тебе очень хочется продолжить, но я уже не могу.       — Мика, — Юу с трудом сдержав в глотке слова: «заткнись и слушай», сделал несколько шагов к нему. — Я хотел извиниться.       Микаэль и ухом не повел, только прошел к тумбочке и стал разбираться с наваленным там шмотьем. Лишний хлам, скидывая в выдвижную нишу, отбирая вещи, которые могут пригодиться. Все это молча, без единого слова и взгляда в сторону Юичиро.       — В общем, я был не прав, что наехал на тебя, — сдвигая брови к переносице, мрачно начал Юичиро. Меньше всего ему хотелось извиняться, ибо он нисколько не ощущал за собой вины, но только ради того, чтобы Микаэль угомонился, он был готов наступить на горло себе и своему вечно правому «Я» и пойти на примирение первым.       — Прости, — цепляя виноватое выражение лица, процедил он и стал молча, наблюдать за действиями возлюбленного, по-прежнему не обращающего на него внимания. Неимоверно раздражало его поведение. Сам был виноват, а изображал обиженного, как будто это не он, а Юу, второй день подряд гуляет хрен знает где, приходит под шафе, а потом еще и заявляет, что собирается уезжать в другую страну.       Вздохнув, Мика осудительно покачал головой и, бросив свой свитер обратно на стул, наконец, обернулся к Юу. Обиженный и отчужденный взгляд глаз цвета небесной лазури, ожидающий дальнейших слов от партнера, и скрепя сердце, брюнет снова начинает давить из себя становящиеся комом в горле фразы:       — Прости, я вспылил. Наговорил много лишнего. Но, я не хотел, чтобы все так вышло. Я просто полночи пронервничал, вот и выплеснул на утро всё, что скопилось. Не обижайся на меня.       Выслушав, Мика опустил мрачный взгляд себе под ноги, обхватив себя руками так, словно было холодно.       — Ты меня тоже прости, я тоже не хотел. Глупо получилось.       — Тогда, мир? — Амане протянул руку, цепляя на лицо доброжелательную улыбку.       Задержав секундный взгляд, выражающий нежелание, на руке, Шиндо закрыл глаза и усмехнулся.       — Мир, — он пожал руку любовнику. А затем, переплетя пальцы в замок и чуть согнув руки в локтях, они стали ближе друг другу. Крепче сжимая руку Юичиро и ощущая, как тот, одновременно проявляет силу, Микаэль стараясь придать голосу как можно больше мягкости и непринужденности проговорил:       — Ты же знаешь, я не могу сердиться долго. Ведь я люблю тебя.       — Я тебя тоже, — ответно, с улыбкой произнес Юу. — Давай больше не будем вспоминать об этом?       — Договорились, — усмехнулся Шиндо, содрогаясь внутри от того пожирающего внутренности чувства обиды и непонимания со стороны любовника. Легкий примирительный поцелуй и отпустив одновременно руки друг друга, Мика тут же заторопился уйти.       — Я в ванную, белье брошу. Собирался сегодня на стирку заморочиться.       С натянутой улыбкой, сказал он и, схватив со стула первую, попавшуюся на глаза вещь, оставил комнату.       Резко выдохнув, Юичиро уселся на постель. Буйство и агрессия никак не хотели покидать разум, отравляя естество ядом, сочащимся наравне со сладким соком яблока раздора, укушенного ими с двух сторон. Вроде бы примирение прошло успешно, Мика улыбнулся, наверное, простил, даже занялся повседневной работой. Есть шанс, что он все же одумается и останется с ним. Но, черт, как же хочется высказать ему всё, что так терзает и болит, прямо в глаза, но нельзя, иначе тогда решение Мики укоренится и проломить барьер его упрямства станет невозможным даже для Юичиро.       Заскочив в ванную, Микаэль, разумеется, и не помышлял затевать стирку. Абсолютно чистая футболка полетела в корзину с грязным бельем, в то время как парень присел на край ванной и закрыл лицо руками. Глубокий вдох и выдох. Попытка расслабиться и привести нервы и свое эмоциональное состояние в порядок. Ведь нужно быть сдержанным и милым, как всегда, чтобы позабыть распри и продолжить нормальную жизнь. Юу, кажется, успокоился. Может быть, он понял, что не прав, понял, что ошибался насчет него и решил сменить гнев на милость, может, теперь он не будет буянить по поводу его отъезда, примет его с пониманием? А если нет, что же, значит он и впрямь эгоистичный, избалованный самим Микой, идиот.       То, что Юу сам подошел к нему с извинениями, удивило, ибо любовник извиняется перед ним также часто, как сходит на землю небесный огонь, а потому, предположить, что он и впрямь все понял очень сложно. Однако злость и обида все еще грызут сознание, не позволяя уняться душевным страданиям.              За окнами ночь и, допивая остатки кофе, Микаэль сидит на кухне перед книгой. Разумеется, он не видит строчек, она здесь, скорее по привычке, нежели по делу. Все же временами он обращает на нее взор и часто перечитывает одну и ту же фразу, иногда дочитывает последний абзац, но страница так и не переворачивается. История не движется дальше, замирает, равно как и слова упреков на губах. Сейчас раскрытая книга лежит чуть поодаль, Мика слегка отодвинул ее, пока говорил с Шиньей, не громко делясь деталями сегодняшнего вечера. По окончании разговора из-за шагов, раздающихся в прихожей, Микаэль кладет смартфон на стол и когда Юичиро входит, он, водрузив локти на стол, утыкается в книгу.       Ничего не говоря, Юу проходит мимо него к рабочему столу. Возится за спиной Мики, заваривая себе кофе, молча курит. Вероятно, видит, что Мика занят и потому не хочет отвлекать его, а может быть нет, и причина его неразговорчивости кроется в ином. С одной стороны, и надо бы что-то сказать, чтобы разрядить обстановку напряжения, Мика это понимает, но слова теряются где-то в начале пути и звон тишины тягостно сдавливает нутро обоих. Дорогу обыденным фразам преграждают дурные мысли, в которых льется река высказываний самых разных обид и претензий в адрес Юичиро, а потому, парень предпочитает делать вид, что чрезвычайно увлечен. С горем пополам ему удается не показывать свое внутреннее состояние внешне, сохраняя спокойствие и доброжелательность выражения лица, когда подкорку навязчиво выгрызает, забираясь все глубже, мысль — я все равно поеду, хочешь ты того или нет.       — Тебе налить? — звучит из-за спины, ровный голос Амане.       — Нет, спасибо, еще осталось, — через плечо, оборачивается к нему Мика с улыбкой, одновременно приподнимая со стола чашку, в которой на дне еще виднеются остатки кофе.       Юу заговорил первый, а Мика с трудом нашел в себе силы спокойно ответить ему. Уж лучше бы молчал. Так проще. Говорить с ним тяжело, даже на самые отвлеченные темы. А потому…       «Уходи отсюда. Оставь меня одного…»       Табачный дым с ментоловым запахом, проникает в ноздри и раздражает слизистые. Несколько раз кашлянув, Мика изящно прикрывает ладонью рот, понимая, что поступает неправильно, ведь ему в некотором роде нравится этот запах и он нисколько ему не мешает, но что-то вынуждает его недовольно морщиться. Должно быть, Юу замечает раздражение Шиндо, а может просто потому, что он уже докурил, но он начинает нервно и шумно тушить бычок о дно пепельницы.       Амане тоже не нравится сложившаяся обстановка, но то, что все еще кипит в душе и не находит выхода, вынуждает помалкивать, чтобы не усугублять и без того сложное положение. Они весь день находятся с Микой в одном доме, но, кажется, будто они в разных мирах и разделяют их границы времени и пространства, а вовсе не панельные стены комнат, куда они забиваются, под предлогом каких-либо дел и занятий, лишь бы не пересекаться, не видеть и не говорить друг с другом.       Беря чашку, Юу бросает тусклый взгляд на спину Микаэля и уже было, открывая рот, чтобы начать несущественный разговор, лишь бы только не молчать, обсудить хотя бы злободневные темы, в итоге ограничивается лишь сухим вопросом:       — Ты еще долго, я скоро ложусь?       — Я еще посижу. Хочу почитать, — слышит он довольно-таки мягкий ответ Шиндо и облегченно вздыхает. Лечь спать с Микой, это нужно что-то делать, иначе он ощутит подвох, а Юу сейчас ни морально, ни физически не настроен на какие-либо действия, особенно на секс, а посему очень даже кстати, что Мика задержится и можно будет попытаться заснуть до его прихода, или же, притвориться, если не получится.       Блядь, как же его все это бесит.       Строчки, как и ранее, не видимые Микаэлем, сейчас расплываются перед глазами и подавно. Вопрос Юу, вынудил Мику вздрогнуть и волну паники пробежать по позвоночнику. Лечь с ним? Сейчас? Нет, только не это. Он не может его видеть, тая в сердце обиду, а уж имитировать наслаждение в постели. Нет. Это выше его сил. Лучше покунять на кухне подольше, заправиться еще порцией кофе, а может и не одной, выждать пока Амане действительно уснет и только тогда, самому прийти и тихонько лечь в постель, чтобы уж точно Юу не полез к нему сегодня.       Юичиро выходит из кухни и Мика равнодушно смотрит ему вслед и лишь когда тот, напоследок бросает на него взгляд и улыбается, он натянуто улыбается в ответ и вновь они расходятся, вновь каждый остается при своем мнении и обиде, продолжая играть спектакль состоявшегося примирения друг перед другом.                     Утро понедельника и на часах восемь утра. Когда Юичиро открыл глаза, место рядом было пустым. Воскресный день прошел более чем ужасно, ребята продолжали сторониться друг друга, избегая, как только возможно обоюдного присутствия в одной комнате. Сегодня канун Рождества, а их дом в весьма унылом состоянии и пускай, по привычке, а не по желанию, квартире придали праздничный вид, украсив блестящим дождиком и гирляндой, тут царит гнет и напряжение. Ибо, даже совершая такое любимое обоими занятие как приведение дома в порядок перед предстоящими праздниками, оба предпочитали помалкивать, и каждый делал свою работу молча и самостоятельно. Сердца все еще наполнены болью и обидой и никто не хочет уступить, дабы искоренить раз и навсегда сей убивающий настрой, и пасть в руки счастью и любви.       Амане вошел на кухню. Мика завтракал, а точнее пил чай, уткнувшись в смартфон и казалось даже не заметил, появившегося в дверях Юичиро. И только когда он прошел к столу, Шиндо оторвал смурной взгляд от экрана и натянул радушную улыбку.       — Доброе утро, Юу-ч… — он закусил губу, — Юу.       — Доброе утро, — слабо улыбнулся уголком рта Амане, хотя он, равно как и Мика не ощущал этого самого «добра», тем более, когда партнер даже сдержал привычное, шутливое прозвище. Сердце резануло так, словно по нему прошлись острым кинжалом. Казалось, радуйся, Мика сдержался и не стал по привычке дразнить его, но отчего-то это причинило боль.       «Ну и хрен с тобой, делай, что хочешь. Не хочешь говорить, не говори. Мне похер. Прибереги свои няшности для Батори, он их заслужил больше чем я»       Пока Юу заваривал себе кофе, подавляя желание сделать замечание, Мика сидел, уткнувшись в телефон. Забивая себе голову, какой придется, интернетной ерундой, он пытался отвлечься от дурных навязчивых мыслей. Помогало плохо, а потому он отложил его на стол и просто уставился в окно, медленно допивая напиток. Юу сидел напротив и тоже помалкивал. Каждый сидел и думал о своем, не имея при этом ни малейшего желания высказать свои мысли вслух. Зачем? Ради чего? Все равно останешься непонятым и нарвешься только на скандал. Зачем усугублять и без того хреновую ситуацию?       — Сегодня сочельник, — нехотя произнес Амане, говоря это словно сам себе, первым нарушая давящую тишину.       — Завтра Рождество, — слабо улыбнулся Микаэль, вырываясь из плена своих мыслей и спутывая себя новыми, о том, что завтрашний праздник, пожалуй, будет самым худшим из всех, что им доводилось переживать, ибо надеяться на то, что за один вечер все наладится и их негласный конфликт отступит, было нереально.       — Девчонки звали нас в клуб, — медленно проговорил Юу, разглядывая содержимое чашки.       — Юу, ты не обидишься, если я никуда не пойду? — глухо отозвался Микаэль.       — Почему? — серьезно взглянул на него Амане.       — Не знаю, — пожал плечами Мика. — Как-то, не очень хорошо себя чувствую… Останусь дома.       — Вообще-то я тоже не пылаю желанием идти, — хмуро признался Юичиро. — Останемся дома.       Мика содрогнулся при мысли, что они останутся в квартире один на один, и он будет вынужден вести себя непринужденно и весело. Ну уж нет. Так отмечать Рождество нельзя. Это не правильно. Уж лучше пойти в клуб, может та атмосфера поможет ему совладать с собой. Музыка, спиртное, девчонки, веселье, Рождественский дух, вероятно, они приведут его в чувство?       — Так нельзя, — задумчиво изрек он, после непродолжительной паузы. — Мы обещали, они расстроятся.       — Ты же сам не хочешь идти, — напомнил ему Юу.       — Да ладно, — махнул рукой Мика, вставая из-за стола и натянуто улыбаясь. — Мы же оба этого хотели. Тем более, это Рождество… — он затих, ибо странное горькое чувство досады завладело душой, он мечтал провести этот праздник с Юу, мечтал отправиться с ним и там в другой стране встретить Новый год, а теперь это становится неосуществимой мечтой из-за эгоистичного дурака, который вбил себе в голову всякую чушь, — мы хотели провести весело.       Сорвались с губ парня нелепые и совершено не те слова, которые крутились на языке — «Тем более это Рождество, последний праздник в этом году, который мы проведем вдвоем».       Легкий сдержанный поцелуй, дающий ложную картину примирения и Мика быстро выходит из кухни, оставляя Юичиро одного.              — Куда-то собираешься? — Амане стоит на пороге спальни и следит, как Шиндо облаченный в выходные джинсы и свитер, намеревается уходить.       — Мне нужно заскочить на работу, — просто отвечает парень.       — И надолго? — без особого интереса спрашивает Юу.       — На час, — Мика проходит мимо него в прихожую.       В другой бы раз Амане с кривой ухмылкой обязательно бросил замечание вроде «На час? Прямо как на вызов едешь, Шиндо», но этого нет, и он молчит, без слов выражая согласие и скованность отношений сдавливает каждый нерв, разбивая этот кристальный мир на осколки, порождая лишь больше обиды, злости и отчужденности.       — Я скоро, — сухо бросает Мика и быстро выходит на лестничную площадку.              — Я полагаю, ты все понял, — звучит мягкий голос Батори и, невидяще глядя в одну точку, парень что-то утвердительно мычит в ответ, слегка кивая головой.       Они уже двадцать минут сидят в кабинете Батори и тот посвящает парня в детали поездки. Мужчина абсолютно спокоен и ведет себя, как всегда непринужденно и легко. О вечере пятницы никто и не вспоминает, будто бы ничего и не было и это дает Шиндо возможность вновь списать все на глупость и алкоголь и отбросить возникающие опасения, тем более в эти минуты его занимают совершенно другие мысли и чувства. Фактически инцидент с начальником уходит далеко в глубинную память.       — Значит, малыш, мы все решили, и ты намерен ехать? — напоследок уточнил Ферид, внимательно оглядывая задумчивого парня. — Не бросишь меня в последний момент, передумав?       — Господин Ферид, не беспокойтесь, я не подведу. Вы можете на меня рассчитывать, — с тоской в голосе ответил Мика.       — Замечательно, дорогой, — тонкие губы расплылись в обворожительной улыбке. — Мика.       Парень поднял взор своих синих глаз на мужчину.       — А ты точно уверен? Выглядишь подавленным. У тебя ничего не произошло?       — Нет, все хорошо, — слабо улыбнулся Микаэль. — Не беспокойтесь. Всё будет замечательно, — он встал из-за стола.       Улыбаясь, Ферид одобрительно кивнул.       — Ты становишься профессионалом, малыш, — не глядя на Шиндо, мягко улыбнулся он, беря со стола документы.       — Спасибо, — опустив потухший взгляд к полу, поблагодарил парень, толком не осмысливая для себя суть брошенных слов, поскольку было не до этого.       — Да свидания, Мика, увидимся в аэропорту.       — До свиданья, — кивнул парень и покинул кабинет. Когда он скрылся за дверью, Ферид поглядел на дверь поверх бумаг, а после, отбросив их в сторону, откинулся на спинку кресла. Ухмыльнувшись, он взял стакан виски и поднес к губам.       — Что же, звездочка моя, нелегко дается слава? Приходится чем-то жертвовать, верно? — посмеиваясь, едва слышно изрек он, поигрывая стаканом в изящной руке.       Юичиро вошел в гостиную и сразу поглядел на Мику, устроившегося на диване с ноутбуком. Работал телевизор, но, похоже, любовника это не волновало и никоим образом не занимало. Время медленно близилось к вечеру и к предстоящему выходу в свет. Слабая надежда, что Мика одумается и останется с ним, немного согревала парня и помогала ему держать свои эмоции под контролем. Отчего-то внутренний голос шептал ему, что в конечном итоге, все будет хорошо. Мика позлится, но все же выбросит из головы эту глупую мысль о поездке. Он побоится терять Юу. Уступит. Должен уступить. Он всегда так делал. Всегда сдавался.       Проходя мимо любовника, он бросил быстрый взгляд на экран и внутри все болезненно сжалось при виде прогноза погоды на ближайшую неделю в Нью-Йорке.       «Ничего»        Юу постарался взять себя в руки.       «Это временно. Мика просто бесится. Специально делаешь это, чтобы позлить меня. В этом тебе нет равных. И сейчас этот твой гребанный протест и показуха, только для того, чтобы взбесить меня и заставить злиться, но нет. Не дождешься, Мика. Я выдержу и ты поймешь на что я готов пойти, лишь бы ты остался»       — И как погодка? — Юу плюхнулся в кресло.       — Обещают снегопад к концу недели, — безразлично ответил Мика, чуть повернув голову.       — На праздник? — сдавленно осведомился Юичиро.       — Да, Юу, на праздник, — с тяжелым вздохом ответил Микаэль, снова глядя в экран ноутбука.       Тишина повисает в воздухе и ее звон, нарушает лишь голос ведущего шоу. Каждый хочет что-то сказать, но слова опять застревают в горле и тишина длится бесконечно. Мучительно долго, выжимая остатки сил и терпения. Выкручивая наизнанку нервы и рассудок.       Юу делает вид, что смотрит телевизор, а Мика продолжает рыскать в интернете, якобы и дальше изучая прогноз на весь грядущий месяц, хотя цифр и значков не видит в упор, теряясь в серых картинках собственного воображения.       Через время Шиндо захлопнул крышку и тем самым обратил на себя взор изумрудных глаз.       — Нужно начинать собираться, — с улыбкой сообщил Мика, отставляя компьютер на журнальный столик.       — Ты собираешься идти? — задал вопрос Юу.       — Конечно, собираюсь, — как можно мягче изрек Мика, вставая с дивана. Адекватная реакция Амане на его занятие — а Мика был убежден, что Юу увидел, что он делал, — несколько расположила его и, подойдя к нему вплотную, он слился с ним в легком поцелуе.       — Я хочу запомнить это Рождество, как нечто светлое и теплое, — сказал он и отстранился. — Не хочу ни о чем жалеть.       — Я тоже не хочу, — когда Мика вышел из комнаты, тихо произнес Юичиро. Поцелуй под омелой       Близилось назначенное время встречи для проведения праздника и парни, все также, почти не сговариваясь друг с другом, собирались уходить. Настроение было отвратным и отнюдь не праздничным, но перспектива оказаться вне дома, тянула обоих на морозную улицу. Застегивая молнию на куртке, Шиндо поглядел на Амане.       — Юу, ты не будешь возражать, если я немного опоздаю?       Бросив на партнера быстрый смурной взгляд, тот, не обращая внимания на кольнувшую в груди обиду, спокойно ответил.       — Не буду.       Микаэля смутило отсутствие расспросов, и он посчитал нужным самому уточнить, в то же время, ловя себя на мысли, что даже в такой ситуации он оправдывается и отчитывается перед Юу. Сколько можно? Всю жизнь одни оправдания, будто бы он в чем-то виноват и поступает неправильно.       — Хочу заехать, поздравить Акане. Я быстро.       — Я же сказал, как хочешь, — усмехнувшись, пожал плечами Юичиро, которому, по сути, было уже все равно, будет рядом Мика или нет. Хочет ехать — пускай. Раз ему так противно его общество, что он не в состоянии проехать с ним пару кварталов к клубу, пусть идет куда хочет и поздравляет, кого хочет. Свой выбор он уже сделал. Ведь уже завтра он сваливает со своим любовником на съемки. А ведь мог бы собственно их последний вечер провести с ним, а не переться к подружке, которой прекрасно можно было позвонить и поздравить по телефону. Но раз ему так приспичило, пусть едет. В конце концов, если позволить ему уйти без вопросов и скандалов, появляется еще один шанс, что он одумается.       — Тогда увидимся в клубе, — Мика опустил тяжелый взгляд к полу, одновременно делая вид, что проверяет карманы на случай, не забыл ли что, с единственной целью, чтобы Амане, коему оказалось даже плевать поедет он с ним или нет, не заметил, что его это задело.       — Угу, — одобрительно кивнул Юу, расправляя ворот куртки.       — До встречи, — натянуто улыбнулся Микаэль и, чмокнув Юичиро в щеку, вышел из квартиры.              Юичиро вошел в сверкающий разноцветными лучами огромный, утонувший во мраке зал, где все было под стать грядущему празднику. Вокруг весело и шумно, много народу, звучит музыка, но ему не до этого. Он не видит блеска и красоты, не чувствует атмосферы, витающей в воздухе и опьяняющей остальных. Никого и ничего. Поглощенный лишь мыслью, что Мика не с ним, а поехал к ней, он идет к двум девушкам, которых приметил еще у входа. Мицуба и Шиноа в своих самых лучших нарядах, весело болтают, держа бокалы «Мартини», ожидая их появления.       — Ой, Юу, — завидев парня, радостно воскликнула Шиноа. — Привет, я так рада, что ты пришел.       Она вскочила с места и, бросившись к нему, поцеловала, поднявшись на носочки. Юу сразу ощутил легкое амбре от девушки и тоскливость положения, в котором он находится один в компании подвыпивших университетских подружек, осела тяжелым металлом на периферии.       — Юу, а где Мика? Разве он не с тобой? — удивленно озираясь по сторонам, выглядывая блондина, осведомилась Сангу, не в меру разочарованная отсутствием возлюбленного.       — Потом подойдет, просил передать, что опоздает, — сухо ответил ей Амане, чувствуя всколыхнувшуюся боль в душе от ее гребанного упоминания о Микаэле, «вовремя» свалившего к своей подруге и без лишних разговоров, дабы заглушить неприятное ощущение, осушил бокал со спиртным и только потом сел, устроившись рядом с Шиноа, освободившей ему место.       — А где он? — с легким волнением в голосе, поинтересовалась Сангу.       — Да, будет тебе, Мицу, — улыбнулась ей Шиноа, — Юу же тебе сказал, что он припоздает, но скоро придет. Подожди и всё. Мика держит обещания.       В этот момент Юу вновь ощутил, как сердце болезненно сжалось, теперь уже от слов ни о чем не сведущей Шиноа.       «Держит обещания, хах. Ну, еще бы, ты же у нас святой, Шиндо. Всё исполняешь, что пообещал»       — Легко тебе говорить, — чуть нахмурилась Мицуба и, откинувшись на спинку диванчика, скрестила руки на груди. Конечно, было приятно следить за подругой, чей парень был уже тут и можно было виснуть на нем сколько влезет, но ей бы больше пришлось по душе, если бы припоздал Юу, а она бы в это время, поворковала с Шиндо, потащила его на танцпол, затянула под омелу, а там, соблюдая традиции, уломала его, наконец, где-нибудь уединиться.       — Юу, я в восторге. Если честно, и не надеялась, что вы придете, — садясь как можно ближе к парню, молча потягивающему спиртное, протянула девушка. — Нам так редко удается вот так вот выбраться. Ты постоянно чем-то занят.       — Так получается, — хмуро ответил ей парень, уткнувшись взглядом перед собой.       — Да, понимаю, времени так мало, работа, учеба, тут не сильно погуляешь, — Шиноа поднесла к губам бокал и сделала маленький глоток, а после ловко облизнула верхнюю губу. — Но давайте хоть в этот вечер расслабимся и забудем обо всем, — она поглядела на Мицубу, а потом снова, полуприкрыв глаза томно взглянула на Амане. — Ты чего такой загруженный? — с легкой полуулыбкой осведомилась она.       — Ничего, — отвернулся Юичиро, снова делая глоток.       — Тогда улыбнись, — Шиноа коснулась ладонью его лица и, повернув к себе, стала осторожно поглаживать по щеке. — Сегодня особенный вечер.       — Может и так, — хмыкнул Юичиро и осушил бокал полностью. Плевать, что Мики нет, скоро он явится и тогда станет легче. Он не посмеет не прийти, все же, он не настолько конченный, чтобы пропустить их последний совместный праздник в этом году. Юичиро не зря шел на эти жертвы и помалкивал, Мика должен был это оценить и совесть у него заиграет. Еще полчасика, вероятно даже меньше и он будет тут. Поздравит ее и приедет. Не может не приехать. Как бы он не психовал на Юу, но он не пропустит Рождество.              Тем временем по одной из маленьких уютных квартирок общежития пронесся дотошный звонок в дверь.       — Черт, — услыхав его, Акане бросила тряпку в воду и поторопилась открыть.       — Мика? — ее наивное удивление так явно читалось на лице, что Шиндо, несмотря на внутренние обиды, даже улыбнулся ей.       — Привет.       — Ой, привет, — тут же спохватилась девушка. — Ты извини, у меня тут такой кошмар, прямо не знаю, что делать, — она пошла обратно в гостиную и тут только парень обратил внимание, что все полы залиты водой.       — Ничего себе, что тут происходит? — распахнув глаза, глядя на плавающие по комнате предметы, воскликнул он.       — Хочешь, проходи, но только осторожно, — предупредила девушка, снова беря тряпку. — Но лучше останься там.       — Какой тут останься? — фыркнул себе под нос Микаэль. Неожиданное происшествие с потопом, на некоторое время выбило мысли о ссоре с Амане и о том, что ему нужно ехать в клуб, где его все ждут.       — Подожди, сейчас помогу тебе, — с трудом пробираясь в ванную, сказал он, предварительно сбросив куртку и небрежно кинув ее на тумбочку.       — И как так угораздило, — закатав рукава и присев на корточки, Мика на пару с Акане принялся тряпкой собирать воду с пола в ведро. Сама девушка возилась бы с такой работой еще долго, а вместе был шанс закончить раньше.       — Сама не знаю, вышла буквально на минуту в магазин, и тут мне звонят соседи, мол, заливаю, — несчастным голосом, ответила девушка, выкручивая тряпку и снова начиная возить ею по полу. — Прибежала домой, а тут крики, маты, комендант орёт, соседки снизу прибежали. Ужас. Ну, я понимаю, все готовятся к празднику, а тут я со своей проблемой. Но все равно ужасно и неприятно. Оказалось, сорвало кран на кухне, а я перед этим еще и слив заткнула, в общем, сам видишь, что получилось.       — Черт, надо же так не повезло, — досадливо и сочувствующе произнес Мика. — Представляю, что тут было.       — Я тут уже извинялась, обещала не пойми что. Но как-то уладили, исправили кран, теперь вот уборка осталась, — быстро проговорила девушка. — Веселое Рождество. Проведу его с тряпкой в зубах, ведь я даже ничего приготовить не успела. В супермаркете и то все продукты бросила, когда позвонили, — расстроено изрекла она. — Всё в моем стиле. Почему я такая невезучая? Вечно все не ладится.       — Получается я очень даже вовремя пришел тебя поздравить, — усмехнулся Шиндо. — Сейчас тут быстренько приберем и что-нибудь сообразим. Не парься, все будет хорошо. Главное не выгнали.       — Видимо так повлиял Сочельник, если бы не это, уже бы на улице куковала, — слабо усмехнулась Акане.       — Вот, видишь, уже что-то, — усмехнулся парень, оглядывая поле боя и оценивая масштабы катастрофы. — А тут я тебе помогу, без проблем.        С этими словами, он схватил ведро с водой и пошел в ванную.       — Мика, ладно тебе, не нужно, — Акане взволнованно поглядела в сторону ванной. — Я сама справлюсь.       — Глупости, — улыбнулся ей Микаэль, возвращаясь с пустым ведром. — В таком положении я тебя не оставлю, даже не надейся.       Акане только растрогано улыбнулась, снова принявшись за свое занятие. Он восхитителен. Он никогда не оставит ее в беде. И даже несмотря на то, что у него наверняка есть свои планы в такой вечер, он плюет на них и остается помочь ей. Все же он любит ее, она дорога ему.       Мика…       Украдкой, пока вытирает полы, девушка бросает на него полные любви и обожания взгляды. Не сводит их и когда проходит мимо, чтобы вылить воду и когда наклоняется, поднимая с пола вещи. Его присутствие, это лучший подарок, который она могла бы пожелать себе в этот праздник и больше ничего не надо и плевать, что ее квартира напоминает первый день после Апокалипсиса.       Может быть, это Рождество будет не таким плохим, как ей казалось?              — Не желает ли девушка потанцевать?       — Не желает, — отвергла, которое за вечер, предложение Мицуба и парень удалился. — Чеерт, — со вздохом протянула она, — ну где же Мика? Он точно придет? — она взволновано поглядела на Амане.       Хмуря брови и глядя куда-то в сторону, тот только пожал плечами, поднося внеочередной стакан к губам.       — А ты можешь позвонить ему? — попросила Сангу и опустила взгляд на мобильный в своих руках. — Я попыталась, не получилось. Возможно, у тебя получится.       Нехотя Амане достал телефон и набрал номер Шиндо, однако оператор сразу сообщил о недоступности абонента. Еще больше нахмурившись, Юу покачал головой, давая понять девушке, что результата ноль и сделал еще один глоток.       «Блядь, да что же происходит? Где он? Почему его телефон отключен? Что он там делает?»       Самые разные мысли вертелись на этот счет и самой худшей из них был вариант, что Мика решил и вовсе никуда не ехать, а остаться со своей подругой в этот вечер.       Тут Амане припомнились все его былые страхи и ревности по отношению к девушке. Что если Мика специально соврал ему, чтобы отправить в клуб, а самому поехать к Акане и там побыть с ней наедине? Ведь вполне возможно, что он еще испытывает к ней чувства и захотел провести этот день с ней. Конечно, она ему дороже, чем Юу. Сколько лет он ее помнил? Сколько лет, она снилась ему? Ясный хрен, с ней провести свой последний вечер куда приятней, чем с ним! Он любит ее и она его. А Рождественский вечер идеальное время воссоединиться двум влюбленным сердцам.       А вдруг все еще хуже и предлог остаться поздравить Акане, только повод улизнуть из-под его контроля, а самому поехать к Батори?       И сейчас пока Юу тут сидит и напивается из-за этого козла, он спокойно трахается с Феридом? Или с той же Акане?       Твою мать!       Парень не знал, что и думать. На телефон Мика не отвечал и сам не являлся уже час. Что, а точнее, кто, мог послужить такой задержкой? Где он мог быть в эти минуты? На что он променял их совместную ночь перед Рождеством?       Обида и досада жрали изнутри и он как мог, пытался погасить этот огонь в душе, заливая его спиртным. А ведь, как ни банально, а спирт лишь разжигает пламя…       — Юу, может, пойдем, потанцуем? — предложила Шиноа, в надежде хоть как-то расшевелить помалкивающего парня, делающего глоток за глотком.       — Не хочу, — отмахнулся от нее парень, полностью сосредоточенный на своих думах.       — Юу, что с тобой? — Шиноа опустила ладонь на его руку и стала осторожно поглаживать. Она не могла понять причины, по которой брюнет сидит насупленный и лакает коктейли один за другим.       — Все нормально, — буркнул Юичиро, снова закидываясь спиртным.       — Но я же вижу, что ты расстроен, — с оттенком волнения в голосе произнесла девушка. — Скажи, что случилось. Неужели ты расстроился, что Мика опаздывает?       На это Юичиро ничего не ответил, только отвернулся.       — Может быть, они поссорились с Микой? — предположила Сангу, поглядывая на часы. Опоздание возлюбленного не могло не тревожить ее, ибо закрадывалась страшная мысль, что он сейчас находится с другой. Юу здесь, но, мягко сказать не в настроении, вероятно, у него есть подруга, с которой у него что-то сорвалось, вот он сейчас и не в духе? Впрочем, ей плевать на Юу, хотя Шиноа в таком случае по-своему жалко, но где же Мика? Неужели он и впрямь сейчас развлекается с какой-то девкой? А вдруг он с этой Акане?       Сангу все еще не могла выбросить ее из головы. Эта стерва явно натянула на себя Шиндо. Пусть и забитая, но такие оказываются всегда самыми прыткими в силу своей овечьей невинности. Господи, и почему же Мики до сих пор нет? Где он, с кем? Пусть бы только появился и тогда она расставит все точки над «і». Больше не будет недоговоренностей, она больше не позволит себя обманывать.       — Возможно, — пожала плечами Шиноа.       — Ни фига подобного, — резко бросил Амане.       — Тогда, что? — внимательно поглядела на него девушка с пепельными волосами.       — Шиноа, не трогай меня, — насупившись, Юу снова уставился перед собой. — Давайте лучше еще выпьем.              — Вот же, черт, — Микаэль несколько раз стукнул смартфон об ладонь, но экран так и не зажегся. Телефон вообще не подавал признаков жизни, после того как выпал из кармана куртки на мокрый пол и только через время Акане подобрала его, оставив на тумбочке. А еще как на грех, Юичиро недавно сменил номер и Мика не успел его выучить, так что позвонить с чужого телефона было проблематично.       — Так и не работает? — в гостиную вошла Акане.       — Неа, — мотнул головой Шиндо и бросил его рядом с собой на диван. Спустя несколько часов интенсивной работы, квартира приобрела нормальный жилой вид и, по идее, Мика мог уйти, но проблема заключалась в том, что одежда и обувь оказались намокшими и уехать туда, где его ждали, пока не представлялось возможным, как самому Мике, так и вместе с Акане.       Мысль потащить девушку с собой, естественно, возникла в голове парня — не будет же она в такой вечер сидеть тут одна в затопленной квартире и даже без продуктов, — но и тут возникала проблема. Что говорить Мицубе и Шиноа, когда он притащит её с собой? И как отреагирует Юу? Впрочем, второе его волновало меньше всего. Юу знал о ней и уж как-нибудь бы потерпел, но что делать с Мицубой?       Ей только заикнись, что это его подруга, она же сразу разбор полетов устроит. Сангу и так подозревает его в измене, а тут еще и привести с собой такое явное доказательство. Тем более, он же не рассказывал ей об Акане. Она же не поверит, что Акане является только другом, иначе бы он давно познакомил их. Поэтому она сразу решит, что это его настоящая девушка и вот тогда, врать ей и убеждать, что она у него единственная и неповторимая, будет просто смешно.       — Как жалко, — Акане тем временем присела на диван.       — Да это фигня, — усмехнулся Микаэль. — Я вот думаю, как нам праздник организовать. Блин, шмотье, так и не высохло, даже в магазин уже не сбегаешь.       Он бросил взгляд на батарею, где сушились его джинсы.       — Ты знаешь, — робко начала Акане, глядя перед собой и в то же время, бросая быстрые взгляды на парня, — мы можем попытаться посидеть и так, чтобы окончательно не портить праздник.       — В смысле? — недоуменно поглядел на нее Мика.       — Подожди минутку, — усмехнулась Акане и поспешила на кухню. Через несколько минут она вернулась с бутылкой шампанского и двумя бокалами.       — Ого, а это откуда? — изумился Шиндо.       — Еще с новоселья осталась, — ставя все это на столик, с улыбкой пояснила девушка. — Даже не подумала бы, что вот так пригодится.       — Акане, это конечно замечательно, но я как-то… не в том виде, что ли, — Мика замялся. Все же отмечать Рождество в футболке и нижнем белье, вроде бы не вписывается в рамки нормального.       — Ты стесняешься меня? — усмехнулась в кулачок девушка.       — Да не то чтобы, — растеряно проговорил Мика, пожимая плечами. — Просто в таком виде.       — Глупости, это совершенно не важно, — Акане развернулась к нему спиной. — Мне все равно во что ты будешь одет…       «Только бы ты был»       — …мы же очень близкие друзья. Но, если тебе совсем неудобно, сейчас подыщу что-нибудь.       С этими словами она направилась в спальню, а после, вернувшись со спортивными штанами, дала их парню и отправилась обратно на кухню.       — Открывай шампанское, а я гляну, что есть в холодильнике.              Невесомые пузырьки быстро скользили по стенкам бокалов с золотистой жидкостью, обгоняя друг друга, стремясь поскорее высвободиться из плена. Маленькая, уютная квартирка и только два человека, разум каждого из которых занимают личные мысли и чувства. У него свои… у нее свои… И невзирая на все то, что сейчас творится вокруг, им хорошо, ибо те теплые и нежные чувства, которые они испытывают друг к другу с детства, заглушают все на свете.       — С Рождеством, Акане, — с мягкой улыбкой, сказал парень.       — С Рождеством, — улыбаясь в ответ, ответила она и с легким звоном их бокалы соприкоснулись.              — Ахх, — раздосадовано протянула Мицуба и убрала телефон от уха. Который раз она пытается позвонить любимому, так и продолжающему не отвечать на звонки. — Да что же это?       — Не берет? — осведомилась Шиноа и та отрицательно покачала головой.       — Странно, — девушка задумалась. — Юу, — она обернулась к парню, — он не собирался куда-то еще?       Сангу тут же обратила взволнованный взгляд на парня, однако тот не ответил, предпочитал отмалчиваться и пялиться в одну точку. С каждой минувшей секундой, все сильнее внутри бурлило и клокотало. Он не знал где Мика, что с ним. Было очевидным одно — он не собирается возвращаться. Он выпихнул его в этот блядский клуб, к этим надоедливым курицам, а сам устроил себе отдых. Лучше бы Юу остался дома, чем сидеть здесь и думать с кем сейчас этот урод — с Акане или Батори?       — Мицу, прости, но мне кажется, Мика уже не придет.       Звучит сожалеющий голос Шиноа и сердце Юичиро пронзает гвоздем ее замечание, которое не оставляет и капли надежды на появление любовника в этот вечер. Последняя капля терпения переполняет чашу весов.       — Всё, я так больше не могу, — Юу вскакивает с места, и ничего не объясняя, испугавшимся девушкам, быстро хватает куртку и покидает клуб. Изрядно выпивший он, пошатываясь, проталкивается через толпу к выходу.       — Юу, стой, куда ты? — Шиноа, захватив и свои вещи на всякий случай, кинулась за ним.       — Шиноа, — Сангу поднялась.       — Я сейчас верну его, подожди, — бросила напоследок девушка и скрылась в толпе. Сангу послушно села обратно. Вечер удался на славу. В конечном счете, Мика не пришел, а теперь еще и куда-то свалили, нажравшийся не известно по каким причинам Юу и Шиноа.       — Юу, подожди меня, остановись. Ты куда? — уже на улице, поймав парня за руку, заговорила она.       — Шиноа, иди обратно, — Юу выдернул руку и полный решимости поехать в общагу и, если Мика там, устроить ему разнос, двинулся дальше по заснеженной улице.       — Нет, я с тобой, — бросилась следом девушка.       — Я сказал, иди назад, — грозно прикрикнул Амане.       — А я сказала, что пойду с тобой, — хмуро отозвалась Шиноа, не сбавляя темпа ходьбы. Морозный воздух обжигал легкие, но она была не намерена бросать его одного. Она не понимала, что происходит, но интуиция подсказывала ей, что если она сейчас позволит Юу уйти, то упустит что-то очень важное.       Юичиро не стал с ней спорить, быстро двигаясь своим курсом. По сути, ему было все равно, будет она с ним или нет. Алкоголь забил все здравые рассуждения, и сейчас ему было плевать, узнает девушка их с Микой секрет или нет. Он собирался серьезно поговорить с партнером, а будет ли при этом рядом свидетель, который услышит и увидит их семейную сцену, ему уже пофиг. Единственное, что сейчас беспокоит, так это мысль, что Мика бросил его в такой день и когда он придет, то застанет любовника в объятиях другой. Вот и все, что волнует его в минуты следования к машинам такси.              — Мика, — Акане глядела на свой бокал. — Это моё самое лучшее Рождество. Последний раз, мне было так же хорошо, когда мы праздновали его еще в приюте, — она слабо улыбнулась. — Большая елка для всех в актовом зале, сладости, желания, подарки и… — она замолчала и перевела теплый взгляд на парня, рядом с собой, — и ты. Всегда такой ласковый, нежный, внимательный. Я даже помню тот твой маленький подарочек, который ты сделал специально для меня. Помню, как ты говорил, что, когда вырастем, у нас будет свой дом, где мы будем отмечать вместе каждое Рождество, а этот шарик со снегом, будет стоять рядом с елкой и не позволит нам забыть о нашей любви, — она усмехнулась и смахнула со щеки, одинокую слезинку. — Этот снеговичок с подарком, никогда не растает, равно как и наша любовь…       — Как давно это было, — медленно проговорил Мика, глядя перед собой и погружаясь в давно минувшие, теплые дни их детства. — Столько воды утекло… столько произошло перемен… Все так поменялось.       — Произошло очень много, но может быть, — она сглотнула, — не все так изменилось и что-то все же осталось прежним.       Шиндо поглядел на девушку с какой-то тоской взирающей на него. В то же мгновенье она посмотрела вверх и парень машинально обратил взгляд туда же. Забавно, вначале он не приметил маленький, рождественский венок омелы над диваном. Странное чувство овладело его сердцем. Трепет? Волнение? Что-то непонятное, но определенно приятное, словно он окунулся в прошлую жизнь, давно забытую и утерянную и стало так хорошо. Слабые нотки шампанского все еще играли в голове, опустошая ее, опьянив буквально с первого глотка. Легкость и непринужденность заставили все вокруг стать несущественным и далеким, так что даже стала кружиться голова.       — Акане, — начал было он, опустив взгляд, но внезапно девушка накрыла его губы. Легкое удивление, а потом сладкий ответ на поцелуй. Необдуманный, спонтанный…       — Прости, — прошептала Акане, отстранившись лишь на сантиметр. — Я не хотела, просто…       — Мы целуемся под омелой, так символично, — находясь в легком забвении, прошептал парень.       — Может быть, не все так поменялось, — повторила девушка, отставляя бокал на столик, — ведь я по-прежнему люблю тебя.       Она снова прильнула к губам Микаэля. Робкий, несдержанный поцелуй. Она не знает, зачем сделала это. Но видимо и не нужно знать. Она любит его и ей простителен этот порыв. Он тут, рядом, так близко и она хочет быть с ним, в этот день, в эту ночь… Она помнит, что он уже давно связан с другим человеком, но не может сдержаться, ибо тайная надежда не хочет угаснуть в сердце и мысль, что Мика по-прежнему любит, толкает ее на отчаянный поступок.       Как ни странно, но опьянённый алкоголем Микаэль, поддается внезапно возникшему желанию, начиная отвечать ей на поцелуй. Мысли медленно испаряются, словно капли влаги на палящем солнце, открывая дорогу неизведанному порыву. Не отдавая себе отчета в действиях, он, закрыв глаза, насилует ее рот, проникая глубже.       Она цепляется в его плечи, подсаживаясь ближе и Микаэль, движимый желанием, подается вперед, осторожно заваливая ее на спину. Остатки мыслей настолько спутаны и смазаны, что даже не достает сил хотя бы попытаться собрать их воедино. Одно лишь горячее и сбивчивое дыхание, одни лишь жадные ласки рук по телам.