I Like Boy's

      Утро пахло морозной свежестью, а лужи покрылись корочкой первого льда. Такого, который появляется, когда зима ещё не наступила, но осень уже потихонечку уходит. Ветра не было, но был мороз, который приятно пощипывал нос и щёки, заставляя их краснеть, а глаза подведённые красной подводкой то и дело щуриться.       Дорога от их дома до магазина не такая уж и длинная. От каждого шага белые волосы колыхались, чуть подпрыгивая и возвращаясь на чересчур женственные плечи, сокрытые в чёрном пальто. Инуи не возвращался домой аж с прошлого вечера, так что Коко решил сам за ним сходить. Тем более, они договорились сходить на свидание сегодня.       Вот дверь привычного магазина мототехники и она, отчего-то, закрыта. Пораскинув мозгами, Коконой решает обойти здание и войти через гараж, где обычно Инупи и Доракен чинят мотоциклы.       Открывая дверь гаража, Хаджиме ожидал увидеть что угодно, но никак не спящего лицом на столе Сейшу, мордашка которого была вся перемазана машинным маслом и, вроде, незамерзайкой. Рядом стоял мотоцикл, который Коко подарил ему на годовщину, но в силу того, что пьяный Такемучи решил показать мастер-класс, он вполне ожидаемо поломался и теперь Инупи сам его чинил.       Как же мила и прелестна была эта картина. Отросшие светлые волосы были убраны за ухо, открывая вид на бледное лицо, на котором так интересно смотрелся шрам, словно он всегда должен был быть там с самого начала. Чуть курносый носик то и дело морщился, а светлые ресницы подрагивали, словно он и не спал, а только притворялся.       Скинув верхнюю одежду на стоящий рядом стул и подойдя ближе, Коконой легонько коснулся плеча Инуи рукой и аккуратно поцеловал, кратко шепча его имя, стараясь разбудить, но не слишком резко. На поцелуй начали отвечать. Сначала слабо и, скорее, неосознанно, но стоило только голубым глазам заблестеть искоркой удивления, как в ход пошёл язык, заставляя Сейшу промычать в поцелуй.       — Коко, что ты здесь делаешь? — наконец отрываясь от таких сладких губ спрашивает Инуи, вытирая тыльной стороной ладони слишком влажные губы.       — Напоминаю, мой милый Сейшу, ты ушёл сюда вчера вечером и до сих пор не появлялся дома, — улыбнулся на выдохе Коко, чуть поглаживая растрёпанные блондинистые волосы, — а у нас сегодня ещё свидание должно было быть. — на этой фразе, губы у парня театрально поползли вниз, а он сам принял максимально грустное выражение лица, на которое был только способен.       — Извини, пожалуйста, я забыл, — спохватился Инуи, подрываясь с места и резко обнимая Коконоя. Сейшу всегда вёлся на такую игру, что казалось до жути милым Хаджиме. Настолько милым, что это, кажется, вообще противозаконно.       — Тогда ты можешь искупить свою вину, — улыбнулся Коко, чуть сощурив глаза, смотря на чуть покрасневшее лицо Инупи.       Инуи закатил глаза, запуская руки в белые волосы, пропуская прядки между пальцами, массируя кожу лица. Рывок и вот Коко уже в плену чуть суховатых и потрескавшихся на морозе губ, что так жадно сминают его собственные.       Несмотря на всю свою внешнюю неприступность, отстранённость и тонну напускного недовольства, Инуи наслаждался процессом, беря инициативу в свои руки и довольно уверенно ведя.       Мокрые хлюпающие звуки наполнили помещение мастерской, а руки уже давно грелись в блондинистых волосах, притягивая голову ближе, чтобы получить больше. Пальцы Инупи пробрались под слои одежды ловко поглаживая впалый живот с чуть виднеющимся прессом, забираясь всё выше, задирая одежду и оголяя верхнюю часть тела.       Языки сплетались в страстном танце, а губы уже кровоточили от довольно ощутимых укусов. Да, Хаджиме определённо нравится такое извинение от Инуи. Нужно теперь всегда так делать.       Чужие подкаченные руки переместились с затылка на плечи, ища в них опору, потому что ноги уже определённо не держали. Каждый раз когда они отстранялись друг от друга, чтобы наполнить лёгкие воздухом, Инуи сжимал в ладонях ягодицы, заставляя Коко плавится и стонать.       Коконой подталкивает Инуи к столу, а тот покорно на него садится, заинтересованно наблюдая за раскрасневшимся Хаджиме, в глазах которого читалось откровенное желание. Вместо того чтобы вернуться к поцелую, он расстегнул чужую ширинку и, стянув брюки вместе с боксерами, раздвинул ноги, смотря на то, как мило краснеет лицо Инупи. Не успел Сейшу и слова сказать, как его пробили сногсшибательные ощущения, что подобно цунами накрывали тело волной, унося сознание куда-то далеко.       Весь воздух разом покинул тело Инупи, а тот лишь запрокинул голову и уцепился руками за белые волосы, заставляя их обладателя работать ртом активнее.       — Хватит целку из себя строить, взялся сосать — соси нормально, — цыкнул Инупи, поднимая уголок губ в ухмылке и самостоятельно толкаясь в чужой рот, чувствуя как головка члена касается задней стенки.       От этого чувства он слишком несдержанно стонет. Как-то слабо верится, что тот милый котёнок, который плавился под прикосновениями его — Коко, мог с такой лёгкостью его нагнуть. А он мог. И именно это сейчас и делает. Иногда, в такие моменты, Коко казалось, что у его Инуи раздвоение личности.       От такого напора глаза Хаджиме наполняются слезами. Он давится, но продолжает, стараясь подстроиться под нужный партнёру темп, дабы доставить удовольствие самостоятельно. Сейчас всё, чего он бы хотел — это почувствовать член Сейшу глубоко в себе. Его собственное возбуждение чертовски давит, заставляя его болезненно простонать, отдаваясь вибрацией в орган Инуи.       — Хватит, — скомандовал Инупи, отстраняя от себя Коконоя, — спиной ко мне, грудью лучше в стол упрись.       Без лишних слов Коко послушно принял нужную ему позу. Пара секунд и два пальца упёрлись Коконою в губы, заставляя их разомкнуть и проникая в рот, чтобы смочить и не входить на сухую. Чертовски хотелось быстрее трахнуть его, но доставлять возлюбленному боль Сейшу однозначно не имел желания.       Только пальцы были достаточно смочены, как Инупи тут же направил их в предварительно освобождённого от оков штанов Хаджиме, заставляя того довольно громко простонать. Разрабатывая такого податливого Коко на манер ножницы, Инупи намеренно с каждым толчком проходил аккурат по чувствительной точке доставляя тому волну наслаждения. Надолго терпения Инуи не хватило, и только три пальца начали свободно входить, как Коко тут же почувствовал пустоту, которая почти сразу сменилась чувством заполненности с оттенками боли.       Инуи старался чаще менять угол проникновения, чтобы доставить больше приятных ощущений, что ему прекрасно удавалось. Как он вообще мог так искусно трахаться, при всей его холодности?       — Сейшу… Блять… Я сейчас кончу! — стоило Коко только закончить предложение, как его семя брызнуло во все стороны, а его настиг умопомрачительный оргазм. Настолько приятно, что даже звёздочки в глазах заплясали.       Выйдя из обессиленного тела, Инуи пару раз провёл рукой по члену и кончил в свой кулак. Вытерев сперму с себя и Коконоя какой-то более или менее чистой тряпкой, он помог парню одеться.       — Хватит с тебя извинений, — произнёс Сейшу пытаясь отдышаться, — надеюсь я прощён?       — Однозначно, — посмеялся Коконой обнимая парня и чмокая в лоб, — домой?       — А прогулка? — спросил Инупи, а глаза его как-то грустно блеснули. Нет, ну у него точно раздвоение личности. Иначе его резкие изменения в поведении не объяснить.       — Завтра погуляем, милый, — не убирая с губ улыбку, произнёс Коко, утягивая возлюбленного прочь из этого пропахшего выхлопным газом и сигаретным дымом места, в котором они только что так весело провели время.