Я так скучаю...

Прохладный сентябрьский вечер. Золотые лучи почти не греющего солнца заглядывали в полузакрытые шторами окна небольшой съёмной квартиры юноши. На полу валялись раскрытые книги по алхимии, куча исписанных и разорванных листов. Парень сидел около стены, обхватив руками колени, и глядел с сожалением на разбросанные рукописи. Медовые глаза, наполненные солнечным светом, были неживыми и уставшими. Появились огромные синяки под глазами, свидетельствовавшие об огромном количестве бессонных ночей, проведённых за работой. Пшеничные волосы уже потускнели: они утратили своё прекрасное сияние точно так же, как и их обладатель потерял своё счастье. - Бесполезно... - С этой мыслью Эдвард надел всё потускневшее пальто и вышел на набережную. Лёгкий тёплый ветерок, задевая душу, нежно поцеловал печальное лицо алхимика, а лениво колышущиеся волны реки невольно навеяли воспоминания о прекрасном прошлом. Мужчина с чёрными как смоль волосами... Его объятия были ласковыми и приятными, как будто утешительными. Казалось, эти тёмные глаза, вместившие в себя мириады звёзд ночного неба, видели, что их ждёт впереди очень долгая разлука. Вечная... Поцелуи обветренных губ в макушку были невесомыми, словно он боялся, что это наваждение. Но были и страстные поцелуи: когда воздуха не хватало не только в лёгких, но и в кабинете, несмотря на то, что окна постоянно были открыты; когда языки танцевали своебразный вальс, а в глазах полыхал пионерский костёр не только из-за лучей солнца, но и из-за чувств, бушующих внутри влюблённых; когда было всё равно услышат ли постороннние их стоны; когда хотелось только прикасаться холодными пальцами к разгорячённому телу, выбивая всю почву из-под ног, и руки начинали блуждать инстинктивно; когда потом на бледной шее хрупкого мальчика появлялась розоватая отметина - доказательство их любви. Однако, прошло уже более 5 лет и, казалось бы, всё хорошо, если б не память, которая постоянно кричит о нём ночами. Алый закат солнца напомнил Эдварду об искусанных до крови губах после тех самых изысканных поцелуев. Деревья, окрашенные в яркие красные и жёлтые цвета, шелестели о чём-то своём. Они никогда не расскажут секретов, произнесённых вслух. Улица была безлюдна. Ветер тихо трепал подол пальто и развевал длинный тонкий хвост юного алхимика. Собравшись с духом и желая отпустить прошлое, юноша попытался признаться самому себе: - Знаешь, я больше не... Знаешь... На горизонте показалась до боли знакомая фигура. Он был одет в светло-коричневый костюм-тройку, белую рубашку, со стоячим воротником, лакированные туфли, абсолютно всегда начищенные до блеска, а также лёгкое чёрное пальто, сочетающееся с его галстуком. Но самое главное, на что было очень сложно не обратить внимания - белые перчатки на изящных руках. Вот только левый глаз был спрятан под чёрной повязкой. Он искренне улыбался, потому что сдержал своё обещание - найти своего золотоволосого мальчишку. В янтарных глазах юноши загорелся огонёк радости. - Я всё ещё так скучаю, - шёпотом произнёс Эдвард и обнял Роя. Лицо тронула счастливая улыбка, и одинокая слезинка медленно скатилась по щеке.