Барсучок, рождённый у Змеи и Льва

Что-то было не так. Том ощущал витавшее в воздухе напряжение и страх. Только вышел из замка и чутьё активировалось. А позже услышал голоса студентов, совсем маленьких, и быстрый бег. — … давай быстрее, давай! — Да бегу я! — Так, стоп, — Реддл остановил трёх первокурсников, которые неслись в его сторону, — что происходит? — Профессор Реддл! Там тренер! Ему раздавило руку! — запыхавшись после пробежки, сбивчиво сказал первокурсник пуффендуя — Билли Морган. Новость шокировала и на какое-то время дезориентировала. Том осмысливал услышанное, пытался понять что делать. Насколько ранение серьёзно? Не преувеличивает ли ребёнок? А потом перестал размышлять. Просто начал действовать: — Вы двое, идите в замок, найдите мадам Помфри и поставьте в известность директора, — дал указание двум стоящим чуть позади мальчикам, Гофману и Стрэндж, — а ты, — взял Моргана под локоть, — за мной. Показывай, где тренер, быстро. Повторной пробежке мальчик не обрадовался. Но не стал спорить, уводя мужчину к полю. Квиддич. Этот спорт стоил здоровья для многих. Если бы не целительские умения мадам Помфри — половина школы была бы покалечена. Или вообще не выжила. Профессор подбежал к стайке первокурсников, обступивших тренера, и на подходе едва не наступил в чью-то рвоту на пожухлой траве. Почему она там — вопрос отпал. Сразу, как в глаза бросились повреждения. Мальчишки не солгали. Упавший с крыши кусок горгульи размозжил руку — она почти отделилась от тела. Кровь, обломки костей, разорванные связки… Зрелище тошнотворное. Сам Крауч находился без сознания. Болевой шок — не иначе. Такие повреждения трудно, если не невозможно, стерпеть, при этом не отключившись. — Всем разойтись, быстро! И не смотрите, отвернитесь! То, что можно заметить сейчас — не для слабонервных. Как только Том уберёт бетонный кусок, будет хуже. Его совету вняли абсолютно все. Ни один первокурсник не видел дальнейшего — как мужчина перематывал руку жгутом, чтобы избежать ещё большую потерю крови после того, как давление ослабнет. И они не слышали противного влажного чавканья, когда обломок снялся с повреждённой конечности. Оценивая увиденное и стараясь не обращать внимание на подступающую тошноту, Том пришёл к выводу — сращивать кости смысла не имело. Они раздроблены. Проще вырастить новые, а от остатков избавиться. Прямо сейчас. Пока не пошло осложнение. — Брахиам Эмендо. Вырвавшийся из палочки яркий поток осветил на несколько секунд поврежденную руку, от которой не осталось живого места. Заклинание сработало как надо. И к этому моменту, как раз вовремя, поспешила мед.сестра. Быстрые шаги мадам Помфри Том узнал бы где угодно. — О, Мерлин! Что здесь случилось? — сразу спросила та, наколдовывая носилки, аккуратно подлезшие под тело Крауча. — А ты как думаешь, Помфри? — не мог сдержать яда в голосе. Теперь, когда с него сняли оказание первой помощи и держать эмоции под контролем не было необходимости, дабы не навредить сильнее, альфа дал себе волю. — Уроки полётов снова удивляют нас своими программными требованиями! Дети! — рявкнул на потерянных и пугливых первокурсников. — Сдали свои мётлы и быстро по своим гостиным! Занятие окончено! Тихими мышками, ребята удалились в сторону хранилища мётел, стараясь держать их очень крепко. Словно желая сделать больно. Увиденное и услышанное сегодня ещё долго будет преследовать их. А аппетит, обычно разгоравшийся на свежем воздухе, пропадёт на долгое время.

***

— Вы слышали новость? — Какую? И чего вы так рано? У вас же ещё полчаса занятия должны идти? Несколько второкурсников окружили вернувшихся в барсучью Норку первокурсников, ошалелых, бледных. Их нездоровый вид невольно привлекал внимание. — Случилось кое-что… — Да, несчастный случай. Наш тренер, мистер Крауч, он… он… — Чего он?! На ребят вытаращились глаза всех рядом присутствующих. В том числе и старшекурсников, среди которых оказался Лео. Он только выбрался из постели, ещё толком не переоделся, и вдруг замер в страхе. Боялся услышать продолжение. — Он помог Микки. Метла перестала слушаться и мистер Крауч рванул за ним. Он помог взять метлу под управление, но потом вдруг она снова начала дёргаться, они вдвоём врезались в горгулью. А она… — Упала?! Лео не стал больше слушать. В чём был — стремительно рванул на выход. Ноги сами несли в больничное крыло. Невзирая на холод. Он должен узнать сам, а не от пришибленных первокурсников, которые боятся сказать, что именно случилось. Барти пострадал, а значит Лео должен быть с ним. Пока не станет лучше. Иного быть и не могло. Его крепкий альфа выдержит всё. Но… выдержит ли он? Слёзы застилали глаза, из горла рвались позорные всхлипы. Лео должен быть сильным. Но он не может. Страх сжирал заживо. Он за свою жизнь так не боялся, когда отравился Ханахаки, как за жизнь возлюбленного! Лестницы и коридоры предательски удлинялись, задерживали его, доводили до крайности. Замок хотел сыграть с ним злую шутку? Но спустя пару минут омега нашёл верную дорогу и добрался до больничного крыла. Оба родители стояли у постели больного. И мадам Помфри, и колдомедик из больницы святого Мунго, и директриса, и мадам Трюк. Многие собрались. Только из учеников не было никого… кроме Лео. Растрёпанный, в пижаме, босой, и со слезами на глазах. Он представлял собой жалкое зрелище. — Лео, не заходи. Тебе лучше этого не видеть. — Папа… — тихо проскулил, хватаясь за одежду на груди родителя-омеги и заглушая плач от того, что сильно уткнулся лицом. «Лучше не видеть» — этой фразы оказалось достаточно, чтобы вызвать истерику, до этого с трудом сдерживаемую. — Так! Никаких слёзных потопов, молодой человек! — строгий голос врача парализовал все чувства, сильнее всяких лекарств. — Выздоровеет ваш тренер, никуда не денется. Лео дёрнулся в объятьях папы и посмотрел из-за его плеча. Взрослые перекрывали видимость, но не полностью. Он смог разглядеть лежащего на постели Барти. Бледного, тяжело дышащего… в сознании. И его рука… пусть обмотана маггловской полиэтиленовой плёнкой, всё равно было видно развороченные края раны и размозжённые ткани, только начавшие срастаться. Лео отвернулся и снова скрыл лицо на груди папы. — Гарри, — почти шёпотом обратился к супругу Том, подойдя ближе. Плач сына не оставил равнодушным. Он пригладил немного лохматые волосы омеги, продолжив говорить, — отведи Лео к себе. Состояние Барти стабильное, но зелье вот-вот подействует и он отключится на сутки. — Хорошо. Так он быстрее придёт в себя, — согласился Гарри, крепче обнимая сына. В сознании подобные травмы не пережить. Краучу фактически заново придётся отращивать мышцы и кости. — Нужно ещё деканам сказать, чтобы присмотрели за первокурсниками. — Директор поставила их в известность, — добавил Том. И, прежде чем его омеги вышли из больничного крыла, он ласково позвал сына и погладил того по подбородку, как только поймал жалобный слезливый взгляд, — всё хорошо, лучик. Завтра навестишь Барти. Он уже рваться на волю будет, вот увидишь. Слабая улыбка появилась на губах младшего омеги. Он кивнул и позволил себя выпроводить. Задача навестить завтра — поставлена. А сейчас необходимо успокоиться. Чтобы не предстать завтра перед Барти заплаканным существом с опухшим лицом и красными глазами.