Cynicality and the Sweeter Things

— Ты знал? Если ты чихнёшь четыре раза подряд, то ты умрёшь! – он посмотрел на Шуичи с широкой улыбкой на лице, усмехнувшись, – мой любимый Саихара-чан на пороге смерти, моё сердце разбито! — Не похоже, что это и правда так, – упомянутый достал из нагрудного кармана носовой платок и высморкался в него. Из-за этого их зонтик немного накренился, оставив Ому без укрытия. — Чт- Эй! Я тут, вообще-то, пытаюсь сухим остаться, Шумай! – отрезал Кокичи. Шуичи зафиксировал зонт, после чего, глубоко вздохнув, взглянул на небо. Кажется, дождь не кончится в ближайшее время, ещё и стемнеет скоро... Если Ома не поторопится, то им придётся ужинать совсем поздно. — А что ты вообще ищешь? – спросил Шуичи. — Может, я просто хочу побыть под дождём, а? Мы оба останемся сухими, если ты будешь нормально держать его, – Ома склонил голову, встретившись с Саихарой взглядом, – ты беспокоишься, что пропустишь премьеру? В любом случае её запишут. Кроме того, это будет лишь подтверждением того, о чём ты размышлял с 46 сезона. — И до сих пор, — пробормотал Шуичи, – тем более скоро стемнеет. — Неужели ты боишься, что за тобой придёт Бугимен? Не волнуйся, я тебя защищу! – на мокром цементе парень что-то нарисовал ногой – кажется, сердечко? — Всегда! Но, я думаю, если мой Шуичи так боится темноты, то мы можем пойти домой! Он никогда не признается, но тот факт, что Кокичи назвал его место жительства «домом», заставил сердце Саихары биться чаще. Для кого-то это мерзко во всех смыслах, но его это не заботило. — Ещё нам надо бы набрать продуктов... Хмм... Сделаешь ли ты этой ночью что-нибудь согревающее? Дождь заставляет меня мёрзнуть, – спросил Кокичи, – а я ненавижу холод. Зима так ужасна, я бы уже предпочёл просто холод, чем влажный холод. — Тогда почему мы всё ещё стоим тут? – уточнил Шуичи. Кокичи в ответ что-то задумчиво пропел, после чего нежно взял Саихару за свободную руку. Это была ещё одна вещь, которую он никогда не позволит никому, лишь Оме. Ему нравилось, как осторожно тот проделывал каждое своё действие. Обычно Кокичи не заботило, как он относится к своим вещам, но к Шуичи... — Я хотел подумать. Это плохо? Очередной вопрос, очередная возможность почувствовать, как чужая рука сжимает твою собственную, очередная причина послушать, как парень рядом напевает себе под нос какую-то песню. — Ты уже получил своё письмо о принятии? – задав этот неожиданный для Саихары вопрос, Ома склонил голову набок, полный любопытства, всё ещё не переставая что-то напевать. — Мм, да, я его получил. Но ещё не открыл. — И не надо. В любом случае... пока что. Я хочу увидеть твоё лицо, когда это произойдёт, – Кокичи улыбнулся, и теплота его улыбки заставила сердце Шуичи переполняться чувствами и чувствовать себя светлее, чем до этого. — А я уже открыл своё. И теперь хочу сделать тебе предложение руки и сердца! — Чт- Аа? — Дап! Я уже купил кольца и всё такое. Хотя... это была ложь, – Ома ухмыльнулся, за чем последовал мягкий смешок, – ни-ши-ши~ я всё равно хочу позже у тебя кое-что спросить. — Ах, но почему ты не можешь сделать это сейчас? — Я думаю, что лучше сделать это после горячего ужина! Ты знал, что еда сближает людей, Шуичи? Я думаю, нам стоит купить пельменей... Но я хочу их завтра, а сегодня я жажду рамён быстрого приготовления, который ты купил! Что бы это ни было, оно может и подождать, пожалуй. Парни продолжали болтать, пока не дошли до магазина, где Кокичи медленно прошёлся по рядам и взял всё, что им было надо. В том случае, если большая часть этого была невероятно сахарными конфетами, которые заставят твои зубы сгнить и повыпадать. Они наконец расплатились за все товары, являющиеся их пропитанием на ближайшие несколько дней. Это не могло не радовать. Да и не то чтобы родители Шуичи потеряли целое состояние. — Я взволнован, – Ома хихикнул, – мне пришлось вчера пойти домой и, в общем-то, было слишком поздно, так что я и не ел особо. Родители уехали, а если никого нет дома, то некому наполнять холодильник. Ах! Зато я получил своё письмо. Так что это определённо того стоило! — Кокичи... — Ааа, что? Всё хорошо, я буду много есть. Ты тоже можешь наблюдать за мной! Ты же увлекаешься этим, не так ли? – дразнил Кокичи, хихикая на краснеющим лицом Саихары. — Это не так! Откуда ты вообще это взял? – возмущённо сказал Шуичи, – …это странно? Я знаю, что иногда могу пялиться… — А? Не, ты выглядишь счастливым, так что мне всё равно, – пропел Ома,– если бы это было чем-то, что беспокоило меня, я бы тебе об этом сказал. А теперь давай поторопимся и пойдём домой. Тишина, воцарившаяся между ними по дороге домой, не доставляла дискомфорта. Обычно Кокичи заглушал эту тишину своими громкими разговорами, но сегодня он гораздо тише. Он такой ещё с того момента, когда Шуичи встретил его после школы. Это была задумчивая тишина. Когда он что-то обдумывал, то всегда становился пустым и тихим. Он был таким до того, как позвал Саихару на свидание, был таким до того дня, когда попросил проводить больше времени в доме Шуичи. — Мы дома! – огласил Ома, как только открыл дверь квартиры, – иди ко мне, Кими! – он опустил пакеты с покупками на пол, а сам сел на колени, не переставая гладить кота под счастливое мурчание, – ты такой милый! Счастливый маленький котик, мой счастливый маленький котик! Шуичи что-то напевал, пока разбирал покупки, а Кокичи, оторвавшись от кота и поднявшись с пола, принялся ему помогать. — Я накрою стол! Давай посмотрим премьеру, хорошо? А потом я тебе расскажу мои новости, – решил Ома, поворачиваясь обратно к гостиной, – но не заставляй меня ждать слишком долго! Саихара показал ему большой палец, после чего приступил к приготовлению еды. Обычно ужин любил делать Кокичи, говоря, что он всегда был хорош в готовке. Что же до Шуичи… ну, Шуичи может приготовить миску лапши быстрого приготовления. «Мне это больше нравится, потому что ты сделал это для меня». Он тихо вздохнул. Он не представлял, что Кокичи будет настолько ласковым первое время. Конечно, Ома любил совершать такие маленькие поступки. Домашние сырные шоколадные конфеты в форме сердечек, старательно приготовленные (и на вкус… в общем-то нормальные) ужины и наспех написанные заметки, приклеенные скотчем к холодильнику, полные нежности и обожания в его сердце. Хотя, Кокичи никогда не признается, что ему это нравится. — Шуииииичииии! – позвал Ома, вернувшись на кухню, – я только что чихнул. Ты что, думаешь обо мне? – он сморщил нос, после чего с отвращением высунул язык, – лучше бы так и было! Я не думаю, что выдержу, если обо мне подумал этот тупой Момота. — А если это и правда я? — Хмм… Тогда я буду называть тебя выпоротым. Совершенно очарованным. Обожающим. Влюблённым! — Может, так и есть, – продолжал напевать себе под нос Шуичи, попутно взяв обе их миски, – только для тебя, конечно. — Томящимся от любви, – исправился Кокичи, – безумным. Ома сказал это, попутно взяв свою миску, и сел за стол, благодаря за еду. Они смотрели повтор финала 52 сезона – судя по нескольким постам с теориями, в нём должны были подтвердить некоторые факты о персонажах из предыдущих сезонов, а так же взять интервью у двоих выживших 52 сезона. Краем глаза Саихара заметил, что Кокичи ёрзал туда-сюда на стуле. У него было непроницаемое выражение лица, как будто его что-то тревожило. — Кокичи, что-то случилось? – спросил парень. — … Саихара-чан, скажи мне кое-что. Шуичи хмыкнул, показывая, чтобы он продолжал. — Насколько хорош наш мир? – вопрос заставил Саихару подавиться едой, поэтому тот прекратил трапезу и посмотрел на собеседника. — Я- что?.. — Мне он кажется никчёмным, – сказал Кокичи, продолжая поедать рамен, – он никогда не относился к нам по-доброму. Твои родители, мои… Я – изгой школы, а тебя судят за то, что ты любишь что-то, любимое всеми, – он сделал паузу, пристально глядя на стол, – и я их ненавижу. Я хочу, чтобы все заплатили за то, что сделали со мной, – тяжёлый вздох перед тем, чтобы наконец-то расслабиться. — Но я встретил тебя, так что, думаю, всё не так уж и плохо, – Кокичи улыбнулся ему, – я хочу проводить всё своё время в твоей компании. Ты делаешь меня счастливым. — Я… ты тоже делаешь меня счастливым, Кокичи. — Вау! Это и правда звучит так, будто мы свадьбу играем, хах, – Ома засмеялся, – а я бы и не возражал… после завершения убийственной игры, конечно. — Это… Кокичи, почему ты поднял этот вопрос? — Меня приняли в Данганронпу, – лениво объяснил парень, – … и я бы хотел открыть твоё письмо после еды. Тогда и решу, идти мне или нет, – он опёрся щекой на свою ладонь, – и я знаю, что я заглядываю слишком далеко в будущее, но… если мы оба выберемся, давай просто съебёмся со всеми нашими деньгами. — Это то, чего ты хочешь? — Я так полагаю, – тихо ответил Ома, – я хочу всегда наслаждаться твоей готовкой… Я больше ничего не хочу делать, – он отодвинул от себя наполовину съеденную миску лапши, вздохнув, – звучит жалко, не правда ли? Неужели я сдался и это – всё, чего я хочу? — Я так не думаю, – пробормотал Шуичи. Кажется, он понимал, что имел ввиду Кокичи… Мир всегда был жесток с ними. Он слишком много раз перевязывал порезы и ушибы Омы, чтобы у того осталась хоть какая-то вера в человечество, и он знал, что все вели себя так, будто сам Саихара был заражён чумой. У Шуичи не было друзей или семьи, которая бы его хотела, он всегда был обузой, с которой надо постоянно быть рядом. К Кокичи никогда никто не проявлял доброту, не требуя ничего взамен. Но… они были друг у друга. И он рад, что это так, он рад, что он нашёл Кокичи. — Нет ничего плохого в том, чтобы мечтать о простой жизни, Кокичи, – мягко сказал Саихара, – но, если я пройду в, эм… мы больше не будем собой. Я даже не знаю, понравимся ли мы друг другу. Глаза Омы заблестели, когда он достал из кармана кусок бумаги и протянул его Шуичи. Он взял его и пробежался глазами.

Оме Кокичи, Поздравляем! Вы приняты в 53 сезон Данганронпы! Мы очень рады слышать, что Вы хотите поучаствовать! Ваше прослушивание нас заинтриговало, так что мы думаем, что Вы будете идеальны в роли: Мастермайнд. Если Вы желаете, то можете выбрать себе со-мастермайнда. Пожалуйста, воспользуйтесь контактными данными ниже, если хотите воспользоваться этой возможностью или более не желаете участвовать в 53 сезоне. Надеемся услышать от вас ответ, Team Danganronpa.

— Ты будешь мастермайндом… – затаив дыхание, сказал Шуичи. Волнение скрутилось в его животе – каким лидером будет Кокичи? Будет ли он из тех, кто до самого конца будет ждать, прежде чем всплыть? Или будет прятаться на видном месте… У него перехватило дыхание – как бы идеально получилось, если бы Саихару взяли на роль протагониста? Это наверняка был бы неожиданный поворот… Он представил, что бы подумал будущий он. Узнать, что он когда-то любил мастермайнда всем своим сердцем. — У тебя такое выражение лица, – прошептал Кокичи. Неужели? Что ж, не то чтобы это имело значение. Ома сказал, что его счастливые лица и близко не такие страшные, как поведение людей вокруг – у него просто плохая улыбка. — Тебе следует открыть своё. Если тебя не взяли, то и я не собираюсь туда идти. — Т-точно, – подтвердил Саихара, вскрывая конверт. Их ужин был уже давно забыт, когда Шуичи разорвал конверт. Его пальцы дрожали от предвкушения, которое он испытывал только во время просмотра шоу.

Дорогой Саихара Шуичи, Поздравляем! Вы приняты в 53 сезон Данганронпы! Мы были вне себя от радости, услышав такое волнение от фаната, а наша команда лишь желает, чтобы фанаты были счастливы! Мы решили, что Вы будете идеальны в роли: Протагонист. Если Вы более не хотите участвовать в 53 сезоне, пожалуйста воспользуйтесь контактными данными ниже. Скоро увидимся, Team Danganronpa.

Он почувствовал, как его губы изогнулись в возбуждённой улыбке, когда он посмотрел на Кокичи. Тот подошёл к нему, чтобы тоже посмотреть его письмо. — Святое дерьмо... – Кокичи пытался дышать, – о Господи? Шуичи, ты можешь- О Господи! Он зашёлся тихим смехом, когда его блестящие глаза встретились с глазами собеседника: — Быть моим со-мастермайндом? Со-мастермайндом? Честно, Саихара был счастлив уже быть просто частью шоу, но... со-мастермайнд? Он мог бы это выдержать, если бы с ним был Кокичи. Если он с Омой, то он способен на всё. — Звучит, как будто ты делаешь мне предложение, – Шуичи мягко усмехнулся, и судя по тому, как Кокичи просиял и засмеялся ярче, чем он когда-либо слышал, это был хит. — Да или нет? – пропел Ома, наклоняясь поближе к нему и соединяясь лбами. Обычно тот становился обидчивым, когда был счастлив, так что это хороший знак. — Да, – ответил Саихара, – твой вопрос ранее... про мир. Я тоже его ненавижу. Но... я счастлив, что ты у меня есть, – он закрыл глаза, погружаясь в момент, когда почувствовал, как пальцы Омы переплетаются с его собственными. — У меня есть идея... – прошептал Кокичи, – давай заберём у всех Данганронпу. — Хм? — Как я и сказал ранее... это все прогнило. Как мир может быть хорошим, если его покой построен на наблюдении за тем, как умирают дети? Хотя меня это не заботит, и не думаю, что когда-либо будет, – на лице появилась ухмылка, та самая коварная ухмылка, в которую когда-то влюбился Шуичи, – так что давай для всех её уничтожим и съебёмся со всеми нашими деньгами. Мир, где Данганронпа уничтожена? Может ли Саихара быть счастлив в месте, подобном этому? Хотя... глядя на стремление Кокичи, он думал, что тоже этого хочет. Счастье, отнятое у людей, которое всегда было у них... он этого хотел. Мир без Данганронпы всегда будет пригодным для жизни, если есть кто-то рядом. И он не будет возражать, если остаток его жизни они проведут вместе с Омой, просто наслаждаясь обществом друг друга. Кажется, он бы отдал за это всё, что угодно. — Давай уничтожим её для остальных, – Саихара вздохнул, – давай сделаем это. Кокичи просиял, его яркая улыбка и смех заполнили уши Шуичи. Да... Пока они вместе, он готов пожертвовать всем.