Барсучок, рождённый у Змеи и Льва

Заявление на увольнение вскоре было подписано. Барти сдержал своё обещание, оставаясь тренером в школе до тех пор, пока Лео не выпустится. Этот день настал и вместе с ним спадала масса ограничений. Больше не будет косых взглядов, упрёков о неуставных отношениях с учеником и постоянного сдерживания себя. Всё. Тяжёлая пора закончена. Хотя, бесспорно, он будет скучать по родным стенам Хогвартса. Где они контактировали с Лео… с первого курса, Мерлин упаси! Уже тогда он заигрывал со своим омежкой. В шутку, конечно, но тем не менее. Не мог оставаться в стороне, когда малыш подкармливал и так мило улыбался. Каким он был очаровательным… Вспоминая о былых днях, улыбка сама напрашивалась на губы. Нежная и немного грустная. Ещё с той давней поры, омежка сумел повлиять на него. Переключил внимание на себя, вместо кривой дорожки, которая заманивала всё сильнее. Представить сейчас, что кто-то другой нежно дотрагивался бы до Лео, говорил ласковые слова и обещания, строил отношения с его родителями вместо него — чистейший бред. Барти никому бы не отдал своего Барсучка. Всё, что он пережил с ним — согласился бы пережить снова, полюбив Лео всем сердцем повторно. — Эй, горячий парень, — веселый голос раздался позади. Барти затылком чувствовал тёплое дыхание. Подкрасться к нему так близко и незаметно мог только один человек. — Не желаешь провести этот вечер в компании очаровательного омеги? — О, ты действительно очарователен, — полностью согласился альфа, оглядев светло-жёлтую мантию выпускника Пуффендуя, факультет барсучков, что оказался способен прорыть подкоп в неприступное, холодное сердце слизеринской змеи. Тесные объятия сомкнулись сами. — Поздравляю тебя с окончанием школы, Барсучок мой. Ты умница. Лео согласно промурчал и с удовольствием подставил щеку для поцелуя. И ещё одного. И ещё. Барти разошёлся, облюбовав одну сторону его лица. — Не верится, что сегодня уже выпускной. Ты ведь составишь мне пару? — Конечно, составлю! Даже если придётся танцевать, — пообещал Барти. Лео хорошо знал — танцы не его конёк. Альфа мог и в собственных ногах запутаться, над чем омега всегда смеялся и весело подтрунивал. За месяц до выпускного он решил взять дело в свои руки и дать пару уроков танца, чтобы избежать позора. Лео примет участие, соответственно, и Барти примет. Один раз так точно. А если альфа в какой-то момент не сможет вести, что ж, Лео возьмёт дело в свои руки. Он уже не маленький мальчик, свою пару сможет довести до прекрасного финала, не опозорив учителя танцев в лице отца. — Тогда пошли, — Лео выбрался из объятий, но не отпустил руку альфы — потянул его за собой. В Большой зал, где и проводилось мероприятие, Барти заходил с Лео под руку. Ещё одно доказательство, что они должны быть вместе — своей восторженной улыбкой, полной надежд и планов на будущее, он освещал сердце Крауча. Ему самому захотелось взять Лео за талию и повести в танец. Чтобы все увидели — этот прекрасный омега принадлежит ему. Лео Реддл-Поттер, сын профессора зельеварения и профессора защиты от тёмных искусств, отдал своё сердце Барти Краучу-младшему. Магу, который стоял в одном шаге от уничтожения собственной жизни. А теперь созрел и готов повести вперёд, устраивая лучшую жизнь для них обоих. — Люблю тебя, Барсучок. Когда последние ноты праздничного вальса затихли, Барти утянул в поцелуй и Лео ответил, больше никого не стесняясь и не боясь. Они дожили до дня, когда можно выражать свои чувства открыто. — Поздравляю, лучик, — нарушил их прекрасный дуэт голос отца, который подошёл к ним вместе с папой, — ты закончил школу с превосходными оценками и мы очень тобой гордимся. После тёплых слов, мужчина-альфа распахнул руки для объятий и юный омега со счастливой улыбкой прильнул к нему, обнимая в ответ крепко-крепко. — Спасибо, отец. Тут же подключился и папа, тайком стирающий растроганную родительскую слезу. Их мальчик, ещё недавно бивший колени на прогулке, только-только севший на метлу и поступивший в школу, уже выпустился. Не верилось до последнего. — Ох, Лео, мы так тебя любим! — Я вас тоже, пап, — смеясь, Лео в шутку пытался вырваться от второго родителя, который решил осыпать поцелуями всё его лицо. Ещё хлеще, чем Барти. Который спокойно стоял в сторонке и с тёплой улыбкой наблюдая за семейными нежностями. Лео достоин того, чтобы быть окутанным лаской своих отцов. Ведь совсем скоро, он сменит их на этом посту. Остались считанные мгновения. Дождавшись, когда взрослые смогут выпустить Лео из объятий, Крауч полез в карман. Больше ждать он не мог. То, что вокруг много людей — не страшно, большая часть поглощена выпускным балом. А если и привлечёт внимание… разве это важно? Весь его мир сузится до Лео. В этот ответственный и важный в его жизни момент. — Лео. Барсучок мой, — обратился к нему Барти, нежно беря за руку, — мы вместе уже семь лет. Это удивительная цифра и, возможно, не совсем верная с точки зрения закона, но я считаю именно так. Ещё маленьким первокурсником ты привлёк моё внимание. Твоя доброта и солнечная улыбка уже тогда озаряла тёмные уголки моей души. И чем больше я узнавал тебя, тем сильнее тонул в твоём свете. Без преувеличения, ты спас мою жизнь. Уже сейчас я, возможно, и не жил бы вовсе. А может гнил за решёткой. Этого не случилось только благодаря тебе. Потому что ты показал мне, что такое настоящая любовь. Доказал, что даже такой черствый, эгоистичный и жестокий человек способен нежно и преданно любить. Мой Барсучок. Яблочко моё. Ты выйдешь за меня? Всё семейство Реддл-Поттер в шоке смотрели на Барти, делающего предложение руки и сердца. И не только они, нашлись другие любопытные взгляды. С каждым новым предложением Крауча их становилось все больше. Слух распространялся до тех пор, пока не стихла музыка и не наступила тишина, показывающая, что весь Большой зал замер. В ответственный момент. Неверие и шок Лео сменилось бесконечной нежностью и любовью. Зелёные глаза наполнились слезами, став ещё ярче. Как два восхитительных изумруда. — Д-да, — тихо проблеял, кивая головой, и прикрыл себе рот ладонью, когда вырвался всхлип, вот-вот готовый перерасти в рыдание. Аплодисменты и крики разорвали тишину. Всего лишь громкий фон, не способный перекрыть настоящий момент близости, когда Барти лично надел на безымянный палец кольцо, а после поцеловал каждый пальчик по отдельности, давно грезя этим моментом. Они справились с долгим ожиданием. Родителей шок до сих пор не отпускал. Они понимали, что совсем скоро Лео получит предложение, но не могли даже подумать, что это произойдёт так скоро. Прямо на выпускном сына! Они совсем не успели подготовиться! А ведь им тоже требовалось кое-что сказать… Шокирующая новость, если так подумать, но скрывать её они не могли. Не имели право. На смену сильного удивления пришла трогательность момента. Гарри, давно уже подверженный перепадам настроения, особенно если дело касалось чего-то сентиментального, заплакал не хуже сына, счастливый за него невероятно сильно. Том мягко притянул его в свои объятья, прикрывая глаза, которые… слегка защипало. Совсем чуть-чуть. Но ни одна слезинка не вырвалась. И не вырвется. Он взрослый альфа, который умеет держать себя в руках. Никто и никогда не увидит его плачущим. Лишь на секунду… Сына, которого он ревностно оберегал, пора передать в другие руки. И уже они будут беречь его лучика. Он переживёт это. — Мальчики, — привлёк внимание счастливой пары, — у нас есть, что вам сказать. Ты Барти, конечно, нас ошарашил своим предложением. Теперь и слов не находится. Да, Гарри? Эй, хватит плакать, а то разводы на щеках останутся. — Хрен с ними, мне сегодня можно! — сварливо буркнул старший омега, чем заставил супруга закатить глаза. В самом деле, с кем он спорит? — Ну, простите. Я не хотел тянуть, — с виноватой улыбкой Барти пожал плечами, собственнически держа своего выпускника за талию. Лео продолжал плакать, портя чудный макияж, над которым старалась Цисси. Но у него, как и у папы, был повод. Он теперь окольцованный. На безымянном пальце красовалось серебряное кольцо с маленьким камешком изумруда. Он был счастлив! И спиной жался к крепкой груди… жениха, Мерлин. Барти стал его женихом! Не далёк день — станет супругом. — Ну, и что вы хотели сказать? — сам спросил он родителей, испытав небольшое любопытство. Вряд ли это что-то плохое. Папочки не стали бы портить один из счастливых моментов его жизни чем-то нехорошим. — Ты повышен до старшего брата. — … да ладно, — Лео не затормозил — моментально понял смысл и… выпал, — серьёзно, пап?! — несдержанно закричал, вырвавшись из родных объятий, чтобы взять за руки родителя. Нет, это просто не могло… Или могло? Мерлин! — Ты беременный?! — Тш-ш, сынок, не кричи так. Мужчина-омега сгрёб его в объятия, чтобы перекрыть громкий голос, пока все присутствующие снова не выпали в осадок. Конечно, это стоило озвучить наедине, но тут уже не оставалось вариантов. — Не хватало, чтобы вся школа узнала. Да. У тебя появится брат или сестра. — Отец! — всё ещё не тихо, но и не так громко, как это было пару секунд назад, Лео воскликнул и посмотрел на второго родителя. Кто напрямую причастен к беременности! — Да, и такое бывает в жизни, — в шутку обернул дело Том, погладив сына по щеке, через объятья супруга, — папа уже захотел детские вещи покупать, думая, что скоро ты замуж выскочишь, а там и забеременеешь. Да. Лео тоже об этом думал. И не сказать, что был против. Если бы ситуация обернулась так… — Даже не смей, — вернул с небес на землю голос отца, — от тебя никакой беременности ещё как минимум лет пять. Поживите для себя, встаньте на ноги и только потом заводите детей. Барти, ты всё понял? — Да, понял. Буду приклеивать презервативы. Барти не хотел, чтобы его Барсучок слишком быстро беременел. Они ещё не побыли по-настоящему вместе, без правил и ограничений. Но обсуждать это с тестем напрямую он не хотел. Это не те подробности, которые можно выносить на обозрение. Но вдруг добавил с хитрой улыбкой:  — Однако от детских вещей мы не откажемся. Упакуем всё и достанем, когда понадобится. Уж вы-то хорошо знаете, что может потребоваться. — Барти, — Гарри не удержался и отвесил зятю родительскую затрещину. — Папа! — несерьёзно возмутился Лео и перехватил руку. — Не бей его. Это моя прерогатива. — Вот так вот, — со смешком ответил Том, обращаясь к младшему альфе, собрату по несчастью, когда дело доходит до прикладывания не всегда мягких ручек омег, — добро пожаловать в клуб. — А, так тебе тоже достаётся? Понял, — засмеялся Барти, ярко представляя картинку. И принимая её. Разве можно отказать тому, кто властвует над твоей душой? — Что ж, главное, чтобы они наше сердце берегли. Остальное выдержим. — Обязательно, — согласно кивнул Том и вдруг приобнял Барти за плечи. Чего раньше никогда не делал. И сказал на ухо, так, чтобы слышал только парень, заслуживший этих слов, — добро пожаловать в семью, сын.