Полет жизни

3 года спустя Гарри предстояло танцевать на благотворительном вечере в Министерстве. Он бы не пошел, но Том наконец вернулся к общественной жизни Англии, и Гарри не хотел это пропускать. У него даже сложились планы на этот вечер. — Когда ты последний раз танцевал? — спросил надменно Том, наблюдая со своего любимого кресла в меноре за тем, как Гарри пытается вспомнить движения. — На выпускном немного, — напомнил ему Гарри. — Отвратительно, ты все забыл. Том встал. Он был выше Гарри и все еще более авторитетным. Он, не мигая, смотрел в зеленые глаза, а потом взял его руки, положил одну себе на талию, собираясь исполнять женскую партию. — Ты не можешь ударить в грязь лицом на моем вечере. *** Мероприятие вышло довольно скучным. Гарри станцевал со своей спутницей положенные два танца, а после вышел на балкон. Том не обращал на него особого внимания, общаясь с влиятельными богатеями, которые по факту оценили его работу с артефактами. Он смог уладить проблемы с министерством и вернуться в общество. Маглорожденные были против, но Лорду Мраксу на них, мягко говоря, было наплевать. Он уже был богат, все еще был влиятелен и по-новому стал приносить пользу обществу: писать научные книги и создавать артефакты. Чистокровные, все еще носившие его метки, и пикнуть боялись. Малфой, убедивший пожирателей три года назад, что лорд ослаб настолько, что не сможет их наказать, теперь восстанавливал репутацию (пока безуспешно) и до дрожи боялся этой жуткой улыбки, которую с удовольствием демонстрировал ему Том каждый раз. Гарри вдохнул свежий воздух. Ему пришлось немного подождать, пока Букля прилетит с заказанным букетом роз. Поттер вошел обратно в зал. Его спутница, слегка потерявшая его, сразу обратила внимание на букет, как и ее подруги. Она расцвела, но Гарри двинулся в другую сторону. — Он тебя не видит! — подтолкнула её коллега из соседнего отдела. Девушка пошла навстречу Гарри. А тот уже нашел глазами Тома и нагло вторгся в компанию, в которой тот крутился сейчас. Том поприветствовал его взглядом, не переставая активно участвовать в разговоре, но Гарри надоело ждать партнера. Они не обнародовали отношения, но сегодня Гарри хотел это исправить. Все их друзья и знакомые уже знали и смирились, а общественное осуждение они переживут. — Прекрасно выглядишь, как всегда, — сказал Гарри, с лукавой улыбкой протягивая ему букет. Все тут же неловко замолчали, уставившись на них. — Как и ты, — нашелся Том, после непродолжительной паузы принимая букет. — Я украду его у вас, — сообщил Гарри его собеседникам, жестом приглашая Тома пойти с ним. Вокруг них собрался кружок обескураженных людей, возглавляемый его сегодняшней партнершей по танцам. — Похоже, мне придется пойти, — сказал Том с натянутой улыбкой. Гарри увел его подальше от банкетного зала вглубь Министерства. Они вошли в пустой кабинет, тогда Том наконец зашипел на него. — Тебе стоило подождать, пока я закончу, дорогой, — вкрадчиво сказал он, не теряя привычки поучать Гарри. Поттер не стал слушать наставления: обхватывая лицо Тома руками, он притянул его для поцелуя. Тот живо ответил ему, хотя Гарри еще чувствовал напряжение в чужом теле. Поттер опускал руки ниже, зарываясь под его одежду. Реддл, отбросив образ Волдеморта, будто скинул с плеч тяжелую ношу и теперь мог наслаждаться простыми радостями своей бесконечной жизни. Открывать для себя так восхваляемую Дамблдором силу любви. — Ты даже не хочешь трансгрессировать домой? — лукаво спросил Том, пока Гарри выцеловывал ему шею. — Это ведь так скучно, — ухмыльнулся Гарри. — Аврорат портит тебя, — буркнул Том, тоже приступая к активным действиям. Они оба любили быть на ведущих ролях, поэтому кому-то всегда приходилось уступать. Но этого никогда не происходило без шутливой возни — почти драки. Сегодня Гарри не намеревался проигрывать Тому, начиная воздействовать на него своей беспалочковой магией. Спасибо мракоборческому отделу, он выучил несколько трюков, которые даже Том не знал. Обезвредить, заставить подчиниться…. — Поттер, — зашипел Том. — Поздно, — ухмыльнулся Гарри. *** За эти три года Гермиона ко многому привыкла. Привыкла к нападкам коллег, которые сомневались в её способностях. Хотя домашнее обучение в принципе не было ново для магического мира, никто не верил, что маглорожденная могла в этом преуспеть. Кому-то даже приходило в голову обвинять её в том, что она получила должность по знакомству или что она первая решившаяся выйти в люди грязнокровка. Гермиона стойко игнорировала эти разговоры, не словом, а делом доказывая, что она лучшая. К этому как раз она приспособилась во время своей затворнической «школьной» жизни. Еще она привыкла к Тому Реддлу, которому вроде наскучило быть Волдемортом, и теперь он не пытался принижать её права. Он вообще мало её замечал, а Гермиона и не стремилась к общению. Но пару недель назад Гарри объявил, что они поженятся, и подруга решила, что должна хотя бы попробовать. Да, все чистокровные долгие годы лишали ее нормальной жизни (и образования!), но теперь ей нужно было научиться уживаться с ними. И понять, как ими управлять, потому что в министерстве Гермиона поняла одно — ей недостаточно рядовой должности, она хочет быть министром. Это звучало смешно и невозможно в ее голове, но также когда-то было и с учебой в Хогвартсе. Однако, она смогла. И вот Реддл узнал, что это она писала статьи в Придиру и даже заинтересовался ей. Общаться с ним Гермионе было настолько интересно и легко, что это вгоняло её в панику. Он казался ей действительно близким по образу мысли человеком, а учитывая их прошлое, это было тяжело пережить. Но Гермиона увидела возможность: он тоже жил с маглами и не имел уважения в детстве, но смог добиться таких высот, о которых она даже не мыслила. Этот опыт был слишком ценен для девушки, чтобы игнорировать из-за обиды. *** Гарри с ужасом и радостью смотрел, как Гермиона и Том сходятся и общаются. Их разговоры были такими заумными, что нагоняли тоску на Рона и производили на Гарри впечатление. — Никогда бы не подумал, — прошептал Гарри Рону. — Гермиона за время нашего знакомства столько раз меня удивляла, странно, что я все еще способен это чувствовать по отношению к ней. — Она такая, — тоскливо пробормотал в ответ Рон. В глубине души он все еще думал, что у них может что-то получиться. Но сейчас, смотря на неожиданно образовавшуюся парочку из Темного Лорда и маглорожденной, которые обсуждали чары и власть, Рон думал, что Гермионе нужен кто-то вроде Тома Реддла, а не он. Он слишком прост для нее. — Не унывай, — заметил его настрой Гарри. — Только не сейчас. — Конечно, — постарался отвлечься Рон. — Это твой день. Гарри с Томом не собирались жениться в прямом смысле этого слова. Однако мечты Гарри по поводу теплой семейной жизни так и не были исполнены, а он не мог их просто отбросить. Том что-то говорил об их общем бессмертии, а Гарри мог думать лишь о том, что так его желание останется лишь желанием. — А мы можем завести ребенка? — спросил он аккуратно несколько дней назад. — Нет, это физиологически невозможно, — спокойно ответил Том тоном, который Гарри с детства узнавал как «ребенок тупит, это нормально, я могу потерпеть». — Мы можем усыновить, — не сдался Гарри, надеясь, что Том не уходил мягко от ответа. — Что заставляет тебя думать, что из нас выйдут хорошие опекуны? — Ну, у тебя уже получилось один раз, — подмигнул ему Гарри. — Я не убил тебя в детстве только потому, что ты был моим крестражем, — отрезал Том. — А теперь у тебя есть возможность полюбить ребенка сразу. Твоя душа цела и открыта чувствам! — Ты не представляешь, как тяжело растить ребенка, — пробурчал Том себе под нос. — Просто подумай об этом, — отступил на время Гарри. — Пожалуйста. Поэтому они решили расписаться официально. Когда Том предложил ему это, у Гарри чуть сердце не остановилось от радости, но Реддл тут же осадил его тем, что не собирается заводить детей в ближайшее время. Официальную часть они завершили еще с утра, ведьма-регистратор смотрела на них неодобрительно. Хотя Гермиона, которую они пригласили свидетелем, пыталась создать ощущения праздника, улыбаясь и поздравляя их. Липкий противный взгляд ведьмы преследовал Гарри еще какое-то время, он знал, что общественность едва ли спокойно примет их с Томом отношения. Даже ему на осознание своих чувств и смирение с ними понадобились годы. — Уже через неделю Чемпионат мира по квиддичу, — радовался Рон. Гарри улыбнулся. Ему было приятно, что он сможет открыто пойти на Чемпионат вместе с Томом. Хотя уже решил про себя, что не будет после этого читать Пророк как минимум неделю. Что бы про них не говорили, Гарри не собирался упускать возможность быть счастливым и, соответственно, тратить вечность или даже год на то, чтобы скрываться. Как и Том, судя по всему, который больше ни для кого не играл роль достойного предводителя. Наибольшее удовольствие для Гарри состояло в том, что Том это согласие пойти на игру дал. Реддл считал это скучным и бесполезным времяпровождением. На прошлом Чемпионате он присутствовал лишь для разговоров с важными волшебниками. В этот раз он обещал полностью посветить время Гарри, чем привел его в абсолютный восторг. Том будет на игре только ради него. — Не пропустили бы вы ваш священный час, — сказал Рон, поглядывая на часы. — Пойду найду Тома, — отозвался Гарри, вскакивая. Он призвал на помощь домовика, но не попросил его позвать Реддла, а пошел сам. Том, как оказалось, показывал Гермионе свои труды в подземелье. Гарри во всяком случае надеялся, что показывал, а не выкачивал из нее кровь. У его уже-мужа были иногда очень специфические взгляды на жизнь. В подвале было прохладно. Том показывал Гермионе местную небольшую библиотеку. Гарри решил дать им минутку, а сам стал оглядывать лежащие у стен артефакты. Его взгляд зацепился за шкатулку, которая сотворила с ним непонятно что на шестом курсе, когда он резко оказался в прошлом Тома. — Я так и не понял, что это было, — сказал Поттер Тому, когда его заметили. — О чем ты? — не поняла Гермиона. — Эта шкатулка перенесла меня в прошлое, — объяснил ей Гарри. — Очень сомневаюсь, — фыркнул Том. — Тогда что это? — Я использовал ее для исследования одного из своих крестражей, когда они начали присоединяться ко мне. Крестраж лежал в ней во время ритуала. Я понятия не имею, что произошло тогда с тобой, но видно шкатулка впитала магию ритуала и крестража. И это довольно странно, потому что это обычная магловская шкатулка. — Это интересно, — тут же загорелась Гермиона. — Я пытался найти объяснение, но его нет, — буркнул Том. — Такого быть не может, — протестовала Гермиона. Гарри только их ссоры не хватало. — Мы можем опоздать, — подгонял он Тома. Тот все еще высокомерно смотрел на нахохлившуюся Гермиону. — Да, нам пора, — отозвался Реддл. Вот-вот должны были наступить сумерки. Гарри с Томом вышли на поляну рядом с домом, где уже была камнями выложена руна на земле. Каждый гость, согласившийся быть их свидетелем, капнул на руну по капле своей крови, напитав ее магией. В этот момент Гарри осознал одиночество Тома, ведь он никому не доверился настолько, чтобы пригласить на их таинство. Но Поттер всегда был и останется его семьей и постарается сделать ее больше. Они встали на колени около руны напротив друг друга, и Том зажег в её центре небольшое пламя. Вокруг тут же появилась магическая сфера, отделяя их от гостей. Этот момент чувствовался таким интимным, был только для них. — Ты веришь, что любовь — это сила? — спросил вдруг Гарри. Том всегда называл Дамблдора, верящего в силу любви, дураком. Но сейчас собирался клясться в ней Гарри. — События последних двадцати лет заставили меня убедиться. Любовь твоей матери спасла тебя от смертельного проклятия и собрала мою душу по кусочкам. Как после этого не поверить? Гарри улыбнулся. Это развеяло последний червячок сомнений, что оставался внутри него. Он разрезал ритуальным ножом свою ладонь, думая о том, какими он хочет видеть их отношения с Томом. Любовь, верность, принятие…. Они соединили ладони, позволяя их крови смешаться. Рука до боли нагрелась от магии, которая прошла через все его тело и вырвалась, руша магический барьер руны. Ритуал был завершен. — Навечно, — прошептал Том. — Навечно.