Полет жизни

— Тебе не обязательно становиться Аврором. Они прогуливались в парке в магловской части Лондона. После того, как Том раскрыл свое лицо волшебному миру, он мог найти покой только в таких местах. Они не держались за руки, но шли так близко, что их плечи соприкасались. А Том испытывал навязчивое желание обхватить руку Гарри своей, но давил это в себе. — Кем мне тогда быть? — спросил Гарри, вдыхая вкусный вечерний аромат цветов и деревьев. — Есть множество безопасных профессий. — Я уже в детстве насиделся в четырех стенах за книжками. — Это был камень в мой огород? — Еще какой! — улыбнулся Гарри. — А что мне было делать? Пороть тебя? — Нет, — Гарри смутился и покраснел. Том ухмыльнулся, увидев это. — А чем ты собираешься заниматься, если больше не хочешь захватывать мир? — Путешествовать. Исследовать. Это то, что мне всегда нравилось. Магический мир безграничен, — вдохновлённо сказал Том. Гарри смотрел на него с улыбкой, думая, что Том впервые перед ним открывается, рассказывая о себе. — Я хочу тебе кое-что показать, — вспомнил Гарри и повел Тома на выход из парка. Они шли какое-то время по улице, наслаждаясь летним теплом и непринужденным разговором. Гарри всегда нравилось гулять с Томом. — Вот, — остановился Поттер вдруг, указывая на многоквартирный магловский дом. — Я купил тут квартиру. Это недалеко от Министерства. — Какая разница, ты волшебник и можешь трансгрессировать, — поморщился Том, заходя за ним в дом. — Или могу гулять до работы. — Ты мог купить что-то получше, — сказал Том, оценивая совсем небольшой размер квартиры. — У тебя достаточное наследство. Или мог попросить меня. — Мне хватит, — радостно улыбался Гарри, осматривая свое жилье. Его первое собственное жилье! Том фыркнул. Он сел на диван, давя в себе приступ клаустрофобии. На самом деле Том не был привередливым. После приюта он готов был жить где угодно, лишь бы в своём. А когда работал в Горбин и Беркс, снимал похожую квартиру, только в магической части Лондона. Но прожив столько лет в особняке, он не мог не отметить, что это повлияло на него. Почему Гарри выбрал именно это, имея куда больше возможностей, чем было у Тома в его возрасте, и другой жизненный опыт, было недоступно его пониманию. — Чай, — провозгласил Гарри с кухни. Тому стало уютнее, может, место не так и важно. *** Гарри стоял в толпе других поступивших и слушал речь Кланденца — Аврора, ведущего их небольшую группу из 5 человек. — Не все из вас дойдут до окончания обучения, мы не собираемся давать никому из вас спуску, — строго говорил он. Над их головами летали самолётики. Гарри вполуха слушал запугивающего их Мракоборца, рассматривая отдел, в котором предстояло работать. Им были выделены столы посередине, без каких-либо перегородок. У стен стояли бесконечные папки с мелкими делами, которые им предстояло разбирать. Была широкая пробковая доска, а за ней окно, которое выходило на атриум. Гарри увидел там несколько пролетевших мимо сов. По бокам шли двери от кабинетов других мракоборцев. Гарри занял стол напротив окна, начиная знакомиться с остальными ребятами, когда наставник оставил их. Потом они вместе пошли в ближайшую столовую, решив держаться друг за дружку и поддерживать в трудные моменты обучения. Учёба пока была простой, хотя и занимала почти все его свободное время. Гарри вставал в шесть и отправлялся на тренировку в Академию. Мракоборцы серьёзно подходили к физической форме, тренер в своей вводной речи рассказывал, как приходится гоняться за тёмными волшебниками в местах с запрещённой трансгрессией и даже отбиваться от них физически. Их тренировка начиналась с пробежки, а в конце они разучивали разные боевые техники, которые, кажется, были смесью почти всех магловских единоборств. К восьми Гарри уже умирал от голода, несмотря на лёгкий утренний перекус. Потом шло нудное перекладывание и заполнение бумаг, которые на них скидывали все остальные Мракоборцы. После обеда они шли в Академию на занятия по продвинутой Защите, зельеварению и обезвреживанию тёмных артефактов. После полного нудной работы и учебы дня Гарри падал в постель и тут же засыпал с надеждой, что завтра встанет пораньше и успеет принять душ. Спустя месяц ему поручили первое настоящее дело. В напарники достался Марк Гринни, полукровка, похожий на Малфоя. Из всей их группы Гарри меньше всех общался именно с ним и подозревал, что поэтому Кладенц и решил поставить их вместе. У него был пунктик на слаженной работе и командном духе. Гринни был похож на Малфоя не только внешне, но и по характеру. Держался отстранённо, глядя на остальных свысока. Спустя десять минут общения Гарри решил, что Марк просто чувствует себя одиноко и неловко. Общался он неохотно, но дружелюбно. — Допрос свидетеля по делу, о котором мы ничего особо не знаем. Разве это не бредово? — спросил Марк, пока они прогуливались по Лютному переулку в поисках торгаша Бергана. — Я так понимаю, Авроры не ждут, что он скажет что-то полезное, но допросить его необходимо по протоколу. Вот и скинули на нас. — Как и весь остальной мусор. — Это лучше, чем заполнять бумаги в офисе. — Это точно. Они были довольно молоды для мракоборцев, поэтому никто не пытался сбежать. Берган принял их за покупателей. Но процедура обязывала их раскрыть себя. — Мы из отдела магического правопорядка, — начал представляться Гарри. Берган ухмыльнулся, будто не верил в это. — Нам нужно допросить вас в связи с делом о краже. — Что еще за кража? — сощурился торгаш. — Как вы знаете, в доме на Уинстон 46 было украдено несколько ценных магических реликвий. Берган тут же попытался трансгрессировать, но Марк заранее наложил сдерживающие чары. — Не надо всё усложнять, — продолжил Гарри, смотря на перекошенное от раздражения лицо торгаша. — Я просто мимо проходил, не знаю ничего! Гарри вспоминал про себя теорию по допросам. Когда-нибудь он ее усвоит и перестанет так глупо выглядеть. — Вы могли заметить что-то важное, любая мелочь может помочь следствию. — Но я ничего не заметил, — заявил Берган, упрямо смотря на Гарри. — Вы не имеете права меня удерживать, сопляки! — Конечно, вы можете идти, — поморщился Гарри. Как только Марк его отпустил, торгаш смылся. — Пойдем, поедим где-нибудь, не хочу возвращаться за бумаги, — взмолился Марк, игнорируя волнение из-за неудачного допроса. — Да, пошли, — согласился Гарри, обдумывая свалившееся на них дело. Но что он мог сделать, если почти ничего о нем не знал? Было очень интересно, но Гарри постарался выбросить это из головы. *** В один из его немногочисленных выходных он обнаружил письмо от Джинни на столе кухни. Та все время ему намекала, что неплохо было бы погулять в Хогсминде, но Гарри ссылался на загруженность. Такое общение утомляло. Букля недовольно сидела на холодильнике, явно разделяя мнение Тома о том, что квартира очень маленькая. Тома Гарри не видел давно, но знал, что тот обязательно заглянет, когда вернется. Гарри специально показал ему квартиру. Это было привычно, что он пропадал во время своих путешествий, не всегда имея возможность написать. Джинни его все еще раздражала, потому что Гарри так и не нашел моральных сил отшить её. Она писала про маглорожденных в Хогвартсе — это была единственная интересная часть, остальное было про её дни и чувства. Гарри было тяжело на такое отвечать. Он и не отвечал, но, видно, девушка не видела в этом проблемы. Гарри услышал звонок в дверь и пошел открывать. Он никого не ждал, вряд ли Том бы стал звонить, так что у Гарри не было идей по поводу посетителя. — О, Марк, — удивленно сказал Поттер, открыв дверь. Блондин неловко на него посмотрел. — Я войду? — Конечно. — Я с едой, — продемонстрировал Марк. — Отлично, я голоден, — улыбнулся ему Гарри. — Решил познакомить тебя с магловским футболом, — объяснил Марк. — Письмо от девушки? — обратил он внимание на оставленное послание от Джинни. — Она не моя девушка, сестра друга. — Понятно. Так ты не против? — Да, давай. Гарри включил телевизор. Получилось у него не сразу, Марка это повеселило. Квартира досталась ему уже с магловскими вещами, но из-за загрузки на работе Гарри даже не пытался тратить свое редко появляющееся свободное время на то, чтобы разобраться в технике. Они нашли футбол, и Марк стал объяснять ему правила. Гарри быстро втянулся, и вскоре они уже весело болели за англичан. Такое времяпровождение — то, что нужно для уставшего Гарри. Он не пытался общаться с коллегами в выходные, думая, что их и на работе достаточно, но с Марком оказалось легко и весело. Гарри даже пожалел, что не звал его куда-нибудь раньше. Марк в итоге остался у него на ночь, расположившись на диване. *** Жизнь могла бы стать однообразной, если бы Гарри не познал всю прелесть первых отношений. Он честно не понимал, как все так завертелось, но через две недели осознал себя целующимся с Марком в засаде, куда их отправили чтобы поиздеваться, не иначе. Ведь никто из подозреваемых так и не пришел, а остальные мракоборцы были вызваны в другое место. Это был самый приятный и волнующий поцелуй в его жизни, потому что Марк ему реально нравился и хорошо целовался. — Вау, — выдал Гарри, когда снова получил возможность дышать. — Спасибо, — довольно сказал напарник, немного розовея. — О, черт! Вон он! Преступник убегал от них как чертов магл. После поцелуя сердце Гарри и так было готово выпрыгнуть из груди, а погоня только еще больше распалила его. Гарри успел наложить на беглеца следящие чары. И начался паркур, всё то, что от них требовали на тренировках. Пригодилось! Было слишком сложно поддерживать чары и трансгрессировать, поэтому они бежали, надеясь, что преследуемый скоро выдохнется. Гарри уворачивался от брошенных в него заклинаний и не опускал своей палочки, пока Марк его прикрывал, атакуя. Гарри кинулся на мужчину, когда расстояние позволило, и больно упал. Преступник был пойман, Марк связал его и отобрал палочку, а Гарри отправил Патронус «настоящим» Мракоборцам. — Тебе придется купить новую мантию, — сказал ему блондин. Гарри ругнулся, осмотрев себя. Он крайне неудачно упал: грязь и потертости уже было не отстирать, да еще и дыра…. — Зато мы сделали это, — в итоге решил порадоваться Гарри, смотря на извивающегося преступника. *** — Думаете, удачное задержание является поводом халтурить на занятиях? — зло шипел на него профессор. Гарри чувствовал себя очень утомленным, поэтому позволил себе прилечь за партой. Всего-то. В Хогвартсе он постоянно так делал, но пора было уже запомнить, что он больше не в школе. По правде, они с Марком вчера увлеклись, отмечая удачное задержание и вероятное начало их… отношений. Никто этого не озвучивал, но после второго потрясающего поцелуя Гарри решил, что обсуждать тут особо нечего. Марк был неплох и нравился ему, а еще явно имел опыт. Гарри не видел смысла отказываться. Ему уже давно хотелось попробовать, но не к Тому же подкатывать! Гарри уже смирился, что бывший опекун нравился ему так, как нравится не должен был. Но это не развязывало ему руки. Он ждал. Сам не зная чего. Сегодня они проходили Легилименцию и Окклюменцию. У Гарри плохо получалось, медитации и контроль своего разума — это не его. — Я ожидал большего от человека, который рос с Темным Лордом, — неожиданно заявил профессор. Эта тема редко поднималась открыто, хотя пошептаться о нем любили. Гарри недавно встретился в министерстве с Гермионой и узнал, что Кингсли выделял их кандидатуры из-за причастности к борьбе Ордена. Возможно, без этого Гарри бы не взяли в Аврорат, зная о его связи в Волдемортом. — Наш прошлый министр был известным и могущественным легилиментом, — продолжил явно невзлюбивший его профессор, заставляя Гарри в очередной раз задуматься о своей жизни. А читает ли Том его мысли? Тот факт, что у него никогда не получалось врать ему в детстве, заиграл новыми гранями. *** Спустя несколько недель Том ждал его в квартире после тяжелого учебно-рабочего дня, что не удивило Поттера. Но сил особо радоваться его возвращению не осталось. — Привет, — улыбнулся он, сразу беря курс в спальню. — Советую тебе все-таки выбрать душ, — Том иногда был таким слизеринцем, что даже напоминал Гарри Драко Малфоя. Гарри все же решил принять душ. Домовичка, которая частенько приходила к нему из особняка Мраксов, уже расставляла ужин на двоих. — Как твоя учеба? — поинтересовался он, когда Гарри вышел и сел за стол на кухне. — Очень выматывает. Я и не представлял. Хотя мои познания в темной магии глубже, чем у остальных, так что им есть о чем посплетничать, а я могу не делать домашку. Спасибо тебе за это. — Дожили до благодарностей, — ехидно прокомментировал явно довольный собой Том. Гарри улыбнулся такому проявлению характера опекуна. — Ты читаешь мои мысли? — вспомнил Гарри. — Вот сейчас? — Твои мысли слишком утомительны, чтобы часто их читать. — Значит, все-таки читал, — возмутился Гарри. — Это помогало мне в твоем воспитании. Большую часть времени я только так и мог найти объяснение твоему поведению. Хотя детские мысли, — Том скривился. Что в целом не испортило его красоту, первый человек на памяти Гарри, кто так изящно корчил рожи. — То еще развлечение. Раздался звонок в дверь, и Гарри тут же напрягся. Это было странной реакцией, потому что там скорее всего Марк, который имел странную привычку заявляться без приглашения. Но Гарри с этим мирился. И в его приходе не было ничего плохого, но у Гарри было стойкое ощущение, что Том его застукал. Или Марк. — Я быстро, — сказал он Тому, молясь, чтобы это была возмущенная по какому-нибудь поводу соседка, а не его первый любовник. — Привет, — расплылся в улыбке Гринни, как только Гарри открыл дверь. И тут же его поцеловал, потому что не имел привычки скрываться у Гарри в магловской квартирке. Ему и в Аврорате хватало недомолвок. Гарри привычно ответил, но тут же вспомнил про Тома. Стоило выпроводить Марка, ему совсем не хотелось их знакомить. Он разорвал поцелуй, но сказать ничего не успел. — Забавно, — прозвучал холодный голос за его спиной. Том выглядел недовольным. «А почему собственно?! — стал мысленно возмущаться Гарри. — Откуда это напряжение?». — Это Марк, мой… — Гарри замялся, потому что они так и не обсудили статус их отношений, а «любовник» звучало слишком пошло в данной ситуации. — Напарник. — Хороший же вышел напарник, — съязвил Том, даже не пытаясь казаться милым перед Марком. А тот и вовсе решил, видимо, слиться со стеной цветом, потому что заметно побледнел. Он явно не был готов к знакомству с Темным Лордом этим вечером. «Соберись, Марк! — продолжал мысленные стенания Гарри. — Ты же Аврор!». — Я, — неуверенно начал блондин, — кажется, не вовремя. — Все нормально, — быстро сказал Гарри. — Выметайся, — более четко ответил Том. Гарри рассержено на него посмотрел. Марк попятился в коридор и неловко попрощался. — Увидимся, — пролепетал он. — Подожди, — позвал его Гарри, но тот уже трансгресировал. Громкий хлопок не мог не привлечь внимания соседей, и Гарри поспешил закрыть дверь. — Какого черта? — возмущенно спросил он Тома. — Мы не доели, — хмуро сказал он. — Ты издеваешься? — не отставал Гарри, но Том уже пошел на кухню, не собираясь продолжать дискуссию. Гарри тоже вернулся за стол, но не собирался отступать. В этот момент в форточку влетела Букля и бросила на стол письмо. Она выжидательно устроилась на своей клетке, Гарри поспешил достать ей корма. — Герой-любовник, — как-то зло пошутил Том, рассматривая письмо. Гарри тоже взглянул на него. «Любимому Гарри» значилось в адресате аккуратным почерком Джинни. Поттеру захотелось побиться лбом о стену. *** Северус хмуро смотрел в окно директорского кабинета и рассуждал о своем будущем. Данную должность даровал ему исчезнувший Темный Лорд. Метка все еще выделялась на его запястье, говоря о том, что Волдеморт жив, а значит, его служба не была окончена. Да и что делать после, Снегг не знал, справедливо предполагая, что это «после» у него и не будет. Став когда-то двойным агентом, он предал своего непрощающего хозяина, едва ли ему можно было прочить спокойную старость. И теперь все зависло в ожидании, пока не придут вести. И будут ли они вообще? Вместо вестей к нему в этот пасмурный день прибыл Люциус Малфой. — Давит министерство? — спросил он, отмечая хмурый вид директора. — Давай ближе к делу, — у Снегга не было настроения ходить вокруг да около. К черту манеры. — Нашего Лорда видят то тут, то там. Неясно, чем конкретно он занят. И планирует ли вернуться к власти. — Тебя должно устраивать его отсутствие. Ты неплохо зарабатываешь, помогая маглорожденным вернуться в наш мир. Не приложил ли ты руку к смене власти? — Северус точно знал, что приложил. — Поэтому меня это и не устраивает! Я не могу жить в неведении, постоянно ожидая его кары! — А он умеет мстить, правда? — Не притворяйся, Северус. Я знаю, что ты давно предал нашего Лорда. Ваши шептания с Дамблдором не ускользнули от моего внимания. — Чего ты хочешь? — устал от этой пикировки директор. — Я хочу устранить угрозу, только и всего. Многие пожиратели считают, что он бросил нас. Это злит их. Если мы все объединимся, то сможем взять вверх. Снегг задумался. В целом это было хорошим вариантом свершить свою месть за убитую ни за что Лили и уйти на покой. Разве не этого он всегда хотел? Раньше его останавливал Гарри, находящийся в руках Волдеморта, и крестражи, о которых сообщил ему перед смертью Дамблдор. Но он много думал о всё более человечном повелителе. Могло ли сложиться так, что крестражей больше нет? Тогда у них действительно будет шанс. — Я сделаю это, — решил Снегг. Малфой победно ухмыльнулся. *** Том снова заявился в единственный выходной Гарри. Это тут же поставило на его планах с Марком крест, потому что тот прямо заявил после той встречи, что ему не нужны проблемы с Волдемортом. В целом, его можно было понять. Гарри чувствовал свою особенность ввиду того, что Том ни разу не насылал на него непростительных. Кроме самого первого случая, конечно. С другой стороны, это даже радовало Гарри. Ему нравилось проводить время с Томом, смотреть на него…. Не нравилось ему его нереализованное сексуальное желание на этих выходных. Идеально было бы встречаться с Томом, быть настоящей парой. Чем они сейчас были, Гарри не знал, потому что думать о Реддле, как об опекуне, больше не мог. Том тоже не вел себя как обычно. Вспомнить только его реакцию на письмо от Джинни и поцелуй с Марком. Но Гарри не хотел ошибиться и поставить их отношения под удар. Вдруг ему все это кажется? — Ты знаком с магловским футболом? — спросил Гарри о впечатлившей его игре, пока Том выкладывал продукты. Он зачем-то купил их, но Гарри не был против. У него совсем не было времени ходить по магазинам, пустой холодильник стал его нормой. — Да, — ответил Том, никак особо не реагируя. Точно, тут только Гарри вырос в семье с волшебником. — Что ты делаешь? — перевел тему Гарри, решив, что Тому футбол не нравится, как и квиддич. Реддл откуда-то откопал на его кухне разделочную доску и стал нарезать перец. — Готовлю, — напряженно отозвался он. — Никогда раньше не видел, чтобы ты готовил. — Я никогда раньше не готовил. Гарри подошел ближе. Это было слишком любопытно. — А почему сейчас? — Ну, решил попробовать новое, — просто отозвался Реддл. — Это не должно быть сложнее приготовления зелья. У меня есть подробный рецепт. Он и правда довольно бодро и ровно резал овощи. Кухня была маленькой, Гарри сел за стол, чтобы не мешаться. Впервые он чувствовал такой уют рядом с Томом, это даже чем-то напомнило ему обстановку в доме Уизли. Он и не представить не мог, что ощутит такое рядом с бывшим Темным Лордом. Гарри смотрел на его спину в простой магловской рубашке и ощущал себя до одури счастливым. Не хватало только криков детей, и его детская мечта о семье сбылась бы! Гарри решил, что каким бы ни вышло блюдо, он им насладится. Просто чтобы увидеть, как Том готовит снова. — Варить шесть-семь минут, — прочитал вдруг вслух Том. — Так шесть или семь?! Что за загадки! — возмутился он. Гарри хохотнул. Том закинул пасту вариться, нервно поглядывая на рецепт, будто тот пытался обмануть его. Гарри решил рассказать о своих пустяковых миссиях, что ему пока поручали, чтобы отвлечь Реддла. Тот что-то односложно отвечал, помешивая пасту по часовой стрелке. Оставив ложку мешать пасту без его участия, он принялся обжаривать овощи, шипя от стреляющего в него масла. Гарри ужасно веселило это, но он старался сдерживать смех и продолжать рассказ. — И как тебе работается с этим Марком? — напряженно спросил Том. — Все хорошо, — пожал плечами Гарри, хотя Реддл этого не увидел, занятый приготовлением соуса. — Сложно, должно быть, совмещать работу и секс. — Ну тебе лучше знать, сколько лет ты спал с Беллатрисой? — вспылил Гарри. Том хмыкнул, признавая аргумент. Гарри вздохнул в попытке успокоить неожиданно участившееся сердцебиение. — Готово, — провозгласил Том, распределяя еду по тарелкам. У Гарри не было красивой посуды, это заставляло Реддла страдать от внутреннего перфекционизма. Они принялись за еду, и Поттеру даже не пришлось притворяться. Паста была вкусной. Не как в дорогих ресторанах, в которые водил его Том, и не как у домовиков. Но по своему шикарной. — Это потрясающе, — пробубнил Гарри с набитым ртом. Том бросил на него взгляд: кто бы сомневался. После еды они решили пойти уже в знакомый парк. Погоду сложно было назвать хорошей, но хотя бы не было дождя. Том наложил на себя и на Гарри согревающие чары, которые привык использовать, еще будучи слизеринцем, живущим в промозглом подземелье, и они вышли. Через двадцать минут Гарри готов был силой тащить Тома в магловскую кофейню, потому что там, очевидно, было лучше, чем на улице. Или трансгрессировать куда-нибудь, но его планам помешал возникший перед носом Снегг. Вот кого он точно не ожидал увидеть в магловском парке. Директор, не раздумывая, направил на него палочку и обездвижил. Гарри чувствовал, что ничем хорошим это не кончится. От обморожения его спасали лишь чары, наложенные Томом. Он лежал на сыром асфальте и видел вспышки заклинаний над собой. Слышал злой голос Реддла, на которого скорее всего напали его же пожиратели, потому что о боковым зрением можно было различить Крауча. Их было довольно много, Пожирателей, и Гарри не понимал, почему никто из них не пытается напасть на него. Вскоре заклинание Снегга стало проходить, Гарри принялся неловко вставать, и об него споткнулись. Похоже, бывший директор наложил на него чары невидимости, хотя Гарри не понимал, с чего такая забота. Он собирался броситься Тому на помощь, но путь ему преградило адское пламя. — Вот же черт, — выругался Гарри. Тут должен был собраться весь Аврорат. Не было ничего хорошего в том, что его застанут в компании кучи Пожирателей смерти и бывшего Темного Лорда, спалившего магловский парк. Он не мог пройти к Тому и не видел его, поэтому решил сосредоточиться на спасении маглов, отбиваясь от встречавшихся ему до смерти перепуганных Пожирателей. Гарри увидел одну напуганную женщину за скамейкой, стер ей память и заставил убежать. Почему она не сделала это сама? Мракоборческая теория гласила, что мирное население может вести себя непредсказуемо глупо в тяжелых психологически ситуациях. Следующим, кого он нашел, был истекающий кровью Снегг. Темномагическое проклятие разодрало его подобно когтям дикого зверя. Гарри попытался заживить рану, но ничего не вышло. — Поттер, — сдавленно прошептал директор, дрожащей рукой поднося палочку к своему виску. — Я отнесу вас в больницу, — попытался успокоить его Гарри. Он вырос на глазах директора, было странно видеть, как он умирает. — Забери, — продолжал Снегг, подцепляя палочкой одно из воспоминаний. Гарри живо трансфигурировал сосуд для него. — Я… — он хотел было поднять профессора, засунув воспоминание в карман, но глаза Снегга потухли. Гарри снова захотелось выругаться. Полил дождь. Кто-то схватил его сзади и трансгрессировал. Неподготовленного Поттера сильно сдавило, он еле сдержал рвоту, когда снова оказался на твердой земле. Позади был раненный Том. Не настолько серьезно, чтобы отправляться в больницу. — Что случилось? — спросил Гарри, шагая за ним следом в особняк Мраксов. — Мои последователи приняли мой отказ от власти близко к сердцу, — отстраненно сообщил Том. — И что теперь? — Ничего. Тех, кто выживет, схватят авроры. И они закончат свои дни в Азкабане. — Это как-то… — Гарри не мог подобрать слов, представляя себя вместо Тома. А Полумну, Невилла и остальных на месте Пожирателей. Он бы никогда не смог просто от них отказаться. Это было так неправильно. Но Том не выглядел сколько-нибудь тронутым этой ситуацией. — Уверен, это организовал Малфой или Яксли, — начал рассуждать Том. — Их не было с нападавшими, и они не сидят сейчас за решеткой. — И что ты будешь с этим делать? — Стоит подумать над этим, — неожиданно развеселился Том. Гарри это совсем не понравилось. Он оставил опекуна залечивать раны, а сам пошел в его кабинет. У Тома имелся омут памяти. Хотя он мог застать его за просмотром воспоминаний Снегга, Гарри не хотел это откладывать. Он влил серебряную нить в воды омута и погрузился. *** — Пророчество не сработало, поэтому стоит действовать решительно, — говорил Дамблдор, Гарри сразу его узнал. Хотя выглядел он намного хуже, чем на портрете. Потрепанно. При ближайшем рассмотрении Гарри увидел потемневшую кисть. — Это проклятие, — холодно отвечал Снегг, также смотря на его руку, — необратимо. — Мое желание воспользоваться Воскрешающим камнем сгубило меня, — с сожалением проговорил Дамблдор. — Однако, пока я не отвлекся от изучения биографии нашего врага, я узнал любопытную вещь. Слизнорт подтвердил мою догадку. Том Реддл разорвал свою душу, чтобы стать бессмертным. Отвратительная и очень темная магия. Пока существуют крестражи, мы не сможем победить. Мое время на исходе, Северус, тебе придется заняться этим. — Я не уверен, что подхожу для этой роли. — Я догадываюсь, что может быть крестражами. Но насчет одного у меня есть сомнения, — продолжал Дамблдор, внимательно смотря на собеседника, проигнорировав его ответ. — То, что Волдеморт забрал ребенка Поттеров, наталкивает на определенные мысли. Ты же понимаешь, едва ли Том заинтересовался в отцовстве. — На что вы намекаете? — начал раздражаться Снегг. — Крестражем может быть что угодно, даже живой человек. Для его создания нужна жертва, которой, конечно же, могла стать Лили. При упоминании имени матери Гарри Снегг дернулся, но Поттер не обратил на это внимания, чувствуя, как всё внутри сжалось. — Вы думаете, её сын теперь крестраж? — тихо спросил Снегг. — Это бы все объяснило. Воспоминание помутнело, Гарри вынырнул. Его дыхание сбилось, по телу пробегали неприятные мурашки. Он никогда не ожидал узнать нечто подобное. *** Гарри медленно спускался в гостиную к Тому. Не было смысла скрываться, он мог узнать ответ прямо сейчас. Было больно осознавать, что для единственного человека в мире, на которого он мог положиться, он был лишь вещью. Ценный лишь тем, что заключал в себе часть души Волдеморта. — Это правда? Про крестражи, — спросил Гарри, как только спустился в гостиную. Том на секунду нахмурился. Он водил палочкой по своей руке, белым светом чар изгоняя черные кляксы, что остались после попавшего в него проклятия. — Да, — ответил он. В целом не было никакого смысла делать тайну из крестражей сейчас, когда у него не осталось ни одного. — Ты взял меня только потому, что я был крестражем? — Откуда такая информация? — удивился Том. — Так думал Дамблдор. — Дамблдор, — усмехнулся Том. — Просто старик, мечтающий о несбыточном. Знаешь, как я победил его? — Не переводи тему! — разозлился Гарри. — Он так мечтал исправить свои ошибки, что взял мое фамильное кольцо с Воскрешающим камнем, несмотря на наложенное на него проклятие. Оно ослабило его настолько, что он и без меня бы вскоре отправился в иной мир, но получить звание победившего великого Дамблдора было приятно. И выгодно. — Мне плевать на Дамблдора. Том усмехнулся. — Почему ты злишься? — спросил вдруг он. — Ты помнишь меня тогда? До твоего пятилетия? — Нет, — непонимающе отрезал Гарри. — Сейчас я осознаю, что уже тогда не был человеком. Моя душа была настолько искалечена, что это отразилось на моем внешнем виде. Поговаривали, я был похож на змею. Меня это мало волновало. Меня вообще тогда ничего не волновало, кроме бессмертия и власти. Я ничего не чувствовал. Любил ли я тебя тогда? Я едва осознавал себя, как я мог кого-то любить? Вопрос повис в тишине, Гарри все еще злился, хоть и находил все меньше причин для этого. — Но теперь моя душа цела. И я люблю тебя сейчас, — закончил Том. Гарри неотрывно смотрел ему в глаза, примерзнув к месту. Реддл уже говорил ему об этом тогда, почти год назад после битвы. Но его эмоциональное состояние не позволило Гарри осознать и прочувствовать эти слова. Сейчас же он ощущал себя раздавленным ими. Он хотел этого всегда, чтобы Том был рядом и любил его, что бы он, Гарри, не сделал. Все дети этого хотят. И Гарри наконец получил это, разве он не должен быть счастлив? — Я пойду, — сказал Поттер, чувствуя, что на него слишком много свалилось. Ему нужно было остаться одному и подумать. Том проводил его непроницаемым взглядом. *** Учебные будни захватили всё его внимание, позволяя успокоиться. Марк не подходил выяснять отношения, и Гарри был благодарен за это. Закончилось все так же неясно, как началось. А еще Гарри наконец написал Джинни, что они не могут быть вместе прямым текстом. Было боязно и неприятно, но это принесло облегчение. — Вы такие уставшие, ребята, — сказал Рон. Им редко удавалось встретиться втроем, это был чуть ли не первый случай за несколько месяцев. — В министерстве такая нагрузка на младших должностях, что мне кажется, я скоро рехнусь, — нервно рассмеялась Гермиона. Гарри нахмурился, смотря на друзей. Не хотелось лезть в их отношения, но они не выглядели как пара. — Нельзя быть все время на работе, — проворчал Рон. — Разве это стоит того, чтобы оставить все остальное? — Уж прости, я не вижу себя в роли домохозяйки, — раздраженно ответила Гермиона. — А для нормальной должности в министерстве приходится пахать. Гарри определенно не хотел спрашивать. — Я сегодня написал Джинни, что мы не можем быть вместе, — признался он друзьям. Гарри было важно, чтобы Рон об этом знал. — Это было давно ясно. Не понимаю, чего Джинни так настаивала, — сказал вдруг друг. Гермиона закивала, соглашаясь. — Я ей говорил, что ты вроде даже встречаешься с каким-то парнем, но она похоже пропустила это мимо ушей. Девушки иногда такие странные. — Просто она влюбилась, — прервала его Гермиона. — Иногда бывает сложно справиться с чувствами. Все угрюмо замолчали. Гарри решил, что в их разговоре слишком много любовных переживаний. Это не то, о чем он хотел говорить сейчас. — Я взял курс Окклюменции, это чертовски сложно. — Авроры должны уметь защищать свой разум, — поддержала его Гермиона. Рон насупился. У него в магазинчике происходило мало чего интересного. Фред даже новые изобретения выпускал редко, без Джорджа все было не так, а Рон не мог его заменить. Рон хотел поделиться переживаниями с Гарри, когда уйдет Гермиона. Их неудавшиеся отношения подпортили дружбу. Рядом с ней он все чаще чувствовал себя ведомым, будто его жизненный удел — быть на втором плане. Хотелось выделиться чем-то, но Рон никак не мог придумать чем. *** — Две недели прошло, ты слишком медленно думаешь, — появился в его квартире в очередной выходной Том. — Твоя гордость позволила тебе прийти ко мне первым? — А ты собирался прийти ко мне? — Да, — признался Гарри. — Когда-нибудь. — Как расплывчато. Моя гордость, как и любые другие чувства, никогда не мешали мне в достижении того, чего я хочу. — И чего ты хочешь? — спросил Гарри, смотря Тому в глаза. Он все еще не был уверен, что они хотят одного и того же. Гарри вот хотел его поцеловать. Том встал с его дивана, уверенно приближаясь к Поттеру, и втянул его в медленный и чувственный поцелуй. Гарри застонал ему в рот, прижимаясь и обхватывая его плечи руками. В нем одновременно вспыхнуло столько эмоций, что колени предательски подгибались. Но Гарри стойко держал себя в прямом положении. — Снова читаешь мои мысли? — спросил он тихо, когда Том отодвинулся. — Это все облегчает, как всегда. — Да уж, — хмыкнул Гарри, неуверенно притягивая его для нового поцелуя. Это было и хорошо и все еще странно. Но Гарри чувствовал, что сможет к такому привыкнуть. *** Они провели вместе весь день, и для Гарри было очень странно осознавать, что простое веселое свидание для Тома — это что-то новенькое. Чем он вообще занимался семьдесят лет? — Ты раньше не бывал на свиданиях? — удивленно спросил Гарри, наблюдая за иногда всплывающей неловкостью Тома. — Конечно, бывал, — фыркнул он. — Тогда почему ты так напряжен? Мы просто болтаем и едим вафли. — Это глупо. — Вовсе нет. Разве ты не чувствуешь это? — спросил Гарри, делая наигранно расслабленное и довольное выражение лица. — Отдых и счастье? Том укоризненно на него посмотрел, явно испытывая еще большую неловкость от такого разговора о чувствах. Ну ничего, Гарри был уверен, что они смогут это преодолеть. — Я никогда не ходил на бесцельные свидания, — признался в итоге Том. — Всегда было что-то, что я хотел получить: ценный союз, секс, информацию. А мы просто… проводим время. — Привыкаем быть счастливыми в моменте. Том не стал продолжать разговор, а Гарри дал ему личное пространство. Не в его характере было выдавливать признания. Он просто расслабился и втянулся в обсуждение темной магии. С недавнего времени это стало его специализацией. Гарри поверить не мог, что жизнь так обернулась. Он ежедневно изучает темную магию по своей воле, (чтобы уметь от нее эффективно защищаться, но это не в счет), а Том охотно делился с Гарри своими познаниями. В итоге они вернулись в квартиру Гарри на ужин, который подготовили домовики. Том не спешил уходить, а Гарри и не хотел этого, поэтому предложил посмотреть магловский фильм. Том магловские вещи терпел, а не любил, но тут неожиданно согласился. Что дало им возможность еще пару раз поцеловаться. В итоге Гарри оплел Тома руками и ногами, потому что не хотел, чтобы тот уходил, и уснул, вдыхая родной, с детства знакомый успокаивающий запах. *** Том проснулся, чувствуя на себе немалый вес Гарри, который наполовину расположился у него на груди. Реддл погладил его по волосам, следуя давно появившейся привычке. Он зарывался пальцами в эти лохмы уже больше пятнадцати лет. Картина спящего на нем Поттера тоже не была нова. Ребенком он, бывало, полностью ложился на него, игнорируя мягкий матрас и засыпал. Именно так Том осознавал, что он растет. Вес с каждым разом всё больше мешал ему дышать. Гарри проснулся через несколько минут и тут же нервно вскочил. — Я опаздываю, — пробормотал он, сонно жмурясь. — Ты так просыпаешься каждое утро? — хмуро спросил Том. — Нет, — ответил Гарри, уставившись на Тома, нависая над ним. — Пока что. Том весело хмыкнул, а Поттер позволил себе зависнуть лишь на несколько секунд. Он все еще опаздывал. — У меня сегодня психологическая проверка на профпригодность. Не хватало только ее пропустить, — бурчал Гарри, натягивая мантию. Том какое-то время наблюдал за собирающимся Поттером, а потом тоже поднялся с кровати. И трансгрессировал. — Вот тебе и хорошего дня, — пробурчал обиженно Гарри себе под нос. В этот раз он не стал добираться до министерства пешком, трансгрессируя прямо на выделенную площадку в Атриуме. Гарри показал охраннику свой пропуск и поспешил в Отдел Тайн, попутно здороваясь со знакомыми. — Проверка? — спросила его откуда-то всегда все знающая Гермиона в лифте. — Да, волнуюсь немного. Будут выявлять мою склонность к темной стороне, а я вроде как склонен. — Все будет хорошо, я уверена, что они будут оценивать непредвзято, — строго сказала Гермиона и попрощалась с ним, доехав до своего этажа. Гарри спустился до нужного этажа и пошел по мощенному бледной плиткой коридору. Он пришел один из последних, в коридоре уже толпились остальные стажеры мракоборческого отдела. — Привет, — поздоровалась с ним Алисия, стоявшая рядом с Марком. Блондин кивнул ему. Не то, чтобы их отношения испортились, но Гарри чувствовал неловкость. — Ты вовремя. Ты следующий. — Что-то мне не хочется. — Все будет хорошо, — просто отозвалась Алисия. — А как все проходит? Кто-то уже вышел? — Они, похоже, выходят с другого входа, — неуверенно отозвалась Алисия. — Нам бы тоже очень хотелось знать. Гарри вызвали, и он поплелся к черной двери. Внутри стояла ширма, так ребята за его спиной не смогли увидеть, что их ждет. Невыразимец позвал его за ширму, где оказалась белая мраморная ванная, похожая на ванную старост в Хогвартсе. В ней была мутная вода, и Гарри казалось, что это какой-то нерастворившийся порошок. — Полезай в воду. С головой, — приказал невыразимец. Гарри стал снимать мантию. — Не нужно раздеваться, — нетерпеливо прервал его человек. — Полезай в воду. Гарри вздохнул, чувствуя, что нервничает. А если черная магия крестража все еще сидит в его душе? Повлияет ли это на результаты? Он встал в воду и, как ни странно, не почувствовал её. Гарри не намок. Аккуратно сел и окунулся. Вдыхать было страшно, хотя, зажмурившись, он не чувствовал вокруг себя воды. Его дернуло как при погружении в омут памяти. И он оказался в своей комнате в Мракс меноре, наконец вдыхая. — Я темный или светлый? — спросил он сам себя. Он особенно волновался сейчас по этому поводу. Комната навевала воспоминания, как он приходил сюда после тренировок с Томом заплаканный, потому что у него не получались проклятия. — Я не хочу причинять другим боль, никогда не хотел. У Тома так и не получилось приучить меня к темной магии. — Разве? — лукаво спросил его Том, оказавшийся в кресле. — Я не хотел, а ты не заставлял. — Конечно, ты слишком упрям, чтобы тебя заставлять, — кивнул Том. — Но я все равно использовал ее, — признался Гарри. — Я проклял Амбридж. — Это была хорошо исполненная темная магия крови, — довольно признал Том. — Мои усилия не прошли даром. — Но это не делает меня темным волшебником! — воскликнул Гарри. И резко вынырнул. — Вставайте, — приказал Невыразимец. — Я прошел? — спросил Гарри. Все происходило слишком быстро, совсем не так, как было на приеме у целителя душ. Гарри на несколько секунд потерялся в пространстве. — Вставай, — раздражался куратор. Гарри встал. Мужчина ткнул ему на другую дверь, и Гарри вышел из комнаты. Его немного потряхивало. За дверью оказался кабинет, где Кладенц стоял с главой Аврората. — Доброе утро, — удивленно поздоровался Поттер. — Доброе, — хмуро отозвался глава. Кладенц вручил ему какую-то бумагу. — Я прошел? — снова спросил Гарри. — Это только психологическая составляющая твоей характеристики, — буркнул Кладенц. — Сдашь все остальное и посмотрим. — А, — тупо отозвался Гарри, выходя из кабинета. На листе, как выяснилось, были результаты. «Неподчинение инструкциям, приверженность к свету», — читал Гарри. Похоже, экзамен начался сразу, как только он вошел. Но слово «свет» обрадовало его. Свет и любовь, разве мог этот день начаться лучше? Гарри улыбнулся.